The Diamond Eye / Алмазный Глаз

ﮩ٨ـﮩﮩ٨ـ♡ﮩ٨ـﮩﮩ٨ـ

Пока Миранда смотрела на неё сквозь полуприкрытые веки, Энди ощущала себя потрясающе. Конечно, были и другие чувства — лёгкое смущение, приятная истома и отзвуки недавнего потрясения от того, как Миранда подарила ей величайшее физическое наслаждение в её жизни. Но главным оставалось блаженство. Счастье. И ослепительная, всепоглощающая влюблённость. Последняя мысль заставила её вздрогнуть. Она действительно любила Миранду. Но не потому ли это, что они стали так близки? Глядя в яркие голубые глаза, с таким терпением наблюдающие за ней, она проанализировала это чувство. Её отношение к этой женщине не изменилось с тех пор, как они переступили грань физической близости. Всё лишь усилилось, но её сердце знало правду задолго до первого поцелуя. Теперь её реакция на Миранду обрела смысл. Сердце любило — и тело откликалось. Энди наклонилась и поцеловала её, всё ещё ощущая под кожей покалывание. — Ты не против... если... я люблю тебя? — прошептала она, касаясь губами бледной, нежной щеки. Миранда издала сдавленный звук, запрокинув голову. — О… — выдохнула она. — Да, Андреа. — Их губы снова встретились, и в этом поцелуе Энди ясно прочитала ответ. Миранда желала её так же сильно. Смущённо скользнув ладонями под шёлковое платье Миранды, она приподнялась с её колен и мягко потянула за собой, укладывая рядом на диван. Их колени соприкоснулись, когда они целовались, а Энди прижимала Миранду к бархатной спинке. Осторожно потянув за шёлк, она приподняла подол — и обнаружила не хлопковое бельё, как ожидала, а голую кожу. Её дыхание перехватило от этого открытия; Миранда содрогнулась в ответ. — Я на это надеялась, — прохрипела Миранда, и от её голоса между ног Энди вновь пробежали знакомые искры. Она думала, что уже утолила жажду, но желание возвращалось с новой силой. Ощущение кожи Миранды, лёгкая щетина между её бёдер — всё это возбуждало Энди ещё больше. — О да… — простонала Миранда, запрокидывая голову на подушку. Собственное желание, смешанное с жаждой доставить удовольствие, смущало Энди, но она отбросила сомнения. — Что мне… — Вот так, — прошептала Миранда, направляя её руку в сокровенное место, ещё недавно бывшее для Энди источником стыда. Теперь стыда не было — особенно когда пальцы погрузились во влажное тепло. От терпкого аромата у Энди слегка закружилась голова; он был восхитителен и пьянящ. «Желание», — вспомнила она слова Миранды. Так происходит, когда женщина хочет свою возлюбленную. Значит, Миранда хотела её. От этой мысли сознание Энди помутнело, и она двинула рукой, пока ещё не зная точно, что делать, но полностью доверяясь инстинкту. Миранда вскрикнула, перекинув ногу через бедро Энди. Её тело извивалось, издавая тихие, прерывистые стоны. — Ты не... — начала она, но вместо слов сама направила пальцы Энди ниже, мягко вводя два внутрь. — Глубже, — прошептала Миранда, и её голос дрожал от нетерпения. Энди смотрела на неё с затаённым дыханием, отчаянно желая подарить Миранде то же блаженство, что та недавно подарила ей. Как это возможно? Она сама едва осознавала, что с ней произошло, когда волны наслаждения захлёстывали её. Но когда она двинула ладонью, погружая пальцы глубже... Да, это было правильно. Миранда выгнулась, её дыхание участилось, и она начала двигаться навстречу руке Энди в ритме, от которого у той перехватывало дыхание. Внезапно Энди почувствовала, как всё тело Миранды напряглось, последовали сокрушительные пульсации вокруг её пальцев, и тихий сдавленный крик вырвался из груди Миранды. Сердце Энди забилось так громко, словно пыталось вырваться из груди; ей казалось, что одним прикосновением она может вновь испытать то же наслаждение. Она инстинктивно раздвинула ноги, слегка