Шёпот в темноте

POV. Люси

Я соврала, когда сказала, что ничего интересного в самолёте не происходило. Конечно, это было не так. Я чуть не поседела за эти проклятые двенадцать часов. Персональный ад, полный отчаяния — вот как я могла охарактеризовать этот страшный перелёт. Я, охваченная паникой, но старательно делающая вид, что всё под контролем; двое охранников Курогане, бегающие туда-сюда по моим поручениям без медицинского образования; пилот, который ничем не мог нам помочь, но был обязан исполнять приказ; и Нацу — бледный, с испариной на лбу и тёмным пятном, расползающимся по боку куртки, в полубессознательном состоянии. Таким составом мы оказались в небе. Я понимала, что если ничего не предпринять, то мой любимый человек просто не доживёт до посадки. Всё осложнялось бессвязной болтовнёй Драгнила о том, что мы не должны возвращаться обратно или садиться в ближайшем подходящем месте. Он чётко дал понять, что за невыполнение приказа последует наказание. Поэтому ни Ямато, говорящий со мной по телефону, ни двое поджарых парней, ни пилот не могли помочь мне. Нацу был упрям, как осёл и я это знала, как никто другой. Пришлось действовать в полевых условиях, используя знания, полученные в университете по дополнительной программе «Первая помощь». Это был уже второй раз. Только тогда мне нужно было дождаться прихода медика, а сейчас такой возможности попросту не было. Его жизнь полностью зависит от людей, находящихся здесь. В том числе от тебя, Люси Хартфилия. Соберись и приступай! Я аккуратно расстегнула его куртку и попросила мужчин помочь её снять вместе с футболкой. Затем осмотрела рану на боку. Она выглядела чисто — пуля прошла навылет и мне показалось, что важные органы не задеты. Нога выглядела хуже — кровь продолжала сочиться. — Снимай ремень, — велела я одному из охранников. Тот беспрекословно подчинился и через полминуты нужный предмет уже лежал в моей руке. Я наложила подобие жгута выше раны, затянув достаточно, чтобы замедлить кровопотерю, но не перекрыть кровоток полностью. — Ну, вполне сносно, — прокомментировала я свои же действия. — Теперь подайте медицинский набор. Когда небольшая коробка оказалась у меня, я открыла её и нашла там стерильные салфетки, антисептик, обезболивающее и бинты. Придётся работать с тем, что есть. — Здесь имеется какой-нибудь алкоголь? — повернулась я к мужчинам. — Да, госпожа. Вот виски, — ответил один из них, доставая бутылку из маленького холодильника. — Отлично. Я осторожно очистила раны антисептиком, затем взялась за спиртное. — Нацу, будет жечь. Потерпи, милый, — сообщила я, не надеясь на ответ. Его, конечно, не последовало и я обильно залила обе раны виски. Драгнил поморщился и что-то промычал, затем начал дёргаться. — Держите его, — снова последовал приказ и охранники тут же схватили своего шефа с обеих сторон. Я наложила тугие повязки на обе раны, используя бинты и чистую ткань, которую мне принесли ранее. — Можете отпустить, — сказала я, отодвигаясь и вытирая со лба пот. Я сжала кулаки, впиваясь ногтями в кожу, изо всех сил сдерживая подступающую истерику. Этого недостаточно. В конце концов, я не врач, а тут не больница. Если наступит кризис… Через несколько часов мои страхи сбылись. — Холод-но, — прошептал Нацу еле слышно, но я сразу же оказалась рядом и заметила, что его лицо приобрело сероватый оттенок. Это плохой знак. Я укрыла его двумя пледами, которые были в наличии в самолёте и дала минералку. Точнее, заставила его выпить, чтобы держать на контроле, насколько это возможно, водный баланс в организме. — Держись, Нацу. Пожалуйста, — умоляла я, гладя его волосы и лицо. Спустя ещё несколько кошмарных часов повязка на боку пропиталась кровью. Я аккуратно её сняла и меня окатила новая волна ужаса — рана оказалась воспалённой. — Боже мой! — воскликнула я, начав метаться по борту самолёта в поисках чего-нибудь. — Сколько ещё лететь?! — Шесть часов, — ответил охранник, как я успела выяснить, по прозвищу «Змей». — Госпожа, я слышал, что лимонный сок обладает некоторыми антибактериальными свойствами. Вот, возьмите, — он протянул плод и положил в мои трясущиеся руки. — Хотя, нет, давайте я сам сделаю. Займитесь пока раной. Напряжение с меня немного спало, когда кто-то другой взял часть работы на себя. Хотя, если быть честной, я сама никого не подпускала к Нацу, держа его