Читай меня ночью

      В участке на Бейкер-стрит дождь за окном сливался с монотонным стуком клавиатуры Джинни. Гермиона, сидя рядом, чувствовала себя одновременно опустошённой и наэлектризованной. Рассказ о вчерашнем дне, о Драко, о браслете, о своих смутных подозрениях — все это вылилось наружу под острым, но поддерживающим взглядом подруги.       — …и я просто не могу поверить, что Люциус Малфой, со всем его снобизмом и манией величия, был настолько глуп, чтобы попасться на примитивной финансовой пирамиде, — закончила Гермиона, сжимая в руках бумажный стаканчик с кофе, который Джинни ей вручила вместо остывшего. — Это не его уровень. Не его стиль.       Джинни скользнула пальцем по сенсорной панели большого монитора, разворачивая сложную диаграмму связей.       — Окей, подруга, слушай что у меня пока есть, — её голос стал деловым, как на брифинге. — Люциус Малфой. Основатель и глава «Малфой Индастриз». Инвестиции, недвижимость, немного высоких технологий. Всё чисто… Но на поверхности. Официальная версия краха: он запустил высокодоходный инвестиционный фонд «Аурум». Обещал золотые горы. Собрал бабло со всей лондонской — и не только — элиты. А потом — бац! — фонд оказался мыльным пузырем. Деньги испарились. Люди остались с носом. Расследование Скотленд-Ярда… — Джинни сделала презрительную гримасу, — …было стремительным и поверхностным. Все улики указывали на Люциуса как на единственного виновника. Не найдено следов крупных соучастников. Никаких попыток вывода денег за рубеж, которые он обязан был бы сделать, будь это предумышленное мошенничество. Просто… крах. Как карточный домик. А потом — самоубийство. Удобно, да?       — Слишком удобно, — прошептала Гермиона, вглядываясь в запутанную сеть имён и компаний на экране. — Кто основные пострадавшие? Кто кричал громче всех?       — Вот тут интересно! — Джинни увеличила сектор диаграммы. — Основные вкладчики, потерявшие больше всех… это не просто богатые лохи. Это люди из очень тёмных кругов, Ми. Владелец сети подпольных казино, известный своими связями с русской мафией. Несколько топ-менеджеров с Уолл-стрит, замешанных в прошлых скандалах. И… — она понизила голос, — …один очень влиятельный член Парламента, известный своей непримиримой борьбой с… как раз с финансовыми махинациями. Ирония? Или ключ?       Гермиона почувствовала, как по спине пробежал холодок.       — Парламентарий? Который громче всех требовал расследования и наказания?       — Именно он. Сэр Том. Том Реддл. Его потеря — десятки миллионов. И именно его давление ускорило формальное обвинение Люциуса. Расследование Ярда шло у него, можно сказать, под диктовку.       — Это пахнет, Джин… — Гермиона встала, подошла к окну. По стеклу стекали струи дождя, как слёзы города. — Пахнет большой подставой. Люциуса сделали козлом отпущения? А когда он понял, что его прижали, и что его «друзья» или враги не оставят ему шанса… он выбрал выход. Или его… помогли выбрать.       — Возможно, — согласилась Джинни, её пальцы снова забегали по клавиатуре. — Но это только верхушка айсберга. Нужны доказательства. Конкретные связи. Кто мог так ловко подставить Люциуса Малфоя? И зачем? Чтобы списать свои долги? Чтобы устранить конкурента? Или… — она бросила многозначительный взгляд на Гермиону, — …чтобы получить доступ к чему-то, что было у Малфоев? Может твой браслет?       Гермиона вздрогнула:       — Браслет? Но это просто безделушка! Старая, но…              — В нашем мире, Ми, «просто безделушек» не бывает, особенно если их хранят такие, как Люциус Малфой. Ладно, копаю дальше. У меня тут один шифровальщик в отделе киберпреступлений должен… — Джинни уже углубилась в переписку, забыв на мгновение о подруге.

