Чёрные лебеди

- Возьмёшь меня как-нибудь с собой на кладбище? - спросил Илья, лёжа у Влада на плече и пальцем выводя абстрактные узоры на его мерно вздымавшейся груди. Они уже вторую неделю ночевали вместе в квартире иллюзиониста, Череватый даже притащил к нему сумку со своими вещами, чтобы не пришлось постоянно мотаться к себе домой. - Тебе зачем? - удивлённо покосился на него Влад. - Скучно жить? - С тобой мне никогда не скучно, - Илья прижался губами к его руке. - Просто интересно увидеть, как ты работаешь. Ты же, кроме того раза на мосту, так мне больше и не показывал ничего. - Ты сам просил тебя не смотреть, - хмыкнул таксист. - Если хочешь, возьму. Но, предупреждаю, там всякое бывает. Тебе может не понравиться то, что ты увидишь. - Пока всё, что я видел, мне очень нравилось, - с игривой интонацией заметил Илья и потянулся рукой вниз. - Неугомонный, - закатил глаза Череватый и, резко перевернувшись, подмял его под себя, нависая сверху и прижимая его запястья к кровати. - И откуда в тебе столько прыти, а, Илюшка? - А ты меня почаще так называй - ещё не то узнаешь, - Ларионов с вызовом вздёрнул подбородок, глядя в блестящие тёмные глаза напротив. - К тому же, ты двое суток работал в ночь, да и у меня наконец выходной. Я вообще в ближайшее время из кровати вылезать не планирую - Ты такой развратник, - оскалился Влад, - а с виду приличный человек. - В тихом омуте... - Знаю-знаю, кто там водится. Иди уже сюда.

***

На неделе Влад предложил Илье составить ему компанию в поездке на кладбище, раз уж тот так этого хотел. Ему нужно было провести несколько ритуалов для постоянных клиентов и заодно обновить собственные защиты. С недавних пор он стал ставить их ещё и на Ларионова, но его в эти подробности не посвящал - меньше знает, крепче спит. Иллюзионист даже пораньше ушёл с репетиции, чтобы не тащиться на погост ночью, но на улице уже всё равно было темно и промозгло. Немного потеплело, и выпавший снег превратился в грязную кашу, которая чавкала под ногами и норовила промочить обувь. Кутаясь в шарф и пряча руки в карманы, Илья следовал за Владом по раскисшей дорожке вдоль могил и крестов. Череватый то и дело оглядывался назад, проверяя, на месте ли его спутник. Тот казался встревоженным, и Влад немного занервничал, стоило ли вообще брать его с собой. Он помнил, как впечатлился Илья его скромным перформансом на набережной Фонтанки, а серьёзные практики могли и вовсе по-настоящему напугать. Влад опасался, что его состояние во время обрядов, внешний вид и мрачная атрибутика оттолкнут мужчину, но понимал, что рано или поздно эта часть его жизни всё равно проявится и нет особого смысла делать из неё великую тайну. Чем раньше Илья узнает, чем он занимается, тем проще потом будет им обоим - так решил Череватый. От своих способностей он отказываться не планировал, хоть у уменьшил количество оккультной практики с тех пор, как стал встречаться с иллюзионистом. И если уж так случится, что партнёр будет не способен принять его со всеми прилагающимися тараканами-слэш-демонами, то так тому и быть и нет смысла затягивать с неизбежным. С этими мыслями Влад привёз Ларионова на кладбище и теперь уводил его за собой вглубь, где почти не было освещения, а снежный покров на некоторых захорониях доходил уже чуть ли не до колена. Они остановились на перекрёстке, и Череватый обернулся. - Илья, я сейчас начну, держись в стороне и не бойся, - предупредил он. - Может что-то мерещиться, не обращай внимания. Просто дождись, пока я закончу. В трансе я бываю сам не свой, но это