Глава 3: Дом
24 мая 2025 г., 07:28
— Ты в порядке, сынок?
Голос Хэнка прозвучал неожиданно, как всегда — резкий, но тёплый. Коннор поднял глаза от терминала. Работа шла — рутинная, как и всегда после отчётных недель. Преступления, допросы, анализы. Много шума — мало смысла.
— Я функционирую в пределах нормы, лейтенант.
— Брось. Мы оба знаем, что ты больше не в пределах.
Хэнк уселся рядом, держа в руке бумажный стакан с кофе — по запаху, почти сгоревший.
— Ты не должен всё это тянуть один, Коннор.
— Я не один.
— Правда? А в свободное время ты с кем? Со статистикой?
Он замолчал. Ответ был очевиден — и бесполезен. Хэнк пристально на него посмотрел, по-своему добродушно.
— Слушай. У меня есть лишняя комната. Она вечно пустует. Сумо будет только рад. Хватит жить в здании ДПД, как чужой.
— Это… необычное предложение.
— Я не про дружбу с привидениями. Я про нормальность. Ту самую, о которой ты спрашивал сто раз. Ужин, телек, лай пса. Простые вещи. Может, ты и не человек, но от тебя уже несёт человечностью километра на два.
Коннор не сразу ответил. Он просчитал — 97.3% вероятности, что совместное проживание с Хэнком улучшит его социальную адаптацию. Ещё 84% — что это снизит риск эмоциональной перегрузки. И почти 100% — что он этого хотел, хотя и не знал, как назвать это желание.
— Я приму твоё предложение.
— Ну, наконец-то. Уговорил андроида. Почти как завести сына, только с зарядкой вместо завтраков.
Дом Хэнка пах уютом и псиной. Сумо с радостным ворчанием встретил нового жильца, ткнулся носом в его ладонь и сел прямо у ног, как будто признавая в нём своего.
— Он принял меня.
— Он лучше любого сканера чувствует, кто ты.Коннор прошёлся по квартире. Всё было немного хаотично, но живо.
Фотографии, пыльные книги, гитара с одной отсутствующей струной. Стены дышали воспоминаниями. И ни одна из них не была стерильна.Он поставил сумку в углу, сел на краешек дивана. Хэнк наливал себе пиво.
— Итак, — начал он. — Куда ты ходишь после смен?
Коннор обернулся.
— Я... изучаю город. Наблюдаю. Веду неофициальное наблюдение за потенциально чувствительными объектами.
Хэнк прищурился.
— "Чувствительные объекты", ага. Женщина, да?
Молчание. Коннор не нашёл нужных слов. Его алгоритмы зафиксировали отклонение в сердечном ритме. Что-то похожее на сбой, но приятный.
— Ты начинаешь меняться, — сказал Хэнк, садясь рядом. — Это хорошо. Главное — не теряй себя в этом.
Коннор задумался. У него не было чёткой формулировки, кто он теперь. Но впервые за долгое время он ощущал не пустоту, а... направление.И всё чаще это направление вело его туда, где на кофейных чашках оставались тонкие трещины.
