Потерянный хранитель

      Раннее утро. Солнце осветило первыми лучами улочки и рыночную площадь горного городка. Лишь отстранённый одинокий домик был ещё в тени заворачивающейся горы. Несмотря на это, его обитатели уже проснулись.       Лунаю было необходимо спуститься в город по делам, заодно удовлетворив любопытство маленького существа.       Беловолосая девчушка энергично нарезала круги по дому в нетерпении, воспринимая походы в город как маленькое приключение.       — Вега, не отставай! Нам ещё многое необходимо сделать сегодня, — воскликнул Лунай, как только заметил, что его маленькая комета покинула пределы орбиты.       Стоило немного пройтись от дома, как гиперактивный ребёнок пошёл тратить запасы своей энергии, отвлекаясь на всё, за что только цеплялся любопытный взгляд.       Вега послушно догнала отца и, схватив рукав его одежды своей маленькой цепкой ладошкой, скорее поспешила озвучить бурлящие в голове мысли:       — Та, так здорово, что Цинн пришёл! Его так долго не было, словно целую вечность. Я волновалась, но теперь так тепло. И то, что он решил пожить с нами, наполняет меня. Знаешь, как булочку кремом? — Вега говорила быстро, словно стараясь выговорить всё в один вздох.       Порой её образы бывали причудливыми, но от этого только милее.       Девочка сделала небольшую паузу, набрав новую порцию воздуха, и продолжила:       — Но где он? Не то, где он есть, а где был? Я спросила, но Цинн сказал лишь что-то про “огонь и шоу” и уснул. Это странно, он же не выступает на ярмарках…       Терпению Луная можно было только позавидовать. На многие размышления ребёнка можно было не отвечать, она сама спокойно с этим справлялась. Лишь поддерживать связь с реальностью и подхватить, когда это реально было необходимо.       Дожидаясь, когда бурный поток слов утихнет, Лунай уже заранее пытался продумать ответ на вполне ожидаемый вопрос.       И пусть Вега мала, чтобы её случайно брошенные слова восприняли всерьёз, надо с умом подбирать то, что можно рассказать.       Но ничего не пришло в голову лучше, чем:       — Фейерверки, — быстро обронил он и тут же словил на себе горящие от любопытства глаза. — Ты же знаешь, как твой дядя иногда любит… эпатаж? Вот он и устроил эффектное представление для… своих друзей… — спокойно выговаривал Лунай, делая лишь лёгкие паузы и осторожно поглядывая на Вегу.       Дальше можно было не договаривать, бурная фантазия ребёнка всё уже сделала сама.       — Правда? — Вега с восхищением взглянула на улыбающееся лицо Луная, что укрепило ею придуманные сюжеты. — Я уверена, что это было ярко, стремительно и… волшебно! Я бы хотела это увидеть! — сложив ладошки у лица, девочка расплылась в улыбке и стремительно начала набирать скорость, проскакав немного вперёд.       «Наверное, это было грандиозно,» — Лунай проводил взглядом вновь ускользающую яркую радостную комету и уже представлял, что ждёт их по возвращении домой.       — Да-а, Цинн попал… — пробормотал Лунай.       С горки путь до ближайших зданий занимал всего пять-десять минут.       По дороге их встречал небольшой пролесок, где солнечные зайчики танцевали среди диких зарослей.       Из-за густых кромок деревьев уже проглядывалось старое белокаменное здание школы. Его расположение оказалось особенно удачным для Луная и Веги: их дом находился на единственном клочке земли, оставшемся пригодным для строительства на момент переезда. Остальным учащимся приходилось преодолевать куда более длинный и извилистый путь.       Город стал таким, каков он есть, не сразу. Его началом послужил величественный храм — самое древнее и по-своему уникальное здание. Оно построено высоко на горе, так, что его было видно уже с самого подножья. Камень, из которого он сложен, и искусная резьба на его поверхности даже сейчас, несмотря на пушистый мох и цепкие колючие лозы, сияли в солнечном свете. Будто светились изнутри. Храм уже давно пустует, его больше не используют, а смыслы утеряны в веках. Но уцелевшие постройки поблизости всё ещё служат местным, пусть и выполняют теперь иные роли.       