Рокировка

Первым делом Лайт хочет сообщить будоражащую новость Мелло. Он намерен быть честным с человеком, которого действительно не желает оставлять здесь. Но ведь "командировка" не навсегда? Они расстаются на время, а не на целую вечность. Лоулайт уже представляет хмурый вид товарища, слышит недовольные возгласы. Но если Мелло действительно любит его, он поймёт, что это за шанс. Какая это возможность — побывать среди тебе подобных, познакомиться с родной культурой. Костяшками пальцев Лайт стучит по дереву — ответом служит тишина. Юноша повторяет свои движения в надежде на чужие проблемы со слухом, а не настроением. — Мелло, я пришёл поговорить, — тихо зовёт Лайт, потому что все сейчас на занятиях. — Чёрт, точно, учебное время. Хлопая себя по лицу от досады, юноша разворачивается и собирается уходить, но из-за угла коридора вдруг выходит Линда, подружка Ниа и Мелло, вставая перед ним. Лоулайт с ней никогда не общался, да им и не приходилось. Что ей может понадобиться от него сейчас? — Райто, — смотрит на парня круглыми глазками девочка. — Это тебе, — протягивает коричневый конверт. — От Мелло. Лайту не нравится начало — чувство неладного сжимает нервы в тиски. — Спасибо, — кивает он, а когда Линда разворачивается, чтобы уйти, кладёт ладонь ей на плечо. — Подожди, пожалуйста. — А? — откликается девочка. Бегая глазами по альбомному листу, найденному внутри, старшеклассник комкает его в руках, образуя смятый клочок бумаги. Выкидывая ненужный хлам в мусорку в углу, Лоулайт смотрит на Лин серьёзным, недовольным взглядом. — Когда он тебе это дал?

***

Седой мужчина стоит около окна и, склонившись над цветочным горшком, поливает недавно появившиеся зелёные росточки. Поправляя очки, он делает шаг назад, чтобы оценить своё творение со стороны. — Ватари-сан, — подходит к нему со спины Лайт, пряча руки в карманах джинсов. — Мне нужен номер Рьюзаки, — использует фальшивое имя нового знакомого тот, дабы никто не стал подслушивать. — Хочу обговорить вопросы сотрудничества. Это возможно? — Конечно, мальчик мой, — директор ставит маленькую зелёную лейку на деревянный подоконник и с тёплой улыбкой возвращается к парню. — Я рад, что ты действительно задумался об этом. Тебе нужно двигаться дальше. Самое время для того, чтобы поспорить, но Лайт сдерживается и оставляет дискуссию на потом. Сейчас важно другое. По прибытии в кабинет Ватари набирает на рабочем телефоне нужную комбинацию цифр и удаляется, давая понять, что не станет подслушивать. Мужчина считает подобное дурным тоном, старается избегать этого в своих действиях. А зря... — Да, я слушаю, — раздаётся на том конце провода. — Рьюзаки, здравствуй, — шепчет Лайт, держа в правой руке трубку, а левой прикрывая рот. — Райто-кун? — слышится удивление в интонации. — Да, да, — зачем-то кивает юноша, оглядываясь на дверь. — Я согласен полететь в Японию на твоих условиях. — А вот это уже интересно, — кажется, Эл отрывается от какого-то занятия, заслышав пикантные новости. — Чего ты хочешь? — Здорово, что ты понимаешь меня с полуслова, — закатывает глаза Лайт, стараясь говорить как можно быстрее. — Мелло пропал, он сбежал. Если Ватари-сан узнает, будет хуже, чем в период промышленной революции. — А что было плохого в промышленной революции? Урбанизация, изобретение паровой машины... — Детский труд тоже хорош, по-твоему? — Лоулайт, казалось, готов воспринять данный факт как личное оскорбление. — Ты поможешь? — Помогу, но к этому разговору мы ещё вернёмся, — Ягами вешает трубку.

