The Riddles In Your Eyes

— Вингардиум Левиоса! — Перо Гарри взмыло в воздух с первой попытки. Флитвик взволнованно подошел. — Превосходно, превосходно, мистер Поттер. Отличная работа! Ваша мать также была очень хороша с чарами, вы знаете? Лучшая в моем классе. — При этих словах его глаза стали немного грустными, но улыбка не исчезла. Рядом с ним фыркнула брюнетка. Гермиона, если Гарри не ошибся. Гарри не обратил на неё внимания и снова заставил перо взлететь, сосредоточившись на том, что он чувствовал, когда произносил заклинание палочкой. Он сам был сосредоточен на том, чтобы научиться парить и скользить без палочки, а может, когда-нибудь и летать. Том посоветовал ему обращать внимание на ощущения, когда что-то происходит случайно. Может, и здесь можно применить похожий метод? Теперь, когда он об этом подумал, он заметил похожее ощущение, которое не мог точно описать раньше, когда произносил это заклинание, — ощущение, будто магия спасла ему жизнь, но оно было более мягким.

***

Взволнованный Гарри опробовал его между занятиями, подбежав к Драко и хлопнув его по спине, чтобы тот обернулся. Драко вскрикнул и резко обернулся. — Том! Драко! — Гарри подпрыгнул на месте. — Поттер? — медленно произнёс Драко, всё ещё не оправившись от испуга. — Прости, прости. Малфой. Кажется, я понял, — Гарри торжествующе рассмеялся. — Всё в порядке… что? Что у тебя там… Гарри? — спросил Драко, покраснев, когда Том бросил на него самый свирепый из своих убийственных взглядов. Гарри хотел бы знать, почему Том так ненавидит его нового друга. Не обращая на него внимания, Гарри просиял от того, что Драко назвал его по имени. — Я собираюсь кое-что попробовать. Смотри. Не успел Драко и рта раскрыть, как Гарри спрыгнул с лесницы, от чего глаза Драко расширились, и пролетел два этажа. Затем, перед тем как удариться о землю, он начал изгибаться и перекатился, чтобы смягчить удар. — Ты в по... — начал Драко дрожащим голосом. — Хорошая работа, — крикнул Том, прежде чем поднять бровь, глядя на Драко. — Судя по всему, падение было мягким. — Что за... этого не должно было... что? Том, как всегда, самодовольно объяснил: — Обычно его спасает инстинкт, но, похоже, в этот раз он сделал это нарочно. Его инстинктивные движения стали более резкими и отрывистыми. Мы уже давно работаем над этим его талантом. Вот почему я предложил ему научиться делать всё... — он махнул рукой, — вот это... в первую очередь. Я видел, как он сделал это случайно. Если ты можешь сделать что-то случайно, то, как правило, при достаточной практике ты сможешь сделать это намеренно. — Ты — причина, по которой он рискует жизнью по несколько раз в день между занятиями? — Драко приподнял бровь, а затем закатил глаза, когда Гарри перелез обратно через баннер. — Да, это действительно так. — Он скривил верхнюю губу. — И что именно ты имеешь в виду? — нахмурился Том. — Гарри, отличная работа, — сказал Драко. — Но не стоит так рисковать. Мы же только на первом курсе. Тебе следует подождать, пока твоя магия не разовьётся настолько, чтобы ты мог выполнять такие сложные трюки. Это было бессмысленно. Гарри тут же надулся. — Но это весело — как Драко мог не видеть, что ему это нравится? — Гарри, ты можешь делать всё, что хочешь. Не трать свой талант впустую, — Том тут же привлёк его внимание. — Талант — это сила. — Твой друг тебя погубит, — усмехнулся Драко. — Твой одноклассник будет тебя задерживать, — усмехнулся Том в ответ. Пэнси прижала книги к груди и потянула Блейза за рукав. — Кажется, они дерутся из-за него. — Она рассмеялась, наслаждаясь зрелищем. — Наверное, — Блейз ухмыльнулся и пожал плечами. — У Малфоя хорошая родословная и положение в обществе, но у Риддла есть обаяние и привилегия первого друга. К тому же, если честно, я больше боюсь Риддла. Малфой не такой уж и страшный… по крайней мере, для таких одноклассников, как мы. Может, для учителей и персонала из-за его отца… что очень важно, но… — И вот Поттер снова уходит. На следующее занятие. А они всё ещё спорят. — О, они достают палочки. Нужно их разнять, — вмешался Тео, шагнув вперёд.

