Наше тайное место

Гермиона опять не появилась сегодня в школе. О ней не было слухов уже целую неделю. Класс шептался, что их староста, раньше никогда не пропускала уроки, даже когда сильно болела. Девочка в один момент будто просто исчезла. Гарри пытался звонить ей на домашний телефон, но на том конце провода раздавались лишь перебойный треск и шум. Он мог бы сходить к ней домой, проведать ее, убедиться, что с ней все хорошо, но он понятия не имел, где она живет. Девочка как-то говорила, что это далеко от сюда, и что она добирается сюда на школьном автобусе. Гарри ковырял свой пустой листок карандашом и чувствовал в груди разрастающуюся злость от этой неизвестности. Почему учителя даже не поинтересуются, где может быть Гермиона. Может, с ней что-нибудь случилось? А что, если она пропала или ее… Гарри помотал головой, отгоняя тревожные мысли подальше. Нет, он сегодня же узнает у классного руководителя ее адрес и поедет проведать ее. Он посмотрел на пустующее место рядом с собой, где раньше неизменно сидела девочка. Он обязательно удостовериться, что с ней все хорошо.

✦✦✦

– И зачем тебе ее адрес? – Спросила преподавательница, когда Гарри подошел к ней на перемене. Она выглядела крайне недовольно и быстро листала толстый журнал, громко шелестя желтоватыми страницами. Мальчик терпеливо стоял и дожидался, когда она продиктует ему адрес. – Хочу проведать. Ее давно нет в школе, – ровно ответил он. Она посмотрела на него и тихо вздохнула: – Да болеет, чей, поди. Куда она денется, – Гарри мысленно задохнулся от ее слов, но возникать не стал. Какой смысл что-то доказывать, если ей было откровенно плевать.  – На, – она сунула ему листок с написанным от руки адресом. – Туда доберешься на школьном автобусе, а назад придется на обычной маршрутке ехать. И смотри, чтобы не заблудился нигде, а то мне еще влетит за тебя. Гарри кивнул и выбежал из класса. На душе было гадко и противно. После происшествия с Уизли они все еще также безразлично относятся к безопасности школы. Казалось, их волнует только собственное благополучие. Гарри бы с удовольствием затерялся где-нибудь и пропал на несколько дней, только чтобы это встало под ответственность этой легкомысленной женщины. Пока он спускался вниз по бетонной лестнице, он глянул на маленький квадратик линованной бумаги в своей руке: Деревня «Солнечная», дом 48 Гарри сложил его пополам и убрал в карман куртки. Когда он вышел из школы, старенький желтый пазик с большой красной надписью «Дети» на боку, уже стоял у ворот школы и поджидал детей. Они стекались дружным потоком из главный дверей школы и бежали к нему, закидывая разноцветные большие рюкзаки за спину. Гарри спешным шагом двинулся вместе с ними. Сегодня было пасмурно. Небо хмуро застыло над его головой, плотно скрывая за собой яркое маленькое солнце. Гарри не любил зиму: он желал, чтобы снег побыстрее оттаял, уступив место зеленой сочной траве и только распустившимся ярким цветам. Безжизненные голые деревья, наконец, опушаться густым слоем листвы, а улицы со дворами будут сиять приятной летней зеленью вновь. Солнечные лучи стали бы яркими и ласковыми, даря долгожданное тепло и радость каждому дню. Лето – пора жизни и радости. К тому же в это время года у Гарри было день рождение. Он обязательно пригласит Гермиону на него, когда наступят каникулы. Он уселся на длинный ряд сидений у окна в самом конце автобуса. Время было около двенадцати, поэтому места занимали ребята из начальной школы или чуть младше самого Гарри. Он сунул руку в карман, чтобы проверить бумажку с адресом, и вдруг вздрогнул, когда рядом с ним кто-то резко плюхнулся на сидение. – Привет, – это была его одноклассница Анна. Кажется… так ее звали. Гарри еще не до конца выучил имена ребят, учившихся вместе с ним. Она смотрела