Битва за экстрасенса

Илья доедал свой завтрак в небольшой московской кафешке, которая ему особенно приглянулась. Здесь подавали вкусные вегетарианские блюда и обалденный кофе, а официанты были расторопными и ненавязчивыми, хотя он порой и замечал на себе их любопытные взгляды. Вернувшись в отель прошлым вечером, он долго не мог уснуть, прокручивая в голове короткий диалог с Владом. Чернокнижник ясно дал понять, что не готов закрыть глаза на произошедшее - впрочем, иного Ларионов и не ожидал. Он смутно представлял, какие слова или поступки смогут вернуть ему доверие Череватого, но всем сердцем желал найти такую возможность. Несмотря на то, что он уважал просьбу Влада дать ему время и не хотел давить, в глубине души он знал - все может наладиться только после полноценного разговора. То, через что они уже успели пройти, показало: многих неприятных событий не случилось бы вовсе, если бы они вовремя поговорили, честно и открыто. Илья не знал, когда Влад будет готов выйти на связь, а других поводов задерживаться в Москве у него не было. К обеду он уже собрал чемодан, не досчитавшись, правда, пары вещей, в спешке забытых у чернокнижника дома, и выехал в аэропорт, чтобы вернуться в Петербург. Несмотря на совершенно отвратительную погоду, дома дышалось легче. Равномерно серое небо и знакомые улицы успокаивали и странным образом внушали уверенность в том, что все еще наладится. Ларионов вернулся к работе, и привычные действия помогали ему снова чувствовать себя в своей тарелке. Он скучал по Владу и регулярно мониторил его соцсети, но градус тревожности постепенно спадал, уступая место тихому ожиданию. Перед сном он размышлял о прошедших месяцах и о том, как участие в "Битве" повлияло на его жизнь совсем иначе, чем он мог изначально предполагать. Проект виделся ему любопытным развлечением, карьерным плацдармом, нестандартным опытом - чем угодно, только не тем, чем он стал в итоге, подбросив самое неожиданное знакомство, так сильно изменившее его. Еще летом Илья рассмеялся бы, начни кто-то всерьез убеждать его в существовании бесов и прочей чертовщины, а уже к концу осени в его руках бился в агонии любимый человек, истязаемый агрессивной сущностью. Сам факт наличия любимого человека был не менее удивительным, потому что Илья не искал любви, но она, как это часто бывает, нашла его сама, когда он вообще этого не ждал. Вся его уравновешенная, налаженная реальность обернулась бешеной каруселью, которая раскручивалась все сильнее, а ему досталось сидение без ремней безопасности. Он словно болтался в воздухе и от страха в любой момент вылететь к чертовой матери с этого аттракциона уже готов был выпрыгнуть сам, лишь бы эти переживания прекратились. С прошлой субботы минула неделя, и не было и дня, чтобы Ларионов не анализировал свое поведение тем утром. Он раз за разом восстанавливал в памяти ход событий, но собственная импульсивность вызывала только новые вопросы. В конце концов, из хаоса путанных воспоминаний и мучительных раздумий выкристаллизовался единственный ответ, который поразил своей простотой и очевидностью: он так до конца и не простил Владу шашней с демоном и не принял такое объяснение всех выпадов чернокнижника в свою сторону. Хотя он сам был непосредственным участником и очевидцем совершенно нереальных по меркам его прошлой жизни событий, Илья сомневался. Без малого сорок лет он жил с уверенностью, что потусторонние силы - всего лишь миф и бабушкины сказки, а те вещи, которые многие считают чудесами, на самом деле не больше, чем умелая иллюзия. Ларионов положил немало времени и сил, чтобы самому научиться вводить в заблуждение людей и творить своеобразную магию, но за его работой никогда не стояло ничего сверхъестественного. И, с каким бы странным и необъяснимым опытом он ни столкнулся на "Битве", внутренний скептик не сдавался и упорно твердил, что это не более чем фарс и искусная игра. На задворках сознания зудела неприятная мыслишка, что Влад мог, в каком-то смысле, быть частью этой игры. Поверить в притворство и обман казалось проще, чем в реальных