Paint the town blue

Alex’s POV       Мы ищем моего напарника вот уже неделю, и никаких, совершенно никаких намёков на то, где он находится, у нас нет. В том, что его похитил именно Макс Ферштаппен и никто другой, сошлись во мнении как эксперты, так и я с профайлером. Хотя, если уж честно, то Лоусона никто в дело не звал, он сам в него «влез», ведь услуги профайлера нам сейчас не нужны. И на то, что наш преступник именно Макс, подтолкнуло ещё то, что похитители не выдвигали никаких требований — зачем похищать человека, если не нужен выкуп? Максу выкуп был не нужен, ему нужен Чарльз, поэтому все подозрения и упали именно на него.       Сидя в кабинете, который еще недавно я делил с вечно недовольным монегаском, я читал отчёты офицеров и криминалистов, осматривавших место происшествия. Мне говорили, что этот Макс — крайне аккуратный убийца, и, видимо, находясь на лечении он этого не растерял. На месте, где пропал Чарльз, были найдены осколки от разбитой бутылки, причём на некоторых были найдены следы крови, но не было горлышка от бутылки и осколков от её дна; какие-то личные вещи напарника, но, что самое интересное — разбитый телефон Леклера, под чехлом которого лежал какой-то замызганный стикер с неаккуратным рисунком сердца. Откуда он взялся? И значил ли он что-то для Чарльза, раз он его таскал под чехлом телефона? Я спрашивал об этом у Логана и Эстебана, но ни один, ни второй знать не знали откуда взялся этот стикер.       Когда к нам на разговор пришёл сосед Чарльза, Юки, то я спросил у него про этот стикер, но и он не знал откуда он взялся. Он сказал лишь то, что когда-то уже видел этот рисунок, но не может вспомнить где. Я попросил его сообщить мне, если он вдруг вспомнит об этом, но я сомневаюсь, что это случится в ближайшем будущем.       Эстебан несколько раз пробовал провести дактилоскопическую экспертизу стикера, но все найденные на нем отпечатки принадлежали одному лишь Чарльзу. Какие-то из них были смазанными, какие-то более чёткими, но все принадлежали лишь моему напарнику. Так что, по сути, эта экспертиза носила лишь очередной «обязаловкой» по регламенту, чтобы потом приложить её в папку с делом.       Проверка камер с того района тоже ничем не помогла — одна камера смотрела в другом направлении и не снимала нужного нам угла, а вторая была, как ни странно, сломана и её починка была запланирована лишь на следующий день. Как-то при разговоре Логан говорил, что Макс умело подбирал места для нападений, где камеры либо были отключены по техническим причинам («спасибо» коммунальным службам, которые публикуют на своих страницах расписание ремонтных работ), либо сам отключал их, легко подключаясь к контролирующей их системе. Никогда бы не подумал, что отключить городские камеры так легко, буквально пара кликов с мобильного телефона, если знать нужные команды для определённых программ, упоминать названия которых я не стану.       Кстати говоря насчёт крови на осколках бутылки — Окон провёл экспертизу и было установлено, что кровь принадлежала Чарльзу. Он предположил, что Чарльза могли ударить сзади, разбить голову, но удар не был сильным, ну и пока он был в отключке, то его увезли. Как он позже пояснил: «Крови было не так много, чтобы можно было бы бить тревогу и обзванивать морги». Шуточки в подобном стиле — это фишка Эстебана. Но шуточка ли?       Мне еще показалось интересным то, что не было найдено осколков дна и горлышка от бутылки. В таких делах я еще новичок и знаю далеко не все тонкости, ведь до этого я работал в отделе по киберприступлениям, так что с физическими делами мы там сталкивались крайне редко. Так что чтобы разобраться в этом вопросе, я навестил того, кто проводил экспертизы.       Эстебан как раз находился в своём кабинете и занимался составлением очередного отчёта, когда я пришёл к нему на консультацию. Я бы не сказал, что он был удивлён моему визиту, скорее, он его ждал.       — Я думал, что ты зайдёшь куда раньше.       — Прости, работа детективом отличается от работы за компьютером.       — Как я тебя понимаю.       Мы улыбнулись друг другу, после чего он предложил мне сесть на кресло у его стола, и я не отказался. Мы перекинулись парой фраз, скорее для того, чтобы прощупать обстановку в кабинете и настрой на разговор, после чего я все же задал свои вопросы.       — Слушай, я в этом всем новичок, так что у меня есть вопросы по поводу улик.       — Без проблем, задавай.       — Ты в отчёте написал, что на месте похищения были осколки от бутылки, но среди них не было осколков от её дна или горлышка.       — Да, я помню.       — Можешь объяснить, как ты это понял?       Эстебан улыбнулся и стал рассказывать мне об особенностях стеклянных бутылок, которые я и так знал вообще-то. Я же видел их, так что знаю про бороздки на дне и кольца на горлышке. Но я все равно выслушал короткий монолог от француза.       — Так, а как думаешь, почему их не было обнаружено?       — Элементарно. Он их собрал.       — В смысле? Ударил Чарльза по голове, затем собрал определенные осколки?       — Именно. Вероятно, он был на машине, так что он уложил в нее Чарльза, затем вернулся на место и собрал их.       — Но зачем? Это же глупо. Его же могли спалить прохожие.       — Потому, что по меткам на дне бутылки, высеченному там номеру партии и по особенностям горлышка можно определить изготовителя. Найдешь изготовителя — найдешь место, куда он доставляет товары.       — Дальше просто локализуешь магазины по районам, опрашиваешь продавцов, и так можно выйти на след преступника. Точно же!       — Видишь, можешь, когда захочешь.       У Эстебана не было завала по работе, поэтому мы ещё какое-то время провели за разговором в его кабинете. Я просил его рассказать побольше об этом Максе, ведь я слышал о нём весьма спорные отзывы: кто-то говорил, что он был отличным парнем и были шокированы, когда узнали, что он и был неуловимым убийцей; кто, а именно Лиам, наоборот во всю горланил, что видел этого человека насквозь и чуть ли не с первого взгляда на него понял, что именно он и есть наш преступник. Конечно, были и те, кто ничего о нём не говорил, так как просто не общался с ним. Мне важно было узнать о нём от других людей, ведь я не могу основываться лишь на своём мнении и впечатлениях о нём. Мне это важно, чтобы я смог найти и спасти своего второго напарника, раз спасти Джорджа мне не удалось.       Окон был из тех, кто не мог ничего плохого сказать о Ферштаппене. Наоборот, он будто бы восторгался им, и это немного пугало. Видимо, в какой-то момент нашего разговора Эстебан заметил моё замешательство, на что он тихо засмеялся и покачал головой. Он стал мне рассказывать, что впечатлён не тем, что Ферштаппен оказался убийцей, а тем, как он умело водил за нос весь участок и как аккуратно он действовал.       — Представляешь, он даже слал фальшивые запросы со своего якобы предыдущего участка, и эти фальшивки были настолько хорошо сделаны, что никто, вообще никто из нас не догадался, что это ненастоящие запросы.       — Даже отдел айтишников при проверке не выявил этого?       — Нет, в том-то и дело. Логан даже проверял айпи адреса, откуда всё было прислано, и они совпадали с одним из участков в Нидерландах.       — Значит, он пользовался ВПН. Довольно простая операция, если так подумать.       — Да, но ведь до последнего никто не думал, что это может быть подстроено, поэтому никто ничего особо не проверял. Лишь ближе к поимке Чарльз попросил Логана присмотреться поподробнее к запросам, и вот тогда всё вскрылось.       — Да, я читал в деле. Сарджент оправил запрос в участок, а оттуда пришло письмо, что Ферштаппен у них не служит.       Эстебан кивнул, после чего стал рассказывать о том, как аккуратно, но чертовски точно Ферштаппен наносил удары жертвам. «Один удар — одно тело — никаких улик. До сих пор поражаюсь его познаниям в анатомии» — сказал судмедэксперт, поправляя очки на переносице. И всё же такой восторг серийным убийцей меня немного напрягает.       Проведя в кабинете Окона пару часов и узнав для себя много нового, я всё же сказал, что мне пора заниматься своими рабочими обязанностями, поэтому попрощался с Эстебаном и покинул его место работы. Мне захотелось внимательнее перечитать отчёты с допросов в деле Ферштаппена, чтобы попытаться лучше понять его мотивы, и, возможно, отследить его смену отношения к Чарльзу, если это всё же имело место быть. Может, мне даже удастся понять, с какой целью он сбежал в этот раз и что может угрожать Чарльзу.       