Битва за экстрасенса

"Никакого больше, нахуй, алкоголя," - думал Илья, лежа воскресным утром в номере и сгорая от стыда за прошлую ночь. Мало того, что он позорно кончил в штаны от одной только переписки, как какой-то подросток, так еще и наивно повелся на бесхитростную манипуляцию Влада вместо того, чтобы остановить эту дикость. Он чувствовал себя использованным и каким-то грязным, хотя, как и советовал чернокнижник, принял перед сном долгий горячий душ. Хотелось есть, но даже спуститься на завтрак казалось непосильной задачей. Ларионов заказал еду в номер и, пока ждал, тупо пялился в потолок, мысленно проклиная инстаграм, вчерашнюю вечеринку, извращенца Череватого, устроившего этот балаган, и больше всего - самого себя за то, что согласился в нем участвовать. После завтрака он почувствовал себя бодрее и решил прогуляться по городу, несмотря на то, что погода не сильно располагала. Поначалу ему казалось, что все вокруг знают о его грехопадении, в каждом встречном взгляде мерещились осуждение или стеб: мол, посмотрите на этого дурака-скорострела, его развели, как школьника. Илья поглубже зарылся в объемный шарф, натянул шапку по самые глаза и зашагал к ближайшему парку, чтобы спокойно обдумать случившееся. Он не заходил ни в мессенджеры, ни в соцсети, боясь увидеть там что-то провокационное, вроде скринов ночной переписки. "Ну нет, - мысленно уговаривал себя он, - Влад, конечно, тот еще псих, но до такого бы точно не опустился. К тому же, я почти ничего не писал, придраться не к чему." Но тревожные сомнения все равно грызли изнутри. Кроме того, на носу было новое испытание, и Илья уже было подумал соскочить - сочинить какую-то удобоваримую причину, вроде простуды или срочной работы. Но быстро отбросил эту идею, решив, что только еще больше усугубит свои переживания, сбегая от реальности. В конце концов, он считал себя достаточно взрослым и рассудительным, чтобы не прятаться от сложностей, а смело смотреть им в лицо. Вряд ли он мог предположить, что "сложностями" в его 38 лет окажется ночной секстинг с бесноватым чернокнижником, но уж так повернулась жизнь. И деваться было некуда - нужно было выполнять свои обязанности и решать проблемы. А еще не давал покоя вопрос: почему и, главное, зачем Влад все это устроил? Интуиция подсказывала, что где-то кроется подвох, и непременно хотелось выяснить, в чем он заключается. Илья решился залезть в телефон только к вечеру, хотя тот исправно посылал ему сигналы в течение дня. Он разобрал уведомления, наспех пролистал пару рабочих чатов, которые в выходные превращались в парад мемов и бесполезной болтовни, и наконец наткнулся на сообщение от Тани, которая писала о месте и времени проведения следующих съемок. Очередное расследование было запланировано на вторник, благо, ехать предстояло недалеко - всего-то километров пятьдесят в область. Подтвердив, что будет с утра на месте общего сбора, Ларионов отложил телефон и завалился спать. Понедельник Илья провел в деловых встречах, полностью увлеченный общением и идеями новых проектов. Субботняя ночная вакханалия под авторством Владислава Череватого уже казалась чем-то далеким и ненастоящим и лишь изредка напоминала о себе внезапными вспышками отдельных эпизодов, которые менталист тут же поспешно гасил. В директе чернокнижник больше не объявлялся, что вполне устраивало Ларионова. Ранним утром вторника он прибыл на нужную локацию, где уже грузились в автобус участники и команда, с твердым намерением достойно отработать и сохранять нейтралитет даже рядом с Владом. Личное должно было оставаться личным, а их странные отношения точно не касались ни "Битвы", ни кого бы то ни было еще. В автобусе к персоналу шоу присоединились Ольга, Максим и Линда. Влад и Эрденесан, как обычно, добирались на своих машинах. Илья занял свободное место, оказавшись через проход от Ольги, которая приветливо поздоровалась и вернулась к своему телефону. Он вставил наушники и включил любимый плейлист со спокойной музыкой, неизменно помогавшей ему собраться. На улице то и дело принимался снег, чем