Через школьный двор открывался вид на аллею, служившую мостом между прошлой частью города и его более новыми районами. Слева скала резко обрывалась, открывая обзор на жилые домики. Те разрослись среди скал и выглядывали из зарослей деревьев, словно шляпки грибов из-под листвы. Справа тропинки вели к уцелевшим и отреставрированным зданиям, петляя среди заросших остатков стен и колонн.       Впереди же ждало самое шумное и оживлённое место — рыночная площадь. Аллея обычно оставалась тихим уголком, где можно было провести время наедине с собой и своими мыслями. Во время ярмарок аллея и площадь сливались в единый праздничный поток, принимая в себя множество радостных и ликующих душ.       Вега радостно бегала от места к месту, проверяя каждый закоулок на предмет того, что изменилось за время её отсутствия. Приблизившись к людному месту, она как можно ближе прижалась к отцу.       Нет, она не боялась толпы и очень любила общаться. Но здесь было слишком громко — не голосами, а чувствами и мыслями. Она совсем не хотела потеряться, как это уже однажды случалось, и потому, чтобы не тревожить спокойствие Луная, старалась не отбегать без разрешения.       Потихоньку варьируя между прилавками, Лунай добрался до первого места назначения.       Только завидев высокого рыжеволосого церистела, торговка тут же оживилась и расплылась в улыбке:       — О-о! Кто же это к нам с гор спустился?       — И вам доброго дня, Элвари! — поприветствовал Лунай собеседницу лёгким поклоном головы.       Церистелка так же поклонилась в ответ и чуть наклонилась над прилавком, в надежде отыскать озорную спутницу.       — А, вот и ребятёнок. Держи, малышка, гостинец. — Она протянула сладость Веге, что робко выглядывала из-за подола плаща отца.       — Спасибо. — Девочка скромно взяла маленькой ручкой угощение, расплываясь в благодарной улыбке.       Именно за эту искреннюю, сияющую благодарность Элвари и одаривала её маленькими подарками снова и снова.       — Вот, обслужила одного клиента, а что же для вас? Как обычно? — уверенно спросила торговка.       За много лет она уже выучила предпочтения своих постоянных клиентов.       — По списку, с небольшим дополнением. — Лунай протянул небольшую сложенную записку из поясной сумки и поставил заранее приготовленные монеты на прилавок.       Женщина немного разочарованно посмотрела на предоставленные деньги.       — М-м, мой дорогой, ты же знаешь, что такие монеты не в почёте. Они все ещё продолжают тебе их подсовывать?       — Что есть, то есть, — выдохнул церистел.       Всё ещё попадались универсальные монеты старых образцов, а с традицией местных поддерживать свою собственную валюту, несмотря на обмен один к одному, их сбыт представляет небольшую проблему.       — Деньги есть деньги, Эл! — послышался голос из-за спины Луная. Из-под соседней лавки поднялся слегка растрёпанный фюркат и ехидно улыбнулся. — Вы как раз вовремя, Хонор, я ведь добыл то, что вы просили. — На прилавок упала небольшая коробочка, содержимое которой легонько звенело.       Словив раздражённый взгляд от конкурентки, фюркат сощурился от удовольствия.       Их прилавки — это место для больших споров и препирательств. Порой они заходят так далеко, что достаётся и рядом стоящим соседям по рынку. Торговец рыбой, страдающий от импульсивных швыряний уловом, не даст соврать. Проще было дать им выплеснуть всё, чем вмешиваться. Два лагеря, сведённых судьбой в одном месте: хорошее образование против проходимца-самоучки. Их товары никогда не пересекаются: каждый продаёт только то, в чём абсолютно лично уверен.       — Вега, отдашь монетки дяде Фергану? — Лунай положил деньги Веге в ладошку и аккуратно подтолкнул.       Девочка с широко распахнутыми глазами и с интересом положила монетки на прилавок и аккуратно начала забирать коробочку.       — Не робей, бери смелей! — хихикая, Ферган вручил товар девочке.       Та быстро прискакала к отцу, хвастаясь своей добычей:       — Та, можно я понесу коробку?       — Конечно, помощница! — тот мягко улыбнулся.       С одобрения Вега пошагала вперёд.       Лунай забрал у торговки то, зачем пришёл, попрощался, откланялся и поспешил догнать убегающий и светящееся от счастья объект.       Элвари облокотилась на прилавок, с улыбкой провожая удаляющихся собеседников.       — Эх, как быстро они растут… — так же облокотившись на руку рядом на краю прилавка, задумчиво сказал Ферган.       — Да-а… летит время… — в ответ протянула женщина и через секунду резко повернулась к нарушителю границ. — А ну кыш, Фер! — чуть пихнула она в плечо фюрката.       — Ну что ты, ей-богу… — Ферган поворчал, но послушно ушёл к себе за прилавок.       Вега и Лунай прошли немного вниз по улице, следующей целью стал один из двухэтажных домов, стоящих ритмично друг за другом.       Нужный выглядел чуть аккуратнее и ухоженнее своих собратьев, деревянный второй этаж хорошо заштукатурен и подкрашен розоватым оттенком. Странный выбор, но здание хорошо теперь выделялось, помимо большой таблички на ней «Ателье».       Чаще всего в таких домах первый этаж был отведён под семейное дело, а второй либо сдавался для жилья, либо служил личными покоями для самого хозяина.       Зайдя внутрь, Лунай обратил внимание, что за стойкой стояла девушка, незнакомая ему, а хозяйки нигде не было видно. Он пропустил Вегу вперёд и быстро подошёл, чтобы задать вопрос.       Завидев посетителей, девушка опередила его:       — Вы к Тералинн Шолллар? — поприветствовав улыбкой, спросила девушка.       Это была церистелочка с карамельным цветом волос. Она, похоже, не так давно приехала в город.       — А-а, да, — Лунай немного замялся. — Мне бы заказ забрать.       — Сейчас я её позову. Тералинн, к тебе клиент! — звонкий, но мягкий голос девушки разошёлся по верхнему этажу. — Извините, она попросила позвать её и перестать бегать каждый раз, когда кто-то придёт.       — Нет проблем, не извиняйтесь… А вы?       — О! Я Лирина, — девушка только потянула руку, чтобы представиться, но опомнилась и быстро убрала. Лунай с любопытством наблюдал за её стеснительными движениями. — Лирина Сайрель, — чуть мелодично добавила она. — Я недавно приехала по распределению для работы в местной школе. Пока остановилась пожить здесь. Сейчас помогаю миссис Тералинн с бумагами… — её монолог прервал быстрый приближающийся топот.       — Лунай Хонор! Рада, что вы сами заглянули к нам, — поправляя очки, поприветствовала фюркатка. — Лири, достань сто восьмой заказ, будь добра, — мягко попросила та девушку.       — Да, конечно, — резво подхватила Лирина и подбежала к полкам с выдачей.       — Как ваше колено? — уважительно и с беспокойством спросил Лунай чуть прихрамывающую женщину.       — Колени не руки, слава усам. Для шитья не нужны. Уже намного лучше, спасибо за беспокойство. — Спустившись, фюркатка встала напротив Луная, чуть облокотившись о стойку. — Вы уж извините, что не смогли доставить рубахи к вам домой. Стоило помощнику заболеть, как перестали за всем поспевать. — Из-под очков выглядывали добродушные молящие прощения за заминку карие глаза.       Кудрявая короткая шёрстка цвета пшеницы у Тералинн вызывала ассоциации с уютностью и мягкостью. Точно, как её шелковые ткани, но это на первый взгляд. Женщина была тонкой и интеллигентной. С колючим характером, который ощущали в полной мере те, кто ей не нравился. Крепкий шов, вострая игла — это всё про неё.       — Не беспокойтесь об этом, — мягко ответил Лунай.       — Вот! Две связки. — Лирина положила аккуратные кульки с одеждой на прилавок. — С вас… Ой, а чья это лапка тянется? — с улыбкой спросила девушка, увидев, как из-за прилавка потянулась рука.       