***

Шагая от кровати до шкафа и обратно, Лайт размышляет над своими последними поступками. Что именно сподвигло Мелло покинуть стены приюта? Лоулайт в сотый раз раскрывает уже потрёпанную рукопись ушедшего друга и пробегает по ней глазами: "...своими действиями ты окончательно дал мне понять, что идея жить вдали от всех вас — отличная". — Господи, Мелло, — бьёт себя по лбу левой ладонью Лайт. — Почему с тобой всегда так сложно? Потирая переносицу, парень вновь читает одни и те же слова, вникая в смысл. А был ли он там вообще? В дверь стучат два раза — Лоулайт отвлекается от филькиной грамоты и громко угукает. Раздаётся тихий скрип, в комнату застенчиво заходит Метт. Спущенные рукава почти достают до пола, мальчик смотрит вниз, стесняясь даже спросить, но Лайт понимает его без слов. — Я не знаю, где он, — спокойно отвечает на немой вопрос он, держа в руке листок, на который сразу обращает внимание Дживас. — Мелло оставил это... для тебя? — с толикой обиды проговаривает ребёнок. — А мне он ничего не написал... Лоулайт смотрит на брошенку с жалостью; Мелло оставил ему чужие эмоции и печали, которые теперь придётся разгребать. Он подходит к гостю и протягивает ему макулатуру. Метт её берёт, молча и нехотя. Потому что это не для него, это дали не ему, про него забыли! Забыли, как о ненужной безделушке! Бросили на произвол шоколадному пудингу после дневного сна. Практически без какой-либо реакции Дживас дочитывает прощальную записку, только слегка поднимая брови. — Мелло обижен на тебя, — и возвращает лист Лайту. — Он видел вас с Ниа вчера. Приоткрывая рот, Лоулайт шипит и второй раз за день хлопает ладошкой по тыкве. Хм, может, поэтому Метту ничего и не черканули на прощание? Он слишком хорошо знает своего приятеля — сразу бы всё отгадал. — Господи, Мелло, какое же ты всё-таки дитё, — с этими словами юноша покидает собственную комнату, оставляя Дживаса наедине со своей тоской.

***

Сидя в ресторане недалеко от вокзала, Мелло тянет из трубочки молочный коктейль, а когда подходит официантка, заказывает ещё один кусочек торта "Три шоколада". Девушка подозрительно косится на ребёнка, но записывает чужие прихоти в блокнотик и удаляется. Люди вокруг также кидают заинтересованные взгляды на юного гостя. Заявляется, значит, посреди бела дня, шпана местная. Сидит и наяривает так, как будто у него сегодня День рождения. Ещё и где? Не в какой-то кондитерской, а в дорогом заведении, где даже салфетки комкать считается дурным тоном. Когда напиток заканчивается, мальчик отодвигает от себя пустой стакан и скучающе смотрит в окно. Нужно решить, куда идти дальше. Где жить, как зарабатывать и чем питаться. — Мужчина, в верхней одежде нельзя! — кричит сотрудница, догоняя человека в пальто и шляпе. — Пожалуйста, пройдите со мной в гардероб. — Я ненадолго, — спокойно отвечает ей неизвестный и останавливается около столика, за которым сидит Мелло. — Здравствуй. — Мне нельзя разговаривать с незнакомцами, — рассматривает того ребёнок. — Тем более с незнакомцами в столь уродских очках. — Я не ошибся, ты определённо Мелло, — кивает скорее сам себе мужчина. — Пойдём со мной. — Может, мне ещё в церковь сходить? — закатывает глаза в привычной для себя манере мальчик и возвращается к остаткам молока на дне посуды. — Ладно, — разворачивается мужчина. — Сообщу Метту, что ты не соизволил присоединиться к нему. Рычаг воздействия срабатывает, и Кель вскакивает с места, как ужаленный.

***

Мелло бросают, словно игрушку, на заднее сиденье и хлопают дверью. Странный мужчина садится за руль, и мальчику уже становится не до шуток. — Где он? Что Вы с ним сделали? — бесится и кричит он. — Куда Вы меня везёте? — Домой, — сидящий на втором пассажирском кресле человек оборачивается назад, чтобы взглянуть на своего подопечного. Мелло ойкает и тут же садится ровно, пристёгиваясь как следует, чтобы не попасть в аварию. Эл всегда был, есть и будет для него главным авторитетом. — Здравствуйте, — чуть ли не шёпотом проговаривает мальчик, застенчиво вжимаясь в сиденье. — Вас Райто попросил забрать меня? Детектив просто кивает и поворачивает макушку обратно, держа в правой руке вафельный рожок. — Вы с ним... Типа... Работаете вместе? — неуверенно интересуется ребёнок в надежде услышать заветное "нет". — Он не рассказал тебе? — Эл снова разворачивается к нему. Густая часть мороженого падает на синие джинсы. — Не рассказал что? — чувствует неладное Мелло. Ноготки вжимаются в мягкие ладони всё сильнее с каждым словом, вылетающим из уст наставника. День можно отметить чёрным в календаре.

