Лицо со шрамом

Летняя ночь перед боем была неестественно тихой. Тэхен сидел на крыльце сторожки, перебирая в руках арбалет, который Чонгук научил его использовать. Луна, полная и желтая, как глаз хищника, висела низко над лесом, освещая поляну перед домом. Из-за двери донесся скрип половиц. Чонгук вышел наружу, его массивная тень легла рядом с Тэхеном. — Тебе нужно спать, — сказал альфа, но в его голосе не было приказа, только беспокойство. Тэхен покачал головой, не отрывая взгляда от леса: — Не смогу. Чонгук тяжело опустился рядом, его плечо теплое прижалось к Тэхену. Они сидели так молча, слушая, как где-то далеко кричит сова. — Я пойду к ним. Слова Чонгука повисли в ночном воздухе, тяжелые и неоспоримые. Тэхен резко обернулся: — Что? — На рассвете. Я сдамся им. — Чонгук не смотрел на него, уставившись в темноту. — Они примут меня в обмен на твою свободу. Тэхен почувствовал, как внутри все сжалось в холодный комок. — Ты обещал. Обещал, что мы будем бороться вместе! Чонгук наконец повернулся к нему. В лунном свете его глаза казались почти черными. — Это и есть борьба. Ты будешь жить. Это единственное, что важно. Тэхен вскочил, сердце бешено колотилось в груди. — Нет! Ты не решишь за меня! — Его голос сорвался на крик. — Я уже сделал свой выбор! Вчера утром, когда бросил их проклятые бумаги в грязь! Чонгук тоже поднялся, его лицо исказила гримаса боли — не физической, а той, что глубже: — Ты не понимаешь, что они со мной сделают! — А ты не понимаешь, что со мной будет, если тебя не станет! — Тэхен схватил его за рубашку, сжимая ткань в кулаках. — Я не переживу этого. Не хочу пережить. Их дыхание смешалось в ночном воздухе, горячее и прерывистое. Чонгук поднял руку, медленно, будто боясь спугнуть, и прикоснулся к щеке Тэхена. — Почему ты такой упрямый? — прошептал он, и в его голосе дрогнуло что-то хрупкое. Тэхен прижался к этой ладони: — Потому что научился у лучшего. Чонгук закрыл глаза, его грудь тяжело вздымалась. Когда он снова открыл их, в глубине зрачков горело новое решение. — Тогда мы сражаемся. Вместе. До конца. Они простояли так еще мгновение, лоб в лоб, дыша одним воздухом, одним страхом, одной решимостью. Внезапно в лесу что-то хрустнуло. Чонгук мгновенно оттолкнул Тэхена за спину, хватая арбалет. — Они здесь. Раньше, чем я ожидал. Тэхен почувствовал, как по спине пробежали мурашки. Он быстро проверил запас стрел — двадцать штук, ровно столько, сколько они успели подготовить. — Заходим в дом? — прошептал он. Чонгук отрицательно покачал головой: — Сожгут. Лучше позиция здесь, спиной к стене. Они заняли позиции по обе стороны крыльца. Тэхен прижался спиной к грубой древесине стен, чувствуя, как его сердце колотится где-то в горле. Из темноты вышли фигуры. Не трое, как днем, а целых шестеро. Бородач шел впереди, его дорогие доспехи тускло блестели в лунном свете. — Последний шанс, омега! — крикнул он. — Выходи один, и мы оставим тебя в живых! Тэхен переглянулся с Чонгуком. Альфа едва заметно улыбнулся и кивнул. — Иди к черту! — крикнул Тэхен, вскидывая арбалет. Первая стрела просвистела мимо уха бородача, заставив его отпрянуть. — Брать их! — заревел он. Все произошло за какие-то секунды. Чонгук выпустил две стрелы — два охотника рухнули на землю. Остальные бросились вперед. Тэхен выстрелил в ближайшего нападающего, но промахнулся. В следующий момент огромный мужчина в кожаной броне уже налетел на него, сбивая с ног. Они покатились по земле, Тэхен чувствовал, как острый камень впивается в спину, как