Маленький Принц // The Little Prince

Эндрю не часто сталкивался с таким явлением как испепеляющий взгляд – обычно в глазах людей была либо пустота, либо открытая ненависть – но сейчас он искренне надеялся, что его глаза способны прожечь дыру в башке Нила Джостена.       — Что? — поморщился тот, тупо пялясь в ответ.       — Нахуй ты сказал «да»? — наливая в свою кружку остатки какао, процедил Эндрю. Подросток напротив него сделал глоток и скривился. Этот гад, похоже, совсем не ценил сладкое, так ещё и, судя по тихим комментариям, воротил нос от приторного запаха. По миру ходит достаточно народных легенд о нечисти, что в канун Рождества стучится в двери честных людей, чтобы проникнуть в дом и испортить людям праздник. Эндрю начинает жалеть, что не верил в Санту и Гринча.       — А почему нет? — с вызовом уставился на него Нил.       — Сегодня утром ты хотел свалить, — руки сами потянулись рукаву толстовки, хранящему лезвие ножа, — так что я последний раз спрашиваю…       — Ладно-ладно, — Нил отставил кружку, заводя ладони за голову в сдающемся жесте, — объясняю для особо одарённых: мои родители вчера умерли, и мне теперь негде жить. Стало яснее? Или нужно с картинками?       — В приюте для тебя уже нагрето место, — напомнил Эндрю, резко перекидываясь через кухонный островок, чтобы нависнуть над подростком. Их лбы почти соприкасались.       — Ага, чтобы меня окружал десяток таких как ты? — выгнул бровь Нил, не сдвинувшись корпусом ни на сантиметр. — Перебьюсь. Эндрю резким рывком отстранился, чтобы в следующее мгновение оказаться сбоку от подростка. Тот крутанулся в его сторону, чуть не свалившись со стула.       — Джостен, — рукой Эндрю хлопнул по кухонному островку, — вали нахуй из моего дома, больше предупреждать не буду!       — Заставь меня! — оскалился Нил, спрыгивая на пол. Если бы в жизни была шкала с процентами ненависти, то благодаря Джостену она бы поломалась ещё три предложения назад. Пробила потолок и дотянулась до луны. Какие врачи говорили, что у него проблемы с агрессией? Да ему пора присвоить звание Будды, за такую выдержку! Эндрю ткнул Нилу между бровей:       — Спи с открытыми глазами, если жизнь дорога.       — Надо же, я хотел посоветовать тебе то же самое, — гаркнул подросток, не скрывая нахальной ухмылки. — Как думаешь, твоя дорогая мамочка сильно расстроится, если я поцарапаю её сокровище?       — Мальчики. Нил дёрнулся, переводя взгляд от злорадствующего Эндрю к Би. Женщина, скрестив руки на груди, оперлась на стену и внимательно рассматривала подростков. По её выражению лица сложно было понять, следила ли она за перепалкой с самого начала. Нил отвёл взгляд, в то время как Эндрю помахал в знак приветствия.       — Вы готовы меня слушать? — спросила женщина, на что получила два утвердительных кивка. — Понимаю, ситуация не из лёгких, но теперь мы уже никак не можем на неё повлиять. Эндрю закатил глаза. Конечно, могут. Достаточно просто пинком под зад выпроводить Нила на улицу. С такими как он в приёмных семьях обычно так и поступают, и впервые подросток был солидарен со своими предыдущими опекунами.       — Нил, ты будешь пока спать в гостиной на первом этаже, — продолжала Бетси, — но за месяц, я думаю, мы сможем переделать кладовку. Почти чулан, почти под лестницей. Эндрю пробормотал:       — Не хватает только мистера Дурсля. На мальчика, который не хочет выжить плевать, но интересно, обидится ли на такое сравнение Би? Не то чтобы Эндрю действительно приравнивал её к этой сучистой сестре Лили. Если уж на чистоту, миссис Дурсль была полной противоположностью Добсон. Нил по-совиному на него вылупился — ты реально был в коме, приятель? А Добсон, явно уловившая отсылку, нахмурилась.       — Ты же не против, правда? — спросила она у подростка, стараясь игнорировать опасный блеск в глазах своего сына.       — Кто такой мистер Дурсль? — поинтересовался Нил. — К нам должен приехать кто-то ещё? Он тут же пожалел о своём вопросе, потому что Эндрю возле него согнулся пополам от смеха и даже Бетси не могла скрыть лёгкое подрагивание уголков губ.       — Персонаж из “Гарри Поттера”, — как можно спокойней произнесла она. — В этом году экранизировали первую книгу цикла.       — А, ясно, — только и сказал Нил, бросая презрительный взгляд на Эндрю.       — Возвращаясь к теме нашего разговора, — привлекла внимание Бетси, — Нил, ты согласен с моими условиями?       — У меня нет выбора, — покачал головой подросток. — Кстати, как мне к вам обращаться? Я имею в виду… Мне надо будет называть вас мамой? Мисс Добсон? Он так и не смог озвучить свой вопрос, но Бетси его поняла.       — Как будет угодно, — ответила она. — Я психотерапевт, и потому привыкла, что клиенты дают мне те имена, которые сами захотят.       — И вас это не бесит? — удивился Нил. — Что ваше имя коверкают? Если женщина и почувствовала на себе заинтересованный взгляд Эндрю, то виду не подала.       — Это не совсем коверканье, — поправила она. — Особые обращения и имена помогают создать между людьми доверительную атмосферу и выстроить определённые границы. Мне не важно, как именно ты будешь называть меня, Нил, просто сделай так, чтобы я поняла, что ты обращаешься ко мне. Нил кивнул и затих.       — Как в детском саду, — фыркнул Эндрю, обходя подростка. Он наклонился к Бетси, шепча достаточно громко,чтобы Нил услышал:       — Би, у тебя есть ещё Эбби и Ваймак.              — О чём ты? — удивилась женщина, виновато поглядывая на вновь ничего не понимающего подростка.        Эндрю разочарованно вздохнул, смиряясь с тем, что всё придётся разжёвывать:              — Он к ним отлично впишется. Четвёртый человек с четвёртой фамилией. Ещё и странный. Идеальный кандидат в их семью.              — Я уже обещан вашей семье, — вмешался Нил. — Полиция не оценит внезапного переезда.              — Да копам начхать на тебя, — поморщился Эндрю, будто по десятому кругу приходилось объяснять прописные истины. — Увидят, что все конечности на месте, так вообще от радости в штаны наделают.              — Ну да, — с явным скепсисом ответил Нил. — Тебе виднее.        Эндрю не стал ничего отвечать и, прихватив одну из банок мороженого, оставшихся в холодильнике, ушёл к себе. Хотелось бы посмотреть на лицо этого домашнего ребёнка после того, как он попадёт в систему. К кому-то, кто не похож на Би. К кому-то обычному. О, это было бы увлекательное зрелище. Не долог час, наивное создание сообразило бы, что амбалы в форме и удостоверением только и могут, что трепать языком и заставлять писать им глупые бумажки с объяснительными. И махать дубинками. Но это иногда.       

