Драконы, Мистицизм и Некромантия

      Город из камня. Да, это название определённо описывало столицу одного из холдов Скайрима — Предел. Буквально высеченный из скальной породы, город находился в ущелье у подножия горного хребта, разделяющего Хай-Рок и Скайрим. Стены его, грубые и неровные, будто выдолбленные гигантским топором, вздымались вверх, сливаясь с серыми скалами, покрытыми лишайником и редкими цепкими кустарниками. Собственно, как самое западное владение, Предел и получил своё название. Видимо, это было связано с тем, что норды, приплывшие с Атморы, скорее всего добрались до этих земель в последнюю очередь.       Маркарт, получивший своё название от коренного населения этих земель — ричменов (что в переводе с тамриэлика означает «люди предела» или «предельцы»), помимо того что был вырублен в камне, ещё и обрамлён крайне узнаваемым двемерским стилем. Узкие улицы, словно трещины в скале, петляли между зданиями с угловатыми фасадами, украшенными геометрическими узорами, высеченными в камне. Специфичные квадратно-треугольные вырезы прослеживались во всём интерьере города, а также кое-где встречались изделия из характерного бронзового металла этой расы — больше всего бросалась в глаза черепица из него. Она отливала тусклым золотистым блеском под лучами солнца, контрастируя с холодной серостью камня. Хотя, если говорить именно о таком бытовом применении, то, скорее всего, это уже было делом рук не самих пропавших бородатых эльфов, а местных жителей. Двемерский металл хоть и считается довольно дорогим материалом, но к четвёртой эре умение его переплавлять и обрабатывать стало относительно распространённый. По крайней мере, среди кузнецов более-менее сносныж кузнецов. Да и в местах, где много двемерских руин, раздобыть его в больших количествах не так уж сложно. Именно таким местом и был Предел — а особенно Маркарт, который, по сути, являлся верхней частью огромного подземного города гномов.       Собственно, почему я вдруг заговорил про этот металл? Всё просто — меня унесло в эти рассуждения из-за покупки снаряжения.       — Три тысячи дрейков? Не пойми меня неправильно, цена была бы справедлива, если бы у тебя покупали пяток тяжёлого оружия из двемерита. Но брать столько за пару клинков и несколько колчанов стрел — это уже как-то неприлично! — с откровенным возмущением вырвалось у меня, и эхо моего голоса отозвалось от каменных стен лавки, смешавшись с гулом рыночной площади за спиной.       В ответ зеленокожий продавец — крепкий орк лет сорока за прилавком — лишь фыркнул, его маленькие, словно бусины, жёлтые глаза сузились в насмешке:       — Где это видано, чтобы гномьи изделия продавали дёшево?       — Не морочь мне голову, орсимер, — уже требовательным тоном я постучал костяшками пальцев по деревянной поверхности прилавка, уставленной металлическими инструментами, оружием и щитами. — Мне-то прекрасно видно, что твои «гномьи изделия» — не более чем подделки из переплавленного лома. Слишком уж характерный стиль заметен… Дай-ка угадаю: скупаешь здесь, в Пределе, металл за бесценок, а потом везешь в одну из орочьих крепостей? Ой-ой, попал в точку, да?       Орк явно напрягся после моих слов — его широкие плечи подались вперёд, а пальцы сжались в кулаки, но он всё же попытался отмахнуться.       — И что? Таким образом я не нарушаю ни единого закона. Наоборот, по всем этим имперcким законам меня бы давно привлекли за торговлю настоящими двемерскими реликвиями. Хотя, будь здесь хоть десяток сиродильских генералов. — им бы и дела не было до этой мелочёвки. — Усмехнулся слегка уродливый, по меркам людей, зелёнокожий здоровяк, обнажая кривые клыки, из-под которых брызнули капли слюны. — Так что или бери товар, или проваливай с моего лотка, мягкотелый.       — А вот это ты зря. — Мои губы растянулись в ухмылке, от которой даже бывалые наёмники морщились. — Знаешь, в каждом орочьем поселении тут в Скайриме меня знают как брата по оружию. Слышал когда-нибудь о «Кровавой Тени» — человеке, который лично рубился плечом к плечу с нынешним вождём Орсиниума, когда хаммерфельские венценосцы решили напасть на ваш город-государство 15 лет назад? Интересно, что скажет Гор-з-Гбан, когда я через снорукав опишу ему одного «уважаемого» торговца, который подсовывает доверчивым простакам хлам под видом гномьих шедевров? А Насколько местные вожди будут рады такой новости? — Каждое моё слово было пропитано ядом холодной насмешки, и орк начал потихоньку отодвигаться, словно почувствовал запах крови.       — Тень?.. — на его лице появилось осознание. — Эй, погоди… господин-погодите! Давайте без этих… ради Малаката, без крайностей! Меня же соплеменики на потеху толпе казнят!       Лавочник побледнел (насколько это возможно для его зелёной кожи), неуверенно положив волосатую лапищу на мой наплечник с нервной улыбкой, больше похожей на оскал загнанного волка. Видимо, до его туповатого мозга наконец дошло, что перед ним не просто пустозвон. Чёрт побери, сколько ни тверди — далеко не все орки похожи на безумных храбрецов. Встречаются и такие дрожащие куски мяса, что противно смотреть.       Я резко стряхнул его потную руку, затем сам вцепился в ворот его засаленной рубахи, перегнувшись через прилавок так, что золотой клинок на моем бедре на полпальца выскользнул из ножен. Пришлось шепнуть пару простеньких заклинаний, относящиеся к школе Иллюзии — чтобы ни один любопытный в этом шуме не заметил, как лезвие даэдрического артефакт едва вспыхнуло. Но мой «собеседник» точно это увидел. Да и хватка моей руки, способной без всякой магии ломать хребты людям, думаю, произвела впечатление. Ещё бы — плоды ритуала всё продолжают радовать.       — Слушай сюда, орк. Продаёшь мне весь этот хлам ровно по той цене, в какую тебе самому встал. Из милосердия оставляю тебе жизнь. Но если попрёшься или вздумаешь хитрить — даже не стану заморачиваться с весточкой к твоим сородичам. Просто прирежу здесь же, и твой труп сожрут скампы, прежде чем хоть кто-то хватится.       — Гхм… э-э… с вас семьсот восемьдесят септимов, почтенный. — Он выдавил из себя эти слова, судорожно сглатывая, и я заметил, как дрожит его нижняя челюсть.       Орсимерский мужчина облегчённо вздохнул, когда моя хватка ослабла. Всё ещё напуганный, он продал мне всё необходимое, после чего я покинул его лавку, прихватив новое снаряжение: пару мечей и топоров разной длины, а также несколько колчанов со стрелами из двемерита. Что тут скажешь? Сам виноват — заламывает такие цены. Конечно, эта трата не нанесла бы урона моему кошельку, но тут, скорее, сработал принцип. Пусть послужит ему уроком, а если нет — рано или поздно эта наглая зелёная морда нарвётся на вспыльчивого и жестокого покупателя, которому дешевле будет заплатить штраф за убийство средь бела дня. Ну, вы понимаете, о чём я, да?       Впрочем, резонный вопрос: зачем мне дополнительное оружие, если при мне есть Золотая Марка? Эта драконья катана, безусловно, великолепна — её лезвие, словно выкованное из солнечного света, мерцало даже в тени, а рукоять идеально ложилась в ладонь. Лучше неё оружия для меня во всём Тамриэле не найти, но у неё есть один существенный недостаток. Это — даэдрический артефакт. У таких предметов есть дурное свойство: они могут покинуть хозяина в любой момент, подставив своего бывшего пользователя. Не стоит слишком привязываться к «дарам» тёмных богов, даже если тебе повезло их получить.       Есть и другая проблема, которая лично меня не касается: обладая даэдрическим артефактом, легко привязать свою душу к принцу Обливиона, которому он принадлежит. Это означает посмертие и фактическую продажу души в соответствующий план Обливиона. В общем, простым смертным не стоит связываться с даэдра — это удел лишь сильных, способных себя защитить.       Хотя… С Золотой Маркой есть один нюанс.       Я пользуюсь этим клинком уже больше пятнадцати лет. Полтора десятилетия — и, судя по моим знаниям, в истории не было случая, чтобы оружие Даэдра, особенно столь непостоянной, как Боэтия, оставалось с кем-то так долго.       