пройдёт. Просто жди. - Я готов, - уверенным тоном отозвался Илья, - не волнуйся за меня. Занимайся своими делами. Влад кивнул и, бросив на землю увесистую сумку с реквизитом, принялся бормотать свои обычные начитки. Прикрыв глаза, он просил о помощи нечистого, быстро и чётко наговаривая призывы. Почувствовав, что сила откликнулась, он опустился на колени, достал из сумки нужные ему свечи, фотографии и прочий скарб и, поднявшись, шагнул к ближайшей могиле с наполовину заметённым памятником. Краем глаза он видел, что Илья стоит на месте, внимательно наблюдая за ним и выпуская облачка тёплого пара изо рта. Череватый погрузился в работу - холод забирался под куртку, руки окоченели, и хотелось побыстрее со всем этим разобраться и вернуться в уютное тепло квартиры. В трансе он продолжал то и дело низко нашёптывать переиначенные молитвы и пугающие заговоры, на автомате выполнял давно знакомые действия, поджигал, лил на руки водку, капал воском на распечатанные снимки и творил прочую жуткую магию, целиком отдавшись процессу. Он не знал, сколько прошло времени, прежде чем в голове начало проясняться и он, пошатываясь, отступил назад, часто моргая и разминая спину. - Ты в порядке? - Илья придержал его за локоть, его голос звучал обеспокоенно. Как только иллюзионист прикоснулся к нему, Влада повело в сторону, в ушах зашумело, а перед глазами, как в калейдоскопе, заплясали ломкие картинки, среди которых не получалось ничего толком разобрать. Образы пролетали мимо так быстро, что ему никак не удавалось сосредоточиться: какие-то цветные пятна, нарастающий гул, отголоски музыки, множество смазанных лиц, два силуэта, чей-то вскрик и Илья. Илья, падающий в чёрную бездну. - Влад! Влад! - это уже реальный Ларионов звал его и тряс за плечи, сидя рядом на коленях в холодном сугробе. - Влад, что с тобой?! Череватый завертел головой, пытаясь сориентироваться, и обтёр мокрой ладонью лицо, приходя в себя. Проморгавшись, он уставился на иллюзиониста осоловелыми глазами, хватая пересохшими губами холодный воздух. - Всё нормально... Нормально... - просипел он, поднимаясь на нетвёрдых ногах. - Что произошло?! - Илья придерживал его за пояс, страхуя. - Ты так резко отключился... - Ничего, бывает, - Влад озирался по сторонам, нехорошее предчувствие никак не отпускало. - Поехали отсюда, поехали домой. Он засуетился, собирая свои вещи с земли и беспорядочно пихая их в сумку. - Как ты поедешь? - Ларионов растерянно топтался рядом. - Подожди, не торопись. Давай помогу... - Не трогай тут ничего. Отойди, я сам. Дай минуту. Илья послушно отступил, но маячил поблизости, дожидаясь, пока Влад закончит. - Пошли, - скомандовал тот, подхватывая сумку, и медленно зашагал вперёд по дорожке. Иллюзионист шёл сзади и молчал до тех пор, пока они не оказались в машине. - Объяснишь, что это было? - спросил он, разворачиваясь на сидении и блуждая озабоченным взглядом по насупленному лицу парня. - Тебе снова плохо стало, да? - Я же сказал, что от ритуалов бывает, - тяжело вздохнув, ответил Череватый, - видения разные, голоса. Я уже в норме, правда. Отдохнуть надо. И жрать хочется. До дома ехали в тишине. Илья больше ни о чём не спрашивал, а Влад не хотел разговаривать. Он не запомнил почти ничего из тех образов, которые так внезапно нахлынули на него у незнакомой могилы, но перед глазами отчётливо стояла картина летящего в тёмную пропасть фокусника, а в ушах звенело эхо испуганного крика. На душе было неспокойно и как-то паршиво, а затылок ломило. К тому же, в памяти вдруг всплыли два тёмных силуэта - мужской