Потерянный хранитель

      Мощные бесшумные кожисто-перьевые крылья рассекали воздух. Крылатый зверь, искусно скрывавшийся в небе, нёс в лапах ценный груз.       Подлетев к знакомым местам — что подтверждал кристалл-проводник, рисующий еле ощутимую нить пути — он резко сложил крылья и сорвался вниз.       За считанные метры до острых верхушек деревьев крылья вновь раскрылись, подхватив его на потоке воздуха. Несколько взмахов — и он уже лавирует между веток, помогая себе хвостом и свободной лапой.       Прыг, шкряб, хрусь.       Приближаясь к цели, зверёк не утруждал себя скрытностью — сухие ветки и хвоя ломались под его когтистыми лапами.       Мелкие птицы и грызуны поспешили скрыться, завидев хищника. Они знали, что могут стать потенциальной едой. Несмотря на голод, зверь лишь дразняще щёлкал клювастой пастью. Там, куда он спешил, всегда ждала награда за хорошую работу.       Наконец, когтистые лапы опустились на крышу старого сарайчика. Затем — на любимую присаду.       Зверь стрекотнул, оповещая о прибытии, и принялся чистить свои серо-голубые перья, вычищая из них прилипшую хвою.       Через минуту к нему подбежал взволнованный Лэй, с нетерпением ожидавший посыльного.       Уже на днях должно было быть принято решение — важное, как вся многолетняя борьба. Столько вылазок, столько разведок... и вот, наконец, решающий рывок.       Он, как и все в лагере, больше не мог спокойно смотреть, как меняются партии рабов: истощённых, истерзанных. Повстанцы освободили несколько точек незаконной добычи кристаллов, но этого было недостаточно. Надо дотянуться до самой верхушки — той, что умело заметает следы.       — Ну наконец-то! Что так долго?! — от волнения Лэй почесал пальцы... И тут же едва не лишился их за грубость.       — Эй! — воскликнул керикат, отдёргивая руку. — Прости, не хотел обидеть. Просто все очень переживают... Можно я возьму?       Он нарочито медленно поклонился и снова протянул руку к тубусу.       Птица потрясла головой и недовольно блеснула своими узкими чёрными глазками. Казалось, она всегда всё понимает. Чуть недовольно оскалившись, показав ряд мелких и острых зубов, зверь закряхтел и выпустил тубус из лап.       Лэй ловко подхватил его в воздухе, будто ждал подвоха.       — Опа! Вредная птица…       — Кракх! — клювастая морда потянулась и ухватила край жилета, требуя причитающееся.       — Чего? А… Некогда, попозже принесу… — Лэй почесал вопрошающую морду и поторопился отнести тубус к ожидающему его другу.       Зверь недоумённо похлопал глазами, но не собирался сдаваться. Спрыгнув с присады, порхая и перескакивая, он отправился следом за наглецом.       Лэй несколько раз чуть не врезался на скорости в прохожих, что возмущённо махали руками вслед. Бросив небрежные извинения, он быстро добежал до места.       Бам!       — Прилетел! — Лэй толкнул с разбегу ногой дверь в сторожку, та с грохотом открылась.       Стоящий за столом тёмно-серый фюркат и слушающий его рядом церистел подпрыгнули на месте от неожиданности.       — Да что б тебя переломало, Лэй! — одноглазый фюркат держался за сердце, чуть не улёгся на стол от испуга.       — Это потом! Скорее читай ответ. — керикат вытряс толстый свёрток бумаг на стол.       — Не мечи. Перепутаешь сейчас всё… Тебя кирий лягнул что ли? — фюркат выдернул из рук Лэя бумаги, чтобы разложить как положено.       — Я-то как раз в порядке, в отличии от вас, медлянок… Симон, хорош копаться! — Лэй было хотел влезть под руку, но отступил, получив осуждающий взгляд целого глаза.       Он развёл руками и сел на ближайший табурет, начав дёргать хвостом и ногой.       Не обращая внимания на неприкрытое нетерпение, Симон тщательно изучал каждую бумагу. Его память была прекрасна, в отличии от скорочтения и чистописания. А всё ещё зоркому, но единственному глазу не хватает пары, чтобы быстро оценить ситуацию. Поэтому, Лэй всегда был его правой рукой на заданиях: ловкий, шустрый, внимательный. Но и по части опрометчивых решений он впереди всех. Так что, все просто ждали, когда глава команды осмотрит материал и сделает выводы.       Через открытую дверь, выследив Лэя, зверь мигом забрался на другой конец стола. Завидев небольшую чашу фруктов, он тут же принялся выбирать чем можно утолить голод. Церистел-помощник поспешил выдать зверю несколько плодов помягче, чтобы тот не разбросал всё в их поисках.       Тщательно осмотрев все бумаги, Симон почесал бороду и начал подбирать слова, чтобы Лэй его не перебил:       — Итак, всё должно решиться в ближайшие пять-шесть месяцев, — он приостановил речь, посмотрев на Лэя, но тот пока не дёргался. — Как и предполагалось… осаждаем третью точку…       — Как третью?! — Лэй подскочил с места, не веря своим ушам и принялся проверять бумаги.       — Вот, сам читай. — Симон пододвинул нужные листы ближе к расторопному парню.       — Глазам не верю… Но ведь всё указывает на последнюю нами найденную базу! Почему третья?.. — пальцы продолжали судорожно проходить по тексту.       Немного подождав, когда из кериката перестанет литься брань, Симон шлёпнул того по затылку.       — Эй! — Лэй придержал место удара и застонал.       — Закончил? — рявкнул Симон.       Он уже устал стоять, со скрежетом пододвинув стул, сел и вытянул стонущую ногу.       — Не знаю, чего ты ожидал. Это логичное решение. Да, благодаря тебе мы нашли его. Да, за короткий срок у места появились равные шансы с основной базой. Но! — он сделал паузу убеждаясь, что собеседник продолжает слушать. — Об этом месте мы толком ничего не знаем. Скудные данные. Помимо сведений о недавнем основании и перспективности — ни в чём нельзя быть уверенным. Выбранное же по итогу полностью изучено: количество охраны, их позиции, возможности еспристов и размещение пленных.       — Но ведь есть ещё время. Я бы и один пошёл разведал! — опираясь на одну руку, Лэй неугомонно размахивал второй. Он всем телом показывал, насколько был разочарован решением.       — Вот поэтому, окончательное решение принимаешь не ты. И даже не я, — фыркнул Симон. — На ответственных плечах лежит груз жизней и не одной. Рисковать своими людьми, ради предположения, что эта новая точка будет интересна нашей цели… — его когтистый палец указал в сторону присутствующих: церистела и зверя, что довольно принимал ласку, затем в окно, за которым слышались голоса. — Безрассудно.       — Но… — Лэй хотел попробовать привести аргументы и попробовать переубедить Симона.       — Хочешь спорить? Пожалуйста, пиши ему сам. Я в этом не участвую и буду делать так, как решили. Добьёшься — молодец, но меня не втягивай. Работы и так по горло… — тяжёлый вздох предстоящей подготовки только усиливал последние слова.       Симон медленно встал, дал отмашку церистелу-помощнику, несколько указаний и, похрамывая, вышел на улицу. Нога ещё ныла после того, как он подвернул её на последних вылазках, от чего тот перебирался от места к месту, где можно присесть.       Темноволосый церистел, оставив довольного зверя, быстро принялся собирать бумаги и карты, чтобы отправиться следом за командиром. Дойдя до бумаг рядом с Лэем, тот отдёрнул от него несколько писем:       — Слушай, я сам всё уберу, — Лэй подмигнул церистелу, продолжая перечитывать волнующие строчки текста.       — Мне Симон голову оторвёт, если что-то потеряется! — воскликнул помощник, пытаясь образумить бунтаря.       — Да ладно тебе, справлюсь с бумажками, не впервой же. Иди занимайся своей работой… — его голос был максимально дружелюбен и беззаботен, как и всегда.       Церистел немного помялся, но согласился. Лэй всегда откликался на просьбы о помощи и его несогласие с начальством не повод не доверить ему бумажную работу.       Оставшись наедине с собой, не считая верного посыльного, что решил поживиться ещё чем-нибудь в оставленной без присмотра фруктовой чаше, Лэй погрузился в раздумья. Его чувство подсказывало, что именно отброшенное место должно сыграть ключевую роль.       Им пришлось потратить не один год, чтобы суметь отследить последовательность поставок рабочей силы и кому принадлежали шахты. Какие-то оказались безобидные и к ним лишь можно предъявить несоблюдение законов прав наёмных рабочих.       Далее по списку — уже серьёзнее, но несколько собранных команд уже занимается прикрытием этих сомнительных мероприятий.       Самая опасная и захватывающая графа в списке — незаконные кабальные места, из которых невозможно выбраться. Если попал туда — ты покойник. Спасения не будет.       Их было не легко найти: прекрасное прикрытие, отдалённые места, малые площади. И что самое захватывающее — этим промышляют высокие чины. Взаимосвязаны ли они все между собой, это предстоит выяснить после предстоящей облавы.       Но главное, из-за чего всё так затянулось — необходимо выманить и отловить жирную дичь. Единственную зацепку даёт таинственный белый Кардинал, замеченный в одной из цепочек.        Лэй не мог избавиться от ощущения, что именно этот призрак и есть ключ ко всему. И упустить его — значит напрасно отдать невинные жизни.       — Я должен его переубедить… — пробубнил Лэй себе под нос.       На его шёпот откликнулся зверь, что закончил набивать живот. Он подошёл ближе, заглядывая в серые, искристые глаза парня.       — Да, я должен! Сейчас… — повторил Лэй уже с большей уверенностью, доставая чернильницу и бумагу.              

