День и тень

Шли дни; незаметно наступил конец семестра. Студенты сдавали последние тесты и эссе, отвечали на финальные вопросы и практиковали последние в семестре заклинания. За пару недель до начала каникул прошел блистательный для гриффиндорцев матч по квиддичу, после которого Лаванда при всех поцеловала Рона — и с тех пор он каждую свободную секунду проводил с ней. Рон был с Лавандой, Джеймс с Лили, Римус с Гермионой, и Сириус как-то незаметно сошелся с Гарри. Они и раньше были близки — часто болтали до глубокой ночи, Сириус рассказывал о своей семье и проделках с друзьями, Гарри — о своих приключениях, однако сейчас они стали неразлучны. Редко их можно было увидеть отдельно друг от друга. Они не обижались на друзей, прекрасно все понимая, но в глубине души обоим не хватало прежнего общения каждому в своей компании. И вскоре обоим такой шанс подвернулся. За неделю до Рождества было полнолуние. Всей компанией они дождались десяти часов вечера — на счастье, все студенты, в число которых входила и Лаванда, к этому времени уже разошлись по спальням, оставив их в одиночестве. Когда часы пробили нужное количество раз, Римус поднялся: – Ну, я пошел, — сказал он, хлопнув себя по ногам. Гермиона удержала его за руку. – Все будет хорошо, — нежно сказала она, легонько сжимая его пальцы. – Разумеется, — ласково улыбнулся Римус в ответ, наклонившись и легко чмокнув ее в щеку, — Увидимся утром, ребята. – Мы придем через полчаса! — крикнул ему вдогонку Джеймс, — Вы же не будете тут без нас скучать? — спросил он, окидывая взглядом Гарри, Рона, Гермиону и Лили, уютно примостившуюся у него на плече. – Я думаю, мы найдем, чем заняться, — с улыбкой ответила ему Гермиона. Они поболтали еще немного, а через полчаса Джеймс и Сириус отправились через проход к выходу из гостиной. – Это их время, — сказал Гарри, глядя вслед отцу и крестному. – Я так счастлива, что они есть друг у друга, — сказала Лили, — По крайней мере, пока еще. – Теперь, я уверен, они всегда будут друг у друга! — вставил Рон. – Как и мы все, — улыбнулась Гермиона. Через несколько минут Лили тоже поднялась с дивана. – Я пойду, ребята, — произнесла она, — Джеймс буквально затаскал меня в последнее время на свидания, поэтому сегодняшняя ночь — отличный шанс выспаться. Да и вам втроем надо побыть наедине. Пожелав всем спокойной ночи, она поднялась в свою спальню. Некоторое время друзья сидели молча, осматривая друг друга с ног до головы. Несмотря на то, что они встречались каждый день, они уже очень давно не видели друг друга по-настоящему. Все втроем сразу подумали о том, что не разговаривали нормально уже несколько месяцев — с тех самых пор, как к ним неожиданным образом прибыли Джеймс, Лили, Сириус и Римус. Гарри первым нарушил молчание. Неловко кашлянув, он сказал: – Что ж... Теперь все совсем по-другому, верно? – Да, — счастливо улыбнулась Гермиона. – Как..как ваши дела? — поинтересовался Рон, усмехаясь от комичности этой фразы. – Еще два месяца назад я и не думал, что могу быть так счастлив, — признался Гарри, — Мои родители здесь, со мной. И Сириус, Римус... Даже не смотря на все эти поиски крестражей с Дамблдором, я чувствую, будто живу другую жизнь, до сих пор все кажется каким-то... нереальным. Гермиона, взяв друга за руку, внимательно посмотрела на него. – Как продвигаются поиски? — тихо спросила она. – С трудом, — признался Гарри, — А еще мне кажется... В смысле, я не уверен, конечно, но что-то мне подсказывает, что Малфой что-то замышляет. – Гарри, мы ведь это уже обсуждали в начале года, — закатила глаза Гермиона, — Малфой всего лишь шестикурсник, он не может быть серьезно замешан в делах Темного Лорда. Гарри посмотрел на нее исподлобья. – Я знаю, что это кажется странным, — ответил он, — Но я не удивлюсь, если у него уже есть Черная метка. – Гарри, это очень серьезное обвинение, — нахмурилась Гермиона, — Вспомни, как мы подозревали Снейпа на первом курсе, а он все это время пытался нас защитить. Не наделай глупостей, пожалуйста. – Что ж, в любом случае, я буду продолжать работать с Дамблдором, — ответил Гарри через некоторое время. – Ты справишься, — улыбнулась Гермиона, слегка сжав его руку. – Кстати, как вы думаете? — спросил вдруг Рон, — А надо ли ребятам рассказать про крестражи? Гарри и Гермиона уставились на него с удивлением. – Надо же, я об этом как-то не подумала, — ответила Гермиона, — Ты просто умница, Рон! Слегка зардевшись от удовольствия, Рон продолжил: – Ведь если они захотят самостоятельно победить Того-Кого-Нельзя-Называть... – А они захотят, — вставил Гарри. – Да, то надо дать им в руки все козыри. – Может быть, стоит посоветоваться с