демонов, колдунов и ведьм, и Илью разрывало от этих противоречий. Он своими глазами видел уже много необъяснимого, но никак не мог смириться с этой стороной реальности. Несмотря на то, что Илья обвинил Череватого в магическом воздействии, на самом деле он, скорее, противился возможности существования колдовства в целом, но в стрессе просто вывалил на Влада первое, что пришло в голову - настолько велик был подсознательный страх перед тем, что все эти порчи, привороты и подклады могут действительно работать, да еще и на нем. Он привык полагаться на людей и воспринимал их, как полноценных хозяев собственной жизни и эмоций, способных отвечать за себя. То, что человеком может управлять что-то невидимое, никак не ассоциировалось с магией - скорее, с психическими проблемами. Хотя Ларионов никогда не думал о чернокнижнике в таком ключе, эта история с одержимостью засела в нем зудящей занозой, которую чертовски хотелось вытащить, но никак не удавалось подцепить. Он должен был раз и навсегда принять внутреннее решение о своем отношении к магии, чтобы, как и пообещал мысленно Владу во время его речи на съемке, больше никогда не сомневаться. Страх перед неизвестным, которое может влиять на жизнь даже без ведома человека и лишать его всякого контроля, был еще одной слабостью, с которой Илье нужно было встретиться. Идея о том, как это можно сделать, пришла сама собой - оставалось только дождаться, когда для этого подвернется случай. Он посмотрел вечерний выпуск "Битвы", снова отмечая, насколько Череватому удалось взять себя в руки после провала на испытании с поиском и вполне успешно пройти остальные проверки. Когда передача закончилась, Влад выложил несколько сторис, где призывал зрителей голосовать, но Ларионов заметил, что прежнего задора у того не наблюдалось. Казалось, он сделал это для порядка, а не от большого желания, и менталиста снова кольнуло виной. В понедельник написала Таня и позвала Илью в Москву сняться в интервью для выпуска о финалистах. Сверившись со своим графиком, он предложил четверг, и, посмеявшись над пересланными девушкой сообщениями от зашивавшихся монтажеров, взял билет на утренний "Сапсан". Ему нравилось, что команда шоу работает слаженно и дружно, горит своим делом и даже в самых нестандартных ситуациях может собраться и выдать классный продукт. Он втянулся в коллективный процесс, проникся им и очень надеялся, что в следующем сезоне ему тоже предложат место ведущего. К тому же, это только укрепило бы его в намерении перебраться в столицу и параллельно развивать другие проекты. Еще одним доводом в пользу переезда, конечно, был Влад, но здесь пока оставалось слишком много вопросов - вряд ли его поспешное предложение поселиться вместе сейчас сохраняло актуальность. Отложив окончательное решение до лучших времен, Ларионов взялся за текущие дела, чтобы выделить побольше времени на поездку в столицу, а утром четверга уже сидел в поезде, который вез его в Москву. Интервью снимали в том же особняке, и Илья направился прямиком туда, посчитав, что сэкономит всем время, если не будет заезжать еще и в отель. В коридоре он первым делом столкнулся в Верой, которая, хоть и выглядела невыспавшейся, излучала прекрасное для раннего часа настроение. Не церемонясь, она подхватила ведущего под руку и утащила за кофе, а потом долго и эмоционально делилась своими впечатлениями о сезоне и догадками об итогах голосования, пока Таня не разогнала их спевшуюся парочку по разным углам для подготовки. В этой суете Илья чувствовал себя как рыба в воде и с надеждой фантазировал о том, что однажды сможет испытать нечто подобное в настоящем кино. На вечер пятницы у него как раз была назначена встреча по поводу участия в многосерийном фильме, он с предвкушением ждал этот кастинг несколько месяцев, и сейчас приятное волнение нахлынуло с новой силой. Но сначала нужно было завершить съемку в "Битве", и Илья, дождавшись отмашки, отправился давать интервью. Наводящие вопросы задавала Таня, и они быстро продвигались по плану. Ларионов отвечал спокойно и уверенно, пока речь