Искра между мирами

Уже на второй день после встречи с первым монстром Дима начал смотреть на Феликса совсем иначе. Во время каждого боя он следил не только за тем, как мечник взмахивает мечом, но и как двигается. Дима ловил каждую деталь, иногда он даже забывал дышать, настолько сосредоточенно смотрел. Ему казалось, что если он запомнит достаточно мелочей, сможет собрать из них что-то своё. А ночью… Ночью он ждал, когда Феликс уснёт первым и тогда он тихо, почти на цыпочках, выбирался подальше от лагеря. Он не хотел, чтобы Феликс узнал, что он тренируется. Ведь грех было не воспользоваться шансом научиться драться, когда рядом каждый день такой пример. А вот подойти днём и просто сказать: «Научи меня». Почему-то ему показалось это унизительным и он выбрал другой путь. Тренироваться в тишине, чтобы однажды… удивить. И вот очередной день подошёл к концу и путники остановились в небольшой пещере у подножия скал. Костёр у входа уже почти догорел. От него остались только красные, медленно тлеющие угли. Они тихо потрескивали, иногда выбрасывая короткие искры и неровный красный свет гулял по каменным стенам пещеры, вытягивая длинные, живые тени. Феликс лежал у дальней стены. Руки закинуты под голову, ноги вытянуты, дыхание ровное и спокойное, как у человека, который заснул. Со стороны могло показаться, что он спит крепко. Дима сидел ближе к выходу, прислонившись плечом к холодному камню. Он уже какое-то время смотрел на огонь, но мысли были далеко. Он ждал. Прошла минута, потом ещё одна. Снаружи тихо подвывал ветер. Где-то внизу, среди камней, шумела вода. Иногда в темноте перекликались ночные птицы. Дима осторожно повернул голову. Феликс всё так же лежал неподвижно. Решив, что тот крепко спит, Дима тихо поднялся. Двигался он аккуратно, стараясь не задеть камни и не наступить на сухие ветки у входа. Он выскользнул наружу. Ночь встретила его холодом. Ветер сразу пробрался под одежду, укусил за шею. Камни под ногами были влажные и местами скользкие. Дима спустился на небольшую каменную площадку перед пещерой. Остановился и выдохнул. Потом медленно встал в стойку, точно такую же, как делал Феликс перед каждым боем. Он чуть развернул корпус, перенёс вес на заднюю ногу и провёл рукой вперёд, словно в ней был меч. Удар плавный, медленный. Потом ещё раз. Он повторял движение снова и снова, стараясь вспомнить, как именно двигался Феликс. Как поворачивал плечи. Как ставил ноги. Как будто всё происходило само, без усилия. У Димы получалось… не очень. Он злился, но всё равно продолжал. Он как раз пытался разобрать одно движение, когда вдруг почувствовал, как на его плечо легла тяжёлая, горячая рука. Реакция сработала быстрее, чем мысли. Пальцы сами перехватили руку, он сделал шаг вперёд, рывок корпусом и подсечку через бедро. Мир резко перевернулся, раздался глухой удар, а через секунду «нападавший» уже лежал на спине на холодной земле и… смеялся. — Всё, сдаюсь, — выдохнул Феликс, поднимая ладони вверх. — Не добивай. Дима застыл, дыхание сбилось, сердце колотилось где-то в горле. — Ты… не спал?! Феликс перекатился на бок, сел и провёл рукой по волосам, всё ещё усмехаясь. — Я сплю, когда безопасно, — спокойно сказал он. — А ты шумел. Дима возмущённо вскинул брови. — Я вообще тихо ушёл! Феликс коротко хмыкнул. — Ну для тебя наверное тихо. Дима фыркнул и отвернулся, пряча лицо. Смущение вспыхнуло так резко, будто его поймали за чем-то совсем глупым. Феликс поднялся, стряхнул с плаща пыль и мелкие камешки, потом сделал шаг ближе. Теперь