Сказка Луноликого: Снежинка и Уголек.

Миновал еще месяц.  Июль встретил зноем, но все знают, что это не надолго, поэтому радуются как дети. Кожаная одежда сменилась на более легкий хлопок, сапоги на сандали, а шкуры и во все остались весеть на крючках.  Все активно занимались подготовкой к холодам. Готовили запасы трав, как для лекарств, так и для кормления скота. Альфы вышли в поле, готовя сено, а некоторые отправились на рыбалку, запасаясь рыбой на зиму. Омеги собирали ягоды и грибы. А в свободное время проводили игрища на свежем воздухе, собираясь в стаи по интересам. Жизнь северян обыденно кипела.  Феликс тоже окружил себя работой, чтобы не замечать как проходит лечение. Хван обещал, что к концу лета блондин отправится домой - за это время шрамы все затянутся и состояние улучшится. Только Феликс в суете и нагрузке, стал худеть, а по утрам тяжело вставать, тошнота и вялость прибивали к постели. Веснушки так и не вернули цвет, хоть и на солнце блондин проводил много времени. Но он о своем состоянии не говорил лекарю, боясь, что Хенджин ему не разрешит вернуться домой, поэтому бодрил себя по утрам сам, выпивая стакан воды с лимоном и мятой, какую тоже выращивал в саду.  Еще начало июля подарил первые плоды из сада, за которым так активно ухаживал Феликс. С первых абрикос был сварен джем и приготовлен ароматный пирог. Поедали его шумно, с аппетитом, даже самый смелый волк превращался в котенка и мурлыкал над тарелкой со сладостью, облизывая после пальцы. Вишня, персики, черешня, все сметалось, стоило поставить тарелку с ягодой на стол.  Кристофер принял решение к следующему году построить большой парник и запросить у южного короля больше таких плодовых деревьев и выращивать их, а еще научить своих садовниках ухаживать за этим садом, после того как Феликс покинет стены северного королевства.  Середина июля, близился праздник по окончанию подготовки и сбору урожаев на зиму. Каждый год все северяне ждали его, можно было выдохнуть и расслабиться, отдышаться пару дней, потому что потом начинался новый сезон. Летом был самый тяжелый труд : посадить, вырастить, собрать, ходить по ягоды и грибы, рыба шла на нерест, поэтому была открыта рыбалка и, конечно, же охота. Охоту на медведя, чтобы запастись шкурой и мясом, пока зверь находиться в лучшей форме, позже он еще больше наберет жира готовясь к зимней спячке и мясо уже будет не такое нежное. Поэтому самые сильные альфы стаи уходили на пару дней в лес, на охоту, пока омеги готовятся к празднику - украшают город и замок.  Отовсюду льются запахи стряпни, мясо, выпечки, браги и хмеля. Гуляние планируются два дня всем королевством и накрывать будут общий стол на главной площади, где пройдется и поздравит всех своих людей сам вожак со своими генералами, а после отправится во дворец и уже там продолжаться гулянья.  День праздника, в замке кипит работа. Прислуга летает из помещения в помещение, на кухне готовятся блюда будто на тысячу человек. Запахи от свежих выстиранных скатертей до ароматов еды, витали по всему замку.  В эти дни школьные занятия были отменены, дети веселились на площади, участвуя в разных конкурсах на ярмарке, а Феликс шатался по замку пытаясь помочь. Но Рюджин быстро его отправила в библиотеку, перебрать там книги, потому Кристофер дал прямой наказ, чтобы омегу не перетруждать и всячески отвадить от работы.  Вожак видел изменение в омеге, более худое тело, щеки впали, скулы стали острые, запах стал слабым, а веснушки вовсе пропали с лица, тем самым показывая еще более бледную кожу.  Альфе не хотелось отправлять больного блондина на родину, ведь он взял ответственность что вылечит, но пока лечение шло медленно и это может запятнать репутацию Кристофера. Поэтому тяжелый труд был под запретом и приказа вожака слуги не могли ослушаться.  