Sanctum Sanctorum

Гарри прибыл на стадион за сорок минут до начала игры, очень вовремя. Не слишком рано, чтобы долго торчать на холодной трибуне, но и не слишком поздно, чтобы проталкиваться сквозь толпу. Хотелось есть, Поттер купил у немолодой торговки лимонный рулет и слопал его тут же, не отходя от прилавка. Кто-то из папарацци Главного Аврора явно узнал, блеснула фотовспышка, и Гарри устало вздохнул. И пожрать-то не дадут... После этого резко захотелось поспешить, чтобы зайти раньше других. Гарри поприветствовал младшего аврора на входе и уже заглянул в контрамарку, чтобы определиться, куда идти, как вдруг внезапно развернулся и направился в сторону командных раздевалок. Он и сам не мог понять, что именно собирается там увидеть, но какое-то смутное предчувствие вело его, а своей интуиции аврор Поттер предпочитал доверять. Не раз жизнь спасало. На поле разминались «Уимбурнские Осы». Гарри не озаботился тем, чтобы узнать, кто нынешний противник «Гарпий», но желто-черные костюмы «Ос» сразу бросались в глаза. На самом поле внизу что-то громко орал их тренер, а еще почему-то торчал узнаваемый Людо Бэгмен. Гарри помнил, конечно, что Бэгмен и сам когда-то играл за «Ос», но сейчас ему совершенно нечего тут делать. Разумеется, стадион закрыт только для обычных болельщиков, а у мистера Бэгмена остались связи, но все-таки Гарри не мог относиться к этому жизнерадостному человеку без неприязни. Где Бэгмен — там жди неприятностей. Но сейчас Поттер просто прошел мимо. В прошлый раз «Гарпии» занимали правую раздевалку, в этот раз — левую. По крайней мере, именно на ней красовался небрежно трансфигурированный логотип. Гарри задумчиво замер рядом с дверью. Интуиция выключилась и не подсказала, как действовать. Зайти? Но как зайти, когда дверь наверняка заперта на Коллопортус с паролем? То есть для аврора Поттера это бы не стало преградой, но не выносить же дверь с куском стены? — П-с-с, — раздалось из-за угла. Гарри пошел на звук, укрылся от потенциальных наблюдателей за тем же углом — и сразу узнал Майкла. — Аврор Корнер, что вы тут делаете? — шепотом спросил Гарри. — Караулю, — отрывисто бросил Майкл. — Надеюсь, скоро ты сам все увидишь, если я прав. — А тот тип, который отдыхает у нас в предвариловке? — уточнил Поттер, уже зная ответ. — Ничего, ему полезно, — отмахнулся Майкл. — По крайней мере, нарушение общественного порядка я бы ему впаял. И штраф, чтобы честным волшебникам головы не морочил. — Если борешься с незаконными тотализаторами, то там на поле — Людо Бэгмен, — фыркнул Гарри. — Не поверю, что он с этим не связан. Либо принимает ставки, либо делает, но одно точно: если рядом Бэгмен, то и тотализатор — тоже. И конечно, нелегальный, легальные — неинтересные. — Когда у нас будет поменьше дел, я бы занялся и тотализаторами, — вздохнул Корнер. — Многовато заявлений от тех, кого надули. — То есть никогда, — любезно подсказал Поттер. — Я тоже думал, когда вступал в должность, что вот разберусь с делами, и тогда... Но они все не кончаются и не кончаются. И вроде наоборот множатся, как гномы в огороде по весне. — Если штат увеличат... — начал было Майкл. — То и дополнительных обязанностей навешают, будь уверен, — вздохнул Гарри. — Впрочем, посмотрим. Я тоже на это рассчитываю. Но к делу. Я правильно понимаю, что ты осознанно задержал невиновного? — Да, — спокойно кивнул Майкл. — Если бы это был приличный человек, то я бы не стал держать его в камере. Предложил бы пожить... да хотя бы у себя! Моя мама — маглорожденная, но у нее очень обеспеченная семья, так что дом у меня довольно просторный. — А я и не знал, — ляпнул Гарри. — В твоем личном деле сообщается только то, что ты живешь один. — А я и не болтаю об этом, — фыркнул Корнер. — Просто ты, если захочешь, узнаешь, чего скрывать? Но обычно мне неловко говорить, что бабушка с