Рыцарь Смерти

Изуку шагнул через железные ворота школы, чёрные ботинки чётко отбивали ритм по асфальту. Новая униформа — тёмно-зелёный пиджак с золотыми пуговицами и брюки со стрелками — облегала тело, подчёркивая широкие плечи и узкую талию. Рукава были закатаны до локтей, обнажая предплечья с проступившими венами. Шёпот возник сразу. Группа второкурсниц у фонтана замолчала, провожая его взглядами. Парень с прической в виде акульего плавника ронял газировку, не замечая, как банка покатилась под скамейку. Изуку шёл прямо, не замедляясь, пальцы сжимали ремень сумки из чёрной кожи. Он толкнул дверь класса. Шарниры скрипнули громче обычного. Тридцать пар глаз мгновенно уставились на дверь. Разговоры оборвались. Изуку прошёл между рядами парт, его тень скользила по стенам с плакатами о технике безопасности при использовании причуд. Он сел за свою старую парту — третий ряд у окна. Отодвинул стул с глухим скрежетом, достал из сумки тетради в чёрных переплётах. Карандаши выстроились ровной линией вдоль края стола. Девочка с розовыми волосами, заколотыми в два хвостика, подошла первой. Её розовые кроссовки с помпонами постучали по полу. — Привет! Ты новенький? — она наклонилась, положив ладони на его парту. Блеск для губ перламутрово-розового цвета отсвечивал под люминесцентными лампами. Изуку поднял голову. Его зелёные глаза, теперь более тёмного оттенка, медленно сфокусировались на её лице. — Нет. Девочка моргнула, отстранившись. Её пальцы содрали кусочек наклейки с края парты. — А... тогда... кто ты? Я тебя раньше не видела. — Она поправила ободок с кошачьими ушками, от которого пахло дешёвым пластиком. Шесть парт вокруг затихли. Парень с прической в виде взрывов жевал жвачку, замерев. Две девушки за соседним столом перестали красить ногти. — Изуку Мидория. — Голос был ровным, как электронный синтезатор. Он перевернул страницу тетради, где уже заполнил дату синими чернилами. Розовые помпоны на её кроссовках дёрнулись. Девочка отступила на шаг, наткнувшись на парту сзади. Пластиковая линейка упала с грохотом. — Э-это... ты... — она резко развернулась, почти бегом направившись к группе девушек у доски. Её кеды шаркали по линолеуму. — Это Дэку! — чей-то шёпот прозвучал громче, чем планировалось. Стулья заскрипели. Пять человек отвернулись одновременно. Парень с взрывной причёской фыркнул, размазывая ручкой кляксу в тетради. — Тратата-та-та, — пробормотала одна из девушек, дорисовывая сердечко на обложке блокнота. — Я думала, хоть что-то изменилось. Изуку открыл учебник по истории героев на странице 84. Его пальцы легли на строку о зарождении системы лицензий. Шум в классе вернулся к обычному уровню — шепоток за спиной, смешки над мемами в телефонах. Девочка с розовыми хвостиками, прислонившись к шкафу с противогазами, показывала подругам что-то в телефоне. Они хихикали, бросая короткие взгляды в его сторону. Одна из них прикрыла рот рукой, но Изуку уже опустил голову, выводя в тетради ровные строчки конспекта. Пропуск времени Последний звонок прозвенел резким электронным трелем. Изуку закрыл учебник по квантовой физике, совместив уголки страниц с краем парты. Его рука сдвинула пенал с чёрными ручками в правый верхний угол сумки. Кацуки встал через три ряда. Он швырнул рюкзак на плечо, не застёгивая молнию. Взгляд, жгучий и узкий, впился в затылок Изуку, пока тот застёгивал пряжку на кожаной сумке. — На крыше. Через пять минут, — бросил Кацуки, ударив костяшками пальцев по краю его парты. Пластиковая поверхность треснула по шву. Класс замер. Девушка с синими косами задержала телефон над портфелем. Парень в очках с зелёными линзами замер с половинкой сэндвича у рта. Изуку поднялся, поправив складки на пиджаке. — Опять он будет его бить, — прошептала девочка у окна, пряча лицо за учебником. Изуку прошёл мимо них, не меняя скорости шага. Его чёрные ботинки глухо стучали по бетонным ступеням лестницы на крышу. Дверь с табличкой «Выход запрещён» была приоткрыта — кто-то вставил жевательную резинку в замок. Кацуки стоял спиной к перилам, сжимая и разжимая кулаки. Его ладони потрескивали микро-взрывами оставляя чёрные отметины на рукавах куртки. — Ты грёбаный Дэку! — он рванул вперёд, как только дверь