День и тень

И как побороть не знаю,

Я это не принимаю,

Но полюбить

Тень свою как День

Должен я...

В Выручай-комнате, по желанию Гермионы ставшей миниатюрной версией гостиной Гриффиндора с одним небольшим диванчиком и журнальным столиком, весело потрескивал огонь в камине. Римус и Гермиона сели с ногами на диван и взяли в руки по чашке горячего чая, услужливо предоставленного эльфами-домовиками — вернее, просто появившегося из ниоткуда. У Римуса также оказалась шоколадка, которую он незамедлительно достал и, разломав на дольки, протянул девушке. Гермиона взяла кусочек и улыбнулась. – Взрослый ты тоже всегда ходишь с шоколадом, — сказала она, рассматривая дольку, — И всегда предлагаешь его кому-нибудь, когда он грустит. Римус улыбнулся, смотря на потрескивающий огонь. Значит, он хотя бы кому-то нужен в этой далекой взрослой жизни. Было приятно осознавать, что даже после смерти друзей в мире будут люди, которые его любят и поддерживают. Гермиона, смотревшая на него пристальным проницательным взглядом, словно прочитала в его глазах невысказанные мысли, потому что в следующую секунду она подвинулась немного ближе к нему и, положив руку на его согнутое колено, произнесла: – Римус! В мире очень много людей, которые тебя любят! Джеймс, Сириус и Лили, Гарри, Рон, вся семья Уизли, а это уже практически пол Хогвартса и три четверти Ордена Феникса, — она улыбнулась, — Тонкс, Кингсли, МакГонагалл, Дамблдор, и еще многие-многие люди. Когда ты преподавал у нас на третьем курсе, весь Хогвартс тебя практически боготворил! И, если для тебя это хоть немного важно, то, признаюсь, что я тоже очень тебя люблю. Еще с третьего курса. Ее щеки немного порозовели, и она опустила взгляд. – Только не говори, что была влюблена в старого оборотня вроде меня! — с горечью воскликнул Римус. Неожиданно Гермиона рассердилась. – Римус Джон Люпин! Если вы еще раз скажете о себе в подобном ключе, то я вас просто стукну! Нет, ты, оказывается, с детства таким был! — произнесла она. Ее глаза метали молнии, и Римус решил, что не стоит с ней спорить. – Просто понимаешь, Гермиона, в магическом мире... Не очень любят оборотней. И правильно делают, они ведь опасны. Неожиданно Гермиона смягчилась. Ее рука все еще лежала на его колене, и Римус чувствовал, как от этого места по всему его телу разливается тепло. – Римус, все это чушь. Люди в большинстве своем очень глупы, а самые откровенные невежды сидят на правительственных постах. Да, я не спорю, что оборотень во время полнолуния может быть опасен. Однако, сейчас изобрели специальное зелье, которое помогает сохранять рассудок после трансформации, если его пить, то ты будешь просто спокойно лежать у себя в комнате и никого не тронешь. Да даже до тех пор, пока его не изобрели! Скажи мне, ты до сих пор укусил хоть одного человека? – Нет... Но я чуть было не напал на Снейпа на пятом курсе. – Снейп сам пошел туда, куда ему не следовало ходить. — отрезала Гермиона, — Да и Сириус тоже молодец. Ты тут не причем. И потом, ты ведь его не укусил! И, я тебе открою тайну, и не укусишь никого! Так зачем отталкивать людей, которые тебя любят?? Не разрушай свою жизнь, пожалуйста, Римус! Она говорила проникновенно, и Римус даже заметил странный блеск в ее глазах. Ее рука с колена переместилась на его руку, и он инстинктивно переплел их пальцы, отчего у обоих громко забилось сердце. Они сидели слишком близко друг к другу, Римус чувствовал легкий запах ее цветочных духов. Она тихо и быстро заговорила, заглядывая ему прямо в глаза: – У вас сейчас есть шанс все исправить. Взрослый Римус, которого я знаю, остался без друзей, однако ты... Ты будешь счастлив, я это точно знаю. С тобой всегда будут Джеймс и Сириус, они будут с тобой во время полнолуний. К тому же, зелье от ликантропии изобретут уже через пару лет после того, как ты выпустишься из Хогвартса. И ты... ты обязательно будешь самым счастливым человеком на свете. Она была так близко, что сдерживаться было невозможно. Он и так ждал слишком долго, его влечение к этой хрупкой, но сильной девушке стало непреодолимым. В конце концов, он ведь действительно заслуживает счастья. Если все будет так, как говорит она... Хриплым голосом он прошептал прямо в ее губы: – Я не смогу быть счастлив полностью, потому что там не будет тебя... Она ответила шепотом, еле слышно, однако отличный слух оборотня уловил каждое слово: – Когда-нибудь, ты снова приедешь в Хогвартс преподавать, и там наткнешься на маленькую тринадцатилетнюю девочку, которая уже через пару месяцев будет безумно в тебя влюблена... Девочка вырастет... Они целовались, сидя на диване, не замечая жара от камина, опаляющего их щеки, хода времени, сбившегося дыхания. Его руки крепко обнимали ее тонкую талию, а она обвивала его шею, зарываясь пальцами в волосы на затылке. Их тела прижимались друг к другу, одежда сбилась, но они не замечали ничего, упоенные этим сладостным, таким долгожданным моментом. Наконец они, тяжело дыша, оторвались друг от друга, продолжая, впрочем, сидеть в обнимку. Она положила голову на его плечо и стала смотреть на огонь, в то время, как он, прикрыв глаза, запоминал каждую секунду этого мгновения. Для нее не имеет значения, монстр он или нет. Он вернется в прошлое и вместе с Джеймсом и Сириусом сможет все исправить. Они победят Темного Лорда, и его девочке не придется сражаться и видеть смерти. И когда-нибудь они снова будут вместе. – Скажи, Римус... ты дождешься меня? — сонно спросила Гермиона, не отрываясь от его плеча. – Только если ты не влюбишься в кого-нибудь другого, — улыбнулся он, гладя ее по голове. – Ты же знаешь, что это невозможно, — промурлыкала она, поднимая голову. – Значит, я тебя дождусь. Гермиона посмотрела на часы. – Два часа ночи. Идти в гостиную уже не имеет смысла, поэтому предлагаю переночевать прямо здесь. Римус был совершенно не против и они сразу же улеглись на услужливо предоставленную Комнатой подушку. Она прижалась к нему, а он обнял ее обеими руками. Практически сразу оба провалились в сон. Они проснулись рано утром, все также в обнимку. Римус, чувствуя, как она тихонько посапывает ему в шею, подумал о том, что он никогда еще не был так счастлив. И теперь, узнав это счастье, почувствовав его, он понял, что никогда уже не сможет от него отказаться. Но пришло время вставать и, кое как приведя себя в порядок с помощью все той же Выручай-комнаты, они, взявшись за руки, направились на завтрак в Большой зал. Как только они появились в поле зрения друзей, те вскочили и принялись засыпать их вопросами. – Где вы были? – Я чуть с ума не сошла, когда увидела, что тебя нет в спальне! Но, увидев их соединенные руки, друзья все поняли. – Мы были в Выручай-комнате, — ответила Гермиона, еще больше подогрев всеобщее любопытство. Однако больше она ничего не сказала, усевшись за стол рядом с Римусом, напротив Гарри и Рона.