потеревшись о бедро Миранды, и поняла, что больше ничего не нужно. Два движения — и новая волна накрыла её, заставив сдержать готовый вырваться крик. Миранда всё ещё пульсировала вокруг её пальцев, её дыхание было частым и прерывистым, а пальцы впились в плечо Энди. — Да... — бормотала Миранда снова и снова, — да... Энди прильнула губами к её ключице, ощущая солёный вкус кожи. Когда пульсация утихла, Энди осторожно убрала руку. Миранда вздрогнула и тихо вздохнула. Пальцы были скользкими, и Энди, не задумываясь, вытерла их о своё платье. Мысль о ложной скромности сейчас казалась абсурдной после той близости, что их связала. — О, боже, — сказала Миранда. — Ты была права. — М-м? — Это было... невероятно. — Она рассмеялась, запрокинув руку за голову. — Боже. — Ещё один глубокий вздох, пока Энди не могла оторвать от неё взгляд. — Ты снова кончила, не так ли? — наконец открыла глаза Миранда, и они были тёмно-синими, мягкими. Энди удивлённо приподняла бровь. — Полагаю, да. Так это называется? Уголки губ Миранды дрогнули в улыбке. — Да. Это сленг. Некоторые говорят "оргазм" или "кульминация". — Кульминация... — повторила Энди с лёгкой усмешкой. — Да, это подходящее слово. — Она приподнялась и устроилась рядом, положив голову на грудь Миранды. Ровный стук сердца под её ухом успокаивал, как и размеренное дыхание. Энди выдохнула, и казалось, будто всё напряжение последних недель наконец покинуло её. — А как часто люди... занимаются этим? Пальцы Миранды лениво скользнули вдоль её позвоночника. — Так часто, как хотят. Или так часто, как могут, уединиться. — Значит... — Энди задумалась, — как часто это бывает? Миранда наклонилась, чтобы поймать её губы в медленном поцелуе. Ответ пришлось ждать долго.

ﮩ٨ـﮩﮩ٨ـ♡ﮩ٨ـﮩﮩ٨ـ

Миранда проснулась в воскресенье ближе к полудню. Она была одна в постели, и хотя это было привычно, первая её мысль оказалась об Андреа — будто та каким-то чудом проскользнула под одеяло и притулилась рядом. В воздухе витал её запах, терпкий и сладкий, несмотря на то, что Миранда накануне кое-как обтёрлась перед сном. Возможно, это было игрой воображения, но этот аромат будоражил кровь. Они исследовали друг друга далеко за полночь, хотя Миранда сознательно ограничила ласки. Что, впрочем, оказалось вполне достаточно — Андреа наслаждалась со всей непосредственностью новизны. Странно, но они так и не разделись полностью; Миранда не решалась идти дальше, не зная, как отреагирует неопытная девушка. Хотя сама она уже ставила под сомнение понятие девственности — разве можно считать её сохранённой, когда они познали всю строгость страсти без мужского участия? С лёгкой усмешкой Миранда провела пальцами по шее. Никогда ещё отсутствие мужских гениталий в романтическом сценарии не вызывало у неё такого облегчения. Андреа оказалась удивительно способной ученицей, хотя для удовлетворения Миранды требовалось не так уж много — достаточно было её дыхания, улыбки, стона, чтобы возбуждение нарастало с половины пути до пика. Это было так легко, что почти стыдно. Майкл, конечно, научился доставлять ей удовольствие, но, возможно, годы одиночества сделали её более восприимчивой. Андреа довела её до оргазма трижды, и каждый раз её дрожащие пальцы вызывали восхитительные ощущения. Третий раз запомнился особенно — наслаждение удвоилось порочной фантазией о тех же руках, но в сочетании с распухшими губами и ловким языком... Она содрогнулась. О да. Этого наслаждения она ждала с нетерпением. Андреа, невинная в плотских утехах, могла бы и усомниться, но Миранда надеялась — когда-нибудь это случится. А пока ей хотелось просто снова держать Андреа в объятиях, целовать её, перебирать мягкие волосы на её затылке. Особенно в такой день, когда дождь барабанил по крыше, а летний