на него своими круглыми, близко посажеными глазами и была явно удивлена, увидев его здесь. – Привет, – кивнул мальчик. – Ты разве не из этого поселка? Зачем тебе на автобус? – Гарри вздохнул. Ему не очень хотелось сейчас заводить разговор с кем-то, но все же спустя небольшую паузу, он ответил: – Хотел навестить Гермиону. Анна понятливо кивнула и задумалась. Она молчала до тех пор, пока автобус не набрал детей и не тронулся с места. – На сколько мне известно, она живет на конечной остановке. Знаешь, за все восемь лет с ней никто так и не сблизился, – Гарри оторвал взгляд от окна и с интересом посмотрел на нее. Ну… Гермиона действительно была не особо общительна и раскрепощенна. Наверное, в этом нет ничего удивительного. – Я всего несколько раз видела, чтобы она садилась в автобус. Она постоянно задерживается допоздна на своих дополнительных кружках и возвращается домой почти к ночи. При этом она успевает учиться и делать домашку! – Голос девочки был возмущенный и обиженный. Она постукивала ботинком об пол автобуса и поглядывала в окно со своей стороны, дуя губы. Гарри мысленно ухмыльнулся. Он тоже нередко завидовал Гермионе за-за того, что она умудряется все успевать и делать при этом идеально. Наверняка не многие люди могли похвастаться такими успехами. – Как думаешь, почему она ни с кем не общается? – Спросил Гарри. Может, у Гермионы действительно были какие-то проблемы с социализацией, и ей было крайне трудно завести новых друзей. Но, с другой стороны, у Гарри иногда складывалось впечатление, что девочка общается только с ним и не видит никого вокруг, кроме него одного. Может, ей вовсе… не нужно общение? – Не знаю. Она - странная, – девочка понизила голос. – С ней многие желали завести дружбу, даже я, но она делает вид, будто нас не существует или мы… какие-то отбросы. Это весьма невежливо с ее стороны. Анна опять посмотрела на Гарри. – Удивительно, но ты первый, кто стал ее другом, да еще и она сама подошла к тебе познакомиться. Просто поразительно! – Гарри почесал затылок. Он не знал, что об этом думать. Не хотелось сплетничать и выведывать какую-то информацию о девочке от третьих лиц. Он спросит об этом сам, когда лично увидит ее. Автобус несся по бездорожью, то и дело подпрыгивая на ямах и кривых кочках. Гарри молился, чтобы его не укачало за эту поездку, ведь ехать предстояло достаточно долго. За окном мелькали невысокие деревья: их криво изогнутые ветки густо покрывал иней, а на широко раскинутые пустые поля улегся густой непроглядный туман. Автобус, заскрежетав, остановился на первой остановке: двое детей выпрыгнули наружу и потопали в направлении полуразваленных бараков, которые были на столько в нелучшем состоянии, что аж уныло покосились в бок. Автобус захлопнул двери и, тарахтя, поехал дальше. Интересно, как выглядел дом Гермионы? Как выглядит ее комната? Наверное, у нее идеальный порядок и каждая вещь лежит как по линеечке. По любому много книг и всяких разных толстых энциклопедий, которые она читает в свободное время. Но ведь наверняка ей нравится не только читать. Возможно, она любит какие-нибудь девчачьи сериалы или фильмы… или, может она любит играть в приставку? Гарри улыбнулся своим мыслям. Пусть и без приглашения, но мальчик считал, что Гермиона ни за что не вытолкнет его за порог, а гостеприимно позволит пройти внутрь и посидеть немного вместе. Анна помахала ему рукой с быстрым «До завтра» и убежала домой. Автобус все пустел, и внутри остались только он и двое мальчишек чуть помладше. Интересно, что лучше: добираться своими ногами через гремучий темный лес, в котором обитают всякие мерзкие твари, или спокойно ездить до конечной на школьном автобусе? Гарри определенно желал жить хоть на крае мира от школы, но добираться до нее вторым способом. Он