он смотрел на Диму уже иначе, не с насмешкой, а с интересом. Какое-то мгновение он молчал, словно что-то прокручивал в голове, а потом тихо сказал: — Знаешь… я только сейчас понял одну вещь. Дима настороженно покосился на него. — Какую? Феликс чуть наклонил голову, взгляд стал более острым. — В тебе… учитывая твою «хрупкость», скрыта огромная сила. — Он сделал паузу, будто выбирал слова. — Ты ведь только что перебросил меня через себя. Дима на мгновение сжал зубы. Слово «хрупкость» задело и на лице мелькнула лёгкая искра раздражения. Он фыркнул, отводя взгляд, а потом пожал плечами, стараясь не выдать, что его это задело. — Ну и что? — сказал он ровно, с лёгкой ноткой вызова. Феликс тихо усмехнулся, уголки губ дернулись вверх. — Я, на всякий случай, не совсем пушинка. — Он сделал шаг ближе, словно прикидывая. — И ты это сделал… довольно легко. Дима скрестил руки на груди. — Ты сам полез. Феликс помолчал секунду, потом сказал уже серьёзнее: — У тебя хорошая реакция, а силы в тебе больше, чем ты думаешь. Дима отвёл взгляд. Феликс чуть улыбнулся. — С таким запасом силы ты обязан учиться драться нормально. — Он сделал короткую паузу. — Хочешь, буду тебя тренировать. Ответ вылетел мгновенно: — Нет. Феликс медленно вдохнул. Даже закусил губу на секунду, будто сдержал какую-то колкую фразу. — Почему? — Сам справлюсь. — Уже видно, — сухо сказал Феликс. — Особенно по тому, как ты плечи зажимаешь. Дима тут же вскинулся. — Я не зажимаю. — Зажимаешь. — Нет. — Да. Они упрямо смотрели друг на друга. Ветер гулял по площадке, холод начал пробираться под одежду. Феликс первым выдохнул: — Ладно. — Он развёл руками. — Тогда давай так. Ты тренируешься сам. Я просто… иногда говорю, где ты делаешь ерунду. Дима прищурился. — Это называется «тренировать». — Это называется «не дать тебе убиться». — И бесплатно? — Бесплатно. Дима склонил голову на бок: — Подозрительно. Феликс усмехнулся уголком губ. — Могу брать плату. — Какую? — Будешь носить мои вещи. Дима сразу фыркнул: — Обойдёшься. — Тогда договорились. — Феликс хлопнул в ладони с таким видом, будто только что выиграл спор. Дима ещё пару секунд смотрел на него, потом пожал плечами. — Ладно… иногда можешь говорить. — Он немного помолчал, потом вдруг задумчиво почесал подбородок. — Хотя знаешь… Феликс насторожился. — Что? Дима посмотрел на него прищурившись. — А ты не такой уж и огромный. Феликс медленно моргнул. — В смысле? — Ну… — Дима пожал плечами. — Я думал, ты выше. Он встал рядом с ним, выпрямился и даже слегка потянулся вверх, будто меряясь ростом. Разница оказалась не такой большой, всего на голову. Феликс посмотрел на него сверху вниз. Не отстранился, а наоборот, замер, словно оценивая. Взгляд задержался на лице подростка чуть дольше обычного. — Дмитрий… — Дима, — быстро перебил тот. — Просто Дима. Феликс чуть улыбнулся. Голос его стал мягче, теплее. — Хорошо… Дима. — Он сделал паузу, потом кивнул ему. — Тогда начнём с простого. Дима насторожился. — Мы же договорились, что иногда. Феликс спокойно пожал плечами: — Чем плохо сейчас? Он сделал шаг ближе, легко коснулся пальцами плеча Димы и чуть повернул его корпус. — Расслабь плечи. И перестань махать руками. Дима прищурился: — Я не махаю. Феликс усмехнулся. — Ты дерёшься руками. — Он слегка постучал пальцами по его грудной клетке. — А нужно корпусом. Дима медленно выдохнул. — Я уже начинаю жалеть, что согласился. Феликс снова усмехнулся. — Поздно, — он отступил на шаг — давай. Удар. Дима закатил глаза… но всё же встал в стойку.