состояние под своим собственным, неусыпным контролем. Однако, всему был предел, в том числе моей выдержке. — Спасибо, — слабо произнесла я, подойдя к Драгнилу. Я дала ему обезболивающее, которое было ещё и жаропонижающим, и вновь промыла рану, осторожно удалив видимые загрязнения стерильной салфеткой. Затем воспользовалась антисептиком и приложила ко лбу парня холодный компресс, состоящий из полотенца, смоченного холодной водой. — Готово, — сказал охранник, подавая мне стакан с раствором. — Нужно смочить это в чистой ткани, отжать и приложить к области вокруг раны. Не на неё саму. — Поняла, — кивнула я и приступила к кропотливой работе. — Через десять минут снять и перебинтовать, когда высохнет, — продолжил он. — Вы очень помогли, — вымученно улыбнулась я. Я сделала всё, как он сказал и затем плюхнулась на кресло напротив, откинув голову назад. В висках стучало, сердце сжималось от страха за жизнь Нацу, руки и ноги ломило от бесконечной усталости. Хоть бы помогло. Хоть бы помогло. Хоть бы помогло. Видимо, я отключилась. Когда я проснулась примерно через час от голоса Нацу, то вскочила и стала быстро озираться по сторонам, как умалишённая. — Лю-си… Лю-си… — звал он меня негромко, но требовательно. — Я здесь, — тут же взяв его за руку, ответила я. — Если умру, то знай, — тяжело дыша, проговорил он, — что ни Боги, ни Якудза, ни закон… Ничто не разлучит нас. Даже смерть. — Не говори так, дурак! По моим щекам уже вовсю градом катились солёные слёзы, ведь я минута за минутой отгоняла от себя мысли о том, что его не станет. — Я найду тебя в следующей… Жизни. В другой… Вселенной. И буду любить, принцесса… Клянусь. Эти слова разорвали моё сердце на куски и заставили пасть тщательно выстроенную за столько часов крепость из терпения и надежды. — Нет, Нацу, — эмоционально воскликнула я, чувствуя новый прилив сил, — не позволю. Слышишь меня? Я не позволю тебе вот так здесь погибнуть! Но он уже не слышал, снова провалившись в небытие. Я потрогала его лоб и поняла, что жар усилился. Молясь всем Богам, которых знала, я вновь смочила полотенце прохладной водой и вернула на место. Затем провела процедуры по смене повязок и обработке ран, обнаружив, что на ноге воспаление распространилось. — Зато кровь перестала идти, — заметил подошедший Змей. — Через пару часов уже будем на месте. — Хорошо, — на автомате ответила я, безостановочно думая о том, преодолеем ли мы этот последний рубеж. Наконец, когда колёса самолёта коснулись взлётной полосы, меня накрыло облегчение. — Нацу, мы долетели! — обрадованно закричала я на весь салон. Продержись ещё немного, милый. Ещё чуть-чуть. Ради меня. После посадки на борт тут же поднялась бригада врачей и они переложили парня на носилки. Выходя следом за всеми, я, наконец, позволила себе выдохнуть. Уже стоя на земле я ощутила сильное головокружение и накатившую тошноту — сказался перенесённый сильный стресс. Неожиданно для себя я потеряла равновесие и стала падать, но меня кто-то поймал и прижал к своей груди. Незнакомый парень. — Вы, кажется, переутомились, мисс, — сказал он бодрым, звонким голосом на чистом японском. Я подняла на него обессиленный взгляд: волосы молодого человека были рыжими, глаза — светло-зелёными, губы — тонкими. Он улыбался белыми, ровными зубами, а выражение лица светилось озорством. — Опусти-ка ты это, от греха подальше, — произнёс он и я повернулась назад. Там стоял один из охранников, который летел с нами сюда, с направленным вперёд пистолетом. Змей отправился с Нацу в больницу, а «Бык», так его называли, остался со мной. Он был немногословен, зато чрезвычайно силён — это всё, что я о нём знала. — Отойдите от госпожи, — медленно отчеканил он, резко отпустив ручку моего чемодана. Очнувшись от ступора, я освободилась от хватки незнакомца и встала рядом с уже знакомым мне человеком. — Ничего страшного не произошло, не стоит так реагировать. Я лишь помог леди, — парень подмигнул мне и только сейчас я заметила людей позади него, которые также направили оружие в сторону нашего с Нацу охранника. — Кто вы? — спросила я с опаской. — Ваш Супермен, — самодовольно ответил он. — Спаситель. Покровитель на этой земле. Локи Лайонхарт — к вашим услугам, прелестнейшая из богинь. Затем парень поклонился и щёлкнул пальцами. Его люди тут же убрали свои пистолеты и то же самое сделал Бык. — Люси