Пять Невест: Шестой Элемент Судьбы

Глава 19: Гонка на экзамен Мамору Ари рывком сел на своем футоне, сердце бешено колотилось в груди, отдаваясь гулким эхом в ушах. Сон был невероятно ярким, почти осязаемым: сёстры Накано, их лица сияли искренней радостью и гордостью, протягивают ему свои экзаменационные листы – и по всем до единого предметам, у каждой, как каллиграфический шедевр, красовались безупречные сто баллов. Он, Футаро, даже суровый господин Накано с непривычно мягкой улыбкой – все вместе они праздновали этот невероятный, почти фантастический успех. — Сон… это был всего лишь сон! — выдохнул он, проводя дрожащей рукой по спутанным волосам. Ночной учебный марафон, затянувшийся до глубокой ночи, вымотал всех до предела; видимо, понадеявшись друг на друга или на общую ответственность, они просто забыли как следует настроить будильники, или же коллективно проспали первые, не самые настойчивые сигналы. Футаро, скрючившись в неудобной позе, напоминающей эмбрион, спал на диване в гостиной, его очки съехали на самый кончик носа. Ичика, Ёцуба и Ицуки, раскидав конечности, спали вповалку на расстеленных прямо на полу одеялах, создавая живописную картину усталости. Только Нино, как он с удивлением и толикой восхищения заметил, уже тихо хлопотала на кухне, её энергичный силуэт мелькал в дверном проёме, и оттуда доносился едва уловимый аромат чего-то съестного. — Да уж, до ста баллов нам ещё очень-очень далеко, — со вздохом, полным горькой иронии, признал он сам себе, вспоминая реальные успехи своих подопечных. В следующую секунду пронзительный звонок будильника на телефоне Футаро разорвал утреннюю тишину, прозвучав в напряжённой атмосфере как сирена, возвещающая о начале локального конца света. — Чёрт! Мы проспали! Катастрофа! — Футаро подскочил с дивана с такой резвостью, словно его подбросило пружиной, его очки едва не улетели в неизвестном направлении. — Экзамены… они же начинаются через… — он лихорадочно вгляделся в экран своего телефона, затем на настенные часы, его лицо исказилось от ужаса, — …каких-то полтора часа! А уроки уже в 8:30, и экзамены начнутся всего через пятнадцать минут после официального начала уроков! В квартире мгновенно воцарился управляемый хаос. Сонные, растрёпанные, с отпечатками подушек на щеках, сёстры в панической спешке забегали по комнатам, их встревоженные возгласы смешивались в общий, нервный гул: — Почему никто из нас не встал?! Я же ставила свой будильник! Или не ставила?.. — паниковала Ицуки, её непослушная прядка-ахогэ забавно подрагивала в такт её метаниям. — Моя косметичка! Кто-нибудь видел мою драгоценную косметичку?! Я не могу появиться в школе в таком виде! — почти рыдала Нино, в отчаянии осознавая, что времени на её обычный, тщательно выверенный и безупречный макияж катастрофически не хватает. — А мы… мы успеем хоть что-нибудь перекусить? Я так голодна! — с последней отчаянной надеждой в голосе спросила Ёцуба, уже натягивая на себя школьную форму с проворством опытного спринтера. — Спать… как же хочется спать… моя голова… — тихо стонала Ичика, безуспешно пытаясь расчесать свои спутавшиеся за ночь волосы. Проснувшись от всеобщей суматохи, Мику, молчаливая и сосредоточенная, быстро отвернулась к стене, инстинктивно нашаривая свои спасительные наушники, словно пытаясь отгородиться от надвигающейся паники. Мамору, стараясь изо всех сил сохранять внешнее самообладание, хотя внутри у него всё сжималось от тревоги, решительно взял командование на себя, пока Футаро всё ещё пытался окончательно привести в чувство свой сонный, отказывающийся работать мозг. — Девочки, спокойно! Без паники! Завтрак отменяется, максимум – стакан воды, чай или кофе на бегу, если успеем. Нино, твой макияж сегодня будет в стиле «боевой экспресс-вариант», главное – успеть! Ичика, Мику, Ицуки, Ёцуба – немедленно