уперся головой о ледяное запотевшее стекло, чувствуя мокрый холод на виске и прикрыл слипающиеся глаза. «Солнечная» – прочитал Гарри название с дорожного знака. Дорога подводила к подножию высокого холма с крутым извилистым подъемом. Склон его был плотно укрыт толстым слоем снега, а на вершине густо осел туман, из которого показывались высокие темные крыши домов. Вокруг совсем ничего не было, только ровные одинокие поля и редко торчащие деревья. Гарри бы определенно залюбовался этим местом, если бы его мысли не были заняты тем, что ему придется взбираться в эту чертову гору своими собственными ногами. Может, стоило попросить водителя подбросить его чуть ближе? Но он почему-то совсем не подумал об этом. Когда он стал подниматься вверх, снег кружил над ним крупными хлопьями, оседая на одежду тонким пушистым слоем. Холод обхватил тело жадными ледяными лапами, заставляя мелко подрагивать от мурашек, целой толпой пробегающих по его телу. Гарри засунул руки в карманы и сжался, пытаясь сохранить последние капли ускользающего тепла. Воздух вокруг казался звенящим и прозрачным, будто готов был треснуть в любой момент, как хрупкое стекло. Наконец показались очертания первых домов, и мальчик глубоко выдохнул клубок густого пара, переводя тяжелое дыхание. Ряды жилых построек тянулись ровной змейкой куда-то вперед, пропадая в неизвестности тумана. Дворы были молчаливы и будто затаились, втихомолку поглядывая на Гарри. Было тут как-то неуютно: словно это место уже давным-давно покрылось толстым слоем пыли, а живущие здесь люди оставили после себя только лишь воспоминание. Но если присмотреться, это было не так: за забором у кого-то лаяла собака, а из дымоходов валил черный густой дым, некрасиво растворяясь темной кляксой в сером небе. Гарри прошел дом номер «Десять». Интересно, сколько тут всего домов? На первый взгляд деревня кажется большой, но, скорее всего, это было не так. Мальчик посмотрел на дом номер «двенадцать» и заметил на крыльце сидящую старушку. Забор у ее дома был очень стар и вот-вот мог упасть на запущенный палисадник, укрытый толстым слоем снега. Она держала на руках толстого рыжего кота и сморщенной рукой наглаживала ему шерсть на спине. Тишина вокруг казалась мертвой, а образ маленькой старушки – почти ненастоящим. Ее цепкий немигающий взгляд проводил Гарри до следующего дома. Мальчик поежился. Перед домом номер «Двадцать два» молодой мужчина чистил машину от снега и отмахивался от своего маленького ребенка, который дергал его по всякой мелочи. Гарри почему-то вспомнил своего отца, и на душе вдруг стало чуть теплее. Около дома номер «Тридцать восемь» мальчик обнаружил продуктовый магазин – единственная в своем роде местная торговая точка. Название было не самым оригинальным – «Продукты», – но, в целом, тоже сойдет. Какая кому разница, как выглядит и как называется единственный в округе магазин с едой. Ветер потихоньку стихал и уже не пытался яростно биться о лицо, ледяными прутьями. Гарри казалось, что он идет вечность. Однотипные дома сменяли друг друга, как повторяющиеся кадры на кинопленке, и когда перед глазами показался дом номер «Сорок четыре» мальчик ускорил шаг. Сорок пять, сорок шесть, сорок семь… Гарри остановился около деревянной покосившейся ограды: за которой, как на ладони был крутой склон вниз, вдалеке – лес, а за лесом – очертания города, скрытые туманной завесой. И вот подозрение медленно заскребло в груди, когда он понял, что дома номер «Сорок восемь» … нигде нет. Сердце забилось чаще, а время будто приостановилось в тревожном извещение. Он что, приехал не туда? Но нет же, вон впереди дорожный знак с названием деревни. Тогда, может, учитель ошиблась номером дома? – Эй, парень! Ты чего ищешь? – Гарри отмер и обернулся назад. На крыльце дома номер