***

— Поттер! — внезапно сказал Снейп. — Что я получу, если добавлю измельчённый корень асфоделя в настойку полыни? — Напиток живой смерти? — Гарри улыбнулся, вспомнив, как они с Томом смешивали зелья. — Где ты будешь искать, если я попрошу тебя найти мне безоар? — бровь слегка приподнялась в знак одобрения. — Желудок козы. Он отлично подходит для большинства ядов. Уголок губ мужчины дернулся, почти изображая улыбку. — В чём разница, Поттер, между аконитом и волчьей ягодой? — Это одно и то же растение. Э-э... Кажется, у него есть и третье название, но я не могу его вспомнить. Профессор резко кивнул. — Аконит. Три очка Слизерину, мистер Поттер, за то, что взяли книгу до начала урока. _ Он повернулся к остальным. — Ну? Почему только Риддл что-то записывает? Гарри приподнял бровь, глядя на друга, и толкнул его локтем, зная, что Тому не нужно ничего записывать и он просто пытается выглядеть хорошо. Наглый мелкий засранец. Северус Снейп больше не считал Гарри Поттера самым эгоистичным, избалованным и самовлюблённым мальчиком в Хогвартсе. Он больше не видел в Гарри Поттере замену своего отца. Нет. На самом деле Гарри Поттер был довольно скромным слизеринцем с непростым прошлым, которое он мог понять, будучи студентом, находящимся под его опекой и нуждающимся в помощи. И добиться этой помощи будет долгой и трудной задачей. Однако это не означало, что Северус Снейп перестал его ненавидеть. На самом деле в некоторые моменты он ненавидел его в тысячу раз сильнее, чем когда просто видел в Гарри клона Поттера. В основном это было связано с мальчиком, у которого было множество неправильно сросшихся костей, органы которого испытывали нагрузку и были здоровы только благодаря его магии, а также с невероятно низким ростом и недоеданием, из-за которых у декана его факультета чуть не остановилось сердце. Всё началось с того, что он пошёл искать Гарри после занятий, чтобы узнать, принимает ли тот зелья, которые должен был принимать. — Мистер Поттер, полагаю, мне нужно проверить, приняли ли вы все свои...ПОТТЕР?! — Снейп не мог поверить своим глазам. — ЧТО ТЫ ДЕЛАЕШЬ? ПОТТЕР! — Северус не мог вспомнить, когда в последний раз он так кричал, не подвергаясь пыткам. Снейп схватился за грудь, наблюдая за тем, как Гарри выпрыгивает из окна на крышу и пускается в БЕГ. Боже правый. Даже мародёры никогда не были такими безрассудными. Северус порадовался бы его смерти, если бы она произошла. — Двадцать очков со Слизерина. Вернись СЮДА! — На самом деле я не думаю, что он вас слышит, — поддразнил Том, — Он слишком далеко. — Он мальчик, который выжил, чтобы прыгнуть навстречу своей смерти. — Драко выглядел одновременно пораженным драматической реакцией Снейпа и сбитым с толку нахальством Гарри. Том махнул рукой и улыбнулся, глядя вслед своему котёнку. — С ним всё будет в порядке. У Северуса дёрнулся глаз. — Никогда за все мои годы… тем более на Слизерине. Откуда у него эта привычка, мистер Риддл? — О, его научили старшие ребята. — Том отвёл взгляд. — Эй, посмотрите на это с хорошей стороны. Он уже почти научился летать. — Метла — это последнее, что ему нужно. — Гарри Поттеру не нужна была метла, ведь такое поведение уже было в его репертуаре. — Нет, без метлы. Смотрите. Гарри спрыгнул с одной из башен, и казалось, что он вот-вот разобьётся насмерть, но в последнюю секунду он оттолкнулся ногами и взлетел, позволив своему падению измениться и пойти вверх, как будто он за что-то ухватился и смог забраться на выступ, пусть и с трудом. Однако сердце Северуса могло не выдержать. Северус побледнел и не реагировал на происходящее. Наконец он пробормотал себе под нос: — После всего, что я сделал, чтобы у этого сопляка был шанс… Его родители погибли не просто так… — Он покачал головой и резко развернулся, взметнув мантию.