не зашла о Владе. - Как ты относишься к тому, что Владислав работает с демонами? Ты веришь в то, что у него действительно есть некий помощник Толик, который подсказывает ему на испытаниях? - спросила девушка и выжидающе уставилась на ведущего. - Я не специалист в магии, более того, я пришел на проект скорее в роли скептика, - заговорил Илья, подбирая слова. - Подход некоторых наших участников меня сильно удивил. Владислав, по его словам, работает с темными силами, и я допускаю, что такое возможно. Что касается Толика, то это, скорее, некий собирательный образ его помощников. Кто стоит за ним на самом деле - знает только сам Влад. - То есть, ты до конца не веришь в то, что такой помощник у Влада вообще есть? - подловила Таня. - Я верю в то, что у Влада есть сила, и мы сами были свидетелями ее довольно пугающих проявлений, но как именно это работает - я сказать не могу, - развел руками Ларионов. - Тань, давай заканчивать? - Окей, - кивнула девушка, - что-то нарежем, все почти готово - только вас с Верой вставить осталось. Спасибо, что приехал. Они дружески обнялись, и Илья с чувством выполненного долга отчалил отдыхать в отель. Первую половину пятницы он посвятил подготовке к кастингу, сделав несколько упражнений для речи и повторив предварительный сценарий. Он несколько раз по очереди примерил привезенные с собой костюмы, и в итоге остановился на том, который в свое время засветился в сторис из ресторана. Что было после, Ларионов решил даже не вспоминать. Он порадовался, что прихватил с собой пальто - не по погоде, зато более солидно, чем его спортивный пуховик, да и передвигаться он планировал на такси, так что замерзнуть не боялся. Собравшись, Илья отправился по нужному адресу, настроенный показать себя с лучшей стороны и произвести хорошее впечатление. Немного удивляло, что кастинг назначили на столь поздний час, но внутренняя кухня любых проектов была крайне непредсказуема - это Ларионов давно уяснил. Укрытые снегом московские улицы пролетали за окном автомобиля, мерцая и переливаясь всеми цветами от вечерней иллюминации. Город готовился к новогодним праздникам, и менталист замечал нарядные украшения вдоль всего своего пути. Это поднимало настроение и виделось хорошим знаком. Не обошлось без пробок, и Илья заглянул в инстаграм, чтобы скоротать время. Его внимание сразу привлек кружок с фотографией Влада, и он без промедления открыл сторис. Череватый находился явно не дома и не в рабочем кабинете - вокруг был полумрак, мигал неоновый свет, а на фоне играла громкая музыка. "Он что, в клубе?!" - вскинул брови Илья и переключился дальше. Картинка в общем не поменялась, он прибавил звук в наушниках, чтобы разобрать слова. - Семья, Череватый сегодня отдыхает, - голос чернокнижника звучал наигранно весело. - Да, вот так, шок-контент! Такого вы еще не видели! Он поводил телефоном вокруг себя, но из-за плохого освещения камера толком ничего не улавливала. - А, похуй, - на экране снова появилось улыбающееся лицо, - пляшем! Экстрасенсам тоже надо расслабляться, правда же? Друзья позвали в бар, испытания кончились - Толику пора повеселиться! Влад рассмеялся, и сторис прервались. Илья недоуменно таращился на экран, пытаясь понять, что сейчас увидел. Чернокнижник сам рассказывал ему, что никакой постоянной компании у него в Москве не водилось, да и в целом близких друзей практически не было. По его словам, он слишком много времени и сил посвящал колдовству, а это совсем не способствовало дружеским связям. Алкоголь при Илье он тоже ни разу не употреблял и утверждал, что водку дома держит только для бесятины. Сторис насторожили Илью, и он решил по возможности отследить, будут ли появляться новые. Встреча с продюсерами проходила в офисе компании, представлявшем собой небольшое, но современное здание из стекла и бетона. Ларионова проводили на второй этаж и усадили в зоне ожидания, где уже томилось человек десять разной наружности и степени спокойствия. Он занервничал, потому что ожидал более приватной обстановки и чувствовал себя неловко под колкими взглядами