Последний спуск

— Нет, Зик, даже не думай! — тучная темноволосая женщина яростно погрозила кулаком. — Тетушка Бри, прошу. Я сделаю, что угодно. У вас в больнице это оборудование все равно числится, как списанное, оно никому не нужно — Зик размахивал ладонями перед своим лицом, на его лбу вздулись вены — оно неисправно, я его починю, попользуюсь, а потом верну до того, как ваше руководство решит распорядиться им по-своему. Я могу гарантировать тебе твою безопасность. Если поймают за руку, я сам приду к твоему начальству с повинной. Женщина откинула выбившуюся прядь волос назад и вздохнула, ругаясь себе под нос. — Вот скажи, ну зачем тебе оно? Твои эксперименты? Во благо науки, как ты сказал? Напомню тебе, что ты учишься на архитектора. На кой черт тебе сдался электрокардиограф? И этот — тетушка Бри провела ладонями над головой, жестом показывая шлем. — Мне не обязательно брать все и сразу, для начала и кардиограф сойдет. — Ах, для начала, да? — тетушка скрестила руки на груди — а дальше что? Ты вот скажи мне, если тебе так хочется это твое исследование провести, так приведи своего дружочка к нам в больницу. После закрытия поболтаетесь там пару часиков и все. — Тетушка, боюсь, это не подойдет. Нам нужно воссоздать определенные условия, чтобы начать эксперимент. Я хочу внести свой вклад в науку. Тебе самой не интересна область снов? Она изучена очень плохо, так что даже маленькое исследование будет полезно. Оборудование понадобится мне ненадолго, оно нужно только для того, чтобы получить хоть какие‑то данные, а дальше я сам буду разбираться с тем, что получу. Пойми, я всегда горел этим, пусть и поступил не совсем туда, куда хотел. — Ох, силы небесные — причитала Бри. — Я наконец‑то нашел человека, который поможет мне в моих исследованиях. — Чем он тебя так вдохновил? По‑моему, это просто безумный старик. К тому же он может быть опасен. Ну, повозишься ты с ним, выяснишь, что он просто больной на голову, а дальше что? — Пусть он и есть безумный старик, но то, что он мне рассказал, поистине удивительно. Даже если я не внесу значительного вклада прямо сейчас, наши труды могут стать хорошей почвой для новых исследований. Возможно, в отдаленном будущем, когда технологии превзойдут все наши ожидания — юноша никак не успокаивался — даже если сомнология не сдвинется с места, я смогу рассмотреть наш эксперимент в контексте биологии и психологии, найти связь между видениями во сне и физическим состоянием пациента. Бри покачала головой, колеблясь в нерешительности. Взглянув в глаза юного энтузиаста она почувствовала что-то давно забытое, стертое толщей времени. Когда-то и она сама была такой же молодой, полной надежд и амбиций, пока рутина не поглотила ее целиком. Вздохнув, Бри уселась на стул, обдумывая детали авантюры, что предложил ей племянник. "Неужели я просто так возьму и соглашусь, потакая капризам этого недотепы? Зачем? Может, мне и самой хочется приложить руку к тому, от чего я так упорно бежала все эти годы. Никогда не совершала необдуманных поступков, всю жизнь вела себя, как правильная девочка, а в итоге что?" - думала про себя тетушка. Постукивая пальцами по столешнице, Бри погрузилась в свои мысли. Зик заметил легкую перемену в настроении тети и полностью замер в ожидании, боясь спугнуть тетю. — У меня два условия — Бри повернулась к племяннику — первое: если нас поймают, вину берешь на себя. Второе: в своих исследованиях сделаешь меня соавтором. Разумеется, я не хочу присваивать часть славы себе просто так. Поработаем вместе. У меня, как никак медицинское образование. Юноша взвизгнул от радости, подпрыгнув на стуле. Хохоча, он бросился на тетю с объятиями. — Спасибо, спасибо, спасибо! — восклицал Зик, вопя тетушке прямо в ухо. Бри, рассмеявшись, отстранилась и встала из-за стола. Ей казалось, что ее огрели металлическими тарелками по ушам. — Ну, все, Зик, прекращай — усмехнулась она, потирая уши — я же оглохну. Через несколько дней ближе к вечеру на подъездной дорожке Авена появился старенький пикап, в кузове которого лежал внушительный груз, накрытый плотным тентом. Седобородый вышел поприветствовать своего друга и помочь с разгрузкой. — О, ты что, устроил облаву на клинику? — рассмеялся Авен — еще и машину раздобыл, ты вроде ко мне всегда на своих двоих добирался. Зик, светясь от радости, выпрыгнул из пикапа и принялся разгружать оборудование. — Я одолжил это сокровище, оставив в залог свою жизнь. А машину взял у родителей. Прошу, поаккуратнее с коробками, груз