Тьма вызывает по имени

***

Хуа Чэн шёл по тёмному коридору, погружённый в размышления. События последних часов не давали покоя: взгляд Се Ляня, его крик, кровь на бинтах — всё это цепляло за живое. Он шагал медленно, позволяя мыслям унестись вглубь воспоминаний. Но полностью раствориться в них ему не дали. К нему подошёл тот же юноша, что и раньше. Тихие шаги раздались за спиной, и Хуа Чэн, не оборачиваясь, произнёс: — Что такое, Инь Юй? Юноша остановился рядом, слегка поклонился, как требовал этикет, и спокойно ответил: — Вы с ним слишком мягки. — Его голос был твёрдым, почти обвиняющим. Хуа Чэн усмехнулся, но в его усмешке не было веселья. Он наконец остановился и посмотрел на Инь Юя: — А ты бы хотел, чтобы я убил его, как только он вскрикнул? — Я бы хотел, чтобы вы не подставлялись, — уверенно встретил его взгляд Инь Юй. — Он охотник. Может использовать вашу слабость. Даже если пока не догадывается об этом. Хуа Чэн помолчал. Затем чуть склонил голову, и в его голосе появился еле уловимый оттенок чего-то почти тёплого: — Если моя слабость — его имя… пусть. Я готов заплатить за это. — Вы в него влюблены? — Да... Мы с ним знакомы очень давно. К сожалению, он меня не помнит, но я его помню, — Хуа Чэн ответил на вопрос подчинённого, делая небольшой шаг вперёд. — Так что веди себя с ним как подобает — он слишком дорог. Инь Юй посмотрел на главу и кивнул в знак согласия, но потом задумчиво спросил: — Что за ключ в нём? Вампир замер, медленно повернулся на каблуках и спокойным тоном сказал: — Так называемый ключ… Проклятье, о котором написано не в одном свитке. Оно не передаётся через учение. Его знает только один род — с фамилией Аой. Но никто не знает, жив ли хоть один из их потомков. Хуа Чэн не смотрел на подчинённого — лишь один раз одарил его взглядом под конец монолога. Инь Юй слушал молча, не перебивая. Вампир ушёл, оставив Инь Юя в одиночестве. Тот пошёл проверить охотника и заодно поменять повязку на боку. Когда он зашёл, то обнаружил охотника без сознания — с кровавой лужей под ним, которая медленно растекалась. Инь Юй быстро подбежал к кровати и начал пытаться остановить кровь. Прибежала служанка — он приказал ей позвать лекаря. Кровь понемногу начала останавливаться, и через минут десять вбежал лекарь с набором трав, отваров и бинтов. Его лицо было сосредоточенным, руки — быстрыми и точными. Инь Юй отступил, позволяя ему работать, но взгляд не отрывался от бледного лица охотника. Лекарь спросил подчинённого: — Сколько времени он истекает кровью? Инь Юй отвёл взгляд и неуверенно ответил: — Где-то минут пятнадцать. Мы с главой ушли, а когда я зашёл — уже такое было. Я более-менее остановил кровь. Сразу после этих слов в комнату ворвался Хуа Чэн. Его взгляд упал на охотника, и на мгновение лицо стало ледяным. — Что здесь произошло? — спросил он спокойно, но в голосе чувствовалось напряжение. — Я пришёл, чтобы заменить повязку… он уже был без сознания. Крови было много, — быстро ответил Инь Юй. Хуа Чэн подошёл ближе, опустился на колени возле постели, внимательно осмотрел охотника, затем повернулся к лекарю: — Скажи прямо. Он выживет? Лекарь колебался, затем выдохнул: — Если переживёт эту ночь — шанс будет. Но потеря крови огромна. Он держался из последних сил. Видимо, нарочно молчал, не хотел привлекать внимания. Возможно, боялся. Хуа Чэн сжал кулаки. Его губы дрогнули: — Он бы никогда… если только не думал, что умрёт в любом случае. Он положил ладонь на холодный лоб охотника, и в этот момент в его взгляде не было ни ярости, ни страха — только невыносимая боль. — Ты опять исчезаешь… Не смей. — Его голос сорвался почти на шёпот. — Я слишком долго ждал, чтобы снова потерять тебя. Инь Юй отвёл глаза. Он впервые видел своего господина таким. Не грозным. Не решительным. А разбитым. Настоящим. Хуа Чэн резко поднялся. — Все зелья — сюда. Если понадобится — отдам свою кровь. — Но… — начал было лекарь. — Без "но". Он останется жив. Я этого добьюсь. За окном снова пошёл дождь. Тихий, тёплый, как напоминание о чьих-то слезах.