дальше они отъезжали от города, тем более хмурым становилось небо, и эта равномерная серость вторила протяжным мелодиям. Илья наблюдал проплывающий за окном однородный пейзаж и ни о чем не думал. Кто-то тронул его за рукав. - Да? - он обернулся, вытаскивая наушник. В проходе стояла Ольга и смотрела на него с мягкой улыбкой. - Илья, извините, можно присяду? - она кивнула на свободное кресло рядом. - Конечно, все в порядке? - Да, все хорошо. Вы меня простите, но я хотела кое-что вам сказать, если вы не против, - осторожно произнесла Якубович, устроившись на сидении. - Может, это не совсем корректно с моей стороны, но от вас тянет сильно. - В смысле - тянет? - не понял Ларионов, даже аккуратно принюхавшись, не переборщил ли с парфюмом. - Нет, вы прекрасно пахнете, дело не в этом, - рассмеялась внимательная ведьма. - Магией тянет, нехорошей. Боюсь, что-то к вам прицепилось или воздействие было, не понимаю пока. Илья нервно сглотнул, поглядывая на Ольгу. - Это точно не приворот, здесь я уверена, не бойтесь, - она снова улыбнулась, но сразу же стала серьезнее, - но какой-то след чувствую. Как у вас здоровье, настроение? - Да как у всех, по-разному бывает, - пожал плечами ведущий. - Устаю, конечно, но и работы много, всё закономерно. - Что-то энергию у вас подсысывает иногда, мне кажется, - произнесла ведьма, пристально вглядываясь в его лицо. - Вы не пугайтесь, но бесовщиной фонит. Похоже, как от Влада нашего... Но это ничего не значит, просто подобные вайбы. Он, хоть и взбрыкнул тогда в вашу сторону в готзале, не стал бы на вас колдовать. Он не плохой, просто запутался, что-то творится с ним в последнее время, не замечали? "Ты бы знала, насколько близко подобралась," - подумал Илья, старательно удерживая выражение вежливого интереса на лице. - Возможно, - как можно более бесстрастно ответил он, - может, приболел? Или стресс от съемок сказывается, все мы люди. - Ну да, все мы люди, - задумчиво произнесла Ольга, глядя куда-то сквозь своего собеседника, но быстро вернулась в обычное состояние. - Извините еще раз, что влезла. Надеюсь, мне просто показалось. Но будьте внимательнее к себе, Илья, на всякий случай. Кажется, мы приехали, пойдемте. Она мимолетно коснулась его плеча ободряющим жестом и, подхватив сумку, направилась к выходу из автобуса, который остановился на одной из обычных деревенских улиц. Несколько встревоженный словами ведьмы, Ларионов последовал за ней. Узнав историю героев и задание, которое он должен был озвучить экстрасенсам, Илья про себя нехотя согласился с пассажем Влада относительно сценаристов шоу: снова несчастная мать, потерявшая сына при странных обстоятельствах. Он понимал, что каждая трагедия - индивидуальна, и искренне сопереживал людям в их боли, но порой хотел отвлечься от смертей и бед, переключившись на что-то более позитивное. Выбора у него, конечно, не было, так что, познакомившись с наблюдателями, он занял свое место на площадке. Испытание начинали прямо у дома, в котором жил погибший парень. Температура стремилась к нулю, и Илья порадовался, что надел с утра теплую парку. Первой в этот раз проходила Линда. Она увидела многое, но застопорилась на вопросе о виновных и, будто испугавшись говорить на эту тему, поспешила завершить испытание. Эрденесан был, как обычно, немногословен, но с сутью задания справился, определив по фотографии в конверте, о ком скорбят родные. Мать и друзья погибшего парня были благосклонны к шаману, но жаждали деталей - пока что к разгадке никому приблизиться не удалось. Илья уже знал, что Владу выпало проходить последним, но старался не задумываться об их скорой встрече. Ольга и Максим справились одинаково хорошо и, что особенно удивило Ларионова, озвучили похожие мнения и даже нюансы произошедшего, что случалось не так уж часто. Последнее слово оставалось за Владом. Чернокнижник приближался к дому, у которого его ожидала возбужденная толпа, а Илья чувствовал, как скользит по спине тонкая струйка пота. Несмотря на всю его моральную подготовку, выдержка дала сбой, как только реальный