***

— А теперь положите руку на... Метла Гарри сама прыгнула ему в руку, едва он успел протянуть к ней пальцы. _ Подожди, пока я закончу предложение, — отчитала его Хуч. — Простите. Я не нарочно. — Гарри смущённо пожал плечами. — Ты будешь хорошо летать. А теперь все остальные. Накройте метлу рукой и скажите: "Вверх!" Драко довольно быстро взял метлу в руки. После этого несколько гриффиндорцев тоже справились с этой задачей, а затем и Том. Остальные же испытывали трудности. Не все из них вообще смогли это. А те, кто не смогли, оказались в худшем положении. Том слушал, как Драко то и дело перебивает сам себя, и вдруг увидел, как Невилл Лонгботтом взмывает в небо. Все в ужасе смотрели на него, а мадам Хуч кричала на Невилла. В конце концов мальчик развернулся и полетел вниз. Том наблюдал за этим жутким зрелищем с праздным интересом, пока не почувствовал... ну... можно было описать это только как чужую решимость. Гарри взмыл в воздух вслед за ним и легко догнал Невилла. Мальчик упал с метлы, и Гарри обхватил его за талию, поймав с громким "шмяк" , когда Невилл ударился о него. Даже не поморщившись, Гарри продолжил снижаться, чтобы смягчить удар, развернул метлу и поднялся в воздух, прежде чем коснуться земли. — Поттер! Ты не должен был... — Спасать ему жизнь? — Пять баллов с Гриффиндора за наглость. Ты не пострадал? — Может, синяк будет. — Тогда пойдём в больничное крыло. Лонгботтом, отпусти его, чтобы мы могли... Невилл крепко вцепился в Гарри, застыв от страха, когда она попыталась его увести. Хуч сочувственно вздохнула и прекратила свои попытки. — Хорошо. Пойдёмте. Гарри на удивление легко для такого маленького человека нёс Невилла, пытаясь успокоить мальчика тихими, ободряющими словами, пока они шли с Хуч. Том не чувствовал ничего, кроме боли. По его щекам текли тихие слёзы, но он почти не замечал их. В какой-то момент он услышал смех. Его внимание привлекло имя Лонгботтома, и он обернулся, чтобы увидеть, как Малфой подбрасывает в воздух вспоминалку Невилла, как бейсбольный мяч, и ловко ловит его, пока Уизли обзывает его придурком. Том резко и болезненно вздохнул. — Дай мне посмотреть. Малфой передал ему маленький шар, и Том крепко сжал его, чувствуя, как боль перерастает в ярость. Внезапно шар взорвался у него в руке, и в ладонь впились осколки стекла. Несколько учеников вскрикнули. Том, в свою очередь, вздохнул с облегчением: физическая боль притупила душевную агонию, сеявшую хаос в его сознании. Как ты посмел, Гарри? Как он посмел это сделать? Том был переполнен тоской, гневом и завистью. Все эти чувства смешались в нём до такой степени, что он уже не понимал, что он чувствует по отношению к чему. Он был уверен, что Невилл оставил синяки на груди Гарри после того жёсткого падения. Том никогда не оставлял синяков. Он физически не мог сжать его так сильно. Это Гарри оставлял следы на Томе, а не наоборот. Синяки Гарри были такими красивыми. Невилл свернулся калачиком в объятиях Гарри, когда тот опустил их на землю, и всхлипывал от боли, уткнувшись ему в плечо. — Риддл?.. — очень тихо и сочувственно спросила Пэнси, коснувшись его руки. Том сначала вздрогнул от прикосновения, затем вздохнул, сглотнул и кивнул. — Думаю, я пойду в больничное крыло. — Он действительно был благодарен девушке. — Я пойду с тобой. — Пэнси достала носовой платок и неплотно обмотала им его руку.