Солнце медленно катилось за горизонт, первые капли свежести от бурной реки и прохлада с гор спускалась на город. Воздух уже не был так раскален, как в дневные часы, хотя для Феликса это еще не была знойной погодой, ведь он привык к горячему лету и сейчас он наслаждался погодой, проводя больше времени на улице.  До замка доносились радостные возгласы и веселая музыка с площади. Вожак отправился в город, пока в замке готовили последние штрихи для празднования.  Блондин сидел на террасе, вдыхая свежесть и грустно выдыхая. Он тоже хотел сейчас попасть туда на площадь, пройтись по улочкам, пообщаться с людьми, но это праздник северян и он не хотел бы переключать внимание на себя. Ведь он слышал как судачили люди и разносили слухи, говоря какой король юга красивый и необычный, а еще очень хилый, бледный и больной.  Сегодня он встал без тошноты, с легкой бодростью и настроен уверено на праздник. Подготовив хлопковые белые брюки и длинную расписную рубашку до колен. Феликс укладывал часть волосы в высокий пучок, а остальные ложились локонами по плечам, создавая изящную форму, подчеркивая длинную шею и линию челюсти.  Окна в комнату были открыты, пуская воздух и веселые звуки музыки с улицы. Это бодрило тело, а внутри загорался огонь интереса, как пройдёт праздник. Первый праздник в стенах замка северного королевства.  Феликс шел по коридору, когда до ушей доносились голоса и музыка из тронного зала. Сердце билось часто, шаги были уже не уверенные, запахи альф перемешались и давили. Омега и раньше был на праздниках в своем королевстве, но там он был под защитой и во главе стола вместе с родителями, а сейчас он будет один и он боится.   Остановившись перед залом, Феликс дышал тяжело, ноги ватные, а руки тряслись. Он уже развернулся, чтобы уйти обратно к себе, в голове уже летали мысли, что он скажет вожаку, почему его не было, как его взяли за руку и потянули за собой. В порыве эмоций блондин не сразу понял, кто его ведет, но проморгавшись он видел перед собой спину СоЮн, которая вела его к своему столу и сажая по левую руку от себя.  Стол стояли полукругом и для Кристофера открывался вид на весь зал.  — Не бойся, я тебя защищу от этих варваров, — шепнула она на ухо и села рядом, все так держа за руку Феликса и мило улыбаясь.  Омега сглотнул ком в горле, кивнул, поворачивая голову право и ловя на себе сначала взгляд девушки, а за ней и взгляд ее будущего супруга.  Кристофер смотрел исподлобья, его глаза горели янтарем, а запах доминантного альфы подавлял остальные ароматы, давая понять кто тут главный. Он не улыбался, он смотрел строго на руки омег, а потом перевел взгляд на девушку и что-то ей фыркал. Из-за музыки и множество запахов, голова Феликса кружилась и он не смог разобрать, что сказал Чан, но теплая рука СоЮн тут же исчезал, а в руке блондина появился бокал, с чем-то холодным.  Глазами пробежал по тронному залу, отвлекая себя, видя как по правую руку от вожака сидит его свита генералов: Хван, Со, Ли, Ким и одно свободное место, видимо, оно и предназначено для Джисона, который сейчас находится рядом с его братом и помогает ему. Затем взгляд цеплялся за украшения и пытаясь уловить средь всех этих запахов, аромат цветов, которыми был украшен зал. Красно-оранжевые лилии, фиолетовые ирисы, желтые крокусы, белые и розовые астры, создавали уют в диком водовороте хаоса северян.  Теряясь в ощущениях Феликс не раздумывая, а только чувствуя как в горле пересохло, омега поднес бокал к губам и сделал один жадный глоток.  Его глаза расширились, когда он осознал, что в бокале брага. Сладковатый вкус теплел во рту и тек обволакивая гортань, оседая в животе, теплом распространяясь по телу, обжигая. Феликс начал кашлять и махать руками, пытаясь остудить себя. На щеках моментом вспух пожар и бледное кожа покрылось румянцем, а в глазах появились нотки хмеля.  