чужой пот капает ему на лицо. — Маленькая сволочь! — охотник поднял кулак. Удар обрушился на щеку, в глазах вспыхнули звезды. Тэхен инстинктивно выставил руки, пытаясь защититься. Его пальцы наткнулись на что-то металлическое у пояса нападающего — нож! Он выхватил лезвие и вонзил в бок противника. Тот заорал и откатился. Тэхен вскочил, чувствуя, как по рукам течет чужая теплая кровь. — Чонгук! — крикнул он, озираясь. Альфа сражался с двумя охотниками сразу. Один уже хватал за горло, другой замахивался дубинкой. Тэхен бросился вперед, но в этот момент чья-то рука схватила его сзади за волосы, резко откинув голову назад. Холодное лезвие прижалось к горлу. — Ни с места! — прошипел в ухо бородач. — Или перережу глотку твоему щенку, Чонгук! Все замерло. Чонгук остановился, его глаза расширились при виде Тэхена с ножом у горла. — Отпусти его, — его голос звучал хрипло. — Это между мной и тобой. Бородач засмеялся: — О, теперь ты заговорил. — Он сильнее прижал нож, и Тэхен почувствовал, как по шее потекла тонкая струйка крови. — На колени. Брось оружие. Чонгук медленно опустился на колени, положив арбалет на землю. Его глаза не отрывались от Тэхена, полные немой мольбы. — Вот так-то лучше, — бородач толкнул Тэхена к своим людям. — Держите его. Двое охотников схватили Тэхена за руки. Он вырывался, но безуспешно. Бородач подошел к Чонгуку и с силой ударил его кулаком в лицо. Альфа покачнулся, но остался на коленях. — Сколько лет я ждал этого момента, — прошипел он, ударяя снова. — Ты убил моего брата в той деревне. Чонгук сплюнул кровь: — Он пытался сжечь детей в амбаре. Еще удар. Тэхен чувствовал каждый, будто били его самого. — Чонгук! — крикнул он, безуспешно пытаясь вырваться. Бородач вытащил пистолет и навел на лоб Чонгука. — Прощай, ублюдок. Тэхен сжал глаза, не в силах смотреть. В этот момент раздался выстрел. Но Чонгук не упал. Тэхен открыл глаза и увидел, как бородач медленно оседает на землю, хватая руками живот, из которого хлещет кровь. Из леса вышла фигура в длинном плаще, с еще дымящимся пистолетом в руке. — Кажется, я вовремя, — сказал незнакомец, отбрасывая капюшон. Чонгук поднял голову, его глаза расширились: — Ким? Охотники, оставшиеся в живых, бросились врассыпную. Незнакомец — высокий мужчина с седыми висками — даже не попытался их остановить. Тэхен вырвался и бросился к Чонгуку, падая перед ним на колени. Его пальцы дрожали, когда он касался окровавленного лица. — Ты... ты жив... Чонгук слабо улыбнулся: — Ты такой бледный, будто видел призрака. Тэхен засмеялся сквозь слезы, прижимая лоб к его плечу. Незнакомец — Ким — кашлянул: — Простите, что прерываю трогательный момент, но нам нужно уходить. Остальные вернутся с подкреплением. Чонгук тяжело поднялся, помогая встать Тэхену: — Почему ты здесь? Ким устало улыбнулся: — Потому что ты, как всегда, влип в дерьмо, а я, как всегда, вытаскиваю тебя. — Он бросил взгляд на Тэхена. — Хотя, кажется, теперь у тебя есть помощник. Тэхен сжал руку Чонгука, чувствуя, как его пальцы переплетаются с его собственными. — Куда теперь? — спросил он. Чонгук посмотрел на восток, где небо уже начинало светлеть. — На восток. Там есть место... Ким кивнул: — Лошади готовы. Тэхен сделал последний взгляд на сторожку — их дом, их убежище. Чонгук, словно почувствовав его мысли, сжал руку сильнее. — Мы найдем другое место, — прошептал он. И когда первые лучи солнца коснулись верхушек деревьев, трое всадников исчезли в утреннем тумане, оставляя позади кровь, пепел и начало новой истории.