и женский, те самые, которые уже однажды показывали ему бесы. От них веяло чем-то нехорошим, опасным, и Череватый понимал, что касается это не только его самого, но и Ильи. Страх за ставшего близким человека ледяной иглой прошил грудь да там и остался. Пока Влад отогревался под горячим душем, Илья накрыл на стол и заварил ему крепкий чай с травами. Несмотря на ощутимый голод, таксист поел без аппетита и, откинувшись на стуле, испытующе уставился на мужчину. - Напугал тебя? - Так всегда происходит? - тот избегал прямого ответа. - Нет, - безэмоционально отозвался Череватый. - Иногда бывает и похуже. - Как ты сейчас? - Нормально. - Когда я подошёл к тебе... - начал Илья, но Влад перебил его. - Не бери в голову, ты тут ни при чём. Я просто поторопился. - Мне показалось, ты сам испугался. Что там было? - Ничего особенного, - Влад не хотел рассказывать. - Бонус от дьявольщины. Хочу лечь, завтра рано вставать. - Хорошо, - Ларионов был явно не слишком удовлетворён его скомканными ответами, но напирать не стал, за что Влад был ему благодарен. Утром Череватый всё ещё был неразговорчив и, быстро собравшись, сбежал на работу. Илья бросал на него задумчивые взгляды, но с расспросами не лез. В директ снова прилетело сообщение оскорбительного содержания от анонима. Эти мерзопакостные послания почти не задевали, но жутко раздражали. Влада явно решили довести до ручки и проявляли в этом поразительную настойчивость. На фоне тревожных видений эти потуги казались детским лепетом, но за ними явно стояло что-то большее и действительно опасное. Гордость не позволяла таксисту обратиться за помощью хоть куда-то, чтобы вычислить мерзавцев, но он всё чаще задумывался о том, не послать ли её подальше и не написать ли наконец заявление в полицию. Но куда больше его беспокоил Илья, неуловимо изменившийся после совместного экскурса на погост. Владу казалось, что тот теперь смотрит на него иначе, с тенью тщательно скрываемого страха. Он жалел, что поддался на уговоры и потащил Ларионова с собой. Прежняя уверенность в том, что лучше поскорее раскрыть все карты перед партнером, улетучилась. Вероятно, его неприглядная магия всё же оставила не самые лучшие впечатления у иллюзиониста. Влад злился на себя, что позволил ему увидеть свои практики, когда между ними всё только наладилось. Глупо было надеяться, что Илья никогда не столкнулся бы с его колдовством, но можно было оттянуть момент, а теперь в груди неприятно ворочался страх. Страх, что от него снова могут отвернуться. Прошло несколько дней, прежде чем инцидент на кладбище немного забылся. Ларионов тоже, казалось, успокоился и вёл себя обычно, но Влад не терял бдительности и внимательно следил за всеми его фразами и взглядами в свою сторону. - Илья, ты ведь сказал бы мне, если бы что-то было не так? - не выдержав внутренних метаний, спросил он как-то вечером, перехватив иллюзиониста на пороге спальни и притягивая к себе за талию. - О чём ты? - нахмурил брови тот. - Конечно, я сказал бы. Всё хорошо. Или нет? Тебя что-то тревожит? - Мне показалось, тебе стало не по себе от моих обрядов, - всё же признался Череватый, нервно кусая губы. - Впредь ты этого не увидишь, обещаю. Я не должен был соглашаться, больше мы вместе не пойдём. Извини меня. - Влад, ты чего? - глаза Ильи округлились, выражая искреннее недоумение. - Ты подумал, что твои практики как-то меня задели? Ты бываешь таким идиотом... - Вот и Лина так говорит, - с ухмылкой вставил Влад. - И правильно говорит, - продолжил Ларионов, обнимая его за бока и делая шаг ближе. - Я