Пока я шёл до кабинета, то на мой телефон позвонил сосед моего напарника — Юки. Я был немного удивлён его звонку, ведь мы совсем недавно беседовали, но никакой особо полезной информации я от него не получил. Не раздумывая, я принял вызов от японца.       — Алло? Юки, ты что-то вспомнил?       — Алло, да. Я вспомнил, где видел такие сердечки.       — Правда? И где же?       — Их рисовал Макс. Чарльз рассказывал, что Макс стал оставлять кофе у него на рабочем столе, и на его стаканчик клеил такие стикеры с сердечками.       — Но ты же говорил, что Чарльз все напоминания о Максе выкинул. Думаешь, он мог оставить хотя бы стикер?       — Зная Чарльза — легко. Он тот ещё любитель пострадать.       — Ну хорошо. Спасибо за информацию.       — Не за что. И…Алекс? Если будут новости, пожалуйста, сообщи мне, хорошо?       — Хорошо.       Закончив вызов, у меня стало как на один вопрос меньше, но на его место пришёл другой. Понятно, что найденный стикер был от Макса, это подтвердил Юки. Но откуда он взялся, если Чарльз тщательно избавился от любого напоминания о своём бывшем бойфренде? Тот же Юки говорил, что лично проверял телефон соседа и не видел в нём никаких сохранённых переписок, фотографий и прочего, что могло бы напоминать Чарльзу о его когда-то счастливых отношениях. Хотя, признаюсь честно, я не очень-то верю в то, что Леклер и правда от всего избавился. Моя «чуйка» прям кричит об этом, но обыск его дома, а особенно комнаты, ничего не дал, так что единственное, на что остаётся надеяться — это мобильный телефон напарника. Кстати говоря, им сейчас занимается Логан, хотя я и сам бы справился с этим заданием без проблем.       Уже находясь в своём кабинете и читая протокол одного из первых допросов, я решил написать своему когда-то почти коллеге из айти-отдела Сардженту. Мне стало интересно, неужели и телефон моего напарника окажется чистым, как и его комната?       Отправив сообщение американцу, я стал ждать ответа. Да, я бы мог позвонить, но зная Логана, то сообщения все же будут надёжнее, тем более, что вопрос не срочный. Наверное. Но спустя пару минут, когда я уже собирался все же позвонить ему, я наконец-то получил ответ.       Л.Х.Сарджент:       «Привет. Я просмотрел содержимое телефона Чарльза и, скажу тебе, что ни черта он там не удалил. Попрятал — да, но не удалил»       Я:       «Ты можешь переслать по почте содержимое?»       Л.Х.Сарджент:       «Я могу тебе скинуть отчёт с подробным описанием, но через какой час, ибо я в процессе его написания. Просто самих файлов слишком много и пересылка займёт целую вечность, а я слишком молод, чтобы терять молодость за компьютером ;)»       Я:       «Поэтому ты 24/7 сидишь за экраном любого попавшегося под руку гаджета? :)»       Л.Х.Сарджент:       «Ну кто-то же должен делать твою работу :)»       Прозвучало обидно, но справедливо — я же больше не занимаюсь ничем, что связано с компьютерами, а если и начну — потеряю место детектива. Хотя, если же снова быть откровенно честным, то на этом месте я оказался лишь по просьбе Фредерика.       После побега Макса во время его транспортировки в клинику, Фредерик позвонил мне и попросил прийти в участок. Он прекрасно знал, что я вернулся из Великобритании и пока не искал никакой работы, поэтому решил предложить мне вернуться в участок. Причём не так просто, а для роли «двойного агента». Сперва я не понял затеи начальника, поэтому он попросил меня прийти к нему в участок, чтобы он всё мне объяснил.       Собственно, на следующий день я уже сидел в кабинете у Фредерика, где он собрал Логана, Эстебана, какого-то светловолосого парня, которого я до этого видел лишь мельком и как оказалось — это наш новый профайлер Лиам Лоусон. Он нам рассказал о побеге Ферштаппена и распределил на каждого из нас разные задачи, цель которых, в принципе, была таковой: не дать узнать о побеге Чарльзу и пытаться найти хоть какие-то зацепки, которые помогут нам найти Макса. Собственно, если мы будем следить за Чарльзом и Макс выйдет с ним на связь, то так мы сможем отыскать беглеца, ведь изменения в поведении Леклера выдали бы его с потрохами. Поэтому я и вёл записи о передвижениях Чарльза, и был на грани провала, когда он поймал меня за его рабочим компьютером — слава богу, что я айтишник и прекрасно знаю, как стереть свои следы из чужих компьютеров, так что ему не удалось узнать, что я пытался найти. И вряд ли бы он что-то нашёл, так как я подключал его к программе Логана для отслеживания деятельности Чарльза за компьютером, ну и параллельно с этим искал подозрительные запросы на рабочем месте напарника.       