сорок шесть стоят грузный мужчина. Он облокотился локтями о перила и прикуривал сигарету, обводя его оценивающим взглядом. – Вы не подскажите, сорок восьмой дом… – Гарри подошел ближе. Он все еще надеялся, что дом где-то дальше, и он просто не заметил его. Мужчина глянул на него странным взглядом. – Деревня заканчивается сорок седьмым домом, – он затянулся сигаретой. – К кому-то приехал, что ли? Не видел тебя тут раньше. Гарри все еще питал надежду, что Гермиона может жить где-то рядом. – Да, я не местный. Может, вы знаете, где живет Гермиона Грейнджер? – У Гарри почти остановилось сердце, когда мужчина в отрицании покачал головой. – Мне жаль, друг, но… видимо, ты перепутал адрес. Гарри почувствовал, будто его швырнули с вершины высокой горы и вместе с ним скидывая все его надежды. Мир будто решил поиздеваться и потыкать пальцем ему в лоб. Он потратил два с половиной часа пути, преодолевая крутые подъемы и плутая среди незнакомой деревни, а все, что получил – это несуществующий адрес. Ему хотелось смять этот бесполезный листок в его кармане и кинуть в лицо классному руководителю. Как можно быть настолько невнимательной? Гарри все еще раздраженно скрипел зубами, когда сидел на холодной остановке и жался в свою короткую куртку, чтобы согреться от пробирающего насквозь мороза. Хотелось немедленно на кого-то накричать или что-то ударить, так он был зол от всей этой ситуации. Маршрутка задерживалась, и мысли о том, что она вовсе не приедет, вызывали холодный озноб. Длинная заледенелая дорога, ведущая от сюда, была пустая и заброшенная. Редкие машины, проезжавшие здесь, тут же исчезали в неизвестности тумана, словно еле заметные неуловимые призраки, проскользающие мимо. Вокруг пустошь, и только тихий рев ветра нарушал гробовую тишину этого места. Мальчик облокотился локтями на колени и впился пальцами в шапку на голове. Было глухо. Казалось, он был заточен в маленькую комнату, из которой не было выхода. Тревожила невыносимая досада из-за того, что он не смог увидеться с Гермионой лично, убедиться, что с ней все в порядке. Теперь еще как минимум день страх будет съедать его спокойствие за подругу. Гарри сцепил пальцы так, что шапка почти слезла с его головы. Он поедет к ней завтра, когда узнает верный адрес. Он обязательно найдет ее. Гарри вздрогнул и резко поднял голову, когда услышал гудок подъезжающей к остановке маршрутки. Вот черт! Он так задумался, что чуть не пропустил ее. Салон был пустой и холодный. Гарри оплатил проезд и плюхнулся на излюбленное заднее сидение у окна. Теперь предстояла такая же долгая дорога обратно.

✦✦✦

Уже начинало смеркаться, когда Гарри приехал в поселок. Все вокруг было оживленным и многолюдным. Люди активно начинали готовиться к Новому году. В чужих окнах мерцали яркие гирлянды, и дворики уже были украшены к предстоящему празднику. В продуктовых магазинчиках была длинная очередь. Каждому в этом маленьком городке нужно было подготовить новогодний стол для своей семьи. На маленькой центральной площади, где проводились все местные мероприятия и вечеринки, уже стояла высокая живая елка, срубленная где-то в лесу. На ней висели разноцветные веселые игрушки, многие из которых были сделаны руками детей. Мерцающая всеми цветами гирлянда, будто длинная змейка, окрутила всю поверхность елки, и ее свет красиво отражался в стеклянных украшениях, придавая атмосферу праздника и уюта. Вокруг бегали и резвились дети, а в стороне стояли их родители, о чем-то весело переговариваясь и смеясь. Гарри бы тоже хотел разделить их счастье, но в груди разрасталась досада и отвращение к этим пестрым безвкусным украшениям и мерзким улыбкам. Он отвел взгляд от мерцающей праздником елки и сгорбившись, направился в сторону чернеющего леса, шепчущего ему обещания грядущей беды.

