Ангел. Наличными.

      Антон сидел у кабинета начальника и собирал белые пылинки со своих чёрных брюк – Сергей Борисович и без того не раз высказывал ему за неряшливость. Сегодня пришлось потратить час перед выходом на работу, чтобы начистить до блеска туфли. У большого пальца всё равно виднелась небольшая отметина – он всё же задел носком дверь машины.       В коридоре было темно и тихо. Что, собственно, должным образом характеризовало частное охранное агентство. Со стороны серое гранитное здание напоминало обычный жилой дом с чугунными воротами с внутренней стороны. Кому нужно – и так знал, что это за место.       Прошло три года с тех пор, как Антон устроился сюда. На самом деле, Сергею Борисовичу его порекомендовал знакомый, когда однажды молодой охранник собственноручно ликвидировал психа с оружием, внезапно появившегося на школьном дворе.       Антону-то и в школе работалось неплохо. На аренду квартиры хватало, даже очередную девушку сводить в ресторан получалось раз в месяц, а со сбережений даже получилось купить миди-клавиатуру. Ему нравилось сидеть вечерами за монитором, наигрывать что-то простое, копаться в библиотеке звуков и сохранять незамысловатые треки в отдельную папочку чисто для себя.       Когда мамин друг сообщил, что им заинтересовалась элитная охранная организация, Антон долго думал, что над ним неудачно пошутили.       С тех пор на кого он только не работал. В основном, клиентами были депутаты, актёры и певцы, пока среднего уровня – не дорос ещё. Сергей Борисович и так долго ругался, когда выяснил, что новенькому ещё даже не исполнилось тридцать.       И вот, миди-клавиатура превратилась в электронное пианино, старенький компьютер – мощным игровым, ломаные программы – дорогущими платными версиями с полным набором функций. В банке образовались накопительные счёта с говорящими названиями: «На студию», «Маме на туи» и ещё один: «На жопку». Антон решил, что к своим тридцати достаточно оскуфел, чтобы наконец завести собаку.       Чтобы денюжка продолжала капать на оба счёта, приходилось браться в том числе и за пыльную работу.       Антон с содроганием вспоминал последнего клиента, вернее, клиентку. Женщина, чьё имя он не мог разглашать, заставляла его стоять рядом в процессе извращённого полового акта, мол, из опасения, что её разовый партнёр причинит ей зло. Всё бы ничего, но Антону пришлось угадывать, когда БДСМ практика переходила в насилие по интонациям крика клиентки.       - О, привет, Антох.       В коридоре появился Дима. Он был выше по статусу, хотя внешне казалось наоборот. На фоне широкоплечего, двухметрового Антона Дима казался слишком приземистым, а его рост, лишь немногим ниже среднего, визуально уменьшался. Зато на лицо Дима выглядел типичным охранником – сдвинутые брови, жёсткий взгляд, густая, уже немного седеющая щетина.       Антон же был слишком миловидным для охранника, а непослушные волнистые прядки русых волос, нежными завитками спадающие на лоб, придавали лицу и вовсе ангельское выражение. Не удивительно, что его основными клиентами являлись женщины.       - Привет. Тебя тоже вызвали?       - Ага, видимо, тоже на двенадцать.       Они неплохо сдружились во время службы. Дима, несмотря на неприветливый вид, тепло принял совсем ещё зелёного юнца под своё крыло, обучил нюансам, помогал первое время. Антон высоко ценил его поддержку и довольно быстро привязался к Диме, в силу своей природной открытости и искренности. Старший знал о нём практически всё, при этом Антон не знал о новообретённом друге практически ничего. Обоих это устраивало.       - Неужели вместе поработаем, наконец?       Дима оглядел товарища и протянул ему салфетку.       - Вытри туфли.       Антон сконфуженно выполнил требование.       Он ждал под дверью уже минут пятнадцать, ожидая, когда его вызовут. Дима же решительно постучал. Из кабинета раздалось гнусавое: «Да!».       - Пойдём.       На его фоне Антон всегда чувствовал себя ребёнком.       Сергей Борисович сидел за огромным дубовым столом с резными узорами, над чем постоянно посмеивались его подчинённые. Таким был не только стол, но и весь кабинет. От тяжёлых зелёных портьер пахло пылью, даже если их вычищали, тёмная итальянская мебель лоснилась от лака. Сергей Борисович считал, что интерьер придаёт ему важности.       - Проходите, садитесь.       Он указал на бархатные кресла напротив стола. Его мимика поражала подвижностью – когда Сергей Борисович держался серьёзно, выражение лица становилось даже слишком суровым. Когда же смеялся - улыбка в тридцать два винира поднималась чуть ли не до глаз.       - Чем обязаны, товарищ начальник? – спросил Дима.       Антон завидовал его лёгкости во взаимодействии с вышестоящим. Сказывался наработанный стаж.       - Ты мне не ёрничай давай. Посерьёзнее, дело важное.       - Неужели ставите нас в пару?       - Да.       