Череватый оказался рядом. Тот, в свою очередь, остановился перед людьми и невозмутимо посмотрел на ведущего. Ларионов понял, что молчит уже слишком долго, когда почувствовал на себе вопросительный взгляд главной героини. - Здравствуйте, Владислав, - быстро заговорил он и сходу перешёл к сути испытания, - возьмите конверт, в нем фотография человека. Нужно рассказать, кто это и что с ним произошло. Приступайте. Незаметно выдохнув, он сделал шаг назад и затих, мысленно ругая себя за излишнюю эмоциональность. - Начинай полностью работать, начинай полностью творить... - начитывал Влад, его взгляд темнел, а голос становился ниже. - Парня, говорит, смотрим. Он долго и обстоятельно описывал молодого человека из конверта, и Илье почти не приходилось задавать наводящих вопросов. - Как он погиб? - наконец вставил он свои пять копеек в монолог чернокнижника, тот даже не посмотрел в его сторону. - Убили, говорит, бах - и все, - Череватый коснулся своего виска. Ведущий заметил, как переглянулись наблюдатели - парень погиб от выстрела в голову. - Пойдёмте, - вдруг позвал Влад, резко развернулся и устремился прочь. - Владислав, вы куда? - только и успел выкрикнуть ему в спину Илья. - Он ведёт, сейчас всё расскажу, - отмахнулся тот, не оборачиваясь. Толпа поспешила следом. Героиня испытания нагнала его первой, за ней торопился Илья, не желающий упускать хоть какую-то информацию. Все происходило так стремительно, что он уже и думать забыл о своей изначальной неловкости. Череватый с зеркалом наперевес уверенно уходил от домов, сворачивая на проселочную дорогу в поле. Давно стемнело, и путь освещали только фонари на камерах операторов. Они выхватывали из темноты то высокий силуэт чернокнижника впереди, то ошарашенные лица семенящих за ним наблюдателей. Землю под ногами развезло от дождей, идти было сложно, но Влад практически не останавливался, двигаясь только ему известным маршрутом. Краем уха Ларионов уловил перешептывания в толпе и понял, что они, вероятно, направляются к месту, где случайный охотник обнаружил тело застреленного парня. Чернокнижник то бормотал свои молитвы, то выдавал очередную порцию видений, но решительно шел к цели. Люди не уставали поражаться точности его слов и, кажется, были готовы сопровождать его не только по раскисшему полю, но даже в саму преисподнюю, если бы это понадобилось. Илья старался не выпускать Череватого из виду и чуть не кинулся вперед, когда тот, оскользнувшись, провалился кроссовком в глубокую грязь. Но Влад только брезгливо тряхнул ногой, выругался и продолжил идти. - Уже где-то рядом, - произнес он, осматриваясь, - вот буквально метров пятьдесят. Через несколько минут группа оказалась на открытой поляне, которую окружала высокая сухая трава. На земле клочками лежал снег, смешанный с грязью. Череватый остановился и повернулся к героине. - Здесь, говорит, все случилось. Он снова принялся описывать события, не упуская ни одной детали, словно сам был тому свидетелем, и Илья едва успевал вмешиваться со своими комментариями. Мать подтверждала каждое слово, люди поддакивали и уже не сдерживали восторг от работы экстрасенса. Ведущий был впечатлен не меньше их, такой Влад - точный, уверенный, сильный - внушал особенный трепет. - Владислав сегодня в ударе, - усмехнулся он в ответ на восхищенные реплики одной из участниц, когда вся толпа уже возвращалась с поля. Испытание завершилось на кладбище. Череватый настоял на том, что именно там проведет свой ритуал мести убийцам, и мать погибшего, несмотря на попытки некоторых наблюдателей отговорить ее от такого шага, поддержала его инициативу. Он безошибочно отыскал нужную могилу и приступил к делу. Илья с расстояния наблюдал, как чернокнижник творит свою бесовскую магию, и по его коже табунами пробегали мурашки. - Всем спасибо, мы закончили, - оповестила всех уставшая Таня, когда дело было сделано и толпа вернулась к дому. - Завтра в двенадцать снимаем совет жюри, не опаздывать, пожалуйста. Ларионов выслушал указания и уже было собрался грузиться в автобус, где томились в ожидании