очень хрупкий. Спустя час друзья наводили порядок в доме и готовили жилище к своему эксперименту. Кипы листов, газет и книг были разложены по полкам, а картины перемещены в кладовку. Оказалось, в доме было достаточно свободного пространства, которое долгие годы заполнялось трудами старого Авена. За окном уже стемнело, так что эксперимент должен был вот-вот начаться. Зик установил компьютер и электрокардиограф на маленьком письменном столе в гостиной. Прижавшись к дивану, стоял электроэнцефалограф. На потолке висела инфракрасная камера, прямо над диваном, где Авену суждено будет проводить много ночей. — Чудеса-то какие. Не думал, что в моем доме будет творится что-то подобное — бурчал под нос Авен. — Я и сам никогда не подозревал, что в жизни возьмусь за подобный эксперимент — отозвался Зик, настраивая программу в компьютере — смотри, я буду следить за активностью твоего мозга и за сердечным ритмом. Камера на потолке здесь, наверное, самый бесполезный элемент, но я решил установить ее на всякий случай. Было бы, конечно, здорово раздобыть детектор электромагнитного поля, но это уже блажь. Хотя, — Зик загадочно улыбнулся — кто знает, каких тварей ты можешь приманить в наш мир. Авен фальшиво хохотнул, чувствуя, как его ладони начинают потеть. Отчего-то слова Зика, брошенные мимоходом, разбудили таившуюся в душе тревогу. На секунду ему хотелось свернуть начатое предприятие, напоминавшее больше дьявольский ритуал, нежели научное исследование, к которому обычно подходят с холодной головой, но никак не с нездоровым детским любопытством. — Ты меня не пугай так, а то копыта отброшу раньше времени. Стар я уже, пусть и здоров, как бык — Авен выдавил из себя усмешку. — Да не бери в голову — успокоил мужчину Зик — это я так, пошутил. Закончив копаться в программе, Зик принялся устанавливать оборудование на Авена: шапочку с электродами, на худую костлявую грудь и запястья он налепил датчики электрокардиографа. — Знаешь, это все жутко неудобно. Не представляю, как мне удастся уснуть во всем этом - сказал Авен, оглядывая себя. — Ну, придется привыкнуть. Иначе как нам изучать твое состояние во сне? Авен покивал седой головой в знак согласия. Вздохнув, он неуклюже прилег на диван и поворочался, принимая более удобную позу. — Мне придется полусидя спать, чтобы эта дурацкая шапка не слетела? — усмехнулся мужчина. — Потерпи хотя бы первое время. Думаю, нескольких ночей будет достаточно, чтобы получить более или менее наглядные результаты - ответил парень, поправляя шлем на голове Авена. — А если я случайно сорву датчики во сне? Или сломаю электроды на шлеме? — Ну, сорвешь и сорвешь, ерунда. Что насчет поломки электродов, то не думаю, что это возможно. Но даже если это случится, шлем я постараюсь починить или выпросить другой, а если не удастся, то не страшно, ведь все это оборудование числится неисправным, хотя там из самых серьезных поломок это расшатанные разъемы и парочка неисправных электродов. Спустя полчаса, ворочаясь в полумраке гостиной, Авен отчаянно пытался заснуть. Однако свет от монитора, пусть приглушенный и направленный в противоположную от лица Авена сторону, сильно отвлекал. А ощущения от датчиков на груди и запястьях и неудобной шапочки на голове и вовсе были невыносимыми. Покряхтев и поворчав с десяток минут, Авен кое-как заснул на маленьком низком диванчике в не самой удобной позе. Зик заметил, что дыхание мужчины стало ровным и глубоким. Тихо подвинув стул ближе к столу, парень вперил свой взгляд в энцефалограмму. Спустя пару минут зубчатая кривая стала более размеренной и гладкой. Несколько часов парень следил то за пульсом Авена, то за активностью его мозга. Сверив данные с нужными референсами в виде распечатанных картинок и графиков активности мозга во сне, Зик убедился в том, что никаких аномалий в мозгу спящего мужчины не происходит. "А может он и правда душевнобольной старик с крайне богатым воображением? И я занимаюсь полной ерундой, подбив свою тетю на преступление? Впрочем, мне был интересен сам процесс эксперимента, а не его суть. В очередной раз я пошел на поводу собственных прихотей." - думал про себя Зик. Однако отступать было поздно, ведь и Зик, и Авен, и даже Бри дали обещание не только друг другу, но и своим амбициям, что не позволят трусости и сомнениям одержать верх. Поэтому юноша, вздохнув, просмотрел кривые еще раз и, убедившись, что все данные записываются, тихо прокрался к выходу, чтобы выкурить пару сигарет и подышать свежим ночным воздухом.