Хартфилия, — представилась я. — Скажите, куда увезли Нацу и как я могу добраться до этого места? — Я вас подвезу, — отозвался Локи, приглашая меня в свой чёрный, тонированный автомобиль. — Может, хотите сначала отдохнуть с дороги, перекусить… — Нет, благодарю, — сразу отказалась я, забираясь в машину. — Мне нужно быть рядом с Нацу. Садитесь, пожалуйста, — обратилась я к своему охраннику. — Как скажете, — сказал Лайонхарт, устроившись напротив меня. Когда мои вещи погрузили в машину и Бык сел в салон, мы двинулись в путь. Я сильно переживала за Нацу. Мне не хотелось ни секунды оставаться вдали, но я осознавала, что сейчас помощь докторов ему нужнее, чем мои охи и вздохи возле него. — Нацу что, не сказал, под чьей защитой вы будете в Америке? — я уловила в интонации Локи возмущение и повернулась к нему лицом, оторвавшись от окна. — Мы не успели это обсудить. — Что ж, ясно, — вздохнул он, с интересом разглядывая меня. — Приятно познакомиться, — вспомнила я о приличных манерах. — Хм, и мне тоже, — усмехнулся парень. — Комната в моём особняке уже подготовлена. Очень жду вашего заселения. — Благодарю, — коротко ответила я, чувствуя себя немного некомфортно. Локи не делал ничего, чтобы я боялась, но всё же я улавливала некую опасность. Хотя, вернее сказать — напористость, исходящую от него. Или, может, меня пугала его открытая, неформальная манера разговора с незнакомой девушкой. Мне не нравилось, когда люди разбрасывались сомнительными комплиментами направо и налево или воспевали себя в разговоре с другими. Создавалось впечатление, будто им нечего больше сказать и это единственное, чем они могут зацепить собеседника. Особенно это касалось мужчин. Обычно для таких был свойственен нарциссизм, а эта черта не могла способствовать адекватному общению. С другой стороны — мы же не навсегда здесь, чего переживать? Просто он такой человек, из которого сыпятся эти слова, как из рога изобилия. Он же помогает нам, в конце-то концов! Надо успокоиться. Я слишком перенервничала… Мы благополучно добрались до центральной больницы Чикаго. Там я узнала, что Нацу забрали в операционную — требовалось удалить пулю из ноги и зашить ранение в боку. Я села возле двери и стала ждать. Живот заурчал от голода и я прикрыла его руками, но охранники всё равно услышали. — Госпожа, вам надо поесть, — сказал Змей, указывая в сторону буфета. — Хотите, куплю вам чего-нибудь? — Согласен с ним, — кивнул подошедший Локи, усаживаясь на соседнее кресло. — У вас и крошки наверняка во рту не было за весь полёт, я прав? Змей недобро хмыкнул и покосился на рыжеволосого. Затем его взгляд вернулся ко мне, ожидая хоть каких-нибудь распоряжений. — Это так, — согласилась я. — Не могли бы вы принести… Что угодно. Подумав, что они сочтут меня слишком высокомерной из-за того, что не пошла сама, я поспешно добавила: — Я хочу дождаться врача. — Конечно, госпожа, — охранник слегка поклонился и ушёл, а его место сразу же занял Бык, стоящий неподалёку. — Спасибо, — прошептала я. — Вы так недоверчивы, — ухмыльнулся Локи, поправляя очки. Он был совсем не похож на мафиози. Или просто в Америке они выглядят по-другому — я не знала. Лайонхарт носил дорогую одежду, обувь и аксессуары. Принадлежность к преступному миру выдавали лишь оружие, спрятанное под пиджаком и вооружённые люди вокруг. — Простите, если повела себя как-то некультурно. Просто я очень устала, — начала оправдываться я, а он лишь рассмеялся в ответ. — Что вы! Я всё понимаю, — Лайонхарт махнул рукой. — Кстати, можно на ты? — Конечно. Надо было сразу предложить, — виновато отметила я. — Лучше поздно, чем никогда, — сказал он. — Где Нацу тебя такую нашёл? Я широко распахнула глаза, ощущая неведомый мне подвох в этом странном вопросе. — Я… Наши отцы работают вместе, — именно такой ответ показался мне наиболее безопасным в данный момент. — Понятно, — задумчиво протянул Локи, не спуская с меня глаз, — но я немного не это имел в виду. Я в курсе, кто ты. Затем он поднялся и я тоже встала со своего места. — Мне пора, но здесь останется мой человек. Если что-то понадобится, сообщи ему. — Благодарю за помощь, — сказала я ему вслед, слегка склонив голову. Через несколько минут вернулся Змей и вручил мне стаканчик с латте, бургер и картошку фри. — Спасибо, — благодарно улыбнулась я, принимая еду. — Я буду здесь, вы с… Быком можете тоже