Tassels

— Ты представила мою работу за меня? — Лекса была очень раздражена, и расстояние между ней и блондинкой ещё больше затрудняло не делать поспешных выводов. Ей действительно хотелось прояснить всё со своей девушкой. — Перезвони мне как можно скорее, Кларк. Нам нужно это обсудить, — Она вздохнула, пытаясь успокоиться. О чём, чёрт возьми, думала Кларк, когда отправила рукопись в MPC? Кларк вошла в их квартиру с подпрыгивающей походкой. Она улыбнулась про себя, когда закрыла дверь и обернулась, чтобы найти свою девушку. —Детка, ты где? — Я здесь, — услышала она, как Лекса зовёт из их спальни. Она вошла и остановилась в дверях, улыбаясь своей брюнетке. — Что ты делаешь, Александрия Сильва? — спросила Кларк, увидев, как писательница ещё больше погружается в одеяла посреди дня. Из-под кучи донёсся приглушённый стон. — Я не могла сосредоточиться, поэтому я пришла сюда, чтобы дать отдохнуть своим глазам. Я заснула, но даже тогда всё, что я видела, это пустые страницы с плавающими словами, которые отказывались прилипать к бумаге. Это было ужасно, поэтому я проснулась и с тех пор не закрывала глаза. К тому времени, когда я полностью проснулась, я была в такой же депрессии, поэтому я решила просто остаться в постели до конца своей жизни. — Ты вообще бросаешь жизнь, да? — Да, — мрачно ответила девушка. — Извини, Кларк, я буду твоей содержанкой. Лекса наконец выглянула из-под одеял на блондинку, которая направилась к ней. — Мне не нравится этот термин, — огрызнулась блондинка, садясь на край кровати, положив руки по обе стороны от комка, которым была Лекса. — Кроме того, я не думаю, что я одна могу удовлетворить этот твой дорогой вкус, — поддразнила она. Лекса отбросила одеяла вперёд достаточно, чтобы обнажить её голову и туловище. — Дурочка. Я не транжира! — Я рада, что это привлекло твоё внимани. — Она наклонилась вперёд, чтобы звучно поцеловать брюнетку. — Вставай с постели, и я обещаю присоединиться к тебе в душе. —Внезапная улыбка предвкушения Лексы быстро сменилась нахмуренным выражением лица. — Подожди, я стала вонючей унылой писательницей, которая никогда не моется и не ест? — Она посмотрела на Кларк в поисках честного ответа. Блондинка покачала головой и улыбнулась, увидев вздох облегчения другой девушки. — Я пытаюсь воспользоваться тобой, пока ты вся мыльная и всякое такое, Сильва. Понимаешь? — Она рассмеялась и поспешила в ванную комнату, её одежда отмечала путь к душу для её девушки. Вода текла холодной, оставаясь без внимания, пока девушки исследовали друг друга и наслаждались скользкой мокрой кожей.       Когда они наконец оделись и вытерли свои промокшие волосы полотенцем, то решили остаться дома на ужин. Они сидели друг к другу на диване, винные бокалы наполнены, в то время как телевизор держал их в своего рода мирном расслаблении. Их еда прибыла час спустя, и пока они копались в картонных коробках с китайской едой, тихий разговор, который они обе любили и умели вести, непринуждённо лился между ними. — Ну и как прошла встреча? — спросила Лекса, покручивая палочками лапшу чау-мейн. Кларк улыбнулась, проглотив свою еду. — Отлично. Синклеры предложили мне сотрудничество и хотят, чтобы я была на презентации через две недели, — ответила она. — Они кажутся действительно честными и взволнованными моей работой. — Это здорово, Кларк, — Она остановилась, чтобы дать пять палочками блондинки своими. — Это был только вопрос времени, когда кто-то решит официально дебютировать тебя в галерее. Показ мистера Харвуда был великолепен, но это большее. Поздравляю, ты на пути к успеху, — Она поздравила свою девушку. — Спасибо, детка. — Кларк кивнула. — Есть небольшая загвоздка.— Брюнетка вопросительно нахмурила брови. — Кэлли и Джакопо заставляют меня выбрать, в какую галерею переместить мои коллекции. И ни одна из них не находится в Лос-Анджелесе. — Она ждала реакции Лексы, но она лишь понимающе кивнула. —Какие у тебя варианты? — Нью-Йорк, округ Колумбия, Бостон или Чикаго, — ответила она, немного пожав плечами. — Я надеялась на что-нибудь поблизости, но это то, с чем мне приходится работать. — Ты сможешь путешествовать, Кларк. — Блондинка была благодарна за поддержку своей девушки, когда вспомнила предыдущий разговор, которым они поделились на эту тему. — Я думала, что мы будем путешествовать вместе, — надулась Кларк, прежде чем поставить свою коробку с едой. — Мы будем… позже. Прямо сейчас тебе нужно сделать это, чтобы подготовить себя к большим вещам, — успокоила она. — Куда бы ты поехала? — Брюнетка обдумала