***

Гарри встревожился, увидев входящего Тома. На его обнажённой груди уже начали появляться синяки. Том моргнул, никогда раньше не видев этого и не зная, какие чувства это у него вызывает. — Том, твоя рука. — У тебя красивые синяки, — без раздумий ответил Том. Гарри слегка поморщился. — Том. Твоя. Рука? — Он разбил напоминалку Лонгботтома, — услужливо подсказала Пэнси. — Он взорвался, когда я взял его в руки. Я понятия не имею, почему. — Том с сарказмом пожал плечами. Помфри подвела Тома к кровати и усадила его. — Это мне бабушка подарила, — печально сказал Невилл. — Это грубо, — сказал Гарри, сверля Тома взглядом. — Зачем ты... — Я устал от всего этого. Вот почему. Я устал от того, что ты прикасаешься ко всем. Я устал смотреть, как люди липнут к тебе, как они с тобой контактируют. — Том покраснел. — Ты был нежен с другими, особенно с Малфоем! Тебе всё равно, как это влияет на меня?! — Ты… ты можешь прикасаться и к другим людям. Я бы не… расстроился. — Мне всё равно на других! Я не хочу этого, если только это не служит какой-то цели. Я хочу только твоих прикосновений! — Здесь не место для споров! — отругала его Помфри. Пэнси густо покраснела, ей было очень интересно их слушать. — Я не знаю, чего ты от меня хочешь, — грустно сказал Гарри, качая головой. Том практически физически ощущал, как между ними нарастает напряжение. — Я хочу того, что, кажется, есть у всех остальных, с кем бы они ни были, чёрт возьми, — с горечью возразил Том. — У нас уже есть то, чего ни у кого больше нет. — Гарри взмахнул палочкой. — Разве этого недостаточно? — Нет, мне этого недостаточно. Этого не должно быть достаточно и тебе тоже. Перестань трогать других людей. — Том разозлился. — Что в них такого особенного? Что такого особенного в Малфое? В Лонгботтоме? — Невилл мог бы пострадать, — Гарри в недоумении всплеснул руками. — Что в этом плохого?! Так ему и надо за его безрассудство! — Он прямо здесь, Том! — Мне всё равно. Помфри отвела Гарри обратно в постель и с помощью заклинания задёрнула вокруг неё полог. Для верности она наложила заглушающие чары и снова сосредоточилась на Томе. — Я был... — Довольно. Том со вздохом опустил плечи. Не стоит злить Помфри. — Да, мэм. Пэнси переступила с ноги на ногу, посмотрела на закрытую занавеску, а затем снова на Тома. Помфри махнула ей рукой. — Снова вместе с тобой на занятиях! Гарри разрешили уйти первым из них троих. Он был так раздражён, что даже не остановился, чтобы поговорить с Томом, не желая иметь с ним дело. На выходе он увидел, как старшекурсник Слизерина спорит с профессором Снейпом. — Разве вы не хотите выиграть Кубок по квиддичу?! — Я хочу того, что лучше для моих учеников. Он первокурсник. И у него совершенно отсутствует инстинкт самосохранения. Он даже на метле летает впервые. — Это был первый раз, и он смог... Он прирождённый лётчик! Нам нужен хороший ловец. Вы меня слышите? — Мистер Флинт. Я ваш декан. Вам стоит следить за своим тоном, иначе я буду назначать вам дополнительные занятия каждый вечер до конца учебного года. — Я иду к директору! — Вы этого не сделаете. — Вы не сможете меня остановить, профессор! Гарри просто уставился на него, и Снейп повернулся, чтобы поймать его взгляд. — У вас что, привычка подслушивать разговоры, на которые вас не приглашали, мистер Поттер? — Я, э-э-э... Простите, профессор. — Полагаю, полёты закончились. Отправляйтесь на следующее занятие, мистер Поттер. Гарри уже собирался уйти, как вдруг Снейп схватил его за воротник мантии, заставив вздрогнуть. — Идите. Не бегите. Не взбирайтесь. Не прыгайте. Идите на следующий урок и на все последующие. Я понятно выражаюсь? Щеки Гарри покраснели. — Эм. Э-э, да?… Да, профессор. Снейп отпустил его. — Хорошо. А теперь идите, мистер Поттер.