***

По приезде в Вамми, Эл отправляется вместе с беглецом в его комнату, чтобы всё проконтролировать и, естественно, поговорить со своим новым коллегой. На кровати Мелло сидит расстроенный Дживас, но при виде друга тот моментально искрится от радости и набрасывается на него. — Где ты был? Я скучал! Я так скучал! — вешается ему на шею Метт, прыгая на месте. — А кто это... с тобой. — Добрый незнакомец, — кивает Эл мальчикам и в привычной для себя манере, сгорбившись, уходит по своим делам. Мелло вырывается из цепких объятий: забирается с ногами на кровать, усаживается по-турецки и хмуро глядит в пол. Он ещё ни слова не сказал человеку, которого так просто оставил, молча поставив точку в их отношениях. В их дружеских, но доверительных отношениях. — Ты нашёл время перед уходом, чтобы оставить письмо для Райто, а мне... — вдруг всхлипывает Метт, по его щеке скатывается слеза. — Меня ты бросил. Иногда мне кажется, что ты относишься ко мне хуже, чем к Ниа, — длинные рукава помогают вытирать слёзы. Мальчик шмыгает носом и решает более не показывать слабость, останавливая истерику. — В смысле? — наконец-то заговаривает Мелло и смотрит на своё рабочее место. — Идиота кусок, какого хера не играл в приставку? Почему она лежит на месте? И вправду, игровая консоль одиноко покоится на деревянном столе. Почему в чужой комнате? Потому что Дживаса частенько ругают за излишнее уделение внимания приставке — прятать её у друга гораздо удобнее и хитрее. — Я был настолько опечален, что мне было не до этого... — с обидой скрещивает руки на груди Метт. — Это первая вещь, к которой ты притрагиваешься, когда просыпаешься, — вскакивает на пол Мелло. — Я на неё положил записку для тебя, я был уверен, что ты её прочитаешь! — он машет кулачками перед лицом однокашника и рычит. — Как можно быть таким тупым!? — Записку? — округляет полные радости глазёнки. — Стоять! — опережает Кель, хватая письмо и разрывая его на мелкие кусочки. — Всё, поезд ушёл, — выкидывает тот ненужный хлам в мусорку. — В следующий раз будешь внимательнее. Надеюсь, следующего раза не будет, — произносит про себя Метт и тяжело вздыхает с улыбкой на лице. Мелло про него помнит.

***

Лайт сидит в кабинете директора напротив Эл. Он и не думал, что они увидятся так скоро. Скрестив руки на груди и положив ногу на ногу, юноша рассматривает детектива, как будто видит впервые. — Сколько тебе нужно времени, чтобы собрать вещи? — спрашивает Эл, кидая в кружку с чаем два кубика сахара. А затем ещё два. И снова два. — Самолёт сегодня в полночь. — Два часа, — просит дать ему фору Лоулайт, ведь нужно попрощаться с Мелло и остальными. — Хорошо, — звонко стучит ложечкой по стенкам посуды тот. — Я пока посижу здесь, подожду тебя. — Как же я рад, что ты согласился на предложение Рьюзаки, — заходит в помещение Ватари. Он явно пребывает в наилучшем расположении духа. — Райто, ты так вырос за последнее время, я совсем тебя не узнаю, — подходит к ребёнку старик, гладя его по макушке. — Знай, что ты всегда можешь вернуться сюда. Это твой дом, и в этих стенах тебя всегда встретят с улыбкой. — Спасибо, Ватари-сан, — сдержанно благодарит Лайт и встаёт с кресла, пожимая мужчине руку. — И в целом за всё. За всё спасибо, — уже тише говорит тот. — Я не прощаюсь, но и не обещаю скорого возвращения. — Конечно, вас двоих ждут великие дела, — уже чуть смеясь, кивает Ватари и отпускает парня в комнату паковать чемоданы.