дедушкой на магловское совершеннолетие подарили мне банковский счет, который вели с моего рождения. Даже среди волшебников не очень много таких, кому дома дарят. Гарри промолчал. Эту тему он не поднимал давным-давно даже мысленно, хотя в Англии еще меньше волшебников, которые на семнадцатилетие получают магические дома в центре Лондона и ошеломительные счета в Гринготтсе. И хотя Гарри давно привык не считать не только кнаты и сикли, но и галлеоны, он бы охотно отказался от всего этого, только бы Сириус был жив. Сейчас горечь потери, конечно, уже потускнела, но вот чувство вины — это сложно забыть. Внезапно Майкл напрягся и спросил: — Пойдешь со мной? Это случилось. — Что? — не понял Гарри. — Кто-то наложил заклятие на что-то из вещей Джинни, — бросил Корнер. — Я навесил Следящие чары. А ведь дверь не открывалась! Гарри поверил безоговорочно. И даже не сомневался: — Я с тобой. — Учти, если выйдет... неприятная ситуация, то под раздачу попаду не только я, — предупредил Майкл. — Я вообще сегодня не на дежурстве, так что Аврорат... — Да насрать на Аврорат, — отозвался Поттер. — С Кингсли я договорюсь, а все остальное мне побоку. — Тогда идем. Поттер чувствовал себя в своей стихии, когда Майкл, сняв собственноручно наложенные чары, распахнул дверь и ворвался в строение с волшебной палочкой наизготовку. В общем «холле» никого не было, и он немного заколебался перед дверью непосредственно в женскую раздевалку. Поттер уже не сомневался, а снес дверь плечом и угрожающе воскликнул: — Оставайтесь на местах! Работает Аврорат! И только после этого оглядел «сцену». Девушки — преимущественно неодетые — изумленно замерли. Гарри видел, как Джинни краснеет, поспешно прикрываясь форменной футболкой. Единственная одетая здесь женщина — миссис Джонс — возмущенно закричала: — Что вы себе позволяете?! Немедленно выйдите, дайте девочкам хотя бы одеться! — Мы приносим свои извинения, — сухо бросил Гарри. — В штатной ситуации мы бы, несомненно, предоставили возможность действовать женщинам-аврорам, но ситуация не штатная. Майкл позади только шумно сопел, и Поттеру пришлось отдуваться самому: — Несколько минут назад на форменное облачение Джиневры Поттер были наложены чары. Если виновница признается сама, я обещаю, что дело не дойдет до суда. — Что?! — миссис Джонс побледнела и привалилась к стене. — Вы хотите сказать... А тот человек, которого вы задержали? Майкл хрипло откашлялся, но твердо произнес: — Я хотел, чтобы преступница думала, что у нее развязаны руки. Тот человек, которого я задержал, не безгрешен, но в данном случае невиновен. — Джинни, — резко скомандовал Гарри, — отдай нам свою форму и метлу. Мы все проверим. — Но... — Джинни нервно прижала к себе футболку. — Но я... голая. Я не могу. — Успокойся, — деловито вступила капитан — мисс Рид. — Возьми мою футболку пока. Я не успела снять бюстгальтер, не страшно. На магловском пляже меня так все видели. Джинни отвернулась, торопливо влезла в длинноватую ей футболку и протянула стопку формы — постиранную и отглаженную. И ляпнула: — Моя форма лежала вместе с остальными. Мы все забрали свою несколько минут назад. Ты сам снимешь заклинание, Гарри? — Нет, — отрезал Поттер. — Если преступница не признается, то форма будет вещдоком на суде. Авторство заклинания доказать, конечно, невозможно, но состав преступления — вполне. — А в чем же мне тогда выйти на поле? — У нас всегда есть несколько комплектов запасной, — утешила ее мисс Рид. — Но кто это сделал? И зачем? Повисла тишина, и Поттер снова взял дело в свои руки: — Устроим очную ставку. Девушки, я прошу всех минимально одеться и по очереди рассказать, кто кого видел и кто что делал. По минутам. Злоумышленница не могла наложить заклинание при всех, не рискуя, так что либо кто-то должен был заметить, что кто-то ведет себя странно... Либо преступница