Пока я был погружен в воспоминания, то не сразу заметил новое сообщение на электронной почте. Я посмотрел на имя отправителя — Логан Хантер Сарджент. Быстро же он управился, или это я слишком увяз в своих мыслях и даже не заметил, как пролетело время?       Нажав на новое сообщение, я принялся читать отчёт своего некогда почти коллеги. «В мобильном телефоне, найденном на месте похищения, не было обнаружено никаких подозрительных переписок/заметок/сообщений/запросов в поисковых системах, намекающих на то, что похищенный знал о месте нахождения сбежавшего М.Э.Ферштаппена или что они поддерживали связь. Все медиафайлы, текстовые и голосовые переписки датированы более ранним периодом, т.е. до момента первичного задержания М.Э.Ферштаппена, и не могут служить уликой в настоящем деле». В принципе, Логан уже говорил об этом, так что ничего нового отчёт не дал, а лишь подтвердил его слова. Он не стал прикладывать к отчёту переписку и фотографии с телефона, так как опять же — их было слишком много, но и роли особой они сейчас не сыграют — слишком старые и не имеют прямого отношения к этому делу.       Через пару минут Логан прислал ещё одно письмо, но уже без приложений. Я снова открыл его послание: «Скучал? Я тоже, так что слушай — Чарльз вообще ничего из старых файлов, где они с Максом, не удалял. Верно? Верно. Значит, Эстебан был всё же прав, и хоть на подсознательном уровне он мог считать себя до сих пор в отношениях с Максом. Ты как думаешь? И второй вопрос: если Чарльза похитил Макс (а мы все уверены на 100%, что это именно он), то каковы шансы на то, что Леклер в порядке? Не думаешь, что он мог бы его давно порешать и смыться, куда глаза глядят? Ведь именно Чарльз его сдал, и именно он его засадил за решётку. Не думаешь, что он выбрался, чтобы ему отомстить? Версия, конечно, пугающая, но чёрт знает, что творится в башке у этого Летучего Голландца. Короче, жду твоего ответа». Если на первый вопрос Логана я мог с большей вероятностью ответить положительно, то на второй…сказать трудно. По сути, он мог сбежать, движимый целью отомстить Чарльзу — по его вине он оказался в заключении, а их недавняя встреча могла послужить триггером к действию. Но с другой стороны — он любил Чарльза, причем любил больной любовью, и он мог сбежать, чтобы снова быть с ним. Так что, вероятно, что он мог его похитить, чтобы…чтобы с ним воссоединиться? Но если бы Чарльз отказался? Как бы отреагировал на это Макс с его расшатанной психикой? Попытался бы им манипулировать, или подумал, что Чарльз его отвергает и убил бы его, следуя принципу «Ну так не доставайся же ты никому!»? Чёрт, чем больше я думаю о версиях, тем больше во мне умирает надежда на то, чтобы найти Чарльза живым. Нет, я должен думать о положительном исходе, ведь вряд ли бы Джордж одобрил мой негативный настрой, тем более в отношении его близкого друга.       Закончив на сегодня с работой, я взял свои вещи, закрыл кабинет и покинул участок. Мне просто необходимо дать голове проветриться после сегодняшних разговоров и переписок. Хоть я и живу в совсем другой стороне от дома Чарльза, но я решил пройти тем же маршрутом, каким шёл монегаск в вечер его похищения. Уже был вечер, так что на улицах стали зажигаться фонари, а сами улицы стали постепенно оживать — повсюду стали появляться люди, спешащие домой с работы, ну или просто решившие прогуляться вечерком.       Я шел по людной улице, после чего завернул к перекрёстку, где и был похищен Чарльз. Я даже не удивился тому, что именно в этом месте людей было довольно мало, если были вообще. Посмотрев на столбы, я увидел камеры — одна из них так и была направлена в обратное к перекрёстку направление, а вторая…вторая была просто заменена, а не починена, даже «пломба» ещё не была снята. Жаль, но нам это вообще ничем не поможет.       Оглядев ещё раз место похищения и ничего нового не заметив, я развернулся и отправился домой — хочу скорее выпить кружку горячего чая и потискать своего кота, моего пушистого антистресса. Так что поправив воротник своей куртки и засунув руки в карманы, я быстрым шагом отправился в сторону своего небольшого, но уютного дома.