Я cделаю все, чтобы в этот раз, вам было легше.

– Прошу, ваши права, – Протянул улыбающийся мужчина пластиковую карточку, девушке с бумагами на подпись. – Спасибо, – Приятно улыбнулась девушка в ответ. – Прошу, ваши документы на машину, поздравляю с покупкой, – Протянул улыбающийся мужчина, девушке документы и ключи с эмблемой Mitsubishi Pajero. – Спасибо, – Приятно улыбнулась девушка в ответ. – Прошу, ваши документы на дом, поздравляем с покупкой, – Протянула улыбающаяся женщина, девушке документы и ключи. – Спасибо, – Приятно улыбнулась девушка в ответ. Все шло гладко, тихо, спокойно, без лишней напусной радости. Так будто по другому и не могло быть. Пачки денег исчезали из сумок стремительно и так же быстро, как проходили и покупки на эти деньги. Остается самое главное и проблематичное, суд по ходатайству о опекунстве. – Эмилия, спустись сюда немедленно, – Кричал мужчина с первого этажа. Девушка не знала причину гневного вопля мужчины, но подозрения присутствовали. Она не спешила спускаться, по лестнице она шла спокойно и так же тихо, как она делала и все остальное. Они с Аароном, ночами созванивались с Дереком, обсуждали условия, документы, слова, которые должен был сказать Аарон. Аарон подошел к этому ответственно, записывал и запоминал каждое слово или предложение, которое он должен был бы упомянуть в разговоре с судьей. – Да отец, ты что-то хотел? – Она смотрела безпристрастно, ей нравилось то, как он злится на нее, как ущемляется его эго. Ники было грустно, что сестра так радикально подходит к этому, но понимал ее и поддерживал. Эрик несколько раз контактировал с ней, без ведома Ники, чтобы предложить свою помощь, но девушка отказывалась, уверяя, что у нее все схвачено. – Что это? Какое еще слушание в суде. Ты собираешься взять опекунство над этим сопляком? – Он резко поднял руку вверх указывая на второй этаж, где сейчас находился Аарон. Ники помогал с выбором дома, а Эрик с выбором риелторов. Это хорошо сыграло ей на руку, благодаря ним они предположительно выбрали тот же самы дом, что и в книге. – Да, я не собираюсь терпеть твое безразличие по отношению к нему. Ему будет лучше жить со мной... – Уже понятно, что она не успела договорить. Было много чего, что бы она хотела бы ему высказать в тот момент, но она решила все же не делать этого. Этот разговор не стоил ее усилий. – Не в моейм дома, неблагодарная скотина, – Он истерически усмехнулся однум уголком губ. Он знал, что ей негде жить, как в доме отца. Ха, самоуверенный идиот, не меньше. – Вот именно не в твоем доме, я уже купила свой дом, так что я собираюсь переехать, сразу, как только получу опекунство над Аароном, – Звук громкого шлепка и испуганый визг Марии, а после и ее всхлипы. В ответ на слова, она получила пощечену. Тишина. Она бывает разной. Звенящей, искрящейся, пугающей, отстанавливающей время, комфортной, убивающей, безопасной. Она бывает разной. И именно сейчас, она была пугающей. Эмилии не нравился тот страх, который она сейчас испытывала. Тогда она стояла потупив взгляд и терпела, сдерживая слезы и держась за щеку от боли. Но сейчас это уже не София, это Эмилия. Она не сдерживала слез, их не было, она не потупляла взгляд, она смотрела ненавидяще, она не держалась за щеку, ее руки были опущены и сжаты в кулаки. Она была готова дать отпор. – Тогда раз уж ты такая самостоятельная, проваливай вон из моего дома, – После пугающих минут тишины, пошипел Лютер в лицо, его "дорого любимой" дочери – Сейчас же, – Прокричал он – И забирай с собой этого сопляка, раз уж ты такая самостоятельная. – Аарон, собирайся мы уезжаем, – Прокричала она брату думая, что он находится у себя в комнате. Но на моменте с визгом Марии, он вылетел из комнаты и стоял на конце лестницы замерев от неожиданности. Они встретились взглядами. В глазах Эмилии он увидел твердую решимость и ненависть. В глазах Аарона она увидела страх сменяющийся такой же решимостью, как и в глазах сестры.       Он быстро развернулся, зашел в комнату оглядывая ее содержимое. Собрал тетради со стола, акуратно складывая их в его школьный портфель. Подошел к камоду вытяскивая оттуда свои вещи и складывая в спортивную сумку. Минуту назад, ее занесла ему девушка с все еще напреженными движениями и таким же взглядом, что был у нее перед этим.       Эмилия взяла только несколько своих записных блокнотов, второй ноутбук купленный ею в тайне от родителей. Пару вещей, чисто на первое время, пока она не поедет в торговый центр закупится новой одеждой. Все поместилось в один рюкзак. То остальное необходимое, уже давно лежащее у нее в черной спортивной сумке в виде денежных купюр, она просто вытянула из-под кровати и вышла из комнаты. – Собрался? – Спросила она у парня, заглядывая в комнату по пути к лестнице. Он кивнул схватил столько же сумок, что и у девушки и вышел из комнаты. Они двигались быстро, слажено и одновременно.       Они быстро перебирая ногами, спустились вниз. Внизу наблюдалась самая нелепая и безсердечная картина в мире. Плачущая женщина, сидящая на диване и ее напускно спокойный муж, сидящей напротив нее и читающий газету. Безсердечный мудак. Мария обернулась на них и подскочила, подходя к ним, но они не собирались останавливаться. Эмилия встретилась взглядом с отцом. В ее глазах он увидел ненависть и злобу, но это было не так, это была спокойная решимость. Он не увидел того, что было на самом деле, только потому что, давно ослеп по отношению к людям. В его глазах она увидела злость, пренебрежение, уверенность, что это лишь ее игра на его чувствах и маленькие отблески страха. Она увидела то, что было на самом деле, только потому что, никогда не давала себе ослепнуть по отношению к людям. – Эми, милая, я прошу тебя не делай этого. Твой папа погорячился, не надо этого делать. Дочка прошу тебя, – Слезно просила ее мать, но она не слушала и продолжала обуваться. – Я имел в ввиду то, что я и имел в ввиду, не надо говорить ничего такого Мария, – Ответил на ее слова мужчина. – Лютер, – Она просяще и немного укоризнено прокричала в ответ, а за тем сказала еще – Я прошу тебя, забери свои слова назад, останови ее, – Но уже было поздно, Эмилия и Аарон покинули дом. Умоляния и невозможность что-то сделать, не нравились ей в Марии. Она тоже была такой, но больше она не собирается так делать. Никогда, теперь она будет нести ответственность, не только за свою жизнь. Так что ей надо было, как можно скорее стать той, кого никогда и никто не сможет заставить умолять или просить.       Это был поздний вечер, никто не видел их покидающих дом и направляющихся домой. Машина была оставлена на парковке, возле того самого лесочка, где они с Аароном часто зависали. Им потребовался час для того, чтобы добраться к ней. Они шли молча, на улице было холодно. Руки замерзали держать сумки, они останавливались пару раз, Эмилия курила, а Аарон заходил в круглосуточный, чтобы купить воды. Подойдя к парковке Аарон удивился, но ничего не сказал по поводу машины. Она выглядела черезчур новой, чтобы быть уверенным в том, что она была куплена подержаной. Внутри все еще пахло новым салоном. Но он не спрашивал, за последние два месяца он понял, что ей можно доверять хотя бы немного. Она смогла, убедить его в этом.       Они ехали долго, он видел, как сменяются цифры трасс, когда они съезжали на повороты. Видел, как сменялись пейзажи, когда они мчались домой. Один раз они остановились, чтобы перекусить и все еще молчали. Они молчали всю дорогу домой. Все добрые 3 с половиной часа, только радио играло в машине. Заезжая в город, Аарон увидел вывеску: "Добро пожаловать в Колумбию". Они заехали в захудалый район, не неблагополучный, но и не люксовый. Подъехали к дому припарковав машину на подъездной дорожке. Выгрузились и зашли в дом. – Добро пожаловать домой, – Сказала Эмилия разуваясь. Маленькая прихожая, коридор ведущий мимо лестницы на задний двор, относидельно высокий потолок, кухня с барной стойкой, гостиная со старым желтым поленявшим диваном и телевизором с пустыми книжными полками. – Иди выбирай себе комнату, только чур комната напротив лестницы моя, – Сказала девушка, наливая себе стакан воды на кухне.       Он поднялся на второй этаж, проходя дверь напротив лестницы он заглянул в первую попавшуюся комнату, она была по левую сторону коридора. Достаточно просторная, окно напротив двери, комод напротив кровати, в правом дальнем углу дверь в ванную комнату. Он вышел и зашел в комнату напротив, такая же планировка, только без ванной комнаты. Она нравилась ему больше, наверное потому что она повторяла расположение комнаты в которой он жил в доме Хеммиков. Но этого мы уже не узнаем, как и Аарон, потому что он не задумывался над этим слишком сильно, ему просто понравилась комната и все, больше ничего.       Он кинул сумки у входа, упал на кровать и свесил одну ногу, это было ново. Опять переезжать, но уже не с тем чувством опусташенности, а ожиданием новой жизни. – Будешь здесь? – Спросила стоящая в проходе девушка, со скрещенными руками – В той комнате если, что есть отдельная ванная комната, – Она указала себе за спину большим пальцем правой руки и отталкнувшись от дверного косяка, прошла в глубь комнаты. – Я знаю, но мне понравилась эта, – Он подметил то, что лицо сестры наконец-то рассалабилось. Будто она уже не бежала и не пыталась быть слишком сосредоточеной, на сборе вещей, покидании дома, пути к машине, поездке домой. Она открыла окно проветривая комнату от застоявшегося воздуха, из окна сразу же подался свежий воздух, такой вкусный и приятно прохладный. – Тогда ладно, – Она подвинула его ногу, присаживаясь на краю кровати, смотря в окно – Тогда отдыхай, завтра решим все остальные вопросы, надо будет купить новую мебель, постельное, матрасы, может даже небольшой ремонт сделаем, обговорим пару вещей, – Вздохнув она встала направляясь на выход – Спокойной ночи, – И вылючила свет. – Спокойной ночи, – Уставшим голосом ответил он. Он был слишком уставшим, чтобы думать, что она хочет обговорить. Он не задумывался слишком глубоко и просто уснул.