зной наконец отступил. Прошлым летом ночи были прохладными, но последние недели стояла невыносимая жара. Возможно, теперь наступила передышка. Внизу, среди девушек, царило необычное оживление. Дождь обычно вводил их в состояние то веселья, то тоски, но сегодня за столами слышался оживленный разговор. Он слегка поутих, когда появилась Миранда, но не затих полностью. Андреа не было в главном зале, но Миранда нашла её на кухне — девушка стояла у плиты и жарила картошку. Миранда понаблюдала за ней несколько мгновений, наслаждаясь сменой выражений на её лице. То она погружалась в мысли, пока шипение картошки не возвращало её к реальности. То её смех, лёгкий и воздушный, заставил сердце Миранды взлететь — так сильно ей захотелось в тот же миг прикоснуться губами к выступающим позвонкам на её шее. В этот момент Миранда поразилась самой себе и причудливому повороту судьбы за последние месяцы. Она приехала в Калифорнию за приключениями, испытаниями и, конечно, деньгами. Обрела всё это и даже больше. Но открытие Андреа с её светлой, вдумчивой натурой затмило всё остальное, что она приобрела с момента своего прибытия. — О! — воскликнула Андреа, всполошив их обе, когда заметила Миранду. — Доброе утро, — сказала она, невольно сделав шаг навстречу, прежде чем осознать неподходящую обстановку. Они не могли обняться здесь, но Миранда прочла это желание в её глазах. От этого у неё в животе закружилось — приятно и тревожно одновременно. — Доброе, — ответила Миранда, сама удивлённая низким тембром своего голоса. Губы Андреа приоткрылись — всего лишь на мгновение, но этого хватило, чтобы между бёдер Миранды пробежала знакомая пульсация. Пока они смотрели друг на друга, дверь во двор распахнулась, и вошёл Джеффри с корзиной яиц. — Доброе, Миранда, — сказал он, не замечая напряжённой атмосферы. — Буду готовить яичницу. Энди уже занялась картошкой, а кофе готов. — Спасибо, Джеффри, — Миранда наконец отвела взгляд. Она подошла к стойке и налила себе кофе — чёрный и крепкий, как она всегда любила. Напиток обжёг горло, но помог отвлечься от Андреа. Кстати... — Как ты её назвал? Джеффри посмотрел на Миранду, затем на Андреа. — А... Я назвал её Энди. Ты же знаешь, что её так звали дома. Не так ли, Энди? — Он добродушно рассмеялся, и Миранда приподняла бровь. Андреа слегка покраснела, выглядя застенчивой. — Да... Я хотела начать новую жизнь, когда приехала сюда, но Джеффри вытряс это из меня. Он очень настойчив. Миранда улыбнулась. Она знала это не понаслышке. — В самом деле. — В общем, мне нравится быть Андреа, почти всегда. Но иногда... иногда приятно ненадолго вернуться к старой себе. — Она ещё раз помешала картошку, не поднимая глаз. — Хм, — Миранда задумалась. — Энди... Оно тебе не подходит. Совсем. — Это имя казалось ей неуместным... Андреа звучало элегантнее, благороднее. — Но я не стану возражать. Это твой выбор. Андреа улыбнулась и сняла сковороду с огня. — Готово. — Она повернулась к Джеффри. — Передай яйца. Я сделаю глазунью. Будешь, Миранда? — Да, — ответила та. — Звучит идеально. Так она оказалась в салуне среди девушек, ещё не успевших позавтракать. Андреа уже накормила завтраком половину из них, и теперь эту поздно вставшую компанию должна была постичь та же участь. Миранда не знала, что Андреа помогает Джеффри по выходным — обычно в эти утренние часы она держалась особняком. Поздние ночи давали ей право на уединение, но воскресенья были особенными. Это был единственный выходной для девушек, и Андреа накануне застенчиво призналась, что хочет провести с Мирандой как можно больше времени. Возможно, они могли бы съездить в город или свернуть в лес, если представится возможность. Рискованно, но... заманчиво. Андреа помогала Джеффри подавать еду. Хотя