одеваться! Футаро, быстро проверь, все ли учебники, тетради и ручки на месте! Мы должны выбегать из квартиры через пять, нет, уже через четыре минуты! Его голос, обычно спокойный и размеренный, сейчас звенел от едва сдерживаемого напряжения. Резкие слова господина Накано об ультиматуме и возможном увольнении тяжело давили на него невидимым грузом. Опоздать на решающий экзамен – это был бы самый верный, самый быстрый и самый позорный путь к провалу всей их миссии. Они вылетели из квартиры, словно стая испуганных птиц, спугнутых внезапным выстрелом. — Уэсуги-сан, Ари-сан, я поб-бежала вперёд, встретимся в школе! — крикнула Ёцуба, её природная спортивная подготовка и неиссякаемая энергия немедленно давали о себе знать. Она действительно умчалась вперёд, как заправский атлет, её зелёный бант мелькал вдали. — Разве вы обычно в школу не на машине добирались? — задыхаясь, спросил Футаро у Ицуки, которая тяжело дышала и уже заметно отставала. — Нас… нас обычно подвозил папин секретарь, Эбата-сан, но сегодня… сегодня он почему-то не смог, — сбивчиво, с трудом подбирая слова, ответила Ицуки, её лицо покраснело от напряжения. — Что… что случится, если мы опоздаем? Нас не допустят? — с тревогой в голосе спросила Мику, её дыхание стало частым и прерывистым. Мамору инстинктивно придержал её под локоть, помогая не сбиться с быстрого темпа и не упасть. — Думаю, мы ещё успеем, если будем поддерживать такой темп и не сбавлять! — попытался подбодрить их Мамору, стараясь, чтобы его голос звучал уверенно, хотя сам он в это верил с трудом, глядя на часы. Путь до школы превратился не просто в гонку, а в отчаянный последний забег на выживание перед самой финишной чертой. — Я… я больше не могу… не могу так быстро бежать… Это мой предел… — простонала Ицуки, резко останавливаясь и хватаясь рукой за бок, её лицо исказилось от боли. — Не сдавайся! Ицуки, давай! — крикнул ей Футаро, но его голос почти утонул в утреннем шуме оживлённой улицы. — Я не хочу, чтобы все люди увидели меня без макияжа… Это же позор! — причитала Нино, тщетно пытаясь прикрыть лицо руками, словно это могло спасти её от воображаемого унижения. — Всё же надо было хотя бы ресницы накрасить! — Разве у входа в школу не дежурит тот строгий учитель физкультуры? — с внезапным ужасом прошептала Ичика, её глаза расширились. — Если мы не проскочим незаметно мимо него, то сам тест станет нашей наименьшей проблемой! Нас просто не пустят! — Ёцубы нигде не видно! — заметил Мамору, быстро оглядываясь по сторонам. — Куда же она могла так быстро деться? Надеюсь, она уже в школе. Внезапно Ицуки, которая выглядела так, словно вот-вот упадёт в голодный обморок, её ноги подкашивались, остановилась как вкопанная у небольшого уличного ларька, источавшего соблазнительный аромат свежеприготовленных онигири. — Я… я так голодна, что просто с ног валюсь… Мне нужно хоть что-то съесть… — едва слышно прошептала она, глядя на рисовые шарики затуманенным взором. Футаро, несмотря на всю критичность ситуации и спешку, с неожиданной для него самого заботливостью достал из своей сумки пару аккуратно завёрнутых рисовых шариков. — Вот, держи. С лососем или с тунцом? — предложил он Ицуки, протягивая ей еду. Та сначала инстинктивно мотнула головой («Нет… мне не надо… мы же опаздываем»), но манящий аромат свежего риса и нори, такой знакомый и утешительный, ударил в нос, мгновенно заглушая все протесты совести и разума. Она взяла онигири с тунцом с таким выражением мученической благодарности на лице, словно Футаро только что спас её от неминуемой голодной смерти прямо посреди улицы. — Сейчас не время привередничать и выбирать начинки! Ешь быстрее! — упрекнул её Футаро, хотя в его голосе уже не было прежней резкости, скорее усталое смирение. И тут, словно всех их утренних бед было недостаточно, они буквально наткнулись