будущих вероятных коллег или конкурентов. Время шло, а в кабинете, куда по очереди уводила присутствующих ухоженная девушка со скучающим лицом, побывали всего трое из очереди. Илья от нечего делать снова проверил сторис - кружок Влада опять стоял первым. - Семья, как ваш пятничный вечер? - громко вопрошал Череватый с экрана, Ларионов выпучил глаза, будто в дежавю опознав на нем свою толстовку. - Мой заебись! Давно я так не отрывался, сейчас покажу нашу тусовку! Он не с первого раза переключил камеру, выругался и, наконец совладав с техникой, продемонстрировал заставленный стаканами стол, вокруг которого на диванах расположилась разношерстная группа каких-то парней. Они приветственно замахали, выкрикивая что-то нечленораздельное. В следующей истории камера снова оказалась направлена на чернокнижника. - Вы помните, за кого вам нужно голосовать на "Битве"? - Влад подмигнул и хищно улыбнулся, мимика выдавала, что он уже нормально так приложился к крепким или не очень напиткам. - Голосуйте за Влада Череватого, во славу Толика! - Голосуйте за Владоса, он настоящий... как там? Экстрасекс! - на плече чернокнижника повис какой-то белобрысый тип. Он нагло влезал в кадр, и его осунувшееся нездоровое лицо находилось слишком близко к лицу Влада. - Экстрасенс! - поправил Череватый, хихикнув, но незнакомца не отодвинул. - Бля, точно! А я как сказал?! Секс? Что у трезвого на уме - у пьяного на языке! - мерзко осклабился тот и окинул Влада сальным взглядом. Илья передернулся от отвращения и поднимающейся в груди злости: какого хуя там вообще творится?! Он нервно заерзал в своем кресле и огляделся - очередь в приемной уменьшилась еще на пару человек. Следующий час Ларионов то и дело открывал приложение и все сильнее тревожился - сторис Влада не обновлялись. Слишком медленный кастинг тоже начинал бесить. Время близилось к ночи, и долгое ожидание вкупе с беспокойством за Череватого доводило до белого каления. Илья опять обновил ленту, по спине пробежал неприятный холодок, когда сторис экстрасенса загорелись цветной обводкой. - Пригласил гостей, - пьяно ухмылялся Влад уже из салона машины, - едем в логово чернокнижника, вечер продолжается! Парни, вы же не выдадите мои секреты?? Он перевел камеру на сидевших по двум сторонам от него незнакомцев. Одного Илья узнал - тот белобрысый с похотливыми глазенками, тощий и какой-то неряшливый, другой, поплотнее, исподлобья пялился мимо экрана расфокусированным взглядом. - Мы?! Да как ты мог подумать такое, дружище?! - скалился первый, чуть более трезвый на вид. - Серега, подтверди! Второй только невнятно промычал и закивал лохматой головой. "Еб твою мать, Влад, ты кого к себе тащишь?" - заорал про себя Ларионов. - Семья, знаю, что вы меня не осудите, вы все понимаете, а я так устал, - вещал Череватый, глядя перед собой из-под полуприкрытых век, - если бы я мог вам рассказать все, но... тссс, нельзя. Он приложил палец к губам и откинулся в сторону, когда машина слишком резко повернула. Белобрысый заржал и ухватил его за плечо, притискивая к себе. Сторис снова закончились. Илья не заметил, как вцепился в подлокотник с такой силой, что побелели костяшки. Он разжал пальцы и пару раз глубоко вздохнул, выравнивая сбившееся дыхание. То, что он увидел, не предвещало ничего хорошего и заставляло воображать самые худшие сценарии развития событий. Эти отморозки никак не подходили на роль друзей Влада, это и дураку было понятно, а Ларионов не сомневался вовсе. И теперь чернокнижник ехал с ними в свою квартиру, накачанный алкоголем, и о намерениях быдловатых персонажей можно было только догадываться. Из головы не шел масленый взгляд белобрысого, которым он буквально пожирал Череватого. Илья удерживал себя на месте еще минут двадцать, пока, взвинченный до предела, не сорвался с места, на ходу хватая с вешалки пальто, и не кинулся вон из приемной. - Ларионов, куда вы? - окликнул его в спину женский голос. - Ларионов! Но он уже несся вниз по лестнице, перепрыгивая через ступеньки, и остервенело лупил по смартфону, на бегу вызывая такси до дома Влада.