✦✦✦

Деревья дружным хором громко зашелестели, стоило ему войти под их тень. Они словно шептались, глумились и издевались над ним, тыча в спину кривыми, длинными ветвями. Гарри чувствовал острый взгляд на себе, но не смел оглядываться. Ноги быстро несли его в безопасное тепло дома. Что-то двигалось позади него, старалось нагнать и сцепить, но почему-то все еще оставалось незамеченным. Гарри вдруг вспомнил одноклассницу, с которой ему довелось пообщаться в автобусе по пути в деревню. Анна сказала, что Гермиона доезжает до конечной остановки, и эта деталь всколыхнула мысли. Так может быть, тот мужчина был неправ и просто мог не знать Гермиону, которая живет где-то по соседству рядом с ним. Несуществующий номер дома могла перепутать уже сама учительница и просто ошибочно написать другую цифру. Человеческий фактор был и будет оставаться неотъемлемой частью каждого человека. Все люди могут ошибаться. Гарри гневно пнул большую шишку перед собой и досадливо провел варежкой по лицу. Ну почему ему вечно так не везет… – Гарри. Мальчик замер на месте и обернулся в сторону тихого голоса. В тот момент будто вся земля ушла из-под его ног. Сердце сжалось, и пропустило пару ударов. Из-за дерева показалась неясная тень, в которой Гарри удалось разглядел нечеткий силуэт… Гермионы? Блеклой тенью, девочка глухо остановилась на месте, будто притаившись, как дикий зверек. Она сильно похудела, щеки впали некрасивыми ямами, а ее большие глаза теперь еще больше выделялись на смертельно бледном лице. Волосы на ее голове были спутаны, а светлое симпатичное пальтишко, которое раньше очень нравилось Гарри было грязное и рваное. Она уперлась рукой о дерево, еле держась на ногах, и посмотрела твердым взглядом на мальчика. – Г-гермиона? Что ты здесь делаешь? Ты ранена? – Гарри бросился к ней, но замер на пол пути, остановленный тяжелым взглядом и вскинутой, в предупреждении, рукой подруги. Он искал ее целый день, плутал среди стужи и незнакомых мест ради того, чтобы увидеть ее. Но вот она стоит перед ним, в месте, где Гарри меньше всего ожидал ее встретить. Почему она так выглядит? Что она делает в этом месте? Подозрение незамедлительно стали всплывать в мыслях Гарри липкой тревогой. Тут было что-то не так. – Слушай меня внимательно, Гарри, – ее голос был холоден и тверд, словно не она стояла на подкашивающихся ногах, готовая упасть в любой момент. – Тебе нужно уезжать от сюда. – Что? – Гарри нахмурился. О чем она говорит? – Тебе больше нельзя тут оставаться. У тебя есть пара часов, чтобы уговорить родителей собрать вещи и уехать из этого места навсегда. Он было дернулся к девочке, но снова остановился, когда заметил, как ее прежде теплые кофейные глаза опасно переливались кровавыми блюдцами, а покоящаяся на дереве рука на половину была покрыта чернеющей твердой плотью, больше схожую на сухую кору от дерева с длинными острыми когтями, мелко скребущую еловый ствол. Древесина будто вросла в бледную кожу на руке девочки, въедаясь занозами в самые глубокие слои ее кожи. Гарри почувствовал, как его внутренности заледенели от подступающего отвращения, желудок свело спазмом от увиденного. Тревога, пробуждающаяся внутри, поднялась высокой колокольной башней, громким звоном завывая об опасности. Гарри сглотнул твердый ком и деревянными ногами отступил назад. – Ты что… одна из них? – Гермиона грустно усмехнулась на слова мальчика и печально опустила голову вниз. Мальчик только щас заметил на ее уродливой руке и одежде мелкие следы запекшейся крови. – Ты должен поторопиться, – она продолжала смотреть себе под ноги, не поднимая глаз. – Меня обязательно накажут за то, что я