пообедать. Кстати, скажите, как вас обоих зовут? Охранники переглянулись и Змей ответил: — Мы будем уходить по очереди. Не положено оставлять вас и наследника одних, — пояснил он. — Что касается имён, по протоколу мы не можем их называть. И разговаривать с вами без нужды нам запрещено. — Вот как, — разочарованно вздохнула я. — Что ж, простите, если поставила вас в неудобное положение. Я ещё плохо знакома с этими правилами… Что-то сегодня я слишком часто извиняюсь. Действительно виновата или окончательно свихнулась посреди этого хаоса? — Это не так, — вдруг произнёс Бык и у меня чуть картошка не вывалилась из рук. — Для нас большая честь служить вам, Хосэки-химе. Вы не должны просить прощения у своих слуг. Мы здесь, чтобы исполнять ваши приказы и охранять. Боже, я когда-нибудь смогу к этому привыкнуть? Или, может, мне… Удастся хоть немного скорректировать их дикие порядки? Нельзя же постоянно обращаться к человеку по его прозвищу. Рабство давно отменили! — Я поняла, парни. А теперь давайте дождёмся возвращения вашего босса. Я положила пустой поднос рядом с собой, чтобы потом унести и решила ненадолго закрыть глаза и передохнуть, чтобы восполнить запас сил. Очень тяжело было сохранять внешнее спокойствие, когда на деле хотелось выть, а натянутые до предела нервы грозились в любой момент лопнуть. Я заставляла себя думать только о хорошем. Цепляться за мысль, что Нацу благополучно покинет операционную — раненым, зашитым, без сознания, но живым. Я верила, что он выкарабкается. Вернётся ко мне. Встанет на ноги и снова крепко обнимет меня. Если ты не очнёшься, я убью Зерефа. Пугающая мысль родилась в моей голове на фоне глубокой подавленности. И вместо того, чтобы отмахнуться от неё, я стала прокручивать. Представлять. Продумывать. Однако, особой энергии на такие сложные раздумья у меня попросту не было, поэтому я быстро вернулась к молитвам всем Богам на всех языках, которые знала. Не знаю, сколько прошло времени, но я очнулась, когда тяжелая дверь открылась и из неё вышел высокий мужчина в медицинской одежде. Я тут же подскочила и уставилась на него в ожидании. — Мисс Хартфилия? — Да, это я. Как Нацу? — Мистер Драгнил стабилен. Операция прошла успешно. Повезло, что пуля застряла в мягких тканях. Скоро переведём его в палату. — Спасибо… Огромное спасибо… На меня нахлынули слабость вперемешку с облегчением и я просто рухнула на колени, заливаясь слезами. Доктор потянулся ко мне, чтобы помочь, но Змей махнул ему рукой и через секунду оказался рядом, поднимая меня и усаживая в кресло для ожидающих. Я не могла успокоиться — трясло до невозможности. Плакала и плакала. До хрипа. До отсутствия способности дышать. До настоящего рёва. Охранники по очереди подавали мне то салфетки, то воду и я была безмерно благодарна им за то, что они пытались сделать хоть что-то в меру своих сил. Иначе я бы подняла на уши всю больницу. Я как пятилетняя девочка, а не взрослая девушка… Носятся со мной оба… Как же стыдно! — Госпожа, это вас, — сказал Змей, протягивая мне телефон. Сделав несколько глубоких вдохов, я приложила мобильный к уху. — Как мой сын? — нервно раздалось на том конце. — Жив, — коротко ответила я, затем шмыгнула, пытаясь собрать себя в кучу. — Я знаю, как ты постаралась для этого. Проси у меня, что хочешь. — Мне ничего не нужно, — без раздумий отказалась я. — Что ж, как скажешь. Я вылетаю в Америку, чтобы забрать его сюда, в нашу клинику. — Не стоит, — я покачала головой, затем встала и пошла вперёд по длинному коридору. — Дайте мне возможность отговорить его от… Планов на Зерефа. — Ты думаешь, что получится? — усмехнулся Игнил. — Упрямство — вот второе имя моего сына. — Если они будут находиться на разных континентах, то, согласитесь, шансов станет больше. — Ты права, — признал он. — Я пришлю ещё людей. До связи. — Всего хорошего, — я положила трубку и повернулась назад. За моей спиной стоял Лайонхарт, привалившись к стене. — О, ты меня напугал… — Что сказал глава? — лениво поинтересовался Локи. — Пожелал Нацу скорейшего выздоровления, — ответила я, направляясь в сторону операционной. — Сообщил, что хочет забрать его. — А ты что? — спросил он, следуя за мной. — Попросила не делать этого, чтобы лишний раз не тревожить ослабленный организм перелётами. — И глава послушал? — удивился молодой человек. — Он согласился со мной. — Как