свой выбор, прежде чем взять в рот ещё одну порцию лапши. — Явно не округ Колумбия, — Она улыбнулась. — Я бы поехала в Нью-Йорк… может быть. Я не знаю. Это сложный выбор. — Ну, у меня есть время до завтрашнего вечера, чтобы сообщить Синклерам, куда я хочу отправить свои работы. И я должна охотиться за билетами и местом для ночлега, — прокомментировала Кларк. — Решайся. Я буду здесь ждать тебя, — искренне ответила Лекса. — Это плохо, что я хочу затащить тебя в постель прямо сейчас? — спросила она, наклоняясь вперёд, пытаясь завладеть губами брюнетки. — Нет, но я начинаю думать, что у тебя может быть зависимая личность, — ответила Лекса, прежде чем соблазнительно улыбнуться и отстраниться, чтобы блондинка не смогла её поцеловать. — Не заставляй меня выбирать между тобой и китайской едой, Вирджиния. Ты же знаешь, я люблю китайскую еду.       Кларк хотела поспорить по поводу последнего заявления, но она опасалась, что разговор станет неловким из-за бушующих последствий. Вместо этого она решила держаться подальше от этого со стоном преувеличенным закатыванием глаз. — Отлично. — Она надулась, прежде чем схватить свою еду и снова приняться за неё.             Кларк сидела за затенённым столиком, ожидая, когда Энтони встретится с ней на обед. Они договорились обсудить её предстоящую поездку, чтобы он мог дать ей несколько советов и информации о Синклерах и их галереях. Блондинке действительно нужно было знать, что её друг может помочь успокоить её нервы по поводу представления её работы тысячам художников и потенциальных покупателей.       Он прибыл с улыбкой и поспешил обнять её, прежде чем сесть. Парень излучал уверенность большую часть времени, и в настоящее время она капала из каждого слова, которое он говорил ей. Он был умён и очень уверен в информации, которой делился с ней, и это заставило её дышать немного легче. — Они очень гордятся своими шоу. Нет ничего кричащего, когда они представляют новую коллекцию, но они следят за тем, чтобы приглашать только самых многообещающих восходящих звёзд. Гости будут хорошо обеспечены, но не грязные богачи или через край. Как правило, это художники или деловые люди, которые получили свою прибыль благодаря тяжёлому труду и проявляют искренний интерес к искусству. Там не будет ни одного человека с пачками денег, который просто захочет собрать произведение, которое вырастет в цене. Ты будешь в хорошей компании, поверь мне. — Кларк всё это слушала, выпивая свою мимозу. Энтони улыбнулся этому, покачав головой. — Почему ты не будешь там? — вопросительно нахмурилась она. Он покачал головой и откусил свой сэндвич, надеясь, что она перестанет пытаться вытащить информацию из него. — Я буду там в следующий раз, обещаю. — Блондинка, однако, не собиралась уступать, поэтому она выведала. — У тебя горячее свидание с Рейвен? — прямо спросила она с ухмылкой. Парень сглотнул и вздохнул. — Да. Это твоя вина, поэтому ты не можешь расстраиваться, что я пропускаю твою ночь. — Кларк знала, что он прав. Если бы она не познакомила их, то, возможно, они никогда бы не взглянули друг на друга во второй раз, и Энтони не сбежал бы с её вечера. Тем не менее, Кларк была рада, что заставила их встретиться лицом к лицу. Они много разговаривали в ту ночь после шоу, и, казалось, всё складывалось удачно. Рейвен думала, что он милый парень, и упоминала об этом не раз, а он был ухмыляющимся дураком, когда думал о брюнетке. Было приятно видеть её друзей счастливыми и не в колее, тоскующими по недостижимым людям. Даже если она была одной из них. — Да, да, — наконец ответила она. — Я надеюсь, что тебе и Рейвен будет весело обжиматься, пока я пропотеваю свой дезодорант в платье, которое я едва могу себе позволить. — Всё будет хорошо, — повторил Энтони. — Это то, что Лекса продолжает говорить мне, — Она откусила салат. — Жаль, что я не могу взять её с собой. — Будет ещё много шоу, куда ты сможешь взять её с собой, поверь мне. И она будет более чем готова сопровождать тебя, пока мы с Рейвен целуемся в гостиной всю ночь. — Ты такой придурок. — Я знаю, — улыбнулся Энтони. — Итак, у тебя есть четыре дня, ты всё собрала? — Почти, — кивнула она, прежде чем допить ещё одну мимозу.       Кларк ходила по квартире, заканчивая собирать свои вещи. У неё ещё было три дня, и она оставалась в Чикаго всего на две ночи, но она не могла не чувствовать необходимости собрать больше, чем ей нужно. Лекса поддразнивала её по этому поводу. К всеобщему удивлению, Кларк оказалась одной из тех путешественниц. Тех, которые собирали четыре наряда на два дня, несмотря на то, что они действительно тяготели только к двум парам джинсов. Они смеялись над этим, но когда Кларк попыталась закрыть свою спортивную сумку, она поняла, что ей жаль, что она была этим человеком.       