предупредила тебя, но зато ты будешь в безопасности. Поэтому иди. Кто накажет? Гарри закусил губу с такой силой, что почувствовал во рту металлический привкус собственной крови. Если она одна из них, тогда он не понимал, почему она предупреждает его о надвигающейся беде. Почему она не убила его за все это время, что они провели вместе? Почему он раньше не заметил в ней монстра? Гарри посмотрел на девочку и почувствовал, что внутри вдруг что-то тоскливо заскреблось. Противоречие не давало сложить все мысли воедино. Это ведь все еще была его подруга, с которой он проводил большую часть своего времени. Она была хорошим другом и всегда помогала, когда он был в беде. В ее пугающих, неестественных глазах не было кровожадности, они были по-прежнему большие, открытые и внимательные. Он не мог думать так о ней. Кем бы она не была: лесным существом, зверем или еще кем-то, Гарри не станет отворачиваться от нее, ведь она никогда не была для него монстром. Он уверенно сделал шаг к ней навстречу и протянул дрожащую руку ладонью вверх. Девочка недоверчиво подняла на него взгляд и нахмурилась. – Ты должна пойти со мной и… – он сделал паузу, собираясь с мыслями. – я не позволю тебе оставаться здесь. Я уговорю родителей, и мы в четверым уедем в город, тебе не нужно будет опасаться их, – Гарри с сожалением заметил, как Гермиона хмыкнула и покачала головой. – Я напугаю тебя, если покажу свое истинном обличии… – она оторвала лапу от ствола и спрятала ее в рукав грязного пальто. – Мне уже давно не место в твоем мире, Гарри. Я навсегда заточена здесь, среди этого мрачного лесного царства. Жаль, оно вовсе не так чудесно, как в детских сказках, не так ли? Гарри окатила холодная волна разочарования. Он не чувствовал биения собственного сердца, только резкий свист ветра, гулко отдающийся звоном в заложенных ушах. Его подруга была всегда такой идеальной, умной и доброй. Гарри никогда не замечал в ее теплых глазах лесного существа, заточенного в этом месте, будто в каменной темнице. Но даже если бы он знал, то что бы он мог? – Почему ты помогаешь мне? – Рикошетом произнес Гарри. Гермиона удивлённо вскинула брови, будто совсем не ожидала этого вопроса. – Потому что ты мой друг, – хрипло отозвалась она и в груди моментально разлилось что-то болезненно печальное. Значит, она действительно считает его своим другом и помогает ему, потому что хочет помочь. Гарри не мог оставить ее здесь. Если он сделает это, возможно, они больше никогда не смогут встретиться. Что с ней сделают, если она пойдет против всех этих тварей и поможет сбежать добычи из леса? Гарри плохо представлял, что нужно делать в этой ситуации: как увезти девочку, чтобы она смогла выжить и безопасно ли вообще выводить ее из этого места. Он узнает ответы на эти вопросы позже, а сейчас главное – уговорить ее отправиться вместе с ним. Гарри бросился к ней и крепко схватил ее за руки, совсем не опасаясь кровавого блеска в глазах напротив. Он уверенно посмотрел на нее, и в груди разрослась решимость величиной во всю тайгу. – Ты идешь со мной! Я придумаю что-нибудь, обещаю. Я не оставлю тебя здесь! – Гарри… – Мы уедем так далеко, что они не найдут тебя нигде. Если ты не сможешь жить в мире людей, то я найду тебе место более безопасное, чем это! Гарри не замечал, как девочка крепко зажмурилась и скривила лицо, словно от острой боли. – Может, нам удастся снять с тебя это… проклятье? Что бы это не было, ты должна уходить от сюда вместе со мной и… – Гарри! – Мальчик остановился от вскрика девочки, слишком болезненно разрезавшего слух. Он следил, как дорожки слез скатываются с ее щек, как тускнеют потемневшие, лишенные