Без права на ошибку

      Замок издал противный скрип, когда Тая вставила ключ в скважину. Она замерла, прислушиваясь к звукам, которые могли бы выдать присутствие посторонних. Но всё было тихо. Ключ повернулся, замок щёлкнул, и дверь медленно отворилась, открывая следующий этап её плана.       Коридор был узким и освещался тусклой лампочкой. Свет играл на вентиляционных трубах, делая их похожими на щупальца. Тая прижалась к стене, стараясь слиться с тенями. Сверху доносился приглушённый смех — то ли охрана, то ли померещилось. Деревянные ступени лестницы скрипели под ногами. Каждый звук заставлял её замереть. Она старалась быть незаметной. Если кто-то выйдет…       Дверь с надписью «Камера хранения» вела к следующему этапу. Внутри пахло пылью и металлом. В углу за ящиками был узкий лаз, ведущий наружу.       Последний рывок. Люк казался запертым. Тая собрала все силы, чтобы открыть его. Её мысли были сосредоточены на успехе. Металл затрещал и поддался. Холодный воздух ударил в лицо, знаменуя завершение опасного пути.       Она выбралась, но едва сделала шаг — позади раздался окрик:       — Стой!       Охранник.       Тая рванула вперёд, не оглядываясь. В последний момент, перед тем как её схватили, она успела бросить что-то в кусты — брелок с гравировкой «Т.С.», подарок Миры.       «Найди меня»

***

      Кабинет был погружён в полумрак, лишь золотистый свет настольной лампы выхватывал из темноты стопки документов и холодное лицо Миши. Он сидел за столом, пальцы медленно постукивали по дереву, будто отсчитывая секунды до неизбежного.       Дверь открылась без стука.       — Ты знаешь, что происходит, — голос Ярика прозвучал как лезвие, но в его глубине слышалась измотанность.       Брат не поднял глаз.       — Если бы я знал всё, — его голос внезапно сорвался, — мы бы не сидели здесь, в этом проклятом доме, а…       — Они будут использовать новый препарат на девушке, — перебил Ярик.       Тишина.       Миша наконец посмотрел на брата. Его глаза были пустыми, безжизненными.       — Это необходимо, — прошипел он.       — Необходимо?! — парень рванул вперед, опрокидывая стул. — Ты слышишь себя? Это же…       — Я СЛЫШУ! — Миша внезапно вскочил, сметая со стола бумаги. Его голос впервые за годы сорвался на рык. — Я слышу твои упреки каждый день. Я растил тебя вместо отца! Я в шестнадцать взял на себя его бизнес, чтобы ты мог просто… просто учиться! — Он схватил фотографию со стола — их двое, счастливые. — Он оставил нам этот ад, и кто-то должен был им управлять!       Ярик замер. Впервые за годы он видел, как дрожат руки брата.       — Ты думаешь, мне нравится? — Михаил говорил теперь тихо, но каждое слово жгло как раскаленный металл. — Каждую ночь я вижу их глаза. Но если не мы управляем системой — система будет управлять нами. И тогда… — он резко повернулся к окну, — тогда все мои старания действительно будут напрасны.       Тень Ярика дрогнула.       — Мы не меняем мир, — прошептал он. — Мы становимся такими же, как он.       Миша медленно обернулся. В его глазах что-то надломилось.       — Тогда скажи, — его голос вдруг стал до ужаса спокойным, — как иначе?       Тишина. За окном завыл ветер.       — Если ты знаешь выход… — Миша сделал шаг вперед, — скажи сейчас. Или… — его пальцы сжали рукоять пистолета в кармане, — или ты действительно просто помеха.       Ярик встретил его взгляд. Впервые за много лет — без страха.       — Тогда я — помеха.