интересно! — воскликнул он. — Мне бы хотелось услышать восхитительную историю об этих приключениях с мафией из твоих уст, Люси. Драгнила скоро переведут в палату, не составишь мне компанию на ужин? — Хорошо, — согласилась я скорее из благодарности, чем от желания. — Прекрасно! — обрадовался Локи. — Хочешь, отвезу тебя перед этим к себе домой, чтобы ты… Ну… Привела себя в порядок, переоделась? — Заманчивое предложение, но я пока откажусь, если ты не против, — произнесла я, рисуя на лице вежливую улыбку. — Понимаю. Волнуешься и не хочешь отходить далеко отсюда? — сразу догадался он. — А ночевать тоже останешься здесь? Или всё-таки… — Конечно, останусь, — сразу оборвала я Локи, вернувшись к своему месту. — Понял, понял, — Лайонхарт поднял руки вверх. — Тогда я зайду за тобой позже. Я сжала кулак и подняла большой палец вверх. Локи сделал то же самое и затем ушёл, а я оценивающе взглянула на себя в прозрачное стекло операционной. Майка и джинсы были испачканы кровью. Лицо покрыто пылью. Волосы спутаны. Под глазами — круги из-за недосыпа. Зрелище, конечно, не из приятных, но мне было вообще всё равно. Главное, что Нацу выжил. И я должна быть рядом, когда он придёт в себя. Прошло ещё пятнадцать минут. Наконец, за дверью послышалось какое-то движение. Она распахнулась и несколько медсестёр вывезли каталку, придерживая капельницы. Я шла параллельно с ними, не отрывая взгляда от Нацу. В лифте коснулась его плеча — кожа была холодной. Только его вздымающаяся грудная клетка убеждала меня в том, что Драгнил дышит. Вскоре мы добрались до палаты. Один из медбратьев помог женщинам осторожно перенести парня на больничную койку. Затем они подключили необходимые приспособления, проверили катетеры и ушли. Я взяла стул и села рядом с ним, внимательно вглядываясь в черты лица, будто видела впервые. — Люблю тебя, — прошептала я, убирая пальцами слёзы с глаз, — фанат кожаных курток. И чёрных очков. Тишину разрывали лишь громко тикающие приборы, которые нисколько не раздражали, наоборот — напоминали о том, что Нацу жив. И он придёт в себя. — Что бы ты мне ответил на это? — улыбнулась я, осторожно касаясь его лба. — Даже предположить не могу. Наверняка что-нибудь оригинальное. Я зевнула и положила руки, а затем и голову на его кровать, стараясь не задеть медицинское оборудование. Без тебя никак. Без тебя — не то. Теряю жизни свет. И всё вокруг — ничто.

***

Кто-то потряс меня за плечо, заставляя проснуться. Я оглянулась и увидела Лайонхарта, тут же вспомнив, что пообещала ему ужин. Он был одет с иголочки и приятно пах. В отличии от меня. — Кажется, я вырубилась. — Кажется, так, — улыбнулся он, вручая мне пакет, на котором был напечатан всемирно известный логотип. — Я купил тебе одежду. Размер должен подойти. — Спасибо, — я заглянула внутрь и увидела лежащие на дне новые джинсы и тонкий свитер светло-розового цвета. — Жду за дверью, — произнёс он и вышел. Я переоделась, затем подошла к умывальнику и ополоснула лицо водой. Кое-как пальцами расчесала волосы и заплела косу, используя цветную ленту из декора свитера в качестве резинки. Я подошла к Нацу, поцеловала его в щёку и вышла из палаты. Локи тут же подал мне руку, но я покачала головой, попутно ища глазами своих охранников. Бык сразу же встал с места и подошёл ко мне. — Госпожа? — Я ухожу ненадолго с мистером Локи, — сообщила я. Он кивнул головой и двинулся следом за нами, подавая знак своему напарнику. — Ты могла бы оставить обоих охранников здесь, — ожидаемо произнёс рыжеволосый. — Я тебя не съем. — Им не положено отходить от протокола, — я развела руками, делая вид, что это не в моей власти. Он усмехнулся, а я мысленно похвалила себя. Конечно, если бы Локи хотел причинить мне вред, один охранник ему бы явно не помешал — у этого человека было больше людей и он находился на своей территории. Однако, после похищения я заработала себе эту травму и стала бояться людей. Незнакомцев в особенности. Ехать никуда не пришлось — уютное кафе располагалось на той же улице, что и больница. Мы сели за столик и свободный официант сразу же принёс меню. — Только сейчас поняла, что у меня нет… Местной валюты, — сказала я, вздохнув. Лайонхарт недоумённо поднял бровь, будто я его как-то оскорбила. — Я пригласил, мне и платить, — ответил он с улыбкой. — Выбирай, что хочешь. — Хорошо, — согласилась я, озвучив