надежды глаза. Сердце сжалось от беспомощности, а в спину будто воткнули кол. Все вокруг стихло, тишина наполнилась тоской, и было слышно только задушенные всхлипы со звоном в его собственной голове. Неужели его слова звучали настолько безнадежно? Наверное, так и есть, ведь Гарри совершенно точно не сможет воплотить половину из всего сказанного в реальность. Но ведь не существует безвыходных ситуаций. Всегда можно найти выход, если поискать… Мальчик мягче обхватил ее острые плечи через плотное пальто и прижал к себе. Она дрожала, как натянутая струна, и хотела было вырваться, но Гарри сильнее сцепил руки за ее спиной. – Почему ты плачешь? – Он хотел ударить себя за этот глупый вопрос. Голова Гермионы тяжело покоилась на его плече, и Гарри чувствовал запах крови от ее волос. Теплое дыхание обжигало его шею, когда девочка делала тяжелые выдохи. – Печально, что мы встретились с тобой при таких обстоятельствах. Я – монстр, Гарри. Увы, я никогда не смогу быть твоим настоящим другом. Теперь нет… «Теперь – нет?» – Возможно, в другое время мы могли бы быть друзьями чуть дольше. Мне жаль, но тебе пора идти. Если хочешь спастись, тебе нужно думать в первую очередь о своей семье. Гарри отчаянно вцепился в нее, словно за ускользающую надежду. Он не желал принимать ее слова за действительность. Почему она сдается? Ведь есть еще тысячи вариантов, которые они могли бы использовать. Девочка оторвала голову от чужого плеча и посмотрела на Гарри. Ее глаза были влажные от слез, но вдруг резко почернели, словно высохли от всех эмоций. Она снова стала холодной и серьезной. Гарри вспомнил, что иногда ее лицо становилось слишком пустым, словно из нее когда-то выкорчевали всю радость, сопутствующую обычному человеку. – Отпусти, – ровно попросила Гермиона. Гарри помотал головой и потянул ее за собой в сторону дома. Если отступиться сейчас, то он обречет своего самого близкого друга на страшную беду. Он чувствовал, как девочка часто дергает рукой, зажатой в его пальцах, и тормозит пятками о землю, но он почти не замечал этого. В голове была лишь мысль, что нужно как можно быстрее увести ее, спрятать от черной тени, угрожающе нависшей над их судьбой. – Да отпусти же! Она ловко выкрутила руку из хватки и сильно толкнула его в плечи. Мальчик тут же свалился с головой в сугроб. Снег попал ему под ворот куртки и неприятной холодной сыростью расползся по спине. Гарри ошалело захлопал глазами. Эта хрупкая девчонка серьезно смогла его так сильно оттолкнуть? Ноги Гермионы дрожали, будто сухие омертвевшие ветки. Было удивительно, как она еще может стоять. Какова же настоящая сила этих тварей, если она даже в таком состоянии может дать отпор. Гарри опомнился, когда заметил, что Гермиона медленно отступает назад. Он вскочил на ноги и неуклюже потянулся за ней, но снова свалился, как неваляшка, когда девочка толкнула его рукой в грудь.  – Хватит, Гарри! Ты должен идти, забудь обо мне! – нетерпеливо прикрикнула Гермиона. Мальчик чувствовал, что вся надежда ускользает из его рук, подобно воде. Он зажмурился и, как раньше представил, что это всего лишь кошмарное сновидение. Белые точки заскакали под закрытыми веками, как надоедливые мошки. Гарри чувствовал, как о его лицо бьется ветер и как чуть вдалеке от него шепчется знакомый голос. Он хотел бы слышать его громче, чаще, но он оставался где-то далеко, словно за толстой невидимой стеной, будто прекрасный сон, который никогда не будет настоящим. «Прощай, Гарри». Мальчик распахнул глаза и увидел, что место, где стояла девочка, было пустым. Клубящийся черный туман, тянущийся лентами по земле, словно прощался с ним вместо нее.