Наконец преуспев в застёгивании переполненной сумки, она перенесла её в угол спальни, где она могла ясно видеть её в течение следующих нескольких дней. Не то чтобы она могла или забыла бы её, но всё же это помогло бы ей спать по ночам. Лекса, вероятно, тоже будет издеваться над ней по этому поводу. Кларк подумала об этом и улыбнулась. Нынешнее отсутствие Лексы заставило блондинку ужасно скучать по ней, когда она остановилась, чтобы послушать тишину в их доме.       Линкольн позвонил брюнетке не больше часа назад, чтобы обсудить некоторые изменения в музыке, которую группа играла между выступлениями, и Кларк неохотно смотрела, как она уходит, пока она продолжала собирать вещи для своей поездки. Теперь она была вынуждена размышлять над тем, что делать, чтобы занять себя. Она обдумывала, не начать ли новую картину, но передумала, потому что, скорее всего, она будет поглощена ею и либо а) пропустит время с Лексой, чтобы усовершенствовать произведение к дате отъезда, либо б) поспешит и возненавидит настолько, что оно окажется в мусорном баке внизу. А Кларк не любила тратить драгоценное время, краски и бумагу.       Итак, она решила посидеть и посмотреть какие-нибудь фильмы, пока её девушка не вернётся домой. Она направилась к дивану и тяжело села, заметив жёлтый конверт рядом с ноутбуком Лексы на центральном столе. Как она пропустила его раньше с его ярким навязчивым цветом, она понятия не имела.       Она не стала долго размышлять об этом, и когда она перевернула пакет, её охватило волнение, и она улыбнулась от уха до уха. Лекса закончила свою историю, распечатала всю рукопись и аккуратно упаковала её в конверт, готовый к отправке. Она предположила, что Лекса была в процессе подготовки к отправке в MPC, когда Линкольн пригласил её к себе.       Маленькая часть её сказала ей положить его обратно и позволить Лексе позаботиться об этом, другая часть её хотела прочитать его, несмотря на то, что у неё не было благословения Лексы на это. Тот факт, что ей нечем было заняться, кроме как тратить время на просмотр фильмов, чрезвычайно затруднял не вынуть стопку бумаги. Тогда ей пришла в голову другая мысль. Если бы она могла помочь своей девушке представить свою работу, то её время было бы лучше потрачено на это. Итак, она осторожно отклеила защитную бумагу от клея и запечатала конверт.       К счастью, Лекса уже потратила время на заполнение данных о том, куда его следует отправить, поэтому всё, чего не хватало, это хорошей почтовой марки. Блондинка приняла решение, прежде чем схватить свою сумку и перекинуть её через тело. Пакет был в безопасности в её руках, когда она вышла из квартиры.       По пути домой она сделала мысленную заметку, чтобы сообщить Лексе, что ей не нужно беспокоиться об отправке конверта. Она даже прикрепила квитанцию к записке, которую написала, пока ждала своей очереди на почте. Она знала, что это может показаться банальным, но ей было всё равно. Её поддержка своей девушки не имела границ, и милая записка была в любом случае в пределах границ. Она почти дошла до входа в их здание, когда зазвонил её телефон. — Привет, красотка, Линкольн спросил, не хотим ли мы поужинать с ним и О. Ты закончила собираться? — Да. И да. Я умираю с голоду. — Такая предсказуемая — пошутила Лекса. — Где мы встречаемся? —B.S. на Седьмой улице. — Тако! Да! — Кларк чуть не закричала в трубку. — Увидимся там. — Она не пропустила тихий смех Лексы над её реакцией.       Кларк спокойно смешивалась с гостями, несмотря на усиливающееся беспокойство, которое она испытывала по мере приближения времени презентации. Она была благодарна за стакан виски, который в настоящее время нежно держала обеими руками. Он служил как жидкой храбростью, так и отвлечением, когда она работала пальцами по поверхности стекла.       Она убедилась, что нанесла супер незаметный и очень сильный дезодорант для этого мероприятия, и она была рада, что сделала это, потому что она могла только представить, как выглядели бы её подмышки, если бы она этого не сделала. Её бедное маленькое синее платье было бы наверняка испорчено.       Некоторые приглашённые завязывали с ней непринуждённую беседу, узнавая её по брошюрам, которые они получили при входе в галерею, и заставляли её чувствовать себя желанной с их мягкими улыбками и нежным поведением.       