испугался. Но не тебя, а за тебя. Тебе было плохо, я волновался. - Но как же все эти свечи, заговоры... Я даже выгляжу и веду себя иначе, когда колдую, - не уступал Череватый, вознамерившись расставить все точки над i. - Твою мать, Влад, какой же ты упёртый, - фыркнул Илья, возводя взгляд к потолку. - Ладно, хочешь правду? Я скажу. Хоть мне и будет ужасно неловко. Череватый напрягся всем телом, чувствуя себя так, будто его ведут на эшафот. - Говори, - просипел он, сглатывая густую слюну. - Твои ритуалы действительно жутковаты, - подбирая слова, заговорил Илья. - Плюс ночь, кладбище... Конечно, мне было не слишком комфортно. Но есть ещё кое-что... Он сделал паузу и прямо посмотрел на замершего в его руках парня. - Ты был там таким... Таким уверенным, собранным, сильным. А эти твои нашёптывания, низкий голос... Влад, ты был до трясучки пугающим. И до ужаса горячим! Да я там чуть со стыда не сгорел, что вообще думаю о таком на кладбище! - Чего? - Череватый решил, что ослышался. - Не заставляй меня повторять, умоляю, - скулы иллюзиониста порозовели. - Тебя заводит моя одержимость?! - Влад сам не верил тому, что вылетало из его рта. - И пугает тоже, я это упоминал, - уточнил Илья, вконец смутившись. - В свою защиту скажу, что не думал ни о чём таком, когда тебе поплохело. - Ой, да похуй на это, - мотнул головой Влад. - Господи, помоги! Мне и во сне не приснилось бы, что услышу подобное... - Ну, всё, хватит стебаться, - разрумянившийся иллюзионист попытался вырваться из его хватки, но Череватый держал крепко. - Я и не стебусь, - ловким движением он пригвоздил Илью к стене, от неожиданности тот сдавленно охнул, врезаясь лопатками в твёрдую поверхность. - Значит, понравилось, когда я такой, да? Его тембр резко упал на несколько октав, Илья распахнул глаза и уставился на него, как кролик на удава. Влад притёрся к нему бёдрами и принялся бормотать всё, что приходило в голову, беспорядочно шаря руками по его телу. - Нравится бесовщина? Заводит, говоришь? Какой ты, оказывается, неразборчивый, Илюшка. Бесов бояться надо, а ты горишь весь. Нравится, мои говорят, - низко шептал он в горячее ухо фокусника, растягивая гласные и срываясь на почти что змеиное шипение, - нравится, когда силу чувствуешь, власть чужую... С ума сходишь от этого. Хотел меня там? Знаю, что хотел... Ларионова начало натурально колотить. Он цеплялся пальцами за предплечья Влада и выгибался в его руках, выдыхая какие-то нечленораздельные междометия и жалобные всхлипы. - Что же ты сразу не сказал, а, Илюшка? - Череватый вошёл в раж и не планировал останавливаться - признание мужчины не просто шокировало его, а напрочь снесло все тормоза. - Не признался, не попросил... Стыдно было, говорят... Я уже столько надумал себе, нервничал из-за тебя... А ты, оказывается, просто на дьявольщину мою запал... Он толкнулся пахом навстречу иллюзионисту и почувствовал, что тот уже в полной боевой готовности. Черти в его голове взвыли на все лады. Не давая Илье и шанса на передышку, он рванул вверх его футболку и, пока тот путался в ней, стаскивая через голову, набросился с поцелуями на его грудь. Откинув одежду куда-то на пол, Илья заскулил, подставляясь под напористые ласки, под горячий язык Влада, который жадно вылизывал его соски, кружа по ним в каком-то бешеном танце. Череватый и сам тонул в вожделении: сминал пальцами чужую нежную кожу, оставляя красные отметины, прикусывал, пачкал слюной, вырисовывая мокрые узоры на ключицах и солнечном сплетении. Его вело от податливого стройного тела в его объятиях, от