***

Бетси за свою практику оказывалась в самых разных ситуациях: то у клиента прямо во время сеанса случался психоз, и до приезда скорой нужно было самостоятельно с ним справляться, то вламывались сумасшедшие родственники или знакомые, угрожавшие расправой за так называемое шарлатанство, то клиент звонил ночью в слезах, говоря о том, что сейчас наложит на себя руки. В общем, женщина уверилась в том, что готова к любому кризису и всегда может взять эмоции под контроль. И она ошибалась. Бетси не знала, заметили ли мальчики, но ей действительно было тревожно уходить к себе в комнату на ночь. Добсон боялась, что из-за сложных характеров они не заметят, как перегнут палку, вытворят что-то, пока она не видит, а потом станет уже слишком сложно и последствия будут необратимыми. Полицейский не шутил, когда спрашивал, смогут ли подростки оставить этот дом в целости и сохранности: девиантное поведение – хотя возможно у Нила оно было просто делинквентным – в купе с нестабильным гормональным фоном, присущем подростковому возрасту, не сулили ничего хорошего. От тревожных мыслей Бетси не могла заснуть. Она лежала на спине, прокручивая в голове самые мрачные варианты развития событий и дёргалась от каждого шороха, который доносился за дверью. Когда в голове сформировался план на случай «я открываю глаза, дом горит, а детские тела лежат рядом», Добсон всё же решила спуститься на кухню и заварить какао. Так она хотела показать самой себе, что всё в порядке и ничего страшного спустя час после того, как во всех комнатах погас свет, не произошло. От движения возле холодильника стук сердца стал отдаваться в ушах. Бетси переступила последнюю ступеньку лестницы и как можно тише включила свет. Эндрю стоял с банкой мороженого в руках и десертной ложкой во рту, жмурясь от ярко зажёгшейся лампочки. Изображая сонливость, Бетси прикрыла рот рукой.       — Привет, — нервно улыбнулась она, решив всё же налить себе холодной воды. — Плохой сон?        Не «не наелся?», потому что перед тем, как взять Эндрю к себе, женщина изучила достаточно информации. К приемным детям все относились по-разному, от чего у тех могли формироваться особые пищевые привычки, а иногда даже развиваться серьёзные расстройства. В случае Эндрю, он в абсурдных количествах потреблял сладкое и жирную пищу. Если изначально Добсон серьезно переживала по этому поводу, то, посоветовавшись с Эбби, решила подождать, пока подрастающий организм пресытится тем, чего ему не хватило в раннем детстве.              — Просто бесит Нил, вот и всё, — отмахнулся Эндрю, зачерпывая ложкой очередную порцию мороженого.        Бетси быстро окинула его взглядом, проверяя, не появилось ли новых шрамов или синяков, и только после этого немного расслабилась.              — На самом деле, если вы совсем не уживётесь, — вздохнула Добсон, — мы можем попробовать пристроить его в хорошую приёмную семью или приличный детский дом.        Подросток перестал жевать и повернулся, чтобы посмотреть ей в глаза:              — Ты же в это не веришь, да?        Бетси, конечно, смотрела на мир менее пессимистичным взглядом, но даже она понимала, насколько мала вероятность того, что какая-то благополучная семья захочет взять себе подростка с явными проблемами в поведении. Про специальные учреждения и говорить нечего – часто туда идут работать люди, которые вовсе не любят детей, но нуждаются в деньгах.       — Я не хочу, чтобы ты чувствовал себя некомфортно, — попыталась объяснить она.              — Да ладно, Би, дело не во мне, — Эндрю снова перевел взгляд на своё мороженое, запуская туда ложку. Его голос, возможно непроизвольно, стал тише. — Тебе самой то нормально?        Казалось, будто с плеч упал тяжёлый груз.              — Эндрю, не переживай за меня, — Бетси сжала пальцы в кулак, сдерживая порыв потрепать подростка по голове, — мне совсем не трудно.        Он усмехнулся, но ничего говорить не стал.        На втором этаже со стороны туалета раздался щелчок, а затем Нил бесшумной тенью быстро спустился по лестнице. Эндрю, отсалютовав Добсон, направился к себе и показательно столкнулся с подростком плечом.       — Он надо мной издевается, да? — борясь со сном, пробурчал Нил.              — Эндрю не привык к компании, — объяснила Бетси, наблюдая за тем, как подросток залпом осушает стакан воды и сразу наливает себе следующий. — На самом деле, он не плохой ребёнок.              — Он вас не слушается, — указал Нил, — и я не думаю, что вы не бьёте его только потому, что я свалился вам на голову.        Остатки дрёмы окончательно покинули женщину:              — Я бы никогда не ударила ребёнка, — серьёзно проговорила она, — не только своего, а вообще.              — А зря, — задумчиво ответил Нил, мыслями явно находясь далеко отсюда, — вспыльчивость ни к чему хорошему не приведёт.              — Я думаю, со временем это пройдет, — парировала Бетси. — Когда… он станет старше, то научится себя контролировать.        Когда поймёт, что теперь ему не нужен нож и грубая физическая сила, чтобы быть в безопасности. Когда он привыкнет к тому, что ему ничего не угрожает.              — Он не научится, если вы не поставите его на место, — поморщился подросток. — Слова – это, конечно, хорошо, но чтобы прочно вбить что-то в голову, их недостаточно.        Либо Нил не придавал этому значения, либо просто не осознавал, что что-то в его семье было не так. Сделав последний глоток из кружки, Бетси решила отложить эти размышления на завтра.              — Пожалуй, мы по-разному смотрим на воспитание детей, — пожала плечами Добсон. — Думаю, стоит поговорить об этом как-нибудь позже.              — Пожалуй, — согласился он, наливая себе третий стакан воды.              — Но, Нил, прошу тебя, — уходя к себе, попросила женщина, — не пытайся исправить его за меня, ладно?              — Больно надо, — отмахнулся Нил. — Услуг няньки не оказываю.       