Этим и привлёк к себе внимание альф, которые смотрели на короля юга смеялись и перешептывались.  Праздник был в самом разгаре. Вино и брага лились рекой. Столы трещали от закуски и мяса. Громкие разговоры со всех сторон, кружили по залу. Музыка пыталась переиграть голоса, тем сам еще больше заводила гостей говорить громче.  Разговоры были сначала об урожае, но от больше выпитого, переросли в споры о войну между лисами. Каждый хвалился либо убитым противником, либо шрамами которые лисы оставили на теле волков.  Феликс пытался урвать диалоги с каждых столов, но его разум был затуманен глотком алкоголя. Дома родители всегда говорили и учили его, что пить омегам нельзя, что омеги всегда должны быть рядом, за столом с альфой и контролировать процесс, можно пригубить или растянуть бокал на весь вечер. Но Феликс и Чонин так и не пробовали крепкие напитки, только пиво и легкое вино, после которых они долго болели, поэтому решили для себя что они пить больше не будут.  Легкое головокружение и ватное тело, омега сидел и фокусировал внимание, ловя на себе взгляды альф.  — Можно пригласить вас на танец? — блондин поднял голову и смотря мутными глазами на высокого, крупного и даже очень симпатичного альфу, который протягивал руку, чуть наклонившись в поясе.  Феликс сначала замялся, пугаясь, потом посмотрел на свои руки в перчатках, переведя взгляд на мощную руку альфы, и замечая боковым зрением, как радостно улыбается СоЮн и кивает головой.  Омега выдохнул, расслабился и вложил свою маленькую, изящную руку в грубую, мозолистую ладонь альфы.  — Я, Вонхо, — представился парень, чуть присаживаясь на корточки и склоняя голову, когда они вышли в центр зала, где уже начали собираться пары для первого танца.  — Я, Феликс. Но вы и так, наверное, уже знаете меня, — засмущался блондин, кладя свою руку на плечо Вонхо, пока альфа, аккуратно взялся одной рукой за ладонь, а вторую руку положил на талию, чуть притягивая к себе. Мило улыбнулся, кивая в знак согласия.  — Не бойтесь и расслабьтесь, я вас держу, — Вонхо держал будто пушинку, поэтому был нежен. — Вы напряжены. Вы боитесь меня?  — Простите, я не хочу вас обидеть, но да. Я боюсь и я немного пьян, — Вонхо засмеялся и повел в танце, как только заиграла музыка.  Музыканты играли вальс. Скрипка, гитара, барабаны и пианино задавали темп. Плавное покачивание, переступы с ноги на ногу, кружась по залу. Волосы омеги разлетались на поворотах, а длинная рубашка красиво развивалась, создавая волны.  Вонхо кружил в танце, ускоряя движение под музыку, которая тоже набирала темп. Музыка плавно перешла от вальса в кадриль.  Голову кружил танец, алкоголь и запах альфы. Запах терпкого винограда, пьянил. Вонхо отпустил руку омеги и начал кружиться перед ним и приседать, блондин покрутил головой, замечая что это делают все альфы в танце, а омеги при этом отбивают бит ногами, топая, разводя руки в стороны. Феликс усмехнулся и начал криво повторять движения. Вонхо опять подхватил омегу за талию, приподнимая и кружа вокруг своей оси, затем ставит на ноги и начинается игра руками. Пару хлопков в ладоши друг друга и опять кружатся, притопывая ногами. От дикого темпа, и частых поворотов, голова вовсе закружилась, но тело от алкоголя расслабилось и Феликс отдался музыке и движениям, разрешая вести себя, наблюдая за движениями окружающий. Смех вырвался сам собой. Это веселило и сводило с ума. В очередном кружение, блондин закатился звонким смехом, держа Вонхо за плечи и опрокидывая голову назад, подаваясь потоком ветра, что так хорошо обдувало уже потное тело от динамичного танца.  За танцем наблюдал вожак сидя во главе стола, попивая брагу из высокого бокала. Он смотрел и сам невольно улыбался, видя как Феликс путается в ногах и в движениях, но продолжает танцевать. Как его волосы разлетаются, а смех разносится по залу.  