лихорадочного дыхания мужчины и осознания собственной причастности к его состоянию. Илья забрался рукой ему в трусы и гладил вставший член, рыча сквозь зубы и запрокидывая голову. Влад залип на его длинной изящной шее с проступившими венами, которая так и манила покрыть её горящими пятнами, пометить, чтобы яркие следы невозможно было спрятать и скрыть. Он толкнулся в ладонь иллюзиониста, выражая нетерпение, тот мгновенно отозвался, ускоряя темп. - Влад, что мне сделать для тебя? Чего тебе хочется? - выстанывал Ларионов, дрожа и пытаясь поймать ошалелым взглядом глаза партнёра. Владу хотелось встать перед ним на колени, что он, не мудрствуя лукаво, и сделал. Одним движением он избавил Илью от белья и домашних штанов и на миг замер, с бесовской улыбкой и лукавым прищуром разглядывая истекающий смазкой орган перед своим лицом. Распластанный по стене иллюзионист крупно содрогался всем телом, несдержанно покачивая тазом в немой просьбе сделать хоть что-то с его возбуждением. Череватый упивался его безвольными порывами и робкими попытками податься навстречу, жёстко пресекая их крепкой хваткой на его бёдрах. Когда он впервые попробовал сделать Илье минет, то не слишком преуспел - жутко мешали внутренние предрассудки, собственная неопытность и страх быть высмеянным и униженным. Теперь он стоял на коленях перед мужчиной, но ощущал безграничную власть над чужим телом и рассудком. Ларионов был полностью открыт перед ним - сплошной оголённый нерв, искрящийся жаждой близости и неподконтрольной похотью, - зависимый, просящий, изнывающий от желания каждой клеточкой тела. Весь его вид буквально кричал о том, что он готов отдаться без остатка на волю любимого человека, доверить ему всего себя, и эта вседозволенность до одури кружила голову. Влад придержал его член рукой и, пошло облизнувшись, высунул язык, а затем широким мазком провёл по аккуратной головке, собирая солоноватую влагу. Илья, не в силах совладать с собой, пристроил ладонь на его темноволосую макушку и опустил помутневший взгляд вниз. Влад пощекотал кончиками пальцев мягкую кожу его набухших яичек и, подняв глаза, вобрал ртом отяжелевший орган, удовлетворённо подмечая, как янтарные радужки иллюзиониста утонули в черноте зрачков при виде такого зрелища. Череватый взял в ладонь свой член и задвигал рукой в такт движениям собственной головы. Плотно обхватив губами ствол, он сосал неглубоко, но интенсивно, не забывая поласкать языком головку и выступающие венки. Приноровившись, он пропустил глубже за щеку и, поощрённый громким стоном Ларионова, ускорился, с утробным мычанием насаживаясь на его член и быстро надрачивая себе. - Влад, я... Я сейчас... - хрипло выкрикнул Илья, содрогаясь бёдрами, и пока не готовый к окончанию в рот Череватый выпустил его орган, чтобы в пару коротких движений рукой довести мужчину до финала, позволив излиться на свои губы. Ему понадобилась всего пара секунд, чтобы кончить следом, размазывая пальцами по члену иллюзиониста липкую сперму. - Ты живой? - ухмыльнулся Влад, поднимаясь и приобнимая дезориентированного Ларионова, который, привалившись к стене и опустив веки, пытался совладать со сбитым дыханием. - Не уверен, - расплылся в улыбке Илья, - а если я всё-таки умер, то куда попал? По ощущениям похоже на рай, но как сюда занесло такого демона? Он распахнул одуревшие глаза и потянулся к испачканными губам Влада. Тот попытался отстраниться, но Илья проворно ухватил его за подбородок и заставил повернуться к себе. - Даже не вздумай, - прорычал он, впиваясь в его рот голодным поцелуем.