свой заказ официанту. Когда тот ушёл, Локи закинул ногу на ногу и закурил, откидываясь на спинку дивана. — Ну, рассказывай, как судьба занесла тебя к Якудза? — Как оказалось, я с самого детства рядом с ними. — Слышу в голосе какое-то негодование, — он скинул пепел и выдохнул дым, — но пока не могу уловить суть. — Никакой особой истории нет, — отрезала я, взяв в руки стакан с водой, который мне принесли. — Всё это вышло против моей воли. — Хочешь сказать, что никогда не мечтала стать женщиной Якудза? — ухмылка тронула его губы, словно он на что-то меня проверял. — А что, кто-то об этом мечтает? — ответила я вопросом на вопрос. — Что касается меня, то нет. Я учусь в университете и планирую после его окончания работать в сфере права. Но в последние дни я задумалась, а не переквалифицироваться ли мне на медсестру? Локи рассмеялся и щёлкнул пальцами, указывая на меня. — В нашем мире обе эти профессии были бы полезны, — отметил он, затушив сигарету. — То есть, хочешь сказать, что ты встречаешься с Нацу из-за стечения обстоятельств, а не из-за большой любви? Если бы у тебя был выбор, ты бы не стала Хосэки-химе? Это слишком личное. Мы знакомы меньше суток и он уже лезет ко мне в душу. Какой-то подозрительный тип… — Я ещё не стала ею. В полной мере. — С ума сошла? — возразил Лайонхарт. — Теперь обряд — просто пустая формальность. После того, что произошло в самолёте, разговоры о тебе не стихают. — Что это значит? — недоумённо спросила я. — Каждый солдат Курогане склонит перед тобой голову, когда вернёшься. Не из-за кодекса чести. Не потому, что обязан. А по зову сердца, — он говорил, а я слушала с почти раскрытым ртом. — Вот увидишь, принцесса-драгоценность. — Но я не сделала ничего такого… И мне помогали. — Какая ты скромница, — Локи вновь закурил. — Со стороны виднее, Люси. Если бы не твоя собранность во время путешествия через половину земного шара, он бы не дотянул. Помер бы. А знаешь, что было бы после этого? Раскол клана. О, а вот и еда. На стол поставили несколько блюд, приборы и цветы в вазе. — Приятного аппетита, — сказала я, начав с салата. — И тебе, — кивнул он, затушивая очередную сигарету. — Знаешь, Люси, каждый оябун мечтает о такой преданной спутнице. Нацу очень повезло. Я медленно проглотила еду и запила её водой, совершенно не зная, что ответить. — Откуда вы знакомы? — спросила я первое, что пришло на ум. — Мой покойный отец, который был родом из Америки, и Игнил познакомились много лет назад на одном, так скажем, мероприятии. Потом наши кланы стали вести совместные дела. Когда мне было четырнадцать лет, отец отправил меня в Японию, чтобы набрался ума и опыта. Я был воспитанником Игнила. Соответственно, хорошо знаком с верхушкой. — А что потом? — заинтересовалась я. — Да, ничего. Занимались своими «кровавыми» делами, — он изобразил пальцами кавычки. — Пять лет я прожил вместе с ними. Затем Драгнилы покинули Японию. Ты наверняка в курсе об этом. — Да, — подтвердила я. — Ты хорошо знал Зерефа и Нацу, значит? — Не просто хорошо. Я, Зереф и Лексус— наш небольшой отряд молодых бойцов был по праву признан одним из самых эффективных в клане. Нацу, Грей и Гажил являются представителями уже следующего «поколения». У нас были свои методы работы, у них сейчас — свои. — Вы с Зерефом… Друзья? — осторожно уточнила я, откладывая вилку в сторону. — Как сказать, — он задумался, поглаживая пальцами подбородок. — Скорее нет, чем да. Меня всегда отталкивала его чрезмерная жажда крови и зрелищ. К тому же, с ним всегда нужно было быть начеку. Зереф никогда, к примеру, не спас бы раненого товарища — он бы наступил на него, злорадно посмеялся и пошёл дальше. Такой он человек. — А Нацу? — Нацу… Он бы, скорее, подставил свою спину под пули, но товарища бы спас. — Какие отношения были между братьями? — продолжала расспрашивать я, хотя сама ему вообще ничего толком не рассказала. — Враждебные. Всегда, — спокойно сказал Лайонхарт, вытирая салфеткой руки и рот. — Они максимально избегали общения. Между ними буквально искрило напряжение и существовал какой-то конфликт. Но никто в это особо не лез. Нацу был скрытный и жил, как улитка в своей раковине, а Зереф мог накинуться за подобные расспросы. Нацу младше меня и Зерефа, поэтому я не особо много общался с ним, но несколько совместных заданий у нас всё же было. Мне нужно поподробнее