должна была хотя бы ненадолго остаться в помещении с формой одна. Миссис Джонс, все еще бледная, нервно сжимала руки, но стремление к справедливости в ней горело ярко. Она решительно произнесла: — Где чья форма, видно сразу. Когда мы с Энни доставляем все из прачечной, специально складываем стопку так, чтобы сверху было видно фамилию. Фамилия есть на футболке и на мантии. Сменная форма, конечно, без фамилий. — Ага, — Гарри приткнул тряпки пока на лавке, но хищно следил, чтобы никто не приблизился к ним. — То есть любая могла видеть, кого собирается осчастливить. — Я всем сказала, что форма готова, — подала голос мисс Рид. — И сама пошла в душ. Я всегда последней иду, потому что раньше занята. А миссис Джонс была в своей каморке. Перед игрой нужно заполнить листы присутствия и сдать финальный список игроков. — Я видела, как Энни зашла, — сказала довольно некрасивая девушка, но с отличной фигурой. Она прикрывала грудь руками, но чем дольше говорила, тем меньше об этом думала и тем ниже опускала руки. — Еще, помню, подумала, что надо поторопиться, а то мне влетит. И за формой я пришла последняя. Там уже никого не было, все разобрали. — Да, я видела Эшли, — припомнила мисс Рид. — Я тоже подумала, что опять копается, а потом будет одеваться второпях. Ой... Миссис Джонс, вы можете добежать до комитета? Ведь если это разбирательство продолжится, то матч придется отменить. Или хотя бы перенести. Нужно предупредить как можно раньше. Гарри покачал головой: — Это очная ставка, мисс, пусть даже спонтанная. Никто не выйдет и не войдет. Если кто-то будет стучать, мистер Корнер передаст, что здесь работает Аврорат. — Какой позор... — простонала миссис Джонс. — Наша команда так гордится незапятнанной репутацией! Мы не были замешаны в скандалах с 1802-го года! — Я пришла, наверное, первой, — включилась в разговор курносая девица в обтягивающем боди. Она была такой маленькой, что была странно видеть ее среди спортсменок. — Все семь комплектов были на месте. Они всегда вперемешку, и я смотрела слева направо. И, конечно, моя форма оказалась последней! Надо было с другой стороны начинать. А когда я с формой выходила, то столкнулась с Селестой. Она опять глупо шутила, что на ее уровне меня не видно. В этот момент Поттер понял, что чем дальше, тем труднее удерживать все в голове. Этих женщин он не знал, привязки запоминались с трудом. Еще немного — и детали начнут ускользать, а как раз этого допустить нельзя, тут все зависит от мелочей. И Гарри достал волшебную палочку. Конечно, было бы лучше на бумаге, но с собой не было ни блокнота, ни пера, так что хоть что-то. Он повернулся к стене, взмахнул палочкой, и на бледно-кремовой поверхности возникли золотые линии. Схема комнат получилась кривоватой, но сойдет. Миссис Джонс и мисс Рид он успел запомнить еще на прошлом матче, так что оставил несколько пометок на импровизированной карте и обратился к обнаженной некрасивой девице: — Как вас зовут? Та небрежно убрала за ухо прядь и фыркнула: — Уважаемый аврор, вы меня видели одетой. И голой тоже уже видели. И не запомнили? Эшли Морган, приятно познакомиться с таким симпатичным мужчиной. Не хотите раздеться... для баланса? — Нет необходимости, мисс, — ляпнул Гарри. Он добавил еще пару стрелок и пометок — и повернулся к курносой. — А вас? — Джулия Гриффитс, загонщица, — та посмотрела снизу вверх, и выяснилось, что глаза у нее огромные и зеленые. Правда, было непонятно, как она с таким сложением и комплекцией вообще стала загонщицей. Кажется, на нее дунь — и с метлы свалится. Но ведь машет битой, и, вероятно, неплохо машет. Пока Гарри криво отмечал передвижение мисс Гриффитс, встряла еще одна — единственная темнокожая. — Я тоже видела Кавери, — произнесла она глубоким контральто. — Но я не запомнила, чья форма еще оставалась, когда пришла. Но больше одного