Миранда редко завтракала чем-то существенным, кроме кофе и тоста, на этот раз она приняла полную тарелку. Первый же кусок заставил её глаза расшириться — всё было приготовлено идеально, с тонким балансом специй. Непроизвольный звук удовольствия сорвался с её губ, и она тут же заметила, как взгляд Андреа стал отсутствующим, губы приоткрылись. Если бы Миранда могла пнуть её под столом, она бы непременно сделала это, но расстояние было слишком велико. В следующий раз придётся сдерживать свои реакции за едой. — Я сегодня еду в город, если кто-то хочет составить компанию, — легко бросила Миранда, и все девушки за столом подняли на неё взгляды. Она заметила нервные выражения на некоторых лицах, в то время как другие внезапно увлеклись изучением потолка или содержимого своих тарелок. Как бы ни были приветливы девушки, Миранда не сомневалась, что лишь одна из них захочет провести этот выходной рядом с ней. — Мне может понадобиться помощь с погрузкой тканей. В комнате повисла тишина, и Лилия кашлянула. Краем глаза Миранда увидела, как та кивает в сторону Андреа, беззвучно шепча что-то. Брови Андреа взметнулись вверх, и она пронзительно произнесла: — Я поеду с тобой, Миранда! Я сегодня совершенно свободна. Уголки губ Миранды дрогнули. "О да, конечно ты свободна", — промелькнуло у неё в голове. Она вздохнула, надеясь, что остальные не воспримут её молчание как нежелание брать Андреа с собой. — Отлично. Тогда встретимся после завтрака. — А вы заедете в универсам, Миранда? — вклинилась Труди с набитым ртом. — Да, разумеется. — Что-то в этой девушке вызывало у Миранды лёгкое беспокойство, хотя она и не могла определить причину. Труди отчаянно нуждалась в работе, но с каждой неделей становилась лишь резче. Если дело пойдёт так дальше, придётся с ней расстаться. Несомненно, найдётся не менее привлекательная девушка с более покладистым характером. — Тебе что-то нужно? Труди фыркнула. — О, нет. Просто подумала, что вы, возможно, навестите Стэнли. Он бывал здесь каждую ночь на этой неделе, вздыхая по вам. Может неправильно понять, если вы появитесь сейчас. — Она устремила на Миранду прямой взгляд. — Или, может, как раз правильно? Кто-то за столом сдержанно хихикнул. Миранда подумала было намекнуть, что не против внимания Стэнли Джеймсона. Но, по правде говоря, это могло плохо кончиться, если слухи дойдут до него самого. Она знала о его интересе, но, не давала прямого ответа, избегая необходимости открытого отказа. — Мистер Джеймсон — прекрасный торговец и ценный клиент. Это всё, что я могу сказать на эту тему. Улыбка Труди казалась безмятежной, но в глазах тлел тёмный огонёк. Миранда решила позже спросить Андреа, что та думает об этой девушке — возможно, её мнение прольёт свет на ситуацию. — Я бы хотела навестить Эви в пансионе, если ты не против, — тихо предложила Андреа, и в её голосе зазвучала надежда. Решение далось Миранде легко. — Конечно. Два часа спустя они уже ехали бок о бок от «Алмазного глаза» к универсаму, где накануне прибыла партия тканей для новых платьев. Миранда с нетерпением ждала этой покупки — она твёрдо намеревалась сшить наряды для всех девушек. Шёлк должен был произвести фурор, если, конечно, окажется столь же роскошным, как его описывали. Сама того не осознавая при заказе, она предусмотрительно заказала дополнительный метраж — достаточно для чего-то особенного, предназначенного только для Андреа. Для чего-то, что кроме неё никто не увидит, если, конечно, ей удастся уговорить Андреа это надеть. Взглянув на девушку, которая наблюдала за ней с затаённой улыбкой, Миранда подумала, что это не составит особого труда. В магазине мистер Джеймсон оказался чрезмерно услужливым, лично загружая свёртки на повозку. Миранда позволила ему это