***

Был где-то полдень, когда Эндрю выбрался в гостиную с новой банкой мороженого. Он включил себе какую-то старую комедию, и вскоре из прихожей раздался звук открывающейся двери. Это точно не была Би, потому что та сейчас заканчивала внезапно назначенную онлайн-сессию у себя в комнате на втором этаже.        Из коридора показалась тёмная, взлохмаченная шедшим с раннего утра дождём макушка. В один момент она вновь скрылась в коридоре, где три раза некто громко чихнул.              — Чтоб ты помер, — вместо “будь здоров” ответил Эндрю.        Нил по инерции начал говорить “спасибо”, но на середине слова резко себя одёрнул, чем вызвал смешок у подростка.              — Только после твоей сахарной передозировки, — процедил он, гневно шмыгая носом.        Эндрю не выглядел впечатлённым.              — Знаешь, — отстранённо сказал тот, нарочито громко открываю банку мороженого, — в следующий раз, когда пойдёшь гулять, потеряйся на подольше. Лучше навсегда.              — Замки ещё смени, — хмыкнул Нил.              — Не подавай идей, — Эндрю указал в его сторону ложкой. — Ты же не делал дубликат ключей?        Подросток закатил глаза, показательно выворачивая карманы:              — В следующий раз проникну в дом через окно.              — Да уж не порть замок отмычками, — произнёс Эндрю, с удовольствием наблюдая за тем, как вытягивается лицо Джостена от того, как быстро его раскрыли.        Конечно, догадаться было не сложно. Нил мог обмануть кого угодно: копов или Бетси, но Эндрю своим нутром чувствовал, что с парнем что-то не так. Он ощущался как опасность, угроза то ли скрытая, то ли потенциальная. Возможно, придётся всерьёз задуматься над тем, как сделать из дома Би неприступную крепость.       — А я думал, твой мозг уже давно слипся от сладкого, — разочарованно протянул Нил, наблюдая за тем, как Эндрю достаёт нож.       — Подрезать бы твой язык, Джостен, — во взгляде Эндрю мелькало неприкрытое раздражение.       — Кстати об этом, — улыбнулся Нил, указывая на банку мороженого, — верхушку я облизал.