комплекта, это точно. Я свою вижу сразу, самая толстая стопка. Это из-за моего роста. Мантия длинная. — Загонщица? — почти утвердительно произнес Гарри. По сложению — точно. — Да, Эмили Джонс, — подтвердила та. — Родственницы? — повернулся Поттер к миссис Джонс и тут же понял, что ляпнул невероятную глупость. Бледная и худосочная тренерша отличалась от высокой темнокожей загонщицы примерно так же, как гиппогриф от флоббер-червя. — Нет, просто однофамильцы, — торопливо произнесла миссис Джонс. — Фамилия распространенная. — А я надеюсь, что скоро буду выступать под другой фамилией, — добавила мисс Джонс. — Когда тоже стану миссис. — Это сейчас к делу не относится, — пробормотал Гарри, делая очередную пометку. И в этот момент в дверь постучали. — Корнер, — бросил Поттер. — Скажи, что матч необходимо отложить на полчаса. Возможно, на час. По техническим причинам. Майкл понятливо исчез в «холле», а миссис Джонс снова простонала: — О, Мерлин, какой же позор! Как будто мы преступницы! — Только одна, — возразил Гарри. — И очень скоро станет понятно, кто именно. Он собирался опросить остальных, но все слишком прислушивались к звукам из холла, и он предпочел подождать. В делах, где требуется точность, нужна и сосредоточенность. Вместо продолжения очной ставки, Гарри занялся изучением схемы. Всего семь игроков, Джинни вне подозрений. И мисс Эшли Морган — пожалуй, тоже. Если она была последней, то ничью форму она проклясть не могла, а капитан мисс Рид подтверждает, что та все время до этого была в душе. Саму мисс Рид тоже нельзя не подозревать. Хотя бы потому, что ей было бы проще наложить заклинание даже тогда, когда никто еще не знал, что форма доставлена. Вот только была ли возможность? Потому что миссис Джонс, скорее, руку себе отгрызет, чем пойдет на бесчестье. — Миссис Джонс, — повернулся Гарри. — Вы оставляли мисс Рид с формой наедине? — Что-о-о?! — вскричала та. — Энни?! Да быть того не может. Я доверяю ей, как родной дочери! — Не нужно нервничать, — спокойно отозвалась мисс Рид. — Нет, я не оставалась одна с формой. Наоборот, миссис Джонс проводила меня, а я предложила ей помощь с заполнением бумаг, но она отказалась. И, откровенно говоря, это было правильно, потому что мне надо было успеть в душ и переодеться. Я никогда не опаздываю. Стопки с формой мы несли вместе и вместе раскладывали. А потом ушли в разные стороны, но я отчетливо помню, как хлопнула дверь. — А я даже видела, как Энни ушла в раздевалку, — добавила тренер. — Хотела ее попросить собрать подписи девочек на списке игроков и у двери повернулась, но подумала, что у нее и без того полно забот. И ушла. Корнер вернулся и коротко сообщил: — Все улажено. Начнем, когда сможем. Гарри, что тут у нас? Поттер мельком глянул на девушек. Все они, конечно, взбудоражены, нервничают. Только мисс Рид абсолютно спокойна. Видимо, это умение сохранять ясный разум и сделало из нее капитана. Миссис Джонс близка к обмороку. Высокая негритянка кусает губы — боится? Или какая-то другая причина? Крошечная загонщица смотрит с любопытством. Похоже, ей нравится атмосфера опасности и возбуждения. А мисс Эшли Морган нахально опустила руки, обнажив весьма симпатичную грудь, и глядит вызывающе и насмешливо. Может, характер такой, а может, устала прикрываться, но не любит чувствовать себя побежденной. Кто остался? Остаются еще двое. Мисс Селеста Кавери, потрясающей красоты девушка. Все это время молчала, но, возможно, смущена? Хотя как раз она одета куда больше остальных. Уже успела надеть штаны, только сверху короткая маечка вместо лифчика. И мисс Хорн, ловец. Почти не одета, но прикрывается не формой, а нежно-салатовым платьем. И тоже красива, но это почти незаметно за внимательным и цепким взглядом. Гарри невольно поймал этот взгляд и едва не вздрогнул. Она знает. Точно знает. Но пока