узнать о прошлом семьи Драгнил. Когда вернусь в Японию, займусь этим, чтобы получше разобраться и понять, какая кошка пробежала между братьями. А пока использую те источники, что есть. — Спасибо за рассказ, — сказала я, поднимаясь с места. — Отвечу на твой вопрос, раз ты сообщил мне так много. Единственное, что я выбрала сама — так это быть вместе с Нацу. Не потому, что он — Якудза, а как раз вопреки этому. — Это глупо, — ответил он, вставая следом. Локи слегка склонился, возвышаясь надо мной и я невольно дёрнулась в сторону. — Знаешь, почему? Потому что те женщины, которые идут туда добровольно, знают, что могут потерять всё или им попросту уже нечего терять. А тебе ещё только предстоит это понять. Его слова всколыхнули внутри то, что я прятала довольно долгое время, раз за разом откладывая на потом. Риски, которые я несла, каждый день выбирая эту любовь, были невероятно высоки. Об этом и говорил Локи. Об этом стоило подумать и мне. — Я учту, благодарю, — бросила я и развернулась, почти натыкаясь на своего охранника. — Доброй ночи! — Доброй ночи, Люси, — откликнулся он. Я вернулась в больницу. На этаже, где находилась палата Нацу, было немноголюдно и необычайно тихо. Я подошла к стойке, где сидела медсестра и заполняла документы. — Простите, я хотела узнать, — позвала я её, читая имя на бейдже. — Мисс Мэри? — Да, да, мисс Хартфилия, — отвлеклась девушка, положив ручку на стол. — Что-то случилось? — Нет. Я хотела бы узнать, когда Нацу придёт в себя? — Скорее всего утром, когда отойдёт от наркоза. Может, немного раньше, — она подмигнула мне. — Паренёк ещё молодой и сильный. Быстро поправится. — Спасибо, — ответила я и отправилась прямо к нему. Одна ночь. Одна ночь и ты вернёшься ко мне. Одна ночь и я увижу твою улыбку. Я зашла в палату и медленно двинулась к Нацу. Погладила его по волосам, осторожно прикоснулась губами ко лбу. Потом села и положила свою руку поверх его. Спать совсем не хотелось. Скорее всего, из-за переизбытка событий, моя нервная система трещала по швам и, как следствие, возникла депривация сна. Значит, было время подумать. Вернуться к тому разговору в Синагаве и вспомнить, что мой мир вообще-то… Рухнул к чёрту. Ведь эта жестокая правда никому не была нужна. Более того, она была крайне неудобна. Я ничего не добилась — только в очередной раз вкусила разочарование и боль. Всякий раз, когда я думала, что вот он — предел, жизнь показывала, что это далеко не так. Будут ещё потрясения. Откроются новые обстоятельства, которые обожгут сильнее, чем предыдущие. Когда мне казалось, что хуже быть не может — хуже, как назло, наступало. В тот миг я как-будто разбилась на тысячу мелких осколков — обида на родителей разрывала изнутри. И если с отцом было более-менее понятно, то с матерью — нет. С ним я больше не хотела общаться, а вот с ней… Я понимала, что Лейла весь период брака находилась под влиянием своего мужа. Жила по его указке. И молчала, потому что это было в его интересах. Ведь если бы информация о том инциденте достигла Игнила, ничего бы уже не было, как прежде. Но ведь ты могла, мама… Могла просто поддержать меня. Могла прижать к груди, но нет… Ты не пришла. Ты не стала перечить ему. Теперь я не знаю, смогу ли простить вас. Я решила подумать об этом завтра, как героиня известного романа, ведь была ещё одна проблема, требующая внимания — я совершенно не знала, что сделать, чтобы сдержать своего огненного дракона. Он ведь не остановится. Будет искать своего брата до тех пор, пока не найдёт. Мне откровенно наплевать, что станет с Зерефом. Важно только то, что будет с Нацу. Что будет, когда они столкнутся? Кто из них выживет? Я встала и подошла к окну. На улице шёл сильный ливень. Он барабанил по крыше и карнизу, заглушая поток размышлений, часто печальных, в моей голове. Я с грустью смотрела на тёмное, почти чёрное небо; на сверкающую молнию, что то и дело появлялась на горизонте; на людей, которые бежали по кварталу в поисках укрытия. Потом приложила ладонь к окну, ощутив приятную прохладу. Я могу только оттянуть момент. И то ненадолго. Ведь никакие манипуляции и просьбы с ним не сработают. Скрываться всю жизнь мы тоже не сможем. Рано или поздно это произойдёт. Вопрос лишь в том, когда? Я чувствовала — подступают недобрые, тяжёлые времена. И, возможно, всё, что было «до» просто померкнет на фоне «после».