Возможно, Боэтии просто любопытно наблюдать за мной, и он — или она, или оно — хочет, чтобы клинок оставался в моих руках. Но… Проблема в том, что это маловероятно, да и я, честно говоря, не испытываю симпатии ни к одному из даэдра и уж тем более не поклоняюсь им. Боэтию же и вовсе презираю. Единственная причина, по которой этот артефакт стал моей наградой, — меня попросту обманом заманили на турнир этого даэдрического божества. На котором, естественно, пали все мои противники. Но гордиться тут нечем.       Ну, теперь у меня есть теория, почему Золотая Марка до сих пор не покинула меня. Пусть в этот клинок, судя по всему, вложена часть сущности даэдрического принца — как и в любой подобный артефакт, — но он всё же уникален.       По легендам, моё оружие некогда создали драконы для собственной защиты… Неизвестно, что произошло потом, но если оно в итоге попало к Боэтии, вероятно, она поспособствовала гибели этих драконов. Возможно ли, что клинок почувствовал во мне Драконорождённого — и потому решил остаться со мной вопреки воле своего даэдрического «хозяина»? Назло Боэтии?       Если это так, то мне остаётся лишь злорадствовать над одним из владык Обливиона. Учитывая моё бессмертие, Боэтия, возможно, никогда не вернёт своё оружие… Но если нет — я всегда готов воспользоваться другим оружием. При всём своём великолепии, Золотая Марка для меня заменима. Даже если она внезапно исчезнет посреди битвы, недавно купленные двемерские подделки вполне сгодятся.       Почему мне показалось, будто клинок на мгновение дрогнул в ножнах? Ладно, неважно.       Так, тихо бродя по огромной рыночной площади, я окидывал взглядом бесчисленные лавки с товарами со всего континента. Диковинки из Эльсвейра — пёстрые ткани, благовония с запахом пустынных цветов, экзотические фрукты с липкой кожурой; алхимические ингредиенты и зелья в пузырьках, переливающихся всеми цветами радуги; специи, от которых щипало в носу; оружие, разложенное на бархатных подушках; еда — копчёное мясо, свежий хлеб, сыры с резким ароматом… Даже торговцы картами и зачарованными предметами. Весь этот шумный балаган, уместившийся в каменных стенах, казался чем-то приятным и даже уникальным. Возможно, сказывалась причудливая смесь нордской и ричменской атмосферы, каменной архитектуры и слегка пожухлой, но оттого не менее живописной зелени. Кое-где из трещин в камне пробивались упрямые кусты можжевельника, а в тени домов цвели мелкие голубые цветы, напоминающие звёзды.       Короче говоря, поскольку наша команда прибыла сюда вчера вечером, дневная суета Маркарта казалось довольно свежой. Перед этим, как раз таки вчера, мы как раз закончили переговоры с заказчиком и вскоре снова должны были к нему отправиться.       Но сначала предстояло кое-что прикупить. В первую очередь — свитки и зелья для Иниго, да и провиант не помешает. Я и Дюр, конечно, не умрём с голоду, но оставаться без вкусной походной еды мне не хотелось, да и наблюдать за тем, как дракониха уплетает что-нибудь, было отдельным удовольствием. К тому же мой синеволосый друг-каджит физически нуждался в пище.       С другой стороны… У меня есть доступ к складу в своей крепости через обратное заклинание телепортации. Почему бы не воспользоваться этим? Ну, во-первых, любой запас не бесконечен, и лишний раз тревожить его не стоит, если можно купить всё на месте. А во-вторых, во мне есть что-то ненасытное — страсть лично исследовать города Тамриэля, и в первую очередь рынки. Там всегда может найтись что-то интересное.       И тут, честно говоря, удивительная атмосфера. Собственно… Мне наконец удалось-таки достичь места назначения, где мы с моими парнёрами и договорились встретиться. Они как раз ждали меня, внимательно рассматривая… А что это они там такое разглядывают в руках у Иниго?       — Что у вас тут происходит? — мой голос, резкий и чёткий, заставил этих двоих отвлечься от этого занятия. — Купили нечто интересненькое, а?       — Не совсем так, дружище. Мне захотелось на свои кровные приобрести какой-нибудь мощный зачарованный амулет в одной из местных лавок, так эта твоя чудесная избранница вместо этого предложила купить сырьё и сама сделать мне такой. Ты даже не представляешь, насколько это оказалась мощная вещица! — с довольной ухмылкой произнёс каджит, ловко вертя на своём закованном в броню пальце какой-то с виду невзрачный серебряный амулет на тонкой цепочке.       Что до самой, как он выразился, «избранницы», которая — точно так же, как и я — пропустила мимо ушей очевидный намёк от Иниго, то та лишь молча пожала своими с виду хрупкими и изящными плечиками, с искренним удивлением продолжая разглядывать столь бурную реакцию моего приятеля.       Собственно, тут нужно уточнить некоторые важные детали. А именно — нашу нынешнюю внешность. Если я практически надел ту же самую броню, что была на мне в Каирне Душ — облегчённый дэдрический доспех, украденный мною давным-давно у одного недалёкого дреморы Кинрива, — то каджит и дракон от меня особо не отставали. Иниго был облачён в тёмные тяжёлые доспехи, а именно — в эбонитовую броню. Очень надёжный и дорогой вид обмундирования, который этот кот получил прямиком от меня.       Дюр, же, естественно, выглядела несколько иначе. Вместо своей старой одежды, она носила лёгкую сорочку белого цвета, которая благодаря наложенным чарам скрывала все её драконьи атрибуты в гуманоидной форме — рога, крылья и хвост. Ткань была тонкой, почти прозрачной на свету, и облегала её стройную фигуру, подчёркивая изящество движений. И, естественно, маскировала черноту в белке одного из её глаз… В общем, со стороны я и мой друг наверняка выглядели как какие-то очень элитные телохранители для юной и прекрасной аристократки — то ли из Сиродила, то ли из Хай-Рока. Да и чего греха таить — мне самому пришёлся по душе её столь невинный и чистый вид.       Возвращаясь к ней…       — Не понимаю, Кванарин, — она, похоже, была даже слегка растеряна такой реакцией на магический предмет, её брови сдвинулись в лёгком недоумении. — Неужели в нынешние времена умение накладывать чары настолько деградировало у смертных рас? Или этот зверолюд никогда прежде не сталкивался с этим ремеслом?       — …Э-э-эх! Сгинь же, Шеогорат! Дай-ка мне посмотреть, самому уже не терпится увидеть!       Не выдержав, я вырвал треклятый амулет из рук синего комка шерсти и начал изучать его структуру. Ну и ну! Любопытно. Если верить моему анализу, вложенная магия в нём многократно усиливает натяжение тетивы при использовании лука, силу связок и мышц, а также помогает с ранами и не даёт заразиться какой-либо хворью. Как один из самых продвинутых магов Четвёртой эры, могу сказать, что дракоша по нынешним меркам очень хороша в создании магических предметов — чары многогранные, многослойные и прочные. Да ещё и очень мощные! И это она умудрилась сделать в лавке на оборудовании какого-то безымянного чародея?       Только меня кое-что смутило. Характерные насечки узора на этом амулете. Пускай Дюр применяла куда более древний и слабо мне знакомый стиль плетения чар, но мне всё равно была очевидна эта специфика.       Применив заклинание приглушения, которое отделило нас с ней от шумной рыночной площади слабеньким барьером — мы перестали всех слышать, как и все остальные нас — я потянулся правой ладонью к опешившей беловолосой девушке. У меня наверняка сейчас была специфичная улыбка, которая заставила Иниго, прекрасно знающего, что значит это выражение лица, дёрнуться.       А вот нерадивая дракониха не была так опытна, поэтому белая кожа её левой щёчки оказалась в моей безжалостной хватке. От неожиданности эта миниатюрная красавица взвизгнула. Серьёзно, и представительницы её вида когда-то были одними из самых страшных сил как минимум на трёх континентах Нирна?       — А-ай-ай-ай! К-к-Кванарин, за что?! Это больно, хватит, пожалуйста! — забыв о всякой драконьей гордости, она тщетно пыталась оторвать мою ладонь от своей мягкой щеки. — Почему?!       