Зов сквозь молчание 2

Сеул. Утро. Чонгук проснулся раньше обычного. Кофе горчил, хлеб в тостере пригорел. Но он не обращал внимания. Его пальцы всё ещё чувствовали тяжесть кисти, даже во сне. Вчерашняя картина не давала покоя — не потому что она была завершена. А потому что в ней было сказано слишком много. Он включил телефон. Оповещение — новое сообщение. "V: Ты когда-нибудь прощаешь тех, кто сделал тебе больно?" Он смотрел на экран, как на пропасть. Это сообщение не было просто странным. Оно было слишком личным. Как будто человек по ту сторону знал… больше, чем должен. — Ты в порядке? — Хосок выглянул из кухни. Он только проснулся, волосы растрёпаны, на щеке — след от подушки. — Ты бледный. Чонгук убрал телефон в карман и выдавил улыбку. — Всё нормально. — Ложь, — спокойно сказал Хосок, подходя ближе. — Я чувствую. Ты опять замыкаешься. Тишина. Чонгук вздохнул. — Просто один человек написал мне. И… мне не по себе. Хосок не стал спрашивать, кто. Он просто налил вторую чашку кофе и молча протянул ему. — Я рядом. Когда захочешь говорить — просто скажи. Или не говори. Просто… будь. И этого было достаточно. Лондон. Вечер. Тэхён ходил по комнате из угла в угол. Его телефон лежал на подоконнике — экран погас, но будто бы всё ещё смотрел на него. Он не знал, зачем написал. Он просто… не выдержал. Внутри росло что-то тёмное и бесформенное. Вина. Нежность. Боль. Всё, что он пытался забыть. Пытался убедить себя, что всё не так уж серьёзно. Что Чонгук сильный, он справился. Что сам он был подростком, растерянным и злым. Но с каждым рисунком, который он видел на странице @ko0k.art, сердце сжималось. Потому что он знал: за этими линиями — тот голос, который он когда-то заставил замолчать. Он присел на подоконник, открыл переписку. Сообщение осталось не прочитанным. Он ожидал чего угодно. Проклятия. Гнева. Тишины. Тишина была хуже всего. Сеул. Вечер. Хосок сидел на подоконнике их квартиры, глядя в тёмное небо. Рядом лежал блокнот, раскрытый на чистой странице. Он не рисовал и не писал. Просто сидел. Просто был. Он знал: между Чонгуком и этим таинственным V происходит что-то. Что-то большее, чем просто диалог. Это был возврат в прошлое, слишком острый, чтобы не ранить. И Хосок знал это не понаслышке. Когда-то они учились в одной школе — в одном классе. Он заметил Чонгука сразу. Слишком тихий. Слишком ранимый. Он хотел подойти, заговорить, быть рядом. Он хотел защитить. И именно за это на него обрушился Тэхён. — Ты слишком близко к нему подходишь, — сказал Тэхён в тот день. — Он тебе никто. Или ты хочешь, чтобы все подумали, что ты такой же, как он? Потом был перевод. Молча. Без объяснений. Формально — из-за конфликта. Фактически — за попытку быть человеком. С тех пор он всегда был рядом — на расстоянии. Он не ждал благодарности. Он не ждал ничего. Хотя в глубине души... Он любил Чонгука. По-настоящему. Без права на взаимность. А для Чонгука он был братом. Светом. Другом. — Если ты решишь рассказать, — тихо произнёс Хосок, не отрывая взгляда от неба, — я не уйду. Даже если правда будет больной. Чонгук не ответил. Но спустя минуту подошёл и сел рядом. Прислонился плечом. Для него это был жест доверия. Для Хосока — рана. И утешение. Одновременно. Но он остался. Как всегда.