***

На следующий день дорога наконец вывела их к людям. Сначала появились поля. Ровные, ухоженные, с мягкой зелёной травой, которая не была выжжена солнцем и не торчала жёсткими клочьями, как в диких местах. Ветер шёл по ним плавной волной. После лесной сырости, оврагов и ночёвок на камнях всё это казалось слишком нереальным. Потом показались домики. Белые стены, светлые крыши, аккуратные заборы, а из труб поднимался дым. — Люди… — выдохнул Дима, и в голосе прозвучало облегчение. Феликс ничего не сказал, но взгляд его на секунду стал мягче. Они спустились в городок и он оказался именно таким, каким выглядел сверху: тихим, чистым и подозрительно дружелюбным. На них смотрели без страха, без настороженности. Просто с интересом. Стоило им зайти на постоялый двор и осторожно спросить о двух путниках, молодом маге и его спутнике, как разговор вспыхнул сам собой. — Микки? — переспросила женщина за стойкой. Она была невысокой, с чуть необычными, вытянутыми ушами и тонкими серебристыми прожилками по коже у висков, будто на ней когда-то осталась лёгкая сетка света. Глаза янтарные, внимательные. В этом мире Дима всё ещё не до конца привык к тому, что «обычные люди» выглядят… не совсем обычно. Она задумалась, прикусила губу, перебирая воспоминания. И тут сбоку раздался низкий голос. — Может, вы говорите о чародее Микариэле Ноктарисе? К разговору присоединился мужчина – высокий, широкоплечий, с загорелым лицом и руками, покрытыми мелкими шрамами от работы в поле. На нём была простая рубаха, закатанные рукава. Он почесал затылок, чуть щурясь. — Он помог мне с урожаем совсем недавно. С ним ещё был его ученик… светленький такой… Вирселль? Варсель? Как-то так. Дима медленно поднял бровь. Он перевёл взгляд на Феликса, но тот выглядел так, будто ему эти имена не казались смешными. И это немного раздражало. — Может… Виктор? — осторожно уточнил Дима. — А точно! — оживилась женщина, хлопнув ладонью по стойке. — Виктор! Имя необычное, видно, не здешний. Дима коротко выдохнул, обрадовавшись. — Они у нас жили, в том домике на окраине, — мужчина махнул рукой в сторону дальних крыш. Дима тут же подался вперёд. — А где они сейчас? Женщина чуть смягчилась лицом. — Ушли вчера. На северную дорогу. — Чёрт… — тихо выдохнул Дима, сжав зубы. — Опоздали. Но разговор уже набрал обороты. — А хороший у него ученик! — с теплотой сказала хозяйка. — Очень хороший. Вежливый, тихий… маг из него получится сильный. Дима медленно поднял голову. — Маг? — переспросил он, не резко, но с явным недоверием. — Ой, ещё какой! — вмешался старик, сидевший у окна. Он опирался на резную трость и смотрел живо, цепко. — У нас колодец пересох, так он воду нашёл. Прямо в земле! Магией. — И крышу кузнецу после бури починил, — добавила женщина. — Доски сам поднял, закрепил… аккуратно так. — А ещё он нам светлячков делал! — раздался звонкий голос. Из-за соседнего забора высунулась девчонка с растрёпанными косами. Глаза блестят, щеки розовые. — Настоящих! Они летали! И не гасли! Дима моргнул. Информация накатывала одна за другой. — Подождите… вы про вот такого… — он показал рукой рост. — Спокойный, светловолосый, с зелёными глазами? — Да! — хором подтвердили сразу несколько голосов. Старик уважительно кивнул: — Очень сильный маг растёт. Редко такие встречаются. Спокойный. Уравновешенный. Но это и неудивительно, его учитель превосходный маг. Жалко, что они покинули нас. Феликс медленно повернул голову к Диме. Тот смотрел куда-то в сторону, будто пытался соединить в голове две несовместимые картинки. — Он же… не маг, — тихо пробормотал Дима. Феликс едва заметно улыбнулся. — Ну и ты вроде не был воином... Но начал обучаться. Женщина тем временем продолжала, словно смакуя воспоминания: — И воспитанный! Всегда благодарил. Всегда помогал. Ни одного грубого слова. Феликс слегка наклонился к Диме и тихо, почти ласково, чтобы никто не услышал, произнёс: — Слышал? — Слышал, — процедил тот. — Учись. Дима резко повернулся к нему. — Я вежливый. Феликс приподнял бровь. — Ага. Из тебя такой же вежливый, как из меня грациозный танцор.