придерживается нейтралитета. Либо, если преступница она, то доказать будет сложно. Очень сложно. Поттер уже видал такие взгляды. — Не думаю, что будет слишком трудно, — слегка покривил он душой, указывая на схему. — Посмотри и оцени, а потом зададим вопросы. Майкл уставился в кривую схему, а Гарри обвел взглядом женщин. Вид у Джинни совсем потерянный. Наверное, переживает, что принесла неприятности команде. Ведь что бы там ни случилось, что запомнят? Что миссис Поттер еще даже в основной состав не вошла, а уже вляпалась. — Что же будет... — тяжело вздохнула миссис Джонс. — Через пятнадцать минут должен начаться матч. И... — она сдавленно продолжила, — кого-то придется заменить. Повисла тишина. Мрачная, гнетущая. Гарри отлично чувствовал это, но не только не прервал, а еще и хмуро оглядел всех восьмерых женщин. Миссис Джонс явно ни при чем, но и ее не обошел, чтобы соответствовать впечатлению. Внезапно мисс Кавери презрительно произнесла: — Да сколько можно? Да, это сделала я. И в прошлый раз — тоже. Все довольны? Мы можем расходиться? Гарри пока не решил, как действовать, поэтому посмотрел на мисс Кавери тем же сумрачным взглядом. Джинни изумленно распахнула глаза, как будто не ожидала, что преступница найдется. Мисс Рид посторонилась — слишком близко стояла к мисс Кавери. Остальные испуганно переглядывались, и мисс Кавери продолжила: — Ну и что вы все так смотрите? Вы же знали, что это не полтергейст заколдовал метлу и эту сраную футболку. Так что, я могу идти? Главный Аврор пообещал, что разбирательства не будет, если я признаюсь. Ну вот, я признаюсь. — Как ты могла? — прошептала миссис Джонс. — Как ты посмела?! — Могла — вот этой вот палочкой, — мисс Кавери достала палочку из кармана штанов. — В отличие от остальных, я не такая идиотка, чтобы не брать с собой палочку. Это ты, мамаша Джонс, честная, а все остальные сделают все, чтобы выиграть и не попасться на махинациях. — Что?! — миссис Джонс на миг опешила, а потом закричала: — Да я тебя на весь магический мир ославлю! Тебя даже в команду низшей лиги побрезгуют принять! — Это вряд ли, — скептически посмотрела на нее Селеста. — Ты трясешься за репутацию этой команды больше, чем она того стоит. И ты сама постараешься замести все под ковер. Так давайте договоримся? Мы тут все взрослые люди. Даже эта, — она кивнула на Джинни, — которая сначала зарабатывает влагалищем, а потом на балах напивается и жалуется, что влагалище не оценили. Гарри замер, не зная, как среагировать. Зато среагировал Майкл. Он молча шагнул к мисс Кавери и залепил ей пощечину, больше смахивающую на хороший удар. — Никогда не смейте оскорблять моих друзей, — бросил он коротко. — Профессиональная этика, конечно, запрещает мне рукоприкладство по отношению к фигурантам дела, однако вы сами, мисс, клали на профессиональную этику с прибором. — Ну наконец-то хоть кто-то это сделал, — с облегчением произнесла мисс Хорн. — А я уже опасалась, что мне придется вам намекать. Боже мой, какая же все-таки сучка, а? — Но зачем?! — отчаянно воскликнула миссис Джонс. — Зачем?! Чем тебе помешала эта девочка, Джиневра?! Мисс Кавери, абсолютно не стесняясь, сбросила форменные штаны и потянулась за своей юбкой. И небрежно пояснила: — У нас была отличная команда, мамаша Джонс, пока ты не взяла в нее эту стерву. Я таких насквозь вижу. Что она может? Она старая и тяжелая. Да еще и не очень-то умная. Вон Хорн сразу догадалась, кто ей на ботинки заклятие притягивания наложил. И хорошо меня отделала, я сразу зауважала. — Агата, — простонала миссис Джонс. — Почему же ты сразу все не рассказала? За что подставила нас? Мисс Хорн устало плюхнулась на лавку и потерла лоб рукой. — Не хотела скандалов, — бросила она. — А Селеста обещала больше так не делать. — Ну, когда тебя коленом по лицу бьют, еще и не то пообещаешь, — хмыкнула мисс