***

Когда Лайт возвращается к себе, Мелло уже лежит на кровати: его глаза красные от слёз, а чужая подушка до ужаса мокрая. Мальчик дёргает головой на скрип открывающейся двери и смотрит на Лоулайта как на врага народа. Он сейчас ненавидит. Ненавидит, боится и грустит. Мелло не мог не прийти, даже если очень обижен. Он понимает — это последняя возможность увидеть друга, сказать "пока". Поговорить по-человечески, а не прятаться. Лайт солидарен с чужими чувства, но ничего не может поделать. Он же не собирается всю жизнь провести в приюте, ночью читая с Мелло книжки, а днём гуляя во дворе, шлёпая ботинками по лужам. Юноша садится на постель, тянет свою ладонь к Мелло, но в ответ по руке прилетает звонкий удар, мол, не заслужил. Ни капли не удивившись предсказуемой реакции друга, Лайт молча остаётся рядом. Приподнимаясь на коленках, младший пододвигается к Лоулайту, лицом падая тому в ноги, руками сжимая его ляжки от досады и горечи обиды. — Не уходи... — хрипло, еле слышно, сквозь рыдания просит Мелло. — Пожалуйста, тебе там плохо будет, — пытается вразумить приятеля тот. — Ты если уедешь, всё изменится, изменится не в лучшую сторону, понимаешь? Лайт гладит блондинистые волосы, наклоняется и целует дурную макушку. — Я тебя люблю, Мелло, — старается говорить как можно тише Лоулайт, чтобы никто не услышал. — И никогда не брошу, — объясняет юноша, будто это всего лишь временное расставание. — Я обязательно ещё приеду, и не раз. Но мальчик продолжает рыдать от одного слова "приеду", ведь оно означает только одно — Лайт всё же уедет. Уедет в холодную, незнакомую, огромную Японию. Потеряется там, не найдёт дорогу обратно в Великобританию — и всё. И больше они друг друга не увидят. — Я тоже тебя люблю, Райто, — отрывается от идентичных подушке мокрых джинсов он, облокачиваясь на твёрдое плечо. — Если любишь — отпусти, — усмехается Лайт и сгибается пополам от удара в живот. — Ух... — Тогда не люблю, — хмыкает Мелло, вытирая мокрые щёки белой простынью. Лоулайт обнимает мальчика за тонкую талию и ещё раз целует, но на этот раз в висок.

***

Два больших чёрных классических чемодана укладывают в багажник авто, на котором вернули домой сбежавшего воспитанника сегодня днём. Лайта провожают три макушки. Прощаясь с каждым, парень машет им рукой, напоследок улыбаясь. Метт крепко держит Мелло за руку, а Ниа стоит поодаль от них, понимая, что единственный человек, с которым он мог нормально, по-человечески поговорить, уезжает. Лоулайт садится на заднее сиденье, около Эл, не желая с тем разговаривать. Как будто детектив его увозит насильно, с помощью угроз, шантажа и личного обоняния. — Райто-кун, — зовёт Ягами, когда машина трогается с места. — Я не настроен на диалог, — опирается на правую ладонь тот. — Почему? — пальцем проводит по запотевшему окну Эл, рисуя непонятные картины. — Я только что покинул место, которое было моим домом на протяжении трети жизни, — объясняет очевидные вещи Лайт, и даже без сарказма: он уже разглядел неспособность нового знакомого испытывать привычные для человека эмоции. — Трети? Какое интересное мнение о продолжительности своего пребывания на этом свете, — поворачивает голову к Лайту детектив. — Ты задолжал мне партеечку, — Эл достаёт из бардачка небольшие дорожные шахматы, ставя чёрно-белую доску между ними. — Сыграем? — Сыграем, я не люблю находиться в долгу, — разворачивается на сто восемьдесят градусов парень и начинает расставлять фигуры по клеткам. — Рьюзаки, спасибо, что помог мне. Я и так почти согласился на твоё предложение, просто хотел воспользоваться случаем, — сейчас можно разглядеть подлинную искренность в чужих словах и тихом звучании голоса. — Очень сильно переживаю за Мелло. Он часто совершает необдуманные поступки, за которые потом расплачивается. — У него есть чему поучиться, да? — детектив ходит первым, выбирая белую сторону. — Ты сейчас тоже идёшь на риск, едешь в незнакомую страну с незнакомым человеком... — Ты не... — мнётся Лоулайт то ли от того, что не знает куда поставить пешку, то ли от непонимания, как охарактеризовать их отношения с Эл. — Ты не чужой, но и не друг. Мы просто коллеги, единомышленники... — Ошибаешься, — съедает чужого коня Эл, мотая головой. — Мыслим мы, может быть, и схоже, но приоритеты у нас совсем разные. — Что ты имеешь в виду? — во взгляде Лайта снова читается былое недоверие. — Благими намерениями вымощена дорога в ад, — Ягами второй раз за игру забирает у противника фигуру и вздыхает, непонятно: от скучной игры или темы разговора. Лоулайт ничего не отвечает. Он поправляет чёлку, которая неудобно падает на глаза и продолжает левитировать ладонью над шахматной доской.