***

На ночь они всё-таки остались в городке. Комната была тесной, но тёплой. За окном медленно густели сумерки, крыши темнели, внизу кто-то смеялся, хлопали двери. Обычная жизнь. Дима стоял у окна, упёршись ладонями в подоконник. Плечи напряжены, спина прямая, как перед прыжком. — Мы теряем время, — бросил он, не оборачиваясь. — Если выйдем сейчас, к утру догоним. Феликс сидел на краю кровати и медленно расшнуровывал сапоги. Он делал это так неторопливо, будто впереди у них была неделя отдыха, а не погоня. — В темноте? — лениво уточнил он. — Ты забыл, что мы можем там встретить? Дима нахмурился. Картинки вспыхнули сами собой и холод подобрался к позвоночнику. Он на секунду замолчал. Чуть предался назад, будто воспоминание толкнуло его в грудь. Феликс поднял взгляд. В нём не было насмешки только спокойная уверенность. — Дима, — он поднялся и подошёл ближе. Голос стал ниже. — Ты устал и я устал. Мы выйдем на рассвете. Он остановился в шаге от него, без давления. Дима сжал челюсть, мышцы на скулах напряглись. Он явно собирался продолжить спор уже даже вдохнул, уже приоткрыл рот… и вдруг резко выдохнул. — Ладно, — коротко бросил он, отворачиваясь. — Но если из-за этого мы опять опоздаем… — Мы не опоздаем, — спокойно сказал Феликс. Это почему-то выбило Диму из колеи сильнее, чем если бы тот начал спорить. Он фыркнул, будто стряхивая раздражение и наконец отошёл от окна. — Ладно, командир, — пробормотал он. — Спим. Феликс едва заметно улыбнулся. Утром они вышли рано. Небо только начинало светлеть, тонкая серебристая полоса прорезала горизонт. Воздух был холодным, свежим, пах дымом и влажной землёй. Дыхание вырывалось белыми облачками. Город просыпался лениво: где-то скрипнула калитка, зазвенело ведро о колодец. Сапоги глухо стучали по дороге. На перекрёстке стоял старик с телегой. В телеге лежали мешки с зерном и какие-то ящики, а в упряжке было существо, лишь отдалённо напоминающее лошадь. Существо тихо фыркнуло, выпуская пар и скосило на них янтарный глаз. Старик опирался на край телеги, щурясь на дорогу. — Северная дорога, — подтвердил он, кивнув, когда Феликс коротко задал вопрос. — Они туда ушли. Дима уже почти не слышал продолжения, он смотрел вперёд. Дорога уходила между холмами серой лентой, тонкой, как шрам. Ветер бежал по траве, шевелил край плаща воина. В груди что-то сжалось, не страх и не тревога… скорее зудящее нетерпение. Сердце билось быстрее обычного. Внутри всё подталкивало: быстрее, быстрее. — Пошли, — коротко сказал он и шагнул первым. Феликс посмотрел ему в спину и двинулся следом. Существо в упряжке тихо фыркнуло им вслед, будто провожая.