Очередной спотыкание блондина и Чан закатился грубым утробным смехом, стукая бокал дном об стол, разливая содержимое.  — Ты видел это? — Сынмин толкнул Минхо локтем в ребра, привлекая внимание и тыча пальцем на вожака. — Видел?  — Что? — Ли смотрел внимательно на Бана, бегая глазами по лицу. Кристофер смеялся и начал хлопать в ладоши, подбадривал танцующих в диком танце, а СоЮн сидела сложив руки на груди, смотря грузно на будущего супруга.  — У Чана глаза, — Ким сидел с удивленным лицом, чем еще больше интриговал друга.  — Ну да. У Чана есть глаза. Что не так?  — Его глаза. Буквально на секунду стали нормальные. Человеческие. Черные. Я их давно не видел, — Ли расширил свои глаза в еще большем любопытстве, фокусируя взгляд на глазах вожака.  — Да ну нахуй. Не верю.  — Когда он смотрит на Вонхо и Феликса. Вот гляди. Опять, — Ли замер, не веря своим глазам. Всего секунда. Просто будто Кристофер моргнул, но нет. Это его янтарные зрачки, стали черные. А затем еще больше загорелись огнём и вожак ударил кулаком по столу, опрокидывая бокал СоЮн с вином. Музыка затихла. И все внимание на Бана.  — Давайте выпьем, — выкрикнул Чан, поднимая свой бокал вверх и воя, подняв голову вверх. Этот вой подхватили все окружающие и залпом опустошали свои бокалы.  — Что произошло? — Ли смотрел на Кима, который пожимал плечами. Он не стал говорить, что перед остановкой музыки видел только как Вонхо заправил быстро прядку волос, которая мешала омеге, прилипшая к потному лбу и закрывая взор. Ведь это просто совпадение. Потому что вожак уже сидел и держал СоЮн за руку и целовал ее в щеку.  Люди начали расходится на свои места после бурного танца, переводя дыхание.  Вонхо вел Феликса за руку к его месту. Пока альфу не дернул за руку другой высокий мужчина: — Следующий танец он мой, — шипел мужчина, на что Вонхо только улыбнулся и тихо на ухо прошептал:  — Мечтай, Шивон, — похлопал по плечу и повел дальше блондина к месту.  Поровнявшись со столом, Вонхо поклонился в пояс перед омегой и поцеловал ручку через перчатку, резко развернулся и ушел. Блондин моментом вспыхнул краской. Краснея не только щеками, но и кончиками ушей.  Запыхавший, взъерошенный, но такой счастливый Феликс сел за стол, отпивая брагу уже не кривясь от алкоголя.  — Вонхо хороший, приглядись к нему, — шептала СоЮн.  Блондин еще больше покрылся красным, опустил голову пряча лицо в тарелке, снимая перчатки и прям так, руками поедая кусок мяса, не отвечая на комментарии.  Голову изрядно кружило, появился аппетит, а состояние бодрило. Феликс топал ножкой под столом под темп музыки и смотря как северяне продолжают веселиться. Где-то в одном краю стола начались игры в камень ножницы бумага, на желания или щелбаны. В другом краю альфы во всю устроили армрестлинг, меряясь силами, показывая бицепсы. Омеги поддерживали, подбадривали своих партнеров и подливали горячительные напитки. Кто-то хлопнул в ладоши и завыл, следом крича «бой» и все остальные закричали вслед, подрываясь с места и воя. Волчий вой разлетелся по всему замку, кружа, создавая тишину для окружающих.  — Кто сегодня сразится? Выходи, — вожак стоял гордо смотрел на своих воинов, показывая рукой в центр зала, который уже начали оборудовать, ставя деревянные ограждения.  Из-за стола вышел крупный альфа, скидывая с себя шкуру медведя, оголяя свои накаченные руки. Высокий мужчина, лет около тридцати, разминал шею и руки, хрустя суставами, затем подошел ближе к столу Кристофера, кланяясь перед вожаком:  — Минхек, да прибудет с тобой сила, — Чан сначала пожал руку, кланяясь, затем притянул мужчину ближе к себе и коснулся своим лбом его лба и что-то шептал, переплетая их руки.  