отъезда экстрасенсы и часть съемочной группы, когда на его пути возник Влад. - Подвезти? - невзначай спросил он и широко улыбнулся. - Давай, - неожиданно для самого себя согласился Илья и махнул Тане, - меня не ждите, всем до завтра! Они молча шли к машине, и к нему снова возвращалась неловкость. Он закинул сумку назад и занял пассажирское сидение, по-прежнему не произнося ни слова. - Все ноги промокли, и кроссовок угваздал, - первым заговорил Череватый, направляя седан в сторону шоссе. - Да, с погодой не повезло, - констатировал очевидное Илья, неотрывно всматриваясь в темноту впереди. - Но все равно было круто, правда? - с детским азартом спросил чернокнижник. - Я сам в ахуе, если честно. - Да уж, ты сегодня зажигал... Ты действительно проклял тех людей? - Это не люди, а твари самые настоящие. Конечно, проклял, чтоб им сдохнуть, - резко ответил Влад. - Они убийцы и заслуживают мести. - Ты думаешь, что вправе такое решать? - Ой, заканчивай со своим морализаторством. Мать точно вправе, а я помог, потому что могу. И сам этого хочу. Они снова замолчали. Илья прокручивал в голове десятки вопросов, которые хотел бы задать, но не мог толком сформулировать ни один. Он чувствовал себя неуютно. - Спрашивай уже, - безошибочно считал его внутренние метания Влад. - Те сообщения - какого хера это было? - слова сами сорвались с языка. Ларионов впервые за их поездку посмотрел на чернокнижника, тот коротко стрельнул глазами в ответ и снова уставился на дорогу. - Просто захотелось, - пожал он плечами, на губах заиграла наглая улыбка. - Очень, блять, весело! - вспылил на это Илья. - Влад, что за дичь с тобой творится? Это тот демон или как там его, я прав? Чернокнижник разом стал серьезнее. - Я уже однажды говорил, но повторю снова, раз ты настаиваешь,- его голос звучал жестко. - Я хочу выиграть. Никогда еще мне не давали столько силы, сколько сейчас. Да, я плачу по счетам, как и все, но меня это устраивает. Я мог отказаться, но каждый раз, когда я взбрыкивал, мне показывали мое место, и я перестал выделываться. В конце концов, именно за победой я пришел на "Битву", так что, считай, мне повезло, что нашелся помощник посильнее прежних. Я делаю то, что должен, и заберу то, что заслуживаю. Илья выслушал его речь, не перебивая, и ему она совсем не понравилась. К тому же, ответа на свой вопрос он так и не получил. - И все же, к чему была та переписка? - повторил он. - Мне казалось, ранее ты четко дал понять свое ко мне отношение. Он старался звучать равнодушно, но чувствовал горечь. - Какой же ты, блять, настырный, - Череватый раздраженно хлопнул ладонью по рулю. - Ладно, раз так хочешь - слушай. Бесятине ты понравился, в тебе есть что-то темное, что ты сам тщательно прячешь. Я увидел это, когда ты вызверился на меня в особняке. Демоны жрут эмоции, помнишь? Им понравилось представление! Вытащить из тебя эту черноту оказалось несложно, ты так быстро поддался, и они вдоволь попировали тогда. А твоя реакция на сообщения и вовсе была для них блюдом высокой кухни! Он довольно осклабился, а Илья сидел, потрясенный его откровенностью и тем, как жутко и неправильно звучало сказанное. - Ты хочешь сказать, что раскручивал меня на эмоции, чтобы скармливать их своим демонам? - неверяще спросил он. - Когда ты так говоришь, звучит не очень, - ухмыльнулся Влад. - Но по сути да, так оно и есть. Они уже пересекли черту города и петляли по улицам, пробираясь к центру. Фонари бросали желтые отсветы на лицо чернокнижника, не выражавшее ни сожаления, ни сочувствия. Илья ошеломленно всматривался в знакомые черты и не узнавал, в груди волком выла обида вперемешку с накатившей злостью. - Останови, - холодно сказал он и потянулся назад, перетаскивая на колени свою сумку. Череватый вопросительно взглянул на него, но поворотник включил. - Останови сейчас же, блять, - прорычал ведущий. Седан прижался к тротуару и остановился. Илья трясущимися руками отстегнул ремень и выскочил из машины. - Передай своим демонам: пусть подавятся! - рявкнул он на прощание и, громко захлопнув дверь, зашагал прочь.