Даже в гуманоидной форме этот дракон сильна в физическом плане по сравнению с женщинами смертных рас, но недостаточно, чтобы противостоять мне. Поэтому, продолжая держать довольно жутковатую и холодную улыбку, моё тело слегка наклонилось, а рука потянула её чуть вверх, заставив встать на цыпочки. Наши лица закономерно оказались почти вплотную друг к другу, несмотря на значительную разницу в росте.       — За что? Почему? Дюр, вряд ли тот маг, у которого ты создавала этот амулет, хоть что-то понял, но ты сделала очень большую глупость. Зачем ты применила чёрную душу у всех на виду?! На будущее — если подобный процесс узреет достаточно опытный волшебник, то он всё поймёт и спокойно разнесёт эту информацию кому надо. Нужно быть очень осторожным с этим! Ты мне, что, хочешь проблемы на ровном месте создать, а?!       И всё-таки я отпустил уже почти начавшую плакать от боли Дюр, и та сразу начала потирать свою совсем уже покрасневшую щёку. Хоть с некоторой долей обиды в голосе, она всё же тихо и покорно ответила мне, наверняка поняв, что могла меня крупно подставить:       — Хорошо, Кванарин… С моей стороны больше не будет подобной ошибки.       — Вот то-то же! Эх, не надо тебя было оставлять одну с Иниго и рабом. Надо будет разъяснить тебе некоторые детали нынешней эпохи. — из моих уст вырвался усталый вздох.       Что же так меня сильно разозлило? Давайте повторю и разъясню один момент — применение «чёрных душ», то есть душ разумных существ вроде людей или меров — мало кем одобряется! Даже среди тех магических организаций, у которых формально не запрещена некромантия, найдутся представители, которые будут очень недовольны этим. Результат — попытка убийства собственными руками или донос в имперскую или местную власть, которые в зависимости от ситуации могут попытаться казнить или арестовать такого нерадивого мага. Меня, конечно, не убьют, как и Дюр, но чтобы не портить репутацию, потом придётся очень долго и муторно с этим возиться. Повторюсь: почти никто на Тамриэле так и не смог узнать, что я — активно практикую все без исключения виды магии. И мне очень не хочется нарушать эту тенденцию в ближайшее время!       В любом случае, сделанного уже не изменишь. Дюр я прощу эту ошибку и впредь надеюсь, что она такое не повторит.       Впрочем, немного позабавившись из-за слегка грустного вида нашей спутницы, каджит решил вставить свои пять дрейков.       — Уж не знаю, что она такое сделала, из-за чего ты разозлился, Нилгон, но можешь вернуть амулет? — тот протянул раскрытую ладонь в мою сторону. — Я хоть и привык делить с тобой почти всё, ибо всё моё — твоё, а всё твоё — моё, как мы с тобой давно решили… Но вообще-то наша новая подруга подарила мне эту вещицу, сделав из купленных на мои деньги материалов.       — Хм… Конечно, держи. Тем более чары на нём идеально тебе подходят. Надеюсь, ты хоть её поблагодарил за такой подарок? Между прочим, это очень хорошое зачарование.       Услышав мою похвалу, настроение беловолосой драконихи внезапно улучшилось, и та снова слабо улыбнулась. Я уже, конечно, начал понимать, что она сильно привязалась ко мне, но всё равно иногда удивляюсь этому.       А вот Иниго немного даже как-то с укором ответил мне:       — Конечно поблагодарил. Для меня ценна любая помощь, особенно когда это сделано с такими чистыми помыслами.       На такой ответ я мог только одобрительно хмыкнуть. Наши закупки продолжились ещё некоторое время, пока наконец не стало понятно — все необходимые припасы уже заготовлены.       Оставалось только одно. Как и вчера, сходить к заказчику, на этот раз с целью уточнить детали контракта… А дело было в том, что этим самым клиентом был сам правитель этих владений и самого города из камня — ярл Маркарта.       Дело было в том… Что некая сила, связанная с коренными предельцам, угрожает пройтись по всему этому владению. Вот поэтому меня и решили нанять, как уже несколько десятилетий хорошо себя зарекомендовавшего по всему Тамриэлю сильного мага и наёмника. Я ведь говорил, что пекусь о своей профессиональной репутации?