Вега всё это время тихонько стояла вплотную к стойке, внимательно всё вокруг разглядывала и слушала.       — А, так вы сегодня с помощником. — Тералинн сделала шаг и, улыбаясь, помахала Веге.       Девочка радостно и показательно приподняла коробочку, которую она всё ещё сжимала в руках. Лирина хихикнула над этой маленькой сценкой.       — Извините, но у нас ещё много дел. Пошли, свет мой, — с воодушевлением сказал Лунай и расплатился. — Приятно познакомиться с будущей коллегой. До свидания, — кивнул он головой, прощаясь.       Собеседницы так же попрощались.       Вега поспешила скорее открыть дверь, чтобы помочь отцу, который нёс все покупки на себе. Лирина провожала их взглядом и улыбкой.       Тералинн обратила внимание на выражение лица подруги:       — Я узнаю этот взгляд… — подметила женщина.       После этих слов девушка засмущалась.       Та взяла правую руку Лирины и продолжила:       — Он церистел хороший, но не забывай: даже шёлк рвётся, если его не кроить с умом... — Она подмигнула и пошла наверх, оставив Лирину со своими мыслями наедине.       «Разве у ребёнка нет матери?..» — вдруг пронеслось у девушки в голове.       Она, прогнав эту мысль, отвела взгляд от двери и вернулась к делам.       Время пролетело моментально, и световой день клонился к концу.       Несмотря на небольшой список дел: рассылка заказов, торги с продавцами — весь процесс оказался продолжительным и утомительным.       Вега всю дорогу подбадривала, смешила и не доставляла проблем, но ребёнок есть ребёнок и за ним нужен глаз да глаз.       К концу небольшая коробочка для Веги, которую она ответственно несла, не выпуская из рук, казалась непосильной.       Торговец фруктами и овощами, оставшийся напоследок, не смог равнодушно смотреть на уставшие лица и предложил свою маленькую тележку. И очень кстати, судя по чуть качающейся девочке, та бы по дороге свалилась без сил.        Аккуратно усадив уставшего ребенка, продолжающего держать коробочку, и все остальные вещи, Лунай наконец-то отправился в сторону дома.       

***

      Дверь со скрипом отворилась, запуская свежий ветерок в дом.       Циннамон с громким зевком, поправляя заимствованную тесную рубашку Луная, вышел навстречу уходящему солнцу. После долгого времени на ногах несколько дней беспрерывного сна — это минимум, чтобы восстановиться. Конечно, это имеет и свои минусы: оборачивалось тем, что он просыпался слишком поздно.       После очередного рявкающего зевка в голову залетела мысль, что чего-то, а может, кого-то не хватает.       В облегчение на горизонте показался знакомый любимый силуэт. Но шестое чувство подсказывало, что лучше бы ему притвориться вновь спящим.       — Ой, а вы рано, — довольный, но ещё сонный фюркат расплылся в улыбке, встречая своих.       — Мы старались, старались… — подыграл Лунай и аккуратно пристроил тележку с добычей. Тихонько поцеловал Вегу в лоб, забрал из её рук коробку с “сокровищами” и аккуратно высадил сонную девочку.       — Ну, я тогда по новой… спать? — дурашливо размахивая руками в сторону дома, Циннамон уже собрался быстро уйти. Очевидно, ему очень не хотелось разбирать кучу вещей.       Лунай быстро развернул свёртки, что забрал из ателье:       — А ну, стоять, — кинул он одну из рубах в Циннамона. — Тебе ещё за мою растянутую одежду отдуваться.       — И как ж… — не успел возразить фюркат, снимая прилетевшую новую одежку с морды.       — Цинн! Пожалуйста, покажи, как ты запускал фейерверки! — очнувшийся от сна ребёнок с просящим чуда взглядом аккуратно прислонился к ноге.       Это выглядело очень забавно, ведь с её ростом сейчас она могла свободно пробегать между обеих ног.       — Вот же напасть, что ты ей наговорил? — пробормотал растерянный Циннамон. — Что я тебе плохого сделал? Это же всего-то несколько рубах! — крикнул он горько в след довольному от шалости церистелу.       Похоже, что от разбора вещей Циннамону всё же не отвертеться.