Феликс смотрел словно завороженный - это выглядело как какой-то ритуал, потому что все остальные сидели молча с опущенной головой. Когда Чан чуть отстранился, по всему залу опять поднялся страшный вой волков и Минхек в один миг перевоплотился в большое серого волка, оголяя зубы, рыча. Блондин ахнул и прижался спиной к своему стулу - он впервые видел волка, но его больше удивило само перевоплощение. Был человек, секунда и уже стоял волк.  Крупные лапы прошлись по залу и остановились посередине, поднимая шерсть загривка, клацая зубами.  Где-то из коридора послышался грозный рев и в тронный зал вошел большой черный медведь.  Медведь остановился и начал водить носом принюхиваясь и тоже ревя, смотря на серого волка, который в свою очень уже скреб лапами о деревянную поверхность, готовясь к нападению.  Медведь встал на задние лапы и зарычал, кидаясь вперед для атаки на волка.  Оборотень был чуть меньше медведя, но он был сильным и юрким. Мышцы выделялись даже через шерсть, когда волк тоже рванул на медведя, вцепляясь зубами в плоть.  Драку между зверьми смотреть было страшно, Феликс закрывал глаза руками, когда слышал жалобный вой или рев. Шерсть летела в разные стороны, запыханные звери продолжали свою схватку, медведь валил волка на землю, прижимая морду своей лапой к земле, пока второй лапой, а точнее когтями, пытался вспороть бочину оборотню.  Народ встал со своих мест и начал еще громче поддерживать альфу, выкрикивая его имя и завывая.  Феликса тошнило, голова шла кругом, руки тряслись, а тело будто сковало. Он жмурил глаза, но на громкий хрип распахивал, чтобы оценить ситуацию.  Серый волк дышал тяжело, по шерсти текла кровь, он уже толком не сопротивлялся, пока весь зал продолжал скандировать его имя и хлопать в ладоши. Медведь сам устал и чуть пошатнулся, чем и сделал хуже себе. Оборотень быстро толкнул задними лапами, собрав все силы, валяя медведя.  — Пожалуйста, останови это, — вожак не заметил как возле него возник Феликс со слезами на глазах и молил остановить.  — Зачем? Это весело. Все альфы моего королевства проходят через это, — оскалился Кристофер, метнул головой, посмотрел строго янтарем на омегу и обратно вернул взгляд на бой, где народ продолжал улюлюкать, а звери хрипло дышать.  — Это дико. Им же обоим больно, — блондин сверлил глазами вожака и удивлялся яркой улыбке Чана, дикой энергией и властным запахом горелого леса. Бан получал удовольствие от увиденного, не слушая омегу.  — Так закаляются северяне, через бой. Или ты, или тебя! — фыркнул альфа и захлопал в ладони, громко и радостно. После того как послышался жалобный рык и хруст. Феликс повернул голову и увидел - медведь лежал на полу, а над ним возвышался уставший и весь в крови серый волк, в зубах у которого, кусок мяса, вырваного из шеи черного медведя.  Омега взвизгнул, расширяя глаза и закрывая рот рукой, не в силах больше на это смотреть, рванул на выход, спотыкаясь об свои же ноги.  Кристофер ударил кулаком по столу и посмотрел на свою будущую жену, которая сидела довольная, хлопая от радости и выкрикивая слова поддержки. Закрыв глаза он перевёл дыхание, а когда распахнул, увидел что на месте, где сидел Феликс остались лежать на столе его белые перчатки.  Он обошел свой трон, взял перчатки со стола и ничего никому не сказав тоже вышел из тронного зала, пытаясь уловить запах омеги.    Он шел на коридору, ругая себя, что, естественно, для короля юга это все было непривычно. Видеть смерть от которой его защищали родители и из которой он сам еле выбрался. А тут северяне во всей красе показали свою дикость. Но и отменить это было нельзя, ведь всегда праздник урожая заканчивался смертью медведя и травмами волков.  Из мыслей его выдернул жалобный плач и до боли знакомый запах мокрой земли. Вожак прибавил шаг, принюхиваясь и навострив уши.  — Не надо. Не трогайте меня, пожалуйста, — будто сквозь толщу воды слышался голос омеги.  В глазах вспыхнул огонь, когда Кристофер увидел как на полу сидел маленьким комочком Феликс, махая руками, а над ним нависал альфа, который пытался его прижать к себе.  — ШИВОН, — зарычал вожак и одним движением оттолкнул альфу от блондина, замахиваясь уже кулаком. — Ты позоришь северное королевство, — первый удар пришелся ровно по скуле, второй куда-то в солнечное сплетение и Шивон рухнул на пол.  — Не трогайте меня, — продолжал кричать омега закрытыми глазами от слез, когда Кристофер протягивал ему перчатки.  — Феликс, это я, — голос был спокойным и ровным, Бан боялся напугать блондина еще больше, поэтому даже запах он пытался контролировать.  Парень открыл глаза и увидел как перед ним на корточках сидит альфа и держит в руках его перчатки.  Облегчение обрушилось на тело Феликса и он зарыдал, падая в объятия вожака от радости, что его спасли от пьяного незнакомого мужчины, который пытался его поцеловать без разрешения.  — Спасибо, — всхлипывая и невнятно бормотал блондин куда-то в грудь Чана, шатаясь и держась за альфу как за спасательный круг. А потом и во все расслабился и рухнул. Благо, крепкие руки и реакция Кристофера не подвели и он подхватил тело омеги, улыбаясь, чувствуя запах алкоголя.  — Это входит у нас в привычку. Носить тебя на руках сонного до комнаты, — смеялся вожак, шагая по коридору в сторону спальни Феликса.  Феликс открыл глаза, не понимая где он находится, крутя головой в разные стороны. Он быстро сел, но тошнота и головокружение быстро уложили его обратно на подушку.  В сознание начали всплывать картинки и он выдохнул, вспоминая что он уже больше месяца находится в северном королевстве, а это все так же комната вожака.  Во рту противно сушило, а яркий свет из окна больно жег глаза. Омега уже более плавно сел на кровать, массируя виски, с прищуром поднимая веки и видя на тумбочке спасительный кувшин воды.  Один стакан влился и даже не ощутив его, блондин повторил.  Стало легче, но тошнота так и не прошла, но она уже стало привычной по утрам. Поэтому, не обращая на нее внимания, блондин встал с постели осматривая себя. На нем все та же одежда в какой он был на празднике, но только обувь стояла у стены возле входа.  — Вообще не помню как разулся, — проговорил под нос омега, пожал плечами, направляясь в ванную чтобы привести себя в порядок.  После водных процедур, Феликс сменил одежду на свежие рубашки и брюки, а это все кинул кучкой в углу, брезгливо зажимая нос, от множество едких запахов альф. Но тут же вспоминая яркой вспышкой бой. Бой между медведем и волком и злость накрыло с головой. Он сжал кулаки и вылетел из своей комнаты, зная где искать сейчас вожака.  Идя по коридору еще одни воспоминания нахлынули на него. Только эти были мутные, а может это был сон. Блондин замедлил шаг, пыл угас, а в голове думки, как какой-то альфа его пытался поцеловать, затем голос Кристофера и облегчение. А потом все как в тумане.  Уши вспыхнули огнём, сердце билось, отдавая в виски, опять тошнота и ватные ноги.  Он зашел в столовую, видя как генералы весело поедают пищу, будто они вчера вовсе не пили. Не обращая внимания на Бана и СоЮн, которые перешептывались. Альфа свел брови у переносицы, строго отчитавая девушку, сжимая ее руку, пока сама СоЮн возражала: —  Ты мой будущий супруг и от тебя не должно пахнуть чужой омегой, — сказала она это чуть громче, привлекая к себе внимание и косо смотря на вошедшего блондина.  Стыд парализовал блондина, а в голове пытался вспомнить точную картинку вечера, как он добрался до комнаты, но только провал. Выдохнув и выбросив мысли, почему он решил что идет речь о нем, прошел с ровной спиной и сел на свое место.  Взял в руки приборы и урча животом, отправил кусок мясо в рот. Жуя, замечая как альфы замерли и не сводят с него глаз.  — Феликс, как вам наш праздник? — язвительным тоном проговорила девушка, выдергивая свою руку из хватки Бана, подпирая рукой подбородок, смотрела на блондина, который перестал жевать, отложив в сторону палочки и вытирая рот салфеткой.  — Вы знаете, очень весело. Кроме боя. Зачем вы убили медведя? — взор омеги пал на вожака, у которого в свою очередь играли желваки на шее, а глаза горели янтарем.  Вызов принят. В груди альфы все бурлило. Ладони сжались, сгибая металлические палочки пополам.  Он с самого утра на эмоциях, сначала СоЮн устроила приступ ревности, когда он только проснулся после праздника, выясняя, почему в очередной раз от него пахнет ванилью. Это так злило альфу, что ему не доверяют и беспочвенно ревнуют. Затем выяснял отношения с Шивоном, который опозорил северян, показав какие они дикари. Кристофер безотлагательно вынес первое предупреждение и отправил его на передовую. А сейчас король юга смотрит на него как на врага и опять плохо ест.  — Феликс, вы кушайте. Вам надо набираться сил. А в этом мясе много пользы, — в приказном тоне говорил Бан, продолжая смотреть в глаза омеге, который тоже не сводил взгляда. Вокруг царила тишина, все наблюдали и не влезали в разговор, боясь доминантного запаха вожака. — Как зачем? Это наши традиции. Мы волки, живем на севере, едим мясо, — альфа жестом показал на блюдо, которое стояло посередине стола, в котором парило специфическое на запах мясо. — А из шкуры мы вам сошьем шубу. Скоро опять холода, а вы такой тощий, вы у нас замерзните. Поэтому кушайте.  — Я не просил ради меня убивать животное, — со слезами на глазах говорил блондин, но его тут же перебил удар кулаком по столу и вожак встал со своего места, злобно сведя брови и рыкнул:  — Это приказ! Вам нужно есть. Вы выглядите очень плохо в последнее время.  Феликс демонстративно положил мясо в рот, пытаясь жевать, но слезы текли градом. Тело трясло, тошнота накрыла с новой силой и он подавился куском, начиная кашлять, прикрывая рот рукой. Затем вскочил с места и побежал на выход. Но его ноги шатались, а силы и вовсе покинули тело, он сначала прижался спиной к стене, жадно глотая воздух, а потом сполз, теряя сознание.  Когда он открыл глаза, то был уже в своей комнате, а рядом стояли Хенджин, Чанбин и Чан.  — Очнулся? Почему раньше не сказал, что тебя тошнит по утрам? И что ты себя плохо чувствуешь? — на лице Хвана не было эмоций, а в голосе были нотки печали, что его обманывали. — Пока осмотрел тебя, было видение, что в тебе яд. Но этого не может быть. Кровь волка уже давно выжило его. Тогда я не пойму откуда оно.   — Так из-за этого его веснушки пропали и он такой бледный и худой? — голос подал вожак, не смотря в их сторону, а глядя в окно на бушующую реку под ними.  Феликс не понимал, что это вообще значит? Какой яд, и почему Кристофер заметил, что веснушки потеряли цвет. Его мысли летали со скоростью света и он терялся, не отвечая на вопросы, потому что он не знал ответы.  — Можно воды? — прохрипел омега, пытаясь встать, но голова кружилась. Он взялся за голову, но тут же лег обратно. Лекарь взял кувшин с водой в руки, что стоял на тумбочке, но тут же его глаза стали мутными:  — Зверобой! — графин выскользнул из рук с грохотам, падая на пол и разбиваясь на мелкие осколки, оставляя мокрое место. — Чанбин? — все обернулись на ведьмака и ждали продолжения и только Со подошел ближе и смотрел Хенджину глубоко в глаза.  — Это не я. Да, я недолюбливаю Феликса, но не я его травлю.  — Я знаю, любимый. — Хван поцеловал Чанбина в лоб, гладя его по щеке, смотря своими пустыми белыми глазами в печальный взгляд Со. — Я знаю, кто это делает. Я хотел чтобы ты проверил наши запасы, — Чанбин кивнул, еще раз чмокнул лекаря в губы и убежал быстро в лазарет, он знал что надо действовать быстро.  — Кто? — всего одно слово от Бана. И он знал, что Хван от него точно скрывать ничего не будет.  — СоЮн, — вожак следом ушел за Со, сжимая кулаки.  — Он не сделает ей ничего плохого? — Феликс уже пытался встать с постели, но Хенджин быстро его уложил назад, нависая сверху.  — Она тебя травила, а ты за нее еще переживаешь? — в голосе лекаря читалось удивление, а белые глаза бегали по лицу омеги, ловя эмоции. Но на лице был только страх и он был не за себя.  Кристофер залетел в комнату, открывая дверь так, что она ударились об стену и от удара отрикошетилось и сама закрылась.  — Зачем? — утробно прорычал Бан, смотря как лицо девушки меняется. Страх сковал ее, а руки начали трястись. Она все поняла и скрывать нет смысла.  — Я хотела чтобы он уехал отсюда, быстрей? — заикаясь говорила СоЮн, сжимаясь в комочек.  — И поэтому ты его травила? — от голоса вожака сжималось все внутри, а стены будто дребезжали. На глазах девушки появились первые слезы, но она держалась, зная что Кристоферу это не нравится.  — Я не травила. Я его лечила.  — Кто тебе это сказал? Ты давала ему зверобой. Прости, но даже я знаю, что это яд в больших количествах и в частых применениях, — Чан держал себя, он пытался себя контролировать, но то ли страх за чужую жизнь, то ли гнев, что его будущая жена влезла в дела какие не знает, накрыло его с головой.  — Мне на базаре сказали, что он лечит многие болезни и недуги. И я решила, что его это вылечит быстрей и он уедет, — девушка сделала шаг к вожаку, она хотела взять его за руку и прижать к себе, но Чан, наоборот сделал шаг назад от нее и свел брови вместе:  — СоЮн, почему ты хотела чтобы он уехал? Ты ревнуешь?  — Конечно я ревную! — девушка вспылила, махая руками и отошла к окну, пряча слезы. — Ты приходил каждый раз в нашу постель и рассказывал о нем. «Представляешь он девственник», «А представляешь у него пунктик не трогать альф, пока не влюбиться, поэтому он носит перчатки», и что сделал ты? Правильно, подарил ему перчатки. «Он попросил меня сделать школу в библиотеке», и? Ты не любишь детей, на сколько я помню, — СоЮн уже рыдала во всю, но до сих пор была отвернута от Чана, чтобы не показывать свою слабость. — Ты говоришь о нем с восторгом и выполняешь каждую его прихоть! — голос ее дрожал.  — Я и твои выполняю. Просто у тебя прихоти другие, — голос Кристофера смягчился, но все равно в груди горела злость. Ведь он все делал для нее, а она смела его упрекнуть, — Выжить землю варваров. Напасть на лис. Или новую шубу из медведя, и чтобы я лично завалил его в бою. Разве не это ты просишь? А я выполняю! — он рычал, но пыл уже пропал, хоть во взгляде и виднелся злобный волк, желтых глаз.  В комнате повисла тишина, они оба молчали, только тяжелое дыхание альфы и всхлипы девушки разносились от стен.  Минута, две.  — Прости, я правда не знала. Я хотела как лучше. Я просто сильно люблю тебя и боюсь потерять.  — Ты должна мне доверять. Ты знаешь мои правила лучше всех, но ты их нарушаешь. У нас свадьба на носу и как я должен относится к тебе? Мы с тобой уже обсуждали, я твой, ты моя, все. Зачем лезть в дела государственной важности. Нам этот союз с югом будет очень полезен. А если их король умер бы у нас?  — Так поэтому ты выполняешь все прихоти этого смазливого парня? Налаживаешь отношения с югом? — девушка перебила, перестав плакать, повернулась лицом к Чану и улыбнулась.  — Этот союз нам очень нужен в будущем. Конечно и мы чем-то поможем им, — вожак собрал всю волю и пытался говорить уверенней. Он уже не знал можно ли доверять своей супруге, раз она делает что-то за его спиной, поэтому лгал. СоЮн знала, какой Кристофер может быть жестокий и как он продумывает все ходы наперед, поэтому она от радости, подбежала к Чану, целуя его страстно в губы.