***

Моей радости не было предела, когда Драгнил очнулся, но она быстро сменилась злостью и страхом, ведь он снова стал крутить свою извечную пластинку. Я решила переговорить с врачом, чтобы тот перед выпиской дал чёткие указания по реабилитации и последствия их невыполнения. Это должно было хоть немного вразумить его и заставить задержаться. Я была откровенна с Нацу, как он и просил, когда делилась с ним своими мыслями на счёт семьи. Уход отца из дома расстроил меня, ведь мама осталась совсем одна, но почему-то не удивил. Я вообще сомневалась, что меня теперь удивит хоть что-то. Мы разговаривали об этом несколько раз в течение двух дней и парень терпеливо слушал, иногда, конечно, вставляя колкие комментарии в адрес родителей, но, в основном, я получала от него заверения, что всё так или иначе наладится. Мы обсуждали и Зерефа. С трудом, но я рассказала всё, что с ним связано, а он молчал, смотря куда-то сквозь меня. Нацу боролся с собой, подавляя испепеляющий гнев, неистово рвущийся наружу, а я заставляла себя абстрагироваться и выдавать только сухие факты без погружения в свои ужасы с головой. Благодаря совместным усилиям эта толстая стена между нами, наконец, пала. Мне больше не надо было изворачиваться, выдумывать и уклоняться от ответов. Это дарило невероятное облегчение. После крайней перевязки, когда мы уже засобирались на выписку, врач сообщил, что хочет понаблюдать за Нацу ещё день. Нужно было дождаться свежих анализов. — Не ворчи и ложись, принесу тебе суп, — сказала я, осторожно надавливая ладонями ему на грудь. — Да он мне надоел уже! — недовольно воскликнул он. — Не веди себя, как ребёнок! Тебе всё равно пока ничего твёрдого нельзя есть, — я покачала перед ним указательным пальцем. — Даже не проси моих парней бегать за всякой запрещёнкой! — Твоих… Парней? — он выгнул бровь, а потом схватил меня за руку. — Угу-м, — кивнула я, склоняясь над лежачим больным. — Не вздумай даже! — Как прикажете, — Драгнил взял меня за шею и притянул к себе, затем дотронулся губами, заставляя колени задрожать, — моя принцесса. Я покраснела и выскользнула из его объятий. Всю дорогу до буфета с моего лица не сходила улыбка. До тех пор, пока я не вытащила из кармана телефон. Я уже достаточно давно не заходила в наш общий чат с подругами. Переписывалась в основном с одной Каной — высылала ей фото, когда выходила на улицу и убеждала, что вот-вот вернусь, приду на пары и всё наверстаю. Моё внимание привлекло одно сообщение от Леви и я открыла диалог. «Сейчас болтала у аудитории с девочками из потока. Говорят, что Роуга и Стинга давно не видели в универе. Слышали что-то об этом?» — писала МакГарден. «Нет. Вообще пофиг.» — ответила Кана. «Не-а. Наверняка шляются по бабам!» — следом пришло от Миры. «Ходит слух, что они нарвались на неприятности и их того…» — снова Леви. «Чего?» «Ну, это…» «Леви, ну напиши уже…» «Грохнули!» «Ой, не болтай ерунду. Мы же не в каменном веке!» — с кучей смеющихся смайликов отправила Кана. «Где ты это берёшь вообще? Хах))» — в таком же стиле ответила Мира. «Так они были связаны с какой-то мафией, мне парень из их группы рассказывал!» — продолжала Леви. «Лучше расскажи, что там за новенькая в соседней группе.» — попросила Кана. «Кто вообще переводится в такое время?» — прокомментировала Мира. «Да ничего такого особенного… Эльза зовут. Из богатой семьи. Отец бизнесмен крупный…» «Опять по блату протолкнули!» — написала Кана. Я убрала телефон в карман и остановилась. Боже, а если меня свяжут с их исчезновением? А что, если будут проблемы с полицией? Допросы? А если ещё обвинят в чём-то? Вдруг кто-то видел меня и Стинга в тот день? Телефон завибрировал и я снова вытащила его. — Алло, мам? Как дела? Я звонила, ты не ответила. — Люси, не переживай. Всё нормально. Как только вернёшься, нам надо будет поговорить, согласна? — Согласна, — кивнула я. — Есть много тем для обсуждения. — Ты, главное, не зацикливайся на нас с отцом. Наши с ним отношения не касаются тебя. Не думай об этом. — Легко сказать… Вы разводитесь? — задала я тяжёлый и мучительный для себя вопрос. — Да, Люси, — выдохнула она, а я скинула вызов, даже не попрощавшись. И всему виной я. Если бы я не начала это всё… Если бы не та папка… — Госпожа? С вами всё в порядке? — спросил Змей, подходя ко мне. В этот момент я стояла, прижавшись к стойке, и прятала лицо за ладонями. — Да… Да, всё хорошо, — глухо произнесла я. Затем на автомате сложила еду на поднос и попросила охранника расплатиться. Мои руки тряслись и, заметив это, Змей взял его у меня и понёс сам. Я плелась следом, погруженная в себя. Мы практически дошли и я вдруг почувствовала, как закружилась голова. Дотронулась рукой до стены, пытаясь удержать равновесие, но ничего не вышло. Тело словно стало ватным, а ноги будто отнялись, забирая у меня способность двигаться. Я упала на пол и отключилась.