Кавери. — Мне это лицо еще пригодится. Мисс Рид покачала головой и коротко подвела итог: — Мисс Кавери, как капитан, я отстраняю вас от участия в сегодняшней игре и в последующих до особого распоряжения. — Вы выплатите мне всю сумму неустойки, — нарочито лениво возразила мисс Кавери. — Потому что лично я увольняться не собираюсь, а держать меня до конца контракта вы вряд ли захотите. — Почему же? — впервые на лице мисс Рид появилось подобие улыбки. — Охотно оставим. И в соответствии с контрактом я требую вашего присутствия на каждой тренировке. До весны мы отлично потренируемся. Я — и капитаны других команд. Тут отмерла Джинни. Она судорожно втянула воздух носом и звенящим голосом произнесла: — Я бы добавила, мистер Корнер, но мне моя репутация дорога. Гарри... — Все потом, — отрезал Поттер. — Миссис Джонс, мисс Рид, решать вам. Я могу забрать мисс Кавери с собой, но избежать огласки в этом случае вряд ли получится. Либо вы будете решать проблему самостоятельно, но, выйдя отсюда, я потеряю доказательную базу. Мы, — он обернулся на Майкла, — потеряем доказательную базу. — Мы не можем нарушить процессуальный порядок, — пояснил Корнер. — Если мы выйдем отсюда, не задержав нарушительницу, то даже свидетельства не будут иметь законной силы. Мисс Рид и миссис Джонс переглянулись, и миссис Джонс тихо произнесла: — Мы сами решим этот вопрос. Не нужно... процессуальности. Это очень грязно и очень печально, но сейчас нам важно сыграть. — Девочки, — сердечно обратилась к команде мисс Рид. — Одна паршивая овца не должна испортить нам ни показатели, ни репутацию. Я сейчас позову Хэлли на замену, а вы все постараетесь ей помочь. Да, она не очень яркий игрок, но у нас высшее место в таблице и хороший отрыв по очкам. Мы справимся! А когда вернется Лоуренс, мы снова станем непобедимы! Как говорят «Гарпии»?.. — Не провоцируй — и мы пощадим, — нестройным хором ответили девушки. Кажется, в их голосах прозвучало больше надежды. — Зря спровоцировала, — хмыкнул Корнер, отступая от мисс Кавери. — Эти хищницы тебя с потрохами сожрут. — Тоже мне хищницы, — пренебрежительно отозвалась мисс Кавери, но уверенности в ее голосе поубавилось. — «Пророк» пишет обо мне, «Спорт-экспресс» пишет обо мне. В любой команде меня с руками оторвут, если, конечно, эти стервы... — она скривилась. — Ладно, аврор, отвали уже, а? Можешь сколько угодно нянчиться с этой великовозрастной... вагиной, только подальше от меня. Запал на нее, да? У тебя едва ли слюни не капают. И почему хорошие крепкие парни западают на таких коров? У нее же трое детей, аврор! И муж — объелся груш. Смотреть противно. — Гарри, — Майкл несколько нервно повернулся. В спину ему прилетел ехидный смех мисс Кавери, но Поттер только рукой махнул: — Расходимся. Джинни, я знаю, тебя все это сильно задело, но... Я сегодня буду на трибуне. И я буду поддерживать и тебя, и твою команду. И ты всех порвешь, я верю в тебя. — Спасибо, — Джинни улыбнулась, хотя губы ее дрожали. — Обещаю, всех порву. А кого не порву, того надорву. — Я тоже, — не очень понятно добавил мистер Корнер. — Ты отлично сыграешь. И вы, девчонки, — он поднял взгляд, — тоже! — Меня сейчас стошнит, — протянула мисс Кавери. — Фу-у-у... Как я устала от этой слащавой фигни. Надеюсь, в команде парней такого не будет. Гарри улыбнулся жене и позвал товарища: — Идем, чем быстрее они выйдут на поле, тем меньше будет вопросов. Оба покинули раздевалку и вышли в прохладный ноябрьский день. Дело решилось, но Гарри не чувствовал успокоения. Напротив, после отвратительной сцены он был напряжен до предела, как звенящая струна. Спортивные разборки мало волновали Главного Аврора, но мисс Кавери задела и более болезненные материи. Корнер повернулся к нему. — Гарри, — несколько хрипловато произнес Майкл, но нашел в себе силы смотреть в глаза. — На несколько