Сергей Борисович передал им папки. Антон проглядел первую страницу.       Клиент – мужчина. Наконец-то. Имя пока скрыто. Профессия – модель и танцор. Дело повышенной секретности.       - Странно. Что это за модель такая, ещё и с запросом на двух охранников? – озвучил его мысли Дима.       - Более того, дело весьма специфическое. Настолько, что пойму, если откажетесь. Ну, чего ты удивляешься? – спросил Сергей Борисович, заметив, как брови Антона взлетели вверх.       - Вы не разрешили мне отказаться от той сумасшедшей… Начальник засмеялся.       - Господи, да брось, это было весело.       Сегодня он был в хорошем настроении, хотя быстро сменил выражение лица на предельную строгость, не слишком искреннюю, скорее, для придания разговору большей серьёзности.       - Итак, для начала один вопрос. Кто-то из вас гей? Или би?       Антон подавился слюной и закашлялся. Сергей Борисович всплеснул руками.       - Блять, серьёзно?       - Да нет же, просто… Что за вопрос?       - Да, это реально указано в запросе? – подхватил Дима.       Он не ответил ничего на счёт ориентации, у него имелись жена и двое детей. Их тихому семейному счастью Антон искренне завидовал.       - Да.       Сергей Борисович перечислил детали запроса потенциального клиента: полная секретность; смена по двенадцать часов; перерыв поочерёдно – два часа днём и пять часов ночью.       Задача Антона – находиться рядом на протяжении всей смены, Димы – непосредственная охрана на улице и в помещении. С подзащитным говорить запрещается, прикасаться – запрещается, за исключением отдельно оговоренных случаев. За каждое нарушение взимается штраф, три штрафа – договор расторгается.       - Какой-то мутный контракт, - пробурчал Дима.       Начальник усмехнулся.       - Размер оплаты глянь внизу.       - Ебать! – Дима потянулся за ручкой с золотым наконечником, но Сергей Борисович шикнул на него и протянул обычную пластиковую, - Я в деле! Антош?       Антон с удивлением пялился на семизначное число, которое вызывала скорее сомнение, чем радость. Насколько это серьёзная работа, раз её так оплачивают? Справится ли он?       - Малыш, я даю тебе шанс, - сказал начальник, тоже протянув ему ручку, - Проявишь себя хорошо – сразу перейдёшь в высшую лигу.       Он дрожащими руками подписал контракт. За полгода такой работы он и студию откроет, и туи маме на даче посадит, и пушистого друга из питомника заберёт, он как раз присмотрел себе одного. Да и Дима будет рядом, с ним – спокойнее.       - Вот остальная информация.       Антон открыл следующую папку и снова чуть не подавился воздухом. Он знал нового клиента и надеялся, что Дима и Сергей Борисович не заметят, как побагровели его уши.       - Воу! – воскликнул коллега, - Теперь вопрос об ориентации понятен.       Высокий, изящный, словно сотканный из воздуха мужчина на простом студийном фоне приковал взгляд молодого охранника — всё внутри будто оборвалось. Тонкая талия, широкие плечи, длинные ноги, рельеф упругих мышц, едва проступающий под кожей… Он пленял элегантностью, грацией и вызывал сомнение в собственной телесности, напоминая скорее мраморную статую, чем живого человека.       Имя, конечно, сценическое — просто: Ангел. Лаконично и символично, образ полностью ему соответствовал.       Никаких смокингов, фраков или маскулинных клише. На снимке он был одет в белую полупрозрачную рубашку или, быть может, блузу. Брюки? Скорее продолжение той же ткани — свободные, с высокими боковыми разрезами от таза до самого пола, обнажающими ноги. Вдоль штанин тянулись тонкие жемчужные нити, будто капли света на шёлке.       Фирменной чертой Ангела была повязка на глазах, неизменно вписанная в образ. Просто шёлковая лента поверх тёмных, свободно струящихся волос, доходящих почти до плеч. Его глаз не видел никто. Никогда. Поговаривали даже, что Ангел слепой.       Антон старался унять дыхание. Вчерашняя ночь всплыла в памяти мучительными образами – намокшие от жары и его собственного пота простыни, синий свет экрана с включённым видео парящего танца невероятной красоты, накатывающие волны оргазма под бешеный ритм сердцебиения.       Он изо всех сил старался сохранить невозмутимость. Антон не врал, когда отвечал на вопрос об ориентации. Но недавнее появление Ангела в ночных фантазиях сильно пошатнуло его уверенность и полностью уничтожило собственное представление о себе.       - Блять, я прям как знал, - усмехнулся Дима, выдернув запутавшегося коллегу из тяжёлых раздумий, и захлопнул папку.       - Что знал? – не понял Антон.       - А ты думаешь, охрана ему нужна на подиуме?       Тот снова не понял, и Дима махнул рукой.       - Ну, увидишь. Будет сюрпризом.       - Всё, идите оба отсюда, завтра ознакомительная встреча, - Сергей Борисович махнул на выход, - Машина приедет в 22:00. Чтобы в 21:55 как штык были у подъездов!       - Если б вы сами так на работу являлись… - съязвил Дима, и начальник бросил в него ручку.