захлопнулась. Красные глаза сузились до щелей. — Это что за уёбищный прикид? И как ты, мразь, вымахал?! Изуку отклонился вправо ровно на семь сантиметров. Кулак Кацуки просвистел мимо его уха, разорвав воздух запахом нитроглицерина. — Бакуго. — Его рука захватила запястье Кацуки, провернув сустав наружу. Костяшки пальцев побелели под давлением. — Тебе следует контролировать гнев. Это недостойно героя. Кацуки дёрнулся, пытаясь ударить коленом. Изуку перехватил его брючину левой рукой. Ткань порвалась по шву с хрустящим звуком. — Иди нах... — Кацуки не договорил. Колено Изуку врезалось ему в солнечное сплетение. Воздух вышел из лёгких со свистящим хрипом. Изуку разжал пальцы. Кацуки рухнул на бетон, обхватив живот. — Тебе не хватает дисциплины. — Изуку поправил манжет, где нитка слегка распустилась. — Есть герои с причудами слабее твоей, но сильнее духом. Он повернулся к выходу. Кацуки, согнувшись, выплёвывал на бетон комок крови. Его пальцы царапали цемент, оставляя чёрные полосы от взрывного пота. Дверь на крышу закрылась с глухим стуком. Изуку спустился по лестнице, вытирая ладонь о брючную ткань. Внизу, у раздевалок, группа первокурсников расступилась, прижавшись спинами к шкафчикам. Кацуки остался лежать на крыше. Его рычание смешалось с рёвом пролетавшего внизу грузовика. Пропуск времени Изуку сидел на краю кровати в своей комнате. Жёсткий матрас продавился под его весом. В руках он держал толстую книгу в кожаном переплёте с вытесненной золотом надписью: «Мифы древних цивилизаций: боги смерти» Страница 243 была загнута в уголке — раздел о ритуалах посвящения рыцарей. На полу у ног валялся рюкзак с потёртым логотипом школы. Свет настольной лампы с зелёным абажуром падал на его руки, подчёркивая свежие царапины на костяшках пальцев. — Этот идиот никогда не изменится, — его губы едва шевельнулись. Голос звучал тише скрипа пружин в матрасе. Он швырнул книгу на кровать, оставив вмятину на сером одеяле. Встал, поправив складки на чёрной водолазке. Закрыл глаза, сжав веки так, что в висках застучало. Когда он открыл их, сосны уже шелестели над головой. Доспехи плотно облегали тело — нагрудная пластина без единой царапины, наручи с заклёпками на запястьях. Меч в ножнах ударил по бедру, когда он шагнул вперёд. Он обошёл деревянный дом, сапоги вминали сырую землю. Летиция стояла у грядки с чёрными лилиями. Её босые ноги оставляли отпечатки на влажной почве. Лейка из потёртой меди блестела в её руках, вода стекала тонкой струйкой на бархатистые лепестки. Изуку снял шлем, зажав его под левой рукой. Холодный ветер разметал зелёные пряди волос по лицу. — Так сильно любишь цветы? — он остановился в метре от неё, поставив шлем на пень. Летиция не обернулась. Её белые волосы колыхались синхронно с движением лейки. — Они прекрасны, не так ли? — она наклонилась, поправляя стебель, искривлённый ветром. — Не красивее тебя. — Его пальцы провели по рукояти меча, счищая невидимую пыль. Лейка замерла в воздухе. Вода продолжала литься, образуя лужу у корней лилии. Летиция медленно выпрямилась. — Не стоит льстить Смерти, юнец. — Я не льстил. — Он поднял шлем, протёр забрала рукавом. — Как скажешь. — Она повернулась, и красные глаза скользнули по его доспехам. — Ты сказала, что обучишь меня мечу и древнему языку. — Сегодня отдыхай. — Она снова наклонилась к цветам. — Начнём завтра. Изуку сжал шлем так, что кожаные перчатки затрещали по швам. — А задания? Устранение призраков? — Ты скоро закончишь школу. — Она провела ногтем по стеблю, срезая засохший лист. — Поступишь в геройский вуз — тогда полностью погрузишься в роль. Она поставила лейку на землю. Вода пролилась на подол её платья, но ткань не потемнела. — Скоро тебя ждёт сильный противник. Обучение — приоритет. Изуку кивнул. Его сапоги развернулись на пятках, дробя сухую ветку. Портал уже пульсировал в конце аллеи — чёрный вихрь с синими искрами по краям. Он сделал три шага, затем обернулся. Летиция замерла с лейкой в руках, её пальцы сжали медную ручку так, что сухожилия выступили на запястье. Изуку шагнул в портал. Летиция выпрямилась через секунду после его исчезновения. Вода снова заструилась на цветы. Одна капля упала на чёрный лепесток, скатилась вниз, оставив мокрый след.