сделать, игнорируя виноватые взгляды, которые Андреа бросала в его сторону. Мистер Джеймсон не скрывал своего восхищения Мирандой, но она ни поощряла, ни отвергала его ухаживания — так было проще. Войдя внутрь, чтобы укрыться от солнца, Миранда рассчиталась по счёту. На выходе Андреа с теплотой пожала руку мистеру Джеймсону: — Благодарю вас, вы настоящий джентльмен. — Спасибо вам, юная леди, — ответил он, не отрывая взгляда от Миранды. — Всё для мисс Пристли. — До встречи на следующей неделе, Стэнли. — Она кивнула ему, едва удостоив трёх других женщин в магазине беглого взгляда, и вышла. — Пойдём, Андреа. Нас ждёт много дел. Андреа последовала за ней по пятам, и они направились к пансиону, где Эви проживала с момента своей помолвки. Миранда предполагала найти себе занятие, пока Андреа навещает подругу, но та переменила решение по дороге. — Эви была бы так польщена, если бы ты составила нам компанию, — сказала она. — Она тебя очень ценит. Миранда уступила. Припарковав повозку у двухэтажного пансиона, она вручила монету мальчишке, рисовавшему палкой узоры в пыли, чтобы тот присмотрел за товаром. Тот с готовностью согласился, особенно когда Миранда пообещала вторую монету по возвращении. Поднявшись на крыльцо, Миранда громко постучала в дверь. Спустя несколько минут Эви пригласила их в уютную гостиную, где с жаром обняла Андреа. — Андреа, как я рада тебя видеть! У меня есть ноты, на которые тебе стоит посмотреть. Я обсуждала с Лоуренсом варианты, и у него появились прекрасные идеи. — Повернувшись к Миранде, она сделала осторожный шаг вперёд, но не протянула рук для объятий. — Не ожидала тебя здесь увидеть, Миранда, но очень твоему визиту рада. — Спасибо, Эви. Не стесняйтесь, обсуждайте вашу музыку. Я подожду. С этими словами Эви снова обняла Андреа. Та посмотрела на Миранду через плечо подруги — её взгляд был мягким и тёплым. Миранда ответила едва заметной улыбкой.

ﮩ٨ـﮩﮩ٨ـ♡ﮩ٨ـﮩﮩ٨ـ

Они провели у Эви около часа, окончательно решив, что Энди исполнит перед церемонией «Иисус, отрада человеческих желаний», а непосредственно перед обменом клятвами — «Увы, увы!». Хотя обе песни были ей хорошо знакомы, Энди сомневалась, не понадобится ли ей для храбрости глоток чего-нибудь покрепче. Её неформальные выступления в салуне не шли ни в какое сравнение с предстоящим церковным концертом в самый важный день жизни подруги. Миранда терпеливо дожидалась окончания визита, но, заметив её лёгкое беспокойство, Энди решила, что пора прощаться. Они с Эви договорились встретиться ещё раз до свадьбы, до которой оставалось меньше трёх недель. Раньше Энди, возможно, почувствовала бы укол ревности к счастью подруги, но теперь, с Мирандой, прочно занявшей её сердце, это её совсем не тревожило. Солнце припекало спину, когда они поднимались в повозку. Миранда бросила мальчишке-сторожу вторую монету, и тот пустился бежать по дороге, поднимая за собой облако пыли. Жара уже не была такой изнурительной, как раньше, но Энди всё равно чувствовала, как пот пропитывает хлопковую блузку и тяжёлую юбку. Чулки прилипли к ногам, и она вдруг поймала себя на мысли: а носит ли сегодня Миранда панталоны? Щёки тут же вспыхнули, когда воспоминания о прошлой ночи хлынули на неё. Неужели Миранда, сидя в гостиной у Эви, тоже думала о том, что происходило между ними? Энди испытывала не стыд, а скорее смущение от того, насколько далеко зашла их близость. Она вспомнила, как сама просила Миранду прикоснуться к ней, поцеловать, довести до того самого «конца». Быть такой открытой и жаждущей было для неё в новинку, но награда того стоила. Особенно когда Миранда просила того же взамен. К своему изумлению и восторгу, Энди обнаружила, что доводить Миранду до оргазма было не менее захватывающе, чем испытывать