***

      В «Чёрном Фениксе», в Бункере Полумны, воздух был густ от напряжения и запаха перегретого железа. Драко сидел на единственном свободном стуле, стиснутый между серверными стойками, чувствуя себя незваным и потерянным. Блейз Забини, сбросивший бархатный пиджак и оставшийся в чёрной водолазке, расхаживал перед гигантскими мониторами, на которых мелькали потоки данных. Теодор Нотт, к удивлению Драко, сидел на полу в позе лотоса, жонглируя яблоками и что-то бормоча себе под нос. Полумна, уткнувшись носом в экран, щелкала клавишами с яростью роялиста.       — Готово! — внезапно выкрикнула Полумна, откинувшись в кресле так, что оно завизжало протестом. Её розовые волосы торчали во все стороны. — Влезла в личное облако Люциуса Малфоя. Без взлома — он использовал смехотворный пароль. «Narcissa1». Романтик, однако.       — И что там? — Блейз подошел ближе, его глаза жадно впились в экран.       — Финансовые модели? Скукотища… Личные фото? Тоже неинтересно… Переписка… О! — Полумна прищурилась. — Вот это уже теплее. Шифрованные цепочки. Дай-ка я… — её пальцы снова заплясали. Через минуту на экране появились расшифрованные письма. Блейз начал читать вслух, его голос был ровным, но Драко ловил каждое слово, как утопающий соломинку.       — «Люциус, ситуация с «Проектом» критическая. Инвесторы нервничают. Нужны гарантии или… альтернативные решения». Подпись… «ТМR». — Блейз посмотрел на Драко.              — ТМR? Том Реддл? Твой парламентарий, Драко?              Драко кивнул, его горло пересохло. Том был другом семьи. Бывшим.       — Следующее, — продолжил Блейз. — «Гарантий нет. «Проект» мертв. Ваши люди слили информацию. Мои потери колоссальны. Я не буду крайним, ТМR». И ответ: «Ты УЖЕ крайний, Люциус. Если не замолчишь и не возьмешь вину, пострадает не только твоя репутация. Подумай о Драко.».       — Он… он угрожал мной?       — Похоже, что да, — холодно констатировал Блейз. — И Люциус… он сломался. Следующее его письмо: «Я сделаю, что должен. Позаботься, чтобы он был в безопасности». И… всё. Больше переписки нет.       В Бункере повисла тяжелая тишина. Даже Тео перестал жонглировать и смотрел на Драко с необычным для него сочувствием.       — Он… он взял вину на себя, — прошептал Драко, осознание ударило его с новой силой. — Чтобы защитить меня. Его… заставили. Том и те, кто за ним стоят.       — Похоже на то, — согласился Блейз. — Люциус не был святым, но в этом случае он стал пешкой. И им пожертвовали. Самоубийство… идеальный способ замкнуть круг и похоронить все ниточки.       — Но ниточки остались, — внезапно сказала Полумна, ткнув пальцем в другой экран. — Вот. «Проект Феникс». Замаскированная запись в блокчейне стартапа по биотехнологиям. Очень тёмная контора. Основной инвестор… ого! Теневая корпорация, связанная с нашим дорогим парламентарием. Похоже, Люциус вложил в «Феникс» не только деньги вкладчиков «Аурума», но и свои личные состояния. А проект провалился. Реддлу нужно было скрыть свою причастность и списать гигантские потери. Люциус подошел на роль виновника идеально.       Драко стоял, сжав кулаки так, что ногти впились в ладони. Горечь, стыд и ярость смешались в нем в адскую смесь. Его отец был не жуликом. Он был жертвой. И его смерть… была убийством. Пусть и без прямого выстрела.       — Реддл, — прошипел он. Имя звучало как проклятие. — Он заплатит. За все.       Блейз положил руку ему на плечо. Прикосновение было неожиданно тяжелым и… успокаивающим.       — Осторожно, Драко. Месть — плохой советчик. Правда — вот твое оружие. И мы её нашли. Но Реддл — могущественный человек. У него есть связи, власть. Пойти в лоб — самоубийство. Нужен план. Умный. И аккуратный.       — У меня есть кое-что, — раздался голос из динамика на столе Полумны. Это был голос девушки, звучавший четко и по-деловому. — Мы на связи? Вы тут оставили… эээ… «цифровой след размером с автобус». Я отследила IP.       Полумна фыркнула, но не стала отрицать. Лавгуд шепнула Забини кто с ними на связи.       — Детектив Уизли, — Блейз наклонился к микрофону ухмыляясь. — Приятно слышать голос «Ведьмы». Что у вас?       — Подтверждение ваших данных из другого источника. И кое-что новенькое. Реддл не только давил на Люциуса. Он через подставных лиц скупал акции «Малфой Индастриз» после объявления о банкротстве. За бесценок. Теперь он контролирует ключевые активы, включая тот самый стартап по биотеху. Похоже, он не только списал долги и устранил Люциуса, но и прибрал к рукам то, ради чего, возможно, всё и затевалось. И у нас есть запись разговора Реддла с его помощником, где он довольно прозрачно намекает на «решение проблемы Малфоя». Привет из отдела прослушки.       Драко затаил дыхание. Это было оно. Доказательство.       — Этого достаточно? — спросил он, глядя на Блейза.       — Для начала расследования — да, — ответил Блейз. Его глаза сверкнули. — Но не для гарантированного падения Реддла. Нужно больше. Нужно вытащить на свет его партнёров, его финансирование. Нужно сделать так, чтобы вся паутина всплыла.       — Тогда мы работаем вместе, — твердо сказала Джинни через динамик. — Я передам все материалы формальному следствию, но под строгим контролем. Реддл не должен узнать, что мы идем. А вы, Забини, со своей… командой, — в ее голосе прозвучало легкое пренебрежение, — ищите ниточки в его тёмных делах. Там, куда Ярд официально не сунется. — Джинни на секунду замолчала, — Грейнджер ну передай уже привет, что молчишь?       Гермиона, слушавшая все это по громкой связи из участка, чувствовала, как в груди разливается странное тепло. Облегчение? Да. Но и тревога. Они нашли правду. Но слишком быстро и легко. Битва только начиналась. Она посмотрела на Джинни, на её сосредоточенное лицо.       — Всем… привет. А что с Драко? — спросила она тихо. — Он… в безопасности?       — Пока да, — ответил Блейз. — Он останется в «Фениксе». Под присмотром Тео. Лучшей охраны не найти. И… Гермиона?       — Да?              — Спасибо. За то, что не дала ему сделать тот шаг вчера. Теперь у него есть шанс… стать лучше своего отца. Не жертвой. Не мстителем. А тем, кто восстанавливает справедливость.       Драко отвернулся, чтобы скрыть навернувшиеся на глаза слезы. Не от слабости. От чего-то другого. От чувства, что он не один. Что есть люди, которые верят. И что путь, который он выбрал бы вниз с крыши, оказался не концом, а лишь страшным поворотом к чему-то, за что стоит бороться. Пусть даже в компании шамана, безумного гения и «Ведьмы» из Скотленд-Ярда. И с «Ночной Сиреной», чей голос стал для него первым якорем в бушующем море отчаяния. Буря только начиналась, но теперь у него был экипаж.