***

Гарри догнал Драко и остальных. Драко легонько хлопнул его по плечу. — Ты в порядке, Поттер? Ты провернул отличную аферу с этим гриффиндорским дураком. — Я слышал, как профессор Снейп спорил о квиддиче с кем-то по имени Флинт. — Он капитан команды по квиддичу, наверное, хочет, чтобы ты играл за них. Первокурсникам даже не разрешают брать мётлы. Это точно будет впервые. Твоя слава не знает границ. — Драко ухмыльнулся, и Гарри со смехом толкнул его плечом. Как только Том вышел из больничного крыла, он стал искать Гарри, но тот не хотел иметь с ним ничего общего после их ссоры и поведения Тома по отношению к Невиллу. К счастью, Гарри удалось избежать встречи с ним. Это было непросто, но он был быстр. Если он бежал, то никто не мог его остановить. Но даже в этом случае всё закончилось, когда они пошли в общежитие, чтобы лечь спать. — Гарри! — Оставь меня в покое, Том! — тут же ответил он. — Ему нужно побыть одному, — вмешался Драко, — оставь его ненадолго. — Мне плевать, что ты говоришь, — Том сердито посмотрел на Драко. — Уходи! — крикнул Гарри. — Я не могу этого сделать, ведь мы спим в одной комнате. Не говори глупостей, Гарри. — Тогда просто иди спать, — тот пренебрежительно махнул рукой. Однако вместо того, чтобы пойти в свою постель, Том сел в кровать Гарри. Неужели он не понял намёка? Или требования, потому что Гарри уже давно не намекал. — Что ты делаешь? Здесь недостаточно места. — Мне всё равно. Ты мой друг. Я не позволю тебе уйти от меня. — Том сердито посмотрел на Гарри. Гарри опустил плечи и раздражённо покачал головой. Ох. Том подумал, что он снова уходит. Из-за этого он почувствовал себя виноватым за свою злость. Том был очень одинок. Гарри знал, каково это, ведь он сам жил так большую часть своей жизни. Когда они дружили до Хогвартса, Гарри жил в страхе, что Том вдруг поймёт, что он того не стоит, и перестанет с ним общаться. Но теперь, когда они учились в Хогвартсе, они нравились людям, нравились оба. Они не были так мучительно одиноки. Ну, они и не должны быть таковыми. Том, даже когда разговаривал и знакомился с их сверстниками, всё равно держался за Гарри так, будто тот был единственным человеком в его жизни. Он разговаривал с их соседями по факультету так, будто они были учителями, которых нужно очаровать и использовать в своих интересах, но не для того, чтобы сблизиться с ними. И он подумал, что если Гарри будет относиться к ним как к настоящим друзьям, то перестанет переживать за Тома. Чёрт возьми. Гарри всё ещё был расстроен, но он чувствовал отчаяние и упрямство в поведении Тома. Гарри швырнул подушку Тому на колени и положил на неё голову, по-прежнему отказываясь смотреть ему в глаза. Том расслабился и с облегчением вздохнул. Он хотел коснуться волос Гарри, но тот выхватил палочку и выстрелил заклинанием в его пальцы, заставив Тома отдёрнуть их в самый последний момент. Малфой выглядел растерянным, но в то же время разочарованным. Он покачал головой и отправился спать.