это самой. Когда тёплая плоть сжималась вокруг её пальцев, а из горла Миранды вырывались сдавленные стоны, это казалось настоящим чудом. Желание, — напомнила она себе. Ей нравилось это слово, особенно когда его произносила Миранда. — Андреа, — голос Миранды вывел её из задумчивости. — М-м? — Энди надеялась, что покраснение не так заметно. — О чём ты думаешь? Она опустила глаза к своим ботинкам и пожала плечами. — Ни о чём. Когда она снова посмотрела на Миранду, на её губах играла вызывающая улыбка. Тело Миранды плавно покачивалось в такт движению повозки, и Энди не смогла сдержать ответную ухмылку. — Неужели? — протянула Миранда. — Я в этом сомневаюсь. — У меня есть право на собственные секреты, — парировала Энди. — Тогда, должно быть, в юности твоё лицо постоянно выдавало тебя с головой. Я могу точно определить по цвету кожи, о чём ты думаешь. Энди закатила глаза. — Если ты это знаешь, значит, сама думала о том же. Миранда фыркнула. — Разумеется. Я считала минуты до того момента, когда снова смогу прикоснуться к тебе. От этих слов у Энди перехватило дыхание. — Правда? — прошептала она. — Я обдумала несколько вариантов, но вряд ли нам стоит сворачивать в лес, чтобы прижать тебя к дереву. — Она искоса взглянула на Энди. — Романтично, но не слишком удобно для нас обеих, да и уединение не гарантировано. Придётся подождать до вечера, после подсчёта выручки. Мы можем закончить пораньше. — Миранда медленно провела языком по губам. — Возможно, ты согласишься провести этот вечер в моей комнате. Сердце Энди забилось чаще. Комната Миранды! Где они будут совершенно одни, с настоящей кроватью вместо узкого дивана... — Да, — выдохнула она, прежде чем Миранда успела усомниться в её согласии. Она уже представляла, что они смогут делать на просторной кровати, и как сможет наконец снять это платье и корсет, обнажив кожу для жаждущих прикосновений Миранды, не опасаясь посторонних глаз. Это было поистине восхитительно. Миранда беспокойно заёрзала на сиденье, промокая платком вспотевший лоб. — Может, обсудим что-нибудь постороннее? А то... день кажется бесконечным. Энди очнулась от грёз и огляделась, с внезапной ясностью осознав, что они не одни. Она кивнула нескольким горожанкам, провожавшим их взглядами. К счастью, те были слишком далеко, чтобы расслышать их разговор. — Конечно. Прости. — Не извиняйся. Не за это. — Голос Миранды стал тише, почти интимным. — Не за твоё желание. Если бы ты только знала, как для меня это... как редко... Впрочем, мы ещё успеем поговорить. А пока — знать, что ты ждёшь наших встреч так же сильно, как и я... этого достаточно... — Она сделала паузу. — Пока что. Энди улыбнулась. — Хорошо. О чём ты хотела бы поговорить? Миранда откинулась на спинку сиденья. — Расскажи, что в последнее время происходит в салуне. Или лучше... спрошу точнее: почему Лилия так настаивала, чтобы ты поехала со мной сегодня? Она выглядела весьма... решительно. — О, ты, наверное, и сама догадываешься, — с лёгкой усмешкой ответила Энди. — Все девушки считают тебя прекрасной хозяйкой, Миранда, но они тебя побаиваются. Они используют меня как посредника для всех просьб, которых боятся озвучить сами. Миранда нахмурилась. — О чём ты, чёрт возьми, говоришь? — Ну, всякие мелочи. Помнишь, как я просила новую подушку, потому что моя совсем сплющилась? Миранда кивнула. — Она была для Люсинды. Та спала на той подушке целую вечность, но боялась, что ты откажешь. — Нелепо. Конечно, я бы дала ей новую. Это входит в пансион. — Я-то знаю, и ты знаешь. Но она стеснялась. А на прошлой неделе, помнишь, мы обсуждали второй котёл для стирки? — Миранда подняла бровь. — Девушки умоляли меня тебя уговорить. И ты согласилась. Миранда раздражённо фыркнула. — Можно подумать, я тиран