Глава 14 «Раскол»
20 мая 2025 г., 15:37
Марк
Декабрьский вечер навис над городом сырым, промозглым покрывалом. Я стоял у машины, наблюдая, как последние студенты спешат покинуть университет, кутаясь в шарфы и пряча лица от колючего ветра. В воздухе витала предновогодняя суета — смех, огни гирлянд, запах мандаринов. Но внутри у меня было пусто.
Когда появилась Мира, стало ясно — что-то не так.
Она шла медленно, будто против невидимого сопротивления, пальцы судорожно сжимали ремень сумки. Темные тени под глазами выдавали ночи без сна, а в уголках губ застыла тонкая ниточка напряжения.
— Садись, — открыл дверь, и в салон ворвался холод вместе с запахом мокрой шерсти и горького кофе.
Машина тронулась, но тишина между нами сгущалась, как туман за стеклом. В зеркале я видел, как она кусает губу до белизны, оставляя на ней следы зубов.
— Говори, — наконец прорвал молчание, сворачивая на набережную. Огни города дрожали в черной воде канала, словно утопленные фонари.
Мира резко повернулась, и в ее глазах вспыхнуло что-то острое, почти звериное.
— Я видела Никиту. В той самой черной куртке.
Пальцы сами сжали руль.
— И?
— Спросила, где он был в тот день. Говорит, сдавал зачет у Старцева.
— Проверим, — сделал вид, что спокоен, хотя в груди уже зашевелилось холодное предчувствие.
— А потом… — голос ее дрогнул, — я спросила Ярика про татуировку. «Vivĕre est militāre».
Ледяная волна прокатилась по спине. Резко ударил по тормозам перед светофором.
— И что он?
— Побледнел. Сказал, что не знает, и сбежал. Марк, он врет!
В этот момент телефоны синхронно завибрировали.
Сообщение.
«Закрытие сессии. 25 декабря. Коттедж «Сосны».
Тот самый дом, где было посвящение.
— Идеальное место, чтобы задать вопросы, — прошептала Мира, и в ее глазах вспыхнуло что-то опасное, почти безумное.
***
Никита 29 ноября. День исчезновения. История всегда была моей слабостью. Старцев, наш преподаватель, смотрел на меня поверх очков, пока я лихорадочно перебирал в памяти даты Северной войны. — Три балла, — буркнул он, наконец, ставя в зачетку оценку, которая означала лишь одно — «ты большего не стоишь». Я выскочил из аудитории, едва не сбив какую-то первокурсницу. В кармане жужжал телефон — 12:17, а встреча в 12:30. — Да?! — рявкнул в трубку, пробираясь сквозь толпу. — Мы у спортзала, — голос Савелия звучал расслабленно, будто он лежал на пляже. — Придешь? — Позже! Я рванул к черному входу, где уже ждал тот тип. Ветер свистел в ушах, когда он сунул мне пакет. — Цена изменилась, — он шагнул вперед, заставляя меня отпрянуть. — Или забыл, кто тебе поставил последнюю партию, когда у тебя «клиенты» с ножом у горла стояли? Хлопок двери. Мы замерли. — Уходи! — толкнул он меня к окну. Я вылез и рванул через двор, сердце колотилось так, что казалось — вот-вот разорвет ребра. Только когда скрылся за углом, достал телефон: — Ты что за ублюдка мне подсунул?! Голос на том конце был странно спокойным: — Да не скули ты. Разберемся. Звонок оборвался. Я просидел в укромном уголке еще около часа, пока дрожь в руках не утихла. Когда вернулся к спортзалу, Савелий и остальные уже о чем-то оживленно спорили. — В чем дело? — спросил, стараясь говорить ровно. — Да так, — Савелий хмыкнул. — Говорят, в спортзале что-то случилось. Я резко обернулся. Вдалеке мелькнула знакомая фигура — высокая девушка с каштановыми волосами. Мира. Она бежала к выходу, лицо искажено ужасом. Что за черт здесь происходит?