Дамблдором? — с сомнением спросила Гермиона, переводя взгляд с Гарри на Рона и обратно. – Я не думаю, что он скажет что-то определенное, — сказал Гарри неуверенно. – Но, если мы скажем, то мы буквально толкнем их на самостоятельную битву с Темным Лордом, — обеспокоенно сказала девушка, кинув встревоженный взгляд на дверной проем, за которым некоторое время назад скрылись Мародеры. Настала очередь Гарри брать девушку за руку. – Я тоже за них переживаю, Гермиона, — сказал он, заглянув покрасневшей подруге в глаза. — Но у них будет больше шансов выжить, если они будут знать, с чем столкнутся. – Да, ты прав, — ответила Гермиона. — Надо им все рассказать. Они еще долго болтали в гостиной Гриффиндора. Несколько раз до них доносился отдаленный вой, принадлежавший, вероятно, Римусу, и Гермиона невольно вздрагивала и бросала взволнованный взгляд на окно, за которым широкой полосой расстилался Запретный лес. Ночь закончилась долгими крепкими объятиями лучших друзей. На следующее утро, как только Гермиона проснулась, она, наскоро одевшись, поспешила в больничное крыло. Мадам Помфри пустила ее без лишних разговоров, и Гермиона вскоре оказалась за ширмой возле кровати Римуса. Парень был бледен, однако он спокойно и крепко спал, и Гермиона, осторожно усевшись на край кровати и взяв его за руку, стала ждать его пробуждения. Прошло около часа, прежде чем Римус зашевелился. Открыв глаза и увидев Гермиону, он ласково улыбнулся, а затем протянул руку и нежно дотронулся до волос девушки, красиво обрамляющих ее лицо. – Доброе утро, любимый, — тихо сказала Гермиона. – Доброе утро, милая, — ответил он, отчего девушка счастливо зарделась. – Ты меня и раньше так называл, — сказала она, улыбнувшись, — Несколько раз, когда у меня что-то не получалось и я обращалась к тебе за помощью, ты говорил «Что случилось, милая?». Но сейчас это звучит в миллион раз приятнее. – Ну, тогда я всегда буду так тебя называть, милая, — рассмеялся Римус. На следующий день его выпустили из больничного крыла, и ребята всей компанией отправились в Хогсмид. В этот раз они решили не расходиться, а всей гурьбой зашли сначала в «Зонко» и «Сладкое королевство», а затем выпили по кружке сливочного пива в пабе «Три метлы». Однако, когда они шли обратно, случилось кое-что, что безвозвратно испортило весь этот замечательный день. Вдруг впереди раздался пронзительный крик. Переглянувшись, друзья побежали вперед. – Помогите! Помогите! — им навстречу бежала Алисия Спиннет, — С Кэти что-то случилось! Она вдруг упала и начала метаться, как будто на нее наложили проклятие! Впереди действительно лежало тело Кэти Белл, однако, не успели друзья сделать и шага, оно взмыло в воздух, на несколько мгновений замерло, а затем вновь упало на землю, больше не шевелясь. Друзья тут же обступили ее — Кэти была жива, однако в ужасном состоянии — бледная, с закатанными глазами и приоткрытым ртом с замершим на губах криком. – Смотрите! — воскликнул Гарри. На снегу рядом с Кэти лежала ее приоткрытая сумка, а рядом с ней, в разорванном пакете — старинное ожерелье, украшенное опалами. Гарри, Гермиона, Сириус и Джеймс принялись осматривать украшение. – Кажется, я видел его раньше... — задумчиво произнес младший Поттер. – Не вздумайте трогать его! — раздался вдруг громогласный голос Хагрида, — Я отнесу ее в замок. Он ушел, неся девушку на руках; Алисия бросилась следом за ними. – Надо передать это МакГонагалл, — сказал Гарри. – Да, но как? — спросила Гермиона, — Ведь наверняка это ожерелье и стало причиной проклятия. – Думаю, что если взять это через бумагу, то ничего не случится. И, прежде, чем кто-то успел возразить, Гарри, не дотрагиваясь до ожерелья, аккуратно завернул его в бумагу и убрал в сумку. – Сумасшедший! — прошипела Гермиона. Друзья бросились к замку. На пороге их уже ждала в крайней степени встревоженная профессор МакГонагалл. Внимательно посмотрев на идущих впереди Гарри, Рона и Гермиону, она вздохнула и спросила: – Скажите мне, почему, когда что-нибудь происходит, вы трое всегда рядом? – Поверьте, профессор, — ответил Рон, – Я задаю себе тот же вопрос уже целых шесть лет. Ожерелье было передано профессорам, а Кэти Белл отправили в больницу Святого Мунго, где она находилась после этого еще целых пять месяцев. – Это точно сделал Малфой! — вышагивал тем же вечером из угла в угол спальни для мальчиков Гарри, — Я просто уверен в этом! – Гарри, я прошу тебя, не лезь на рожон! — увещевала Гермиона, — Нас окружает огромное количество взрослых, они разберутся в этом! Гарри, резко остановившись, в упор посмотрел на подругу. – Знаешь, — сухо ответил он, — Что-то мне подсказывает, что они в этом не разберутся.