Sanctum Sanctorum

На утренней летучке в Аврорате собрался весь отдел. Гарри был почти спокоен — это означало, что за выходные не случилось ничего особо неприятного, иначе бы ребята отсыпались, а то и того хуже — отлеживались бы на больничном или в больнице Святого Мунго. Вернулась Ромильда Вейн — и ее встретили громкими возгласами и одобрительными похлопываниями по плечу. Ромильда еще носила темные очки — ради лечения глаза ей пришлось отказаться от возможности вылечить фингал, чтобы не нарушать хрупкий баланс заклинаний и зелий. И мало кому понравится щеголять с желто-зеленым «фонарем» под глазом. Когда все успокоились, Главный Аврор выслушал доклады. Можно сказать, что за эти выходные в Англии и Северной Ирландии не случилось ничего примечательного. Одна из торговок магического квартала Килкенни подала заявление на ограбление: кто-то оглушил ее Конфундусом и вытащил двадцать галлеонов из кассы. Еще было заявление из Годриковой Впадины о нападении с использованием кусачей розы. Докладывал Майкл Корнер. Слегка посмеиваясь, он казенным тоном произнес: — Мною было установлено, что обвинительница и обвиняемая находятся в напряженных отношениях из-за пуделя последней, который, по словам обвинительницы, неоднократно справлял нужду на общий забор. — Короче, Майкл, — смешливо попросил Гарри. Корнер сбился и уже гораздо тише произнес: — Если короче, то две бабы разосрались из-за гадящей псины, и соседка хозяйки псины не выдержала. Пришла к хозяйке с пирогом и комнатным растением, которое оказалось не столь безобидным, и покусало врага. В соответствии с регламентом и заключением из Святого Мунго, характер повреждений был причислен мною к уровню E — то есть незначительные. А если серьезно, то на дамочку наложили простейшее заклинание и отправили домой с добрым напутствием. И пусть скажет спасибо, что не прокляли в довесок, потому что у них проблемы и посерьезнее есть, чем царапины лечить. Я в детстве похуже травмы получал, когда на бегу падал. — Спасибо, — заключил Гарри и обвел взглядом остальных. — Это все? Авроры переглянулись, и за всех ответил Дин: — Да, все. — Тогда расходимся, — Поттер махнул рукой. — У меня сегодня после обеда намечается рейд. Ничего опасного, мне нужно побывать в нескольких местах магловского Лондона. Так что если у кого какие вопросы, обращайтесь до обеда, потом меня на месте уже не застанете. Но вопросов вроде как не было. Авроры разбрелись: кто на рабочие места, кто отсыпаться после ночной. Тех, кто на выходных, традиционно не дергали, если не было особо важных дел. Гарри торчал в своем кресле, но работать не мог, хотя, по-хорошему, следовало бы просмотреть начерно набросанные Дином списки дежурств на дни выборов. Вернее, на день выборов, и сутки до и после. Дин подготовил только общий план, остальное — задача Главного Аврора. Но Главный Аврор сидел за столом, смотрел невидящим взглядом в таблицу — и не понимал в ней ничего. Куда больше его занимали дела, никак с Авроратом не связанные. В субботу Гарри вернулся домой даже не очень поздно — около одиннадцати — и был, пожалуй, слегка удивлен. Джинни, мирная и улыбающаяся, встретила его словами о том, что разрешила детям подольше поиграть в исчезающие карты из «Зонко». Гарри навестил детскую, но и Лили, и Джеймс его проигнорировали. Они оба получили достаточно папы за этот день — и не очень заинтересовались его приходом. Гораздо больше их занимала победа в игре. Джеймс проигрывал и злился. Обрадовался приходу Гарри только Альбус, который сразу подбежал и понятным жестом попросился на ручки. Поттер покрутил младшего, а тот, глядя с рук на карты Джеймса, громко оповестил: — Синие! Лили этого было достаточно. Она мигом сориентировалась и закидала Джеймса красными. Тот вскочил и затопал ногами. — Эй, не сердись, — примирительно заметил Гарри, обращаясь к Джеймсу. — Подумаешь, продул. — Из-за него, — потыкал пальцем в Альбуса Джеймс. — Да ла-а-адно, — протянула Лили. — У тебя и так карты были плохие, а еще три исчезли. Я считала. — А ты!.. А у тебя!.. — Джеймс покраснел, надулся и очень старался не заплакать. Гарри покачал головой. Джеймс, конечно, был первенцем, любимым и желанным, но в чем-то он точно пошел в своего дедушку. Гарри передал Альбуса стоящей за его плечом Джинни и присел рядом с Джеймсом. — Послушай, — произнес он очень серьезно. — Проигрывать надо уметь. Это только игра, и нет ничего