***

Квиррелл был ещё одним учителем, который смотрел на Тома так, словно тот был замаскированным монстром, хотя в его взгляде не было той язвительности и нетерпимости, которые были у других. Вместо этого в нём горел хищный голод, словно он хотел препарировать Тома, а затем съесть его заживо. Том не винил его. По какой-то причине, глядя на профессора, он испытывал глубокий, проникающий в душу, грызущий кости голод. Если бы не тот факт, что он, вероятно, был более опытным волшебником, чем одиннадцатилетний новичок, он бы задумал убить его, просто чтобы удовлетворить это всепоглощающее желание. Том не был особо кровожадным и уж точно не был каннибалом. Да, он был садистом, и при определённых обстоятельствах убийство казалось ему заманчивым, хотя он ещё ни разу этого не делал. Но это было совсем, совсем другое. Это сбивало его с толку. — Какие у вас отношения с мистером Поттером? — спросил профессор, когда остальные ученики ушли, а Том задержался. Том напрягся, сжал кулаки и стиснул зубы, собирая книги. — Не ваше дело. Квиррелл хмыкнул и склонил голову набок. — У вас интересная палочка. Вам известна её история? Том промолчал. — Вы слышали о Тёмном лорде? — Кто же о нём не слышал? — легко солгал Том. Однако Квиррелл каким-то образом понял, что тот лжёт. Том знал, что он лжёт, и знал, что Квиррелл знает. Это было странное ощущение. — У него были цели и амбиции: сохранить волшебную кровь и защитить наш мир от магглов. — Губы Квиррелла скривились, когда он заметил огонёк интереса в глазах Тома. — Он лишился силы из-за отката заклинания после того, как попытался устранить врагов своего дела. Мальчик, который выжил, стал результатом этого. У тебя есть экземпляр "Взлёта и падения тёмных искусств"? — Да, — сказал Том, чувствуя сухость в горле. — Я предлагаю прочитать это для получения более подробной информации. Я думаю, это позор, что он пал на пике своего могущества. Напрасная трата времени. Мир гниет под властью света. Я слышал, ты вырос в приюте.... Я знаю, каково это, дитя, особенно для такого человека, как ты. — Магглы — это… отвратительно. Я бы хотел узнать больше о тёмном лорде. Как жаль, что он ушёл. — Директор, похоже, не считает, что он ушёл навсегда. Том никак не отреагировал, но Квиррелл всё равно почувствовал его вспышку ярости. — А. Да… директор. Вредный ублюдок, не так ли? Властный дурак, который думает, что он всемогущ. — Что ты имеешь в виду, говоря, что он не умер? —Том склонил голову набок с холодным подозрением. — По-настоящему сильного нельзя остановить такой простой вещью, как Смерть. Они встретились взглядами, и Квиррелл ухмыльнулся. — Твое заикание притворное, — указал Том. — Лучше быть недооценённым. Какая ирония. Том видел, что Квиррелл недооценивал его, но при этом находил его очаровательным. Опасным. От этого человека веяло опасностью. Том достаточно знал о взрослых, чтобы понимать, кто из них хуже. Спасибо, Авиа. Том мысленно порадовался за своего друга, который помог ему научиться разбираться в людях. — Кто-нибудь из преподавателей уже предоставил вам доступ к закрытой секции? Том почувствовал, как от волнения у него заколотилось сердце. Он знал, что это не значит, что этому человеку можно доверять, но доступ к информации был бы кстати. Любой доступ к любым знаниям сейчас был на вес золота. Том всё ещё учился. — Вот. — Квиррелл даже не стал дожидаться ответа, а просто написал пропуск и наложил на него заклинание, которое обеспечивало доступ. — Вернись с выбранной тобой книгой, и мы всё обсудим.