какой-то, судя по их поведению. И я не всегда иду у тебя на поводу, — добавила она с внезапной капризной ноткой. Энди с трудом сдержала улыбку. Было бы неправильно смеяться, хотя она не припоминала ни одного случая, когда Миранда отказала бы ей. — Я знаю. И ты не обязана. Но, думаю, они просто заметили, что я тебе небезразлична — раз ты доверяешь мне вести счета. — Энди нахмурилась, внезапно обеспокоенная. — Как ты думаешь, это ошибка? Кто-нибудь может догадаться, что мы... так близки? — Она готова была на всё, чтобы сохранить их отношения, даже если для этого пришлось бы скрывать свою нежность к Миранде при посторонних. — Давай не будем забивать этим голову. Раз уж они меня побаиваются — пусть остаётся как есть. Но в следующий раз, когда кто-то попросит о чём-то через тебя, я непременно откажу. Чтобы сохранить репутацию, — с лёгкой иронией добавила Миранда. Энди усмехнулась. — Отличный план. Несколько минут они ехали в комфортном молчании, прежде чем Миранда спросила: — Скажи, что ты думаешь о Труди? Резкий вздох Энди выдал её напряжение. — А что с ней? — Теперь ты точно заинтриговала меня. Просто у меня есть смутное предчувствие... Мне нужна была замена для Эви, но если ты знаешь что-то, что заставило бы меня уволить её, говори сейчас. Энди почувствовала внутренний разлад. Стоило ли выдавать чужой секрет? Она долго размышляла об этом и решила, что сейчас — подходящий момент. — Она такая же, как мы. — Бросив быстрый взгляд через плечо, чтобы убедиться в их уединении, она прошептала: — Предпочитает женщин. Кажется, её возлюбленная работает у мисс Делилы. Рот Миранды приоткрылся. — Ты шутишь. — Нет. Я видела их вместе. — Где? — Поздно ночью на кухне. Они меня не заметили, так что Труди не в курсе. Да и, полагаю, её бы это не особо волновало. — Дорогая, — Миранда произнесла это слово с такой суровостью, что Энди на мгновение застыла, — её это должно волновать. В Труди есть что-то дикое. Она может стать проблемой. Я и так сомневалась, стоит ли её оставлять, а теперь... — Ты уволишь её из-за этого? — Энди вздрогнула от собственной резкости. — Но это несправедливо! Ей некуда идти, а её предпочтения не влияют на работу. Она красива, мужчины от неё без ума. — Голос Энди дрогнул. — Если ты её выгонишь, ей придётся торговать собой на панели. Разве ты уволила бы меня, узнав о моих связях в «Алмазном глазе»? Лицо Миранды стало каменным. — Безусловно. По её выражению Энди поняла, что последствия были бы куда серьёзнее простого увольнения. Она тихо рассмеялась: — Я не об измене тебе, Миранда. Я имею в виду — вместо тебя. Если бы между нами ничего не было. Если бы ты не любила меня так, как любишь сейчас. Холод в глазах Миранды растаял, её губы дрогнули в подобии улыбки. — Для писательницы ты порой удивительно косноязычна, — заметила она, но Энди не обиделась. — Не знаю, что бы я сделала. Наверное, лишь попросила бы быть осторожнее. — Вот именно. Так дай же шанс и Труди. Она заслуживает его не меньше, чем я. Если мы можем быть вместе, почему ей нельзя? — Энди сама удивилась своей горячности. Труди ей не нравилась — более того, она её побаивалась, хотя и не признавалась в этом даже себе. Но несмотря на её колкости и тот случай, когда та оскорбила Миранду, Труди никогда не переходила ей дорогу. — Хорошо, — Миранда сдалась. — Но если она сделает хотя бы шаг в сторону, ты сразу же скажешь мне. Ясно? Теперь это говорила не любовница, а хозяйка заведения. — Конечно, Миранда. «Алмазный глаз» и ты — самое важное в моей жизни. Я сделаю для тебя всё. Взгляд Миранды вновь стал мягким, уголки губ приподнялись. — Спасибо. Дорогая, — намеренно протянула она. Энди ощутила тёплое свечение, разливавшееся по груди, пока глаза Миранды ласкали её лицо. — Всегда пожалуйста.