***

После посадки Лайт терпеливо старается идти идентично темпу Эл, который еле плетётся сзади. Сначала это даже начинает подбешивать, но после юноша осматривается в огромном аэропорту Ханэда и восторгается, казалось бы, обычным вещам. Из-за этого его шаг тоже замедляется. Всё вокруг огромное, люди, как муравьи, снуют туда-сюда, а самое главное — они говорят по-японски! Из каждого угла доносится родной язык. Работники приветливо улыбаются посетителям и даже кланяются. Теперь на Лоулайта точно никто не посмотрит как на мальчишку с придурью. Не то чтобы воспитанник детского дома раньше сидел в четырёх стенах: их класс иногда возили на экскурсии, но это совершенно другое. Не те ощущения. А здесь всё по-настоящему, наедине с собою, без однокашников и учителя, среди себе подобных. Глаза парня сияют при виде иероглифов. Они такие разные на разноцветных вывесках магазинов и такие одинаковые на указателях. Кажется, он только что нашёл рай на Земле. — Райто-кун, — детектив стоит в двух метрах от Лайта, впереди. — Я не хочу тебя торопить, но внизу нас уже ждёт машина. Закрывая приоткрытый от восхищения рот, Лоулайт замечает — он остановился посреди зала, недалеко от кофейного автомата. Сколько он так простоял? Даже улитка-Эл его обогнал. — Да, я понимаю, извини, — кивает тот, быстро приходя в себя и догоняя попутчика.

***

— Мы будем жить в отеле? — недовольно вопрошает Лоулайт, когда детектив отходит от лобби и приглашает зайти в лифт. — Пошлятина... — Что, прости? — оборачивается на него Эл, нажимая кнопку десятого этажа. — Говорю, ты слишком заморачиваешься, — не желает вступать в спор Лайт и облокачивается на жестяную стену, устало склоняя голову вправо. На нужном этаже они расходятся по своим номерам; Рьюзаки оповещает о том, что им предстоит встретиться сегодня вечером в ресторане на первом этаже, и закрывает за собой дверь. Лоулайт решает потратить ближайшие несколько часов с пользой и падает на огромную двуспальную кровать спиной вперёд, расправляя руки в стороны. Юноша смотрит в потолок, и в голову снова лезут мысли о правильности его выбора. Он знает, что поступает верно, но новые ощущения и страх перед неизведанным имитируют сомнения. Небрежно сминая одеяло, Лайт переворачивается на бок — его взору сразу предстаёт ванная комната. То что нужно после утомительного полёта. Чемоданы уже стоят около выхода — всё-таки Эл выбрал отель первого класса. Сколько же он зарабатывает? — Надеюсь, он не вычтет это из моей будущей зарплаты, — мальчик достаёт чистые вещи и зубную щётку, ненароком проверяя наличие других вещей багажа. — Должно быть, тебе сейчас в очередной раз очень весело воровать шоколад со склада, — падает на глаза поцарапанная фоторамка, где они вместе с Мелло на снимке. — Или хотя бы ты не дежуришь на кухне в наказание за очередную провинность... Скрываясь за дверями душевой кабинки, Лоулайт выдавливает гель для душа на руки и водит ими по своему торсу, плавно переходя к тазу и икрам. Юноша встряхивает волосами, выпрямляясь. Втирая шампунь в кору головы, он закрывает глаза и делает напор воды посильнее, дабы поскорее закончить с этим и лечь спать после перелёта. Лайт поворачивает кран вниз и выходит наружу, встаёт ногами на полотенце, обвязывая второе вокруг себя. Выдыхая, машет правой ладонью перед лицом, разгоняя пар, возникший от высоких температур, которые он сам и воссоздал. Даже в аду котлы не настолько беспощадны. Стоя между унитазом и раковиной, Лоулайт смотрит на себя в зеркало, проводя по стеклу рукой, стирая слой конденсата. Его глаза сверкают от нахлынувшего эмоционального возбуждения перед будущими испытаниями. Испытаниями, которые на самом деле означают начало новой жизни. Что может пойти не так? Лайт попадёт в плохую компанию? Он не планирует ни с кем общаться, кроме Рьюзаки. Налюбовавшись, парень возвращается в спальню, сразу вешая мокрое полотенце на батарею. Надевая пижаму на голое тело, он расчёсывает волосы и ложится в постель. На телефоне уже стоит будильник на восемь вечера, а сознание постепенно проваливается в сон.