***

Бетси чувствовала, что в какой-то момент явно совершила ошибку. Только непонятно когда и где. Ей срочно надо было с кем-то это обсудить и вскоре такая возможность ей представилась. Из гостиной доносилось слишком много шума, когда раздался звонок в дверью. Добсон быстро спустилась вниз и направилась к прихожей. Двое подростков в гостиной сидели слишком прямо и тихо, но сбившееся дыхание – дай бог, это была просто мелкая перепалка или драка без непредвиденных осложнений – выдавало их с головой. Женщина открыла дверь, и подруга тут же налетела на неё с крепкими объятиями.       — С наступающим Новым годом! — радостно протараторила Эбби. — Бетси, Эндрю и… Нил, правильно? Она посмотрела на Добсон, кивнувшую в знак подтверждения.       — Мы послезавтра уезжаем, но не можем оставить вас без подарков! — продолжила она, передавая Бетси огромный пакет. — Кевин, не стой столбом, иди поздоровайся. Когда сын Эбби ушёл, Бетси повела её наверх в ванную. Та попросила у Добсон подарочный пакет и из-под гор сладостей и мелких безделушек достала свою аптечку.       — Такая осмотрительность, — не смогла сдержать улыбки Бетси.       — Разумеется, — ответила женщина, одевая фонендоскоп, — ты же не могла оставить дома послушного, примерного ребёнка. Я не хочу, чтобы он брыкался раньше времени. Добсон потёрла виски. Возможно, несмотря на часы супервизии, именно так проявлялась её проф.деформация. Хотя бы себе она могла признаться, что не сильно сопротивлялась просьбе полицейского, именно из-за того как выглядел и вёл себя Нил.       — Что у него с питанием? Стулом? Замечала что-то странное?       — Нет, — немного подумав, ответила Бетси. — Он сильно потрёпан, но скорее пострадал физически, чем морально. С подозрением относится к любой еде, которую ему предлагают, но в его ситуации в этом нет ничего необычного. Эбби кивнула, сделав определённые выводы. Вместе с подругой они сделали небольшую перестановку, примерно имитируя врачебный кабинет.

***

      — Кевин? — Нил выгнул бровь, уставившись на Эндрю. Тот устало вздохнул:       — Ну да, ещё одна заноза в заднице, вроде тебя, — он указал в сторону прихожей. — Би дружит с их семьёй, так что привыкай к этим рожам.       — Однажды я вымою тебе рот с мылом, помяни моё слово, — раздалось прямо над ухом Нила. Тот обернулся, быстро окинув взглядом подошедшего подростка, и от неожиданности неуклюже грохнулся на пол.       — Смотри, — ткнул в него Эндрю, — даже этот придурок от тебя шатается. Стоит задуматься!       — Да пошёл ты, — протянул Кевин, тут же обращаясь к Нилу. — Проблемы с координацией? Воспоминания сменялись одно за другим. Те же зелёные глаза, чёрные, но не крашенные в отличие от него самого волосы. Ещё один мальчик, его ровесник азиатской внешности. Игра. Тяжесть шлема, с которой тонкая детская шея ещё не могла справиться. Мяч. Свисток тренера, который ещё пять минут после раздавался в ушах отвратительным звоном. Отец. Кровь, залившая кафель. Она немного попала на детей, и кожа от неё неприятно стягивалась. Кислый запах, от которого хочется вывернуть содержимое желудка наизнанку. Как и сейчас. Нил не мог смотреть куда-то кроме как на пол. Словно в замедленной съёмке ему протянули руку. Голоса о чём-то спорили, и Нил с трудом смог вынырнуть из-под толщи мыслей, грозившихся поглотить его полностью. Спина была полностью мокрой от холодного пота. Благо, сейчас на нём была толстовка, легко скрывавшая все признаки внезапные приступы паники.       — Ладно, прости, вставай, — подбодрил его Кевин, подтягивая за руку наверх. — Меня зовут…       — Я знаю, — стараясь звучать максимально спокойно проговорил подросток. — Ты же Дэй, правильно? Кевин Дэй. Тёмные карие линзы хорошо перекрывали естественный цвет глаз, а корни волос ещё не успели отрасти. Эта непреднамеренная встреча грозила обернуться для Нила серьёзными проблемами. И на паре синяков они не закончатся. Нужно было притвориться, будто он его не узнал. Но Нил не смог.