***

      Ожидание — разрывающее изнутри чувство. Пока ждёшь ответа, можно трижды состариться: пока посыльный доберётся до цели, пока составят ответ, пока письмо дойдёт обратно.       Ну когда же?       А когда долгожданное письмо всё же приходит — вовсе не факт, что его содержание окажется приятным. Скорее наоборот.       Тогда пойдёт в ход ещё одна попытка.       И ещё.       И ещё!       Он уже сбился со счёта, сколько раз перечитал последний ответ. Листы были сильно измяты, в уголках — надрывы.       — Это пустая трата времени! Он совсем меня не слышит… — с обидой прошипел Лэй, перебирая очередной ответ. — Надо что-то делать… Цель же уйдёт.       В этой безуспешной попытке доказать свою правоту время пролетело незаметно. До истечения срока оставалось чуть больше месяца.       Симон только и делал, что занимался организацией: спал мало и плохо, что уже сказывалось на его внешнем виде. Похоже, он переживал за общее дело, но не подавал виду — лишь продолжал гонять весь лагерь.       В ближайшие дни должны были отправиться в дорогу последние участники. И сам Симон.       Естественно, Лэй тоже должен быть…       В другом месте!       Решено. Он сам отправится туда и всё проверит. Если ничего подозрительного не обнаружится — вернётся.       Быстро, без риска, без лишнего шума. Даже предупреждать никого не станет.       Отличный план. Надо подготовиться.       Ни секунды не сомневаясь в своём решении, Лэй схватил дорожную сумку, приоделся и заглянул на склад — собрать и заготовить всё необходимое. Он не знал, что его ждёт, поэтому припас пару тузов в рукаве.       Трижды всё проверив, он отправился в путь.       Под покровом темноты, миновав патруль и пустующий насест, Лэй вынырнул из лагеря и скрылся в чаще.              

***

      Он добрался буквально за три дня. Без остановок — ни на сон, ни на еду.       Такая дорога тут же дала о себе знать: ноги ныли нестерпимо, дыхание сбивалось, тело отзывалось ломотой. Зато, он уже здесь.       Собравшись с силами и переведя дыхание, Лэй осторожно приблизился к месту назначения и начал внимательно изучать окрестности.       Первым делом — патруль. Его появление не заставило себя долго ждать.       Лэй быстро миновал группу фюркатов и подобрался ещё ближе.       Заметив укромное, но хорошо просматриваемое место между крупными камнями, он забился туда, решив пересидеть до утра.       Сейчас у него просто не осталось сил.       Утро началось с резких хлопков плети.       Без сомнений — это самое гнусное место из всех, что он видел. Состояние рабов, что находились здесь, поражало: Больные. Измождённые. Искалеченные. Старики и подростки. Видно, что многих держали здесь не первый год.       Но больше всего Лэя смущало другое: их размещение. Словно вырвали целую социальную ячейку фюркатов и церистелов из привычной среды — и привезли сюда. Без попыток разделить, без привычной рассортировки. Особенно выделялась одна конкретная группа фюркатов: остатки их одежды указывали на принадлежность к одной из полевых Семей.       Неужели…       Боже…       К сожалению, несмотря на первый шок, само место давало мало возможности что-либо услышать. Даже читать по губам было трудно. Подняться повыше, чтобы осмотреть всё целиком, — уже поздно. Он мог попасться патрулю.       Единственное, что хорошо просматривалось — это огромный вход в пещеру. Даже отсюда было видно, почему это место охраняется так тщательно.       Кристалл.       В огромных количествах.       Пещера — словно гигантская друза, полная светящихся выступов.       Вот она, причина. Вот зачем их цель должна появиться здесь.       Такой объём добычи заветного ресурса — слишком лакомый кусок, чтобы пропустить.       Форма охраны перекликалась с уже знакомыми ему паттернами, но всё же отличалась.       Место явно новое: об этом свидетельствовал запах свежей древесины от недавно возведённых построек — сторожевой вышки, домика, возможно, штаба. А ещё — два подъемных механизма по разным концам площадки.       — Ух, хорошо… Подожду немного… — пробубнил Лэй себе под нос, устраиваясь поудобнее. — Запишу, что смогу… И назад.