К счастью, Энтони был прав насчёт общества, в которое она вступала. До сих пор ночь проходила без сучка и задоринки. Когда у неё был перерыв между небольшими обсуждениями, она обошла галерею. Это было великолепное пространство, расположенное в самом сердце Чикаго. Типично для небольших галерей, оно не тратило места на бессмысленные украшения, и каждое висячее пространство на стене было тщательно использовано с красиво выполненными скульптурами и художественными рамками.       Это было идеальное место для её небольшой коллекции. Люди увидят её картины и узнают, что если они находятся там, то это потому, что им суждено быть там. Кларк улыбнулась, читая название произведения перед ней, её мысли автоматически переключились на Лексу. «Писатель». В нём был изображён силуэт человека, сложно переплетённого со старомодной пишущей машинкой. Не существовало ничего, кроме них двоих и луны, которая была вписана в тёмный силуэт настольной лампы. Это было потрясающее произведение, и она внезапно пожалела, что у неё нет с собой телефона. Конечно, она знала политику и с радостью приняла её, когда передала свой клатч привратнику с телефоном, надёжно запертым внутри. Тем не менее, ей хотелось бы сделать снимок и отправить его своей девушке.       После того, как она высоко оценила произведение, она перешла к следующему. Цвета и техника произведения показались ей знакомыми. Она не знала почему или как, но стало ясно, как только она прочитала название. «Азгеда». Её кровь похолодела, но прежде чем у неё появилась возможность полностью осознать неожиданный взрыв, Джакопо Синклер выкрикнул её имя. — Кларк, мы готовы начать презентацию, — Джакопо протянул руку, ведя Кларк вместе со своей женой к небольшой платформе у самой дальней стены. Она следовала за ним на автопилоте, но её разум лихорадочно работал, переваривая то, на что она наткнулась всего несколько секунд назад. Посетители собрались вокруг, когда три человека мероприятия встали готовыми начать. — Джакопо и я рады представить вам всем художницу этого вечера, уроженку Вирджинии, Кларк Гриффин, — Кэлли пригласила Кларк вперёд, и блондинка вежливо улыбнулась, слегка кивнув головой. Из-за беспокойства она внезапно забыла всё, чем Энтони поделился с ней, и её собственный здравый смысл. Она боролась с дилеммой в своём разуме относительно поклонов, реверансов и тому подобного. Конечно, ничего из этого не было необходимо, её кивка в знак признательности было достаточно, но она стала чрезвычайно застенчивой всего за последние несколько минут. Ей повезло, что она вспомнила своё имя, иначе она могла бы пропустить то, как Джакопо называл её.       Пара захлопала вместе с гостями, прежде чем продолжить рассказывать историю художницы и её достижения. Кларк воспользовалась моментом, чтобы оглядеть комнату в поисках того человека, которого она не ожидала и не хотела встретить. Будет ли он выглядеть так же? Она задалась вопросом, узнает ли она его сейчас. Возможно, он наконец отрезал эти непослушные волосы. Может быть, нет. Итак, она искала единственную безошибочную черту его лица, его пронзительные голубые глаза. И она их нашла. Такие же голубые и холодные, как лёд, который он так любил. Его улыбка, какой бы искренней она ни казалась, казалась надуманной, и ей больше всего хотелось сбить её с лица. — Кларк, хочешь что-нибудь сказать? — Кэлли Синклер выжидательно посмотрела на блондинку. Было около миллиона вещей, в которых Кларк была хороша. Публичные выступления не были одной из них. Но то, как Синклеры улыбались ей, заставляло её чувствовать себя обязанной попробовать. Она незаметно прочистила горло, прежде чем подготовить свой голос к проецированию. — Большое спасибо, Кэлли, Джакопо.— Она улыбнулась им, прежде чем повернуться к аудитории. Её ладони снова вспотели, и ей хотелось, чтобы у неё всё ещё был холодный виски, чтобы поиграть с ним, но она изо всех сил старалась собрать свои нервы и свои мысли. — Девушка из маленького городка из Вирджинии благодарна за возможность продемонстрировать себя через великий город Чикаго. Вы, ребята, даёте мне платформу, которой я ни ожидала, ни не представляла, что она проявится так скоро. Я надеюсь, что работа, которую вы позволили мне представить в этой прекрасной галерее, привлечёт как новых, так и старых поклонников искусства. Ещё раз спасибо. — Все в комнате захлопали, кивая в такт её словам. Она почувствовала гордость тогда. Чрезвычайно. Если бы только Роан не смотрел на неё так пристально, она могла бы улыбнуться шире.