слов, а? — Да, — кивнул Поттер. — Только отойдем в сторонку. С игрового поля уже доносился шум, выкрики и звуки всевозможных дуделок, но вокруг как будто стояла тишина и время замерло. Около невзрачной внутренней обшивки трибуны Майкл остановился и смело проговорил: — Я не стану тебе говорить, что эта сука все наврала, что я не помню ни слова из того, что говорила Джинни, когда поддала на балу, и что я вообще не понимаю, о чем речь. И врать тебе, что я воспринимаю Джинни только как подругу, я тоже не стану. — Майкл... — начал было Поттер. — Минуту, — мистер Корнер взмахнул рукой. — Дай закончить. Но еще я понимаю, что в любых семьях бывают проблемы, и это вовсе не значит, что эти проблемы нельзя решить. Я не... Я не стану пользоваться ситуацией и моментом. Я не стану рисковать дружбой с тобой и карьерой. Но самое главное — я не стану причиной того, что Джинни будет чувствовать себя виноватой. Я знаю Джинни. Она никогда не предаст того, кто ей доверяет. Так что ты можешь быть спокоен, Гарри, ничего, кроме взглядов, я себе не позволю. И постараюсь, чтобы даже этого не заметила она. Гарри молчал. Не знал, что сказать. Однако эта смелость, эта отчаянная решимость... Майкл поступил гораздо честнее его самого. Можно было сказать «проехали» — и избежать конфликтов, но ведь дело куда глубже... Ревности Поттер не испытывал совсем, и от этого было и легче, и горше. А еще именно Майкл сделал то, что должен был сделать сам Гарри — защитил Джинни от грязных инсинуаций и, вопреки уставу, ударил за оскорбление. И можно было бы отмахнуться, ведь Майкл не был на посту, но ведь дело не в этом? — Послушай, Майкл, — наконец вздохнул Гарри. — Я не уверен, что я могу тебя понять, но в чем-то — точно понимаю. Ты хотел бы быть с ней? Я имею в виду... Черт... Майкл нахмурился, но ответил: — Если ты хочешь спросить, не собирался ли я ее соблазнять, то нет, не собирался. Даже не думал. Даже тогда, на балу. Просто... Просто тебя рядом не было, а кто-то должен был поддержать Джинни, какими бы ужасными ни были вещи, которые она говорила. Даже если она за что-то злилась на тебя, я не мог позволить, чтобы это обсуждали все. Джинни такого не заслужила. Я не могу быть с ней, потому что она любит тебя. Но не любить ее только из-за этого я тоже не могу. Просто не могу. Думаешь, я не пытался?.. — Спасибо, Майкл, — Гарри тоже посмотрел прямо в глаза. — За честность. И вообще за то, что ты для нее делаешь. Джинни очень дорожит этой работой, она не хотела неприятностей. — О чем речь? — грустно улыбнулся мистер Корнер. — Я всегда помогу. Но, пожалуй, мне стоит пока не попадаться ей на глаза. Я и так отличился. — Поговорить вам точно стоит, — заметил Гарри. — Ты ей помог, она захочет сказать спасибо. — Чтобы потом в одиночку набираться в огромном доме и вспоминать? — Майкл поморщился. — Да, хороший совет. Но я поговорю, обещаю. Как настоящий рыцарь, готов принять платок и удалиться. — Ты отличный парень, Майкл, — не покривил душой Гарри. — Еще раз спасибо тебе. Но сейчас нам стоит подняться на трибуну. Джинни будет нас искать. — Идем, — кивнул мистер Корнер. — Рад, что ты правильно меня понял. Гарри вовсе не был уверен, что понял правильно. Он никогда не влюблялся в женщин или даже мужчин, давших слово кому-то другому. И тем более было тяжело от того, что Майкл так страстно желает того, что самому Гарри больше не нужно. Но ведь и Джинни — не собственность. Она должна решить все сама — и при этом знать, на что подписывается. На душе стало хоть немного, но легче — по крайней мере, ни уважения, ни беспокойства за жену Гарри не утратил. И это в очередной раз убедило его в том, что он просто другой, а не бесчувственный и тупой. А пока действительно стоило сосредоточиться на игре. Джинни нужна эта победа — победа, которой от нее ждут. Победа, которая поддержит и ее, и ее команду.