на маленького, горько плачущего мальчика лет пяти, который стоял совершенно один, растерянно озираясь посреди почти пустого на удивление тротуара. Утренняя спешка уже разогнала большинство прохожих, и ребёнок, всхлипывающий и потерянный, выглядел особенно одиноким и беззащитным. — Ой, кажется, он потерялся, — с неподдельным сочувствием тихо сказала Мику, замедляя шаг. — Мы очень спешим, — отрезал Футаро, его лицо было мрачным и решительным. — У нас совершенно нет на это времени! Наверняка его родители уже ищут или скоро найдут. — Да ты просто демон во плоти, Уэсуги-кун! — воскликнула Ичика, её обычно игривый и лёгкий тон сменился неприкрытым гневом и возмущением. Мамору, не говоря ни слова, решительно шагнул к плачущему мальчику. — Эй, малыш, ты где-то потерял свою мамочку? — мягко, насколько это было возможно в такой ситуации, спросил он, присаживаясь на корточки, чтобы быть на одном уровне с ребёнком. Мальчик сквозь громкие рыдания и текущие по щекам слёзы что-то неразборчиво лепетал, указывая маленькой ручкой в неопределённом направлении. — Ари-сан, у нас же совсем нет времени! Экзамен! — почти взмолилась Нино, дёргая его за рукав. — Одну минуту, — твёрдо, не допуская возражений, сказал Мамору. — Мы не можем просто так его здесь оставить. Это неправильно. Он быстро осмотрелся по сторонам и, к своему облегчению, заметил неподалёку полицейский участок – небольшую будку «кобан». Подхватив удивлённого мальчика на руки, он быстро, но успокаивающе объяснил ему, что его отведут к добрым полицейским, которые обязательно помогут найти маму. Остальные сёстры, даже обычно язвительная Нино, молча и немного ошарашенно наблюдали за этой сценой, их первоначальное раздражение от задержки постепенно смешивалось с невольным уважением к его неожиданному поступку. Футаро лишь тяжело и обречённо вздохнул, понимая, что спорить бесполезно. Когда они, наконец, запыхавшиеся и взмыленные, добежали до школьных ворот, часы на телефоне Мамору показывали 8:33. До начала судьбоносных экзаменов оставалось всего двенадцать минут, но массивные металлические ворота уже медленно и неотвратимо закрывались знакомой фигурой учителя физкультуры. — Мы… мы всё-таки опоздали, — в полном отчаянии простонала Ицуки, её плечи поникли. — Что же нам теперь делать? Нас точно не пустят… — Не волнуйтесь. Кажется, у меня есть один безумный план, — неожиданно для всех заявил Футаро, лихорадочно доставая свой телефон. — Алло, Ёцуба? Ты уже в школе? Внутри? Отлично. Слушай внимательно и оставайся там, где стоишь. Операция «Тотальный Двойник» начинается! Он быстро, сжато, но чётко изложил суть своей авантюры: Ёцуба, благодаря своей активности, уже была замечена учителем физкультуры ранее утром (она помогала ему перенести какой-то инвентарь и получила официальное разрешение ненадолго выйти за ворота), и у неё самая узнаваемая примета – её неизменный большой зелёный бант на голове. Остальные четверо сестёр должны были быстро соорудить себе точно такие же банты и попытаться пройти под видом Ёцубы. — Крайне маловероятно, что этот учитель настолько хорошо вас всех различает в лицо, чтобы заметить подмену, особенно если вы будете проходить по одной, с небольшими временными интервалами. Он, скорее всего, решит, что это всё та же неугомонная Ёцуба туда-сюда бегает по каким-то своим делам, он же не станет скрупулёзно считать её появления, — закончил Футаро свой инструктаж, в его глазах блеснул азартный огонёк. — К тому же, он её уже видел сегодня, его бдительность по отношению к ней будет значительно снижена. Мамору быстро оценил дерзкую смелость и одновременно высокую рискованность предложенного плана. — Это… это действительно может сработать! Гениально, Футаро! Ичика, твои выдающиеся актёрские таланты сейчас пригодятся как никогда! Нино, Мику, Ицуки – постарайтесь максимально точно скопировать манеру поведения и энергичную походку Ёцубы! Главное – уверенность! Сёстры, в которых отчаянное волнение смешалось с неожиданным азартом и предвкушением маленького приключения, быстро и ловко соорудили подобие знаменитых бантов Ёцубы из первых попавшихся подручных материалов – ярких атласных ленточек от каких-то подарков, которые предусмотрительно нашлись в бездонной сумке Ичики, и нескольких чистых носовых платков. Одна за другой, стараясь выглядеть как можно более естественно и по-ёцубовски жизнерадостно и энергично, они проскользнули мимо учителя. Тот лишь удивлённо качал головой, что-то недовольно бормоча себе под нос о том, какая же всё-таки неугомонная и суетливая эта ученица Накано Ёцуба, и почему она всё время выбегает за ворота и снова забегает обратно. — Все на месте? Мы это сделали! Это просто замечательно! — возбуждённо прошептала Ичика, когда все пятеро наконец собрались в относительно безопасном коридоре школы. — Так, всё, соберись, не паникуй, а то нас сейчас же раскроют своим поведением. Они были внутри. Все пятеро. Кроме своих репетиторов. — А теперь, кажется, наша очередь, — сказал Мамору, глядя на Футаро. — У тебя есть план Б для нас? Футаро лишь мрачно покачал головой, его лицо выражало крайнюю степень усталости и сомнения. Он попытался незаметно проскользнуть следом, но учитель физкультуры, уже явно что-то заподозривший из-за этой странной процессии одинаково одетых "Ёцуб", решительно преградил ему путь своей внушительной фигурой. — А ты ещё кто такой, молодой человек? Опоздал, да ещё и пытаешься тут издеваться надо мной, устраивая какой-то цирк? — грозно, не предвещая ничего хорошего, спросил он, смерив Футаро строгим взглядом. Мамору решительно шагнул вперёд, вставая между учителем и заметно съёжившимся Футаро. — Прошу прощения, сенсей, — начал он своим самым вежливым, спокойным и убедительным тоном, используя всю свою врождённую выдержку и приобретённый с годами навык общения, присущий выходцам из состоятельных семей, привыкших решать вопросы дипломатично. — Это целиком и полностью моя вина. Я их частный репетитор, и сегодня утром мы проводили экстренное дополнительное занятие, чтобы повторить самый сложный и важный материал перед экзаменом. Боюсь, я неверно рассчитал время, слишком увлёкшись процессом. Пожалуйста, не наказывайте их за мою досадную ошибку. Я готов понести всю полноту ответственности за это опоздание. Учитель внимательно, изучающе посмотрел на безукоризненно вежливого Мамору, затем перевёл взгляд на всё ещё напряжённого Футаро. — Репетитор, значит? Частный? — он скептически хмыкнул, но в его взгляде появилось что-то похожее на понимание. — Ладно, так уж и быть, проходите. Но чтобы это было в самый последний раз, уяснили? И проследите, пожалуйста, чтобы ваши весьма талантливые подопечные больше не устраивали подобных театральных представлений у школьных ворот, ясно вам? Мамору и Футаро с нескрываемым облегчением выдохнули и быстро прошли внутрь. Они успели. Буквально на последней минуте, за несколько мгновений до того, как прозвенит звонок. Сёстры уже с тревогой и нетерпением ждали их у входа в класс, их лица выражали сложную смесь облегчения от собственного успеха и беспокойства за судьбу наставников. — Верьте в себя, в свои знания и в свои силы, — твёрдо, но ободряюще сказал Мамору, поочерёдно глядя на каждую из них. — Давайте, девчата, теперь всё зависит только от вас. Покажем всем, на что мы способны! Удивим результатами! — Да! — почти хором, полные решимости, ответили они, и, сжав кулаки в символическом жесте поддержки, все вместе шагнули в класс навстречу своему решающему испытанию. Безумная, полная неожиданностей утренняя гонка была наконец окончена. Теперь их ждало главное испытание – сам экзамен. И от его результатов зависело слишком многое. Конец главы