О родителях

Блу зачастил в гости к кошмарам. Дни сменялись, Радиер рос, с ним было все интереснее играть. Теперь уже можно было строить вместе башни из кубиков, которые ребенок с громким смехом ломал. Разрушительная струнка в его душе имелась. Когда Блу приходил в замок, рядом с ним всегда оказывался Даст. В первые разы Голубика даже не обратил на это внимания. Ну приготовили для него сэндвичи, и что? А в следующую встречу его угостили тако. Приятно конечно, но ведь так поступают друзья? После Даст предложил сходить вместе выпить кофе в какой-нибудь вселенной. Блу подумал, что его используют как ходячий портал, сам же Даст не умеет перемещаться между мирами. Когда Голубику позвали на фестиваль, до него наконец-то дошло. За ним ухаживают. Туда Блу согласился пойти. В мире Джэпэнтейла всегда проходили замечательные фестивали со множеством вкусностей и конкурсов, проходящих в разноцветных палатках, окруженных яркими огнями. Японская тематика вселенной придавала всему этому событию особый шарм. Даст купил им по такояки — печенька-рыбка, начиненная бобовой пастой. Блу улыбнулся с неловкостью. И все-таки, это свидание! — Вечером будут фейерверки… — пробормотал Даст. Похоже, он смущен не меньше, чем сам Голубика! — Дождемся их? — спросил Блу в своей обычной веселой манере. — Обязательно, — облегченно улыбнулся Даст. Они шли по улочкам, залитым ярким искусственным светом. Горели фонари, монстры вокруг толпились, весело болтали между собой, тут и там сновали дети. Блу откусил еще кусочек от своей рыбки и улыбнулся, смотря на своего спутника. Он был на удивление спокоен. — Даст… — осторожно начал Блу, — скажи, а почему я? — Что ты? — не понял он. — Почему именно меня позвал на фестиваль? И… вообще, почему именно Джэпэнтейл? Не замечал за тобой любви к аниме или чему-то подобному. На лице Даста появился легкий, едва заметный румянец. Он сунул руки в карманы и начал говорить, с каждым словом все тише и тише от неловкости: — Я подумал… Что тебе понравится… Здесь, ну, романтичненько и все такое… А если говорить именно о тебе, — Даст посмотрел Блу прямо в глаза, — ты кажешься мне безопасным что ли. — Безопасным? — Черт, это звучит слишком невежливо, будто бы я тебя использую… Нет, все не так! — А как? — Просто… Ты знаешь, в Дасттейле много дерьма произошло. И я много дерьма сделал. И вокруг меня монстры, которые тоже делали всякое, скажем, нехорошее. Все, кто меня окружают, это сломанные существа. Какие-то проблемы, страхи, бурлящая внутри ненависть… Это все, конечно, можно принять, но… Я бы хотел иметь в своей жизни островок спокойствия, понимаешь? Блу поежился, словно вдруг стало холодно. — И ты думаешь, что я именно такой? — Я не думаю, я знаю, — Даст опустил голову и горько улыбнулся, — все это звучит ужасно, да? Будто бы просто какой-то расчет, но… Это не так. Это просто то, что меня привлекает в тебе. Ты мне нравишься потому что… Ну… — Потому что по сравнению с тобой и командой Найтмера я относительно нормальный, да? Голубике было странно слышать это все. Он понимал, что Даст вряд ли в него мог втюриться как подросток, но подсознательно Блу будто бы хотел услышать какие-то комплименты и слова о любви. — Дело не в какой-то там “нормальности”! — с жаром начал объяснять Пыльный, — от тебя веет уютом. Комфортом. Нежностью, понимаешь? — Хм, наверное да. — Я не знаю, что мог бы дать тебе взамен. Я… Сломанный, натворивший делов в родном мире, наделавший кучу ошибок… Но я хотел бы защитить тебя и то, кем ты являешься. Я бы не хотел, чтобы хоть что-то в жизни могло бы как-то изменить тебя. Сделать жестким, заставить разочароваться в этом мире. Я бы хотел сделать все, чтобы ты остался таким, какой ты есть. Блу не ответил. Все было одновременно простым и сложным. Разговор был не из приятных, но в эту секунду они стали как-то близки… Даст словно обнажил душу перед ним, говоря от чистого сердца все, что думает и чувствует. Голубика ценил его честность. — Посмотрим, что ты сможешь сделать, — наконец сказал Блу после длинной паузы, — пойдем, перед тем, как идти смотреть фейерверки мы должны еще выловить рыбку и выиграть в тире. *** Маленькая золотая рыбка наворачивала круги в аквариуме, а Блу наблюдал за ней. Небольшой презентик остался напоминанием о фестивале. Чудный вечер, который он провел с заботливым монстром. Даст суетился вокруг него, покупал вкусности и пытался быть милым. Мысли о прошлом дне заставляли Голубику смущенно улыбаться. Хлопнула входная дверь: домой зашел брат. Блу вышел из комнаты, свесился через перила и помахал рукой. — Привет! Давно не виделись, Папс! — То-то и оно, — недовольно пробубнил старший скелет, — ты дома вообще перестал бывать. — Меня не было всего два дня! — Почти три. Дома нужно ночевать, а не у Инка. Ты ему уже надоел, наверное. Блу не стал ничего отвечать на это заявление. Он понимал, что брат просто волнуется, поэтому не надо воспринимать его слова слишком близко к сердцу. Голубика спустился со второго этажа и прошел на кухню. С утра он уже приготовил тако. — Будешь кушать? — миролюбиво спросил скелетик. — Давай. Братья сели за стол, перед каждым из них стояла тарелка с мексиканской стряпней. Папайрус с удовольствием накинулся на тако, словно до этого не ел неделю! Блу же кусок в горло не лез, слишком уж он сильно переживал из-за всего произошедшего. — Что-то случилось? — обратил внимание на своего маленького Папс. — Знаешь, брат… — с долей неловкости начал Блу, — тут такое дело… — М? Что-то случилось? Тебя кто-то обидел? Голубика поежился. Он чувствовал, что стоило бы ему хоть на кого-то пожаловаться, как Папайрус разорвет ткань пространства и времени, чтобы наказать виновника. — Да нет. Просто один монстр стал… Ну… Скажем, я ему понравился. — Кто?! — взорвался Папайрус. “Наверное, зря я ему сказал…” — подумал Голубика. Но держать в себе он это не мог. Как же не поделиться этим с братом?! — Да не важно, ты его не знаешь. — Он из другой вселенной значит? — Да. И я, если честно, не знаю, нравится ли он мне или нет. Вроде он милый и все такое… — Передай ему, — прошипел Папаруйс, — если он тебя хоть пальцем тронет, то я ему все косточки переломаю. Ни одной целой не оставлю! — Папс!!! — вскрикнул Блу, подскочив с места, — можешь ты хоть немного успокоиться и выслушать меня?! Послушать мои чувства, а не угрожать всем подряд?! Может быть, я хочу любви! Я хочу, чтобы меня “пальцем тронули”! — Ты еще маленький! — Ага, маленький! Состарюсь в одиночестве, потому что я для тебя всегда буду слишком маленьким! Тебе плевать, что я чувствую, чего я хочу! Ты хочешь всю жизнь меня около себя держать! — Да ты наделаешь ошибок! Он обманет тебя, а ты будешь глядеть влюбленными глазами, а потом лить горькие слезы! Я уберечь тебя хочу! — Ты меня от жизни оберегаешь, Папайрус. Блу не стал себя утруждать даже тем, чтобы выйти за дверь. Он открыл портал прямо на кухне и сиганул туда, убегая от брата. Тот ошарашенно смотрел вслед, не понимая своей ошибки. *** Голубика месил тесто. С остервенением мял его, избивал кулаком, сжимал изо всех сил. Бедные будущие пирожки, может, уже и хотели начать молить о пощаде, но они пока что были всего лишь бедным тестом… Инк зашел в свой дом, прислонил кисть к стене и тихонько прошел на кухню. Он видел, что Блу, мягко говоря, не в настроении. Инк тихо присел за стол и подпер голову рукой, ожидая, пока на него вывалят причину такой агрессии. — Брат меня не понимает! — выдал Блу, когда закончил месить. Он посыпал стол мукой и кинул тесто на припорошенную поверхность. Инк не стал задавать лишних вопросов или вслух предлагать помощь. Он просто встал, сполоснул руки, взял с кухонной тумбы миску с уже готовой клубничной начинкой и поставил перед собой. Оторвал кусочек теста и начал лепить пирожок. Блу рухнул напротив и занялся тем же. Его изделия выходили неаккуратными, начинка вытекала, но Голубика продолжал занимать руки, пытаясь собраться с мыслями. — Я просто рассказал о том, что я нравлюсь Дасту, а он сразу истерику устроил! Сразу стал угрожать! — А ты нравишься Дасту? Блу прикусил язык. Он еще не рассказывал Инку, что бегает на свиданки с одним из кошмаров. Теперь придется разбираться в ситуации с самого начала. — Да. Мы ходили на несколько свиданий, вчера вот на фестивале были… И я не знаю, стоит ли оно того. — А он тебе нравится? Блу сразу задумался. Он и себе задавал этот вопрос, но никак не мог найти ответ. — Инк, я не знаю. Мне… Нравится с ним гулять, но я не думаю, что это именно то самое. Могу ли я искренне полюбить его? Когда-то мы встречались только на поле боя, если честно, то мне до сих пор это кажется каким-то сном. Словно… Быть с ним это неправильно. Инк положил на противень готовые пирожки. Он отряхнул руки и достал из органайзера несколько красок. Намешал себе любопытство с радостью и с удовольствием выпил. Такой коктейль дал Блу надежду. — А скажи мне вот что… Чувствуешь ли ты себя в безопасности рядом с Дастом? В голове сразу всплыли слова Даста. Он считает Голубику “безопасным”, но работает ли это в обратную сторону? Блу пересказал художнику их вчерашний разговор. — Я не спрашивал, что чувствует он, — уточнил Инк, — мне интересно, что думаешь ты? Комфортно ли тебе рядом с ним? Ждешь ли ты подвоха? — Кстати, нет, — сказал Голубика, задумчиво посмотрев в потолок, — мне с ним спокойно. Мне не кажется, что он может напасть. Он старается быть осторожным даже в словах, чтобы случайно не обидеть меня. — Тебе будет с ним тяжело, — сделал вывод Инк. Он взял уже полный противень, поставил на кухонную тумбу. Пока висела тишина, художник смазал пирожки желтком и поставил в духовку. Блу тем временем взял вторую миску с начинкой. Это было абрикосовое повидло, которое любит Дрим. — Почему ты так думаешь? — Тебя душит забота брата, а Даст будет таким же. Будет следить за тобой, оберегать и очень сильно ревновать. Ты готов к этому? — Не знаю, — признался Блу, — думаешь, все будет точно так же? — Вы оба должны приложить усилия, чтобы сделать жизнь друг друга комфортнее. Отношения — это работа обоих. Готов ли ты идти навстречу, терпеть его заскоки и меняться ради него? Блу погасил глаза. Перед ним появился образ Даста. Может ли он измениться ради него? Ради убийцы, уничтоживший все Подземелье? Ради запутавшегося и сумасшедшего скелета? Ради заботливого и милого с ним Санса? — Наверное, да… Инк подошел к Голубике и обнял его. Блу обнял в ответ и уткнулся другу в плечо. Художник заботливо погладил его по спине. — Это сложно. Отношения это всегда сложно. Знаю, тебе хочется любви, яркой и пылающей. Но сделай правильный выбор. Цени заботу и уважение выше страсти. Я… Не могу любить, но я могу быть счастлив в отношениях, понимаешь? Блу отпустил его. — Ты прав. Мы… Мы с Дастом попробуем. Инк, спасибо тебе за все. *** Блу в очередной раз пришел в замок кошмаров, чтобы понянчиться с Радиером. Он знал, что его всегда приветствуют в этой вселенной. В дверях его, как обычно, встретил Даст. — Привет, — с милой улыбкой поздоровался Блу. Вместо уже привычного рукопожатия он потянулся за объятиями. Даст выглядел растерянным, но все равно прижал к себе Голубику. Они стояли так пару секунд, а после отпустили друг друга. — Рад тебя видеть, — сказал Даст, расплывшись в слабой улыбке. — Я тоже. Слушай… — М? — Может быть сходим в кино? В Мувитейле очень неплохие кинотеатры, да и фильмы там интересные снимают. Даст улыбнулся. Блу впервые пригласил его куда-то первый, это дало ему надежду. Когда Голубика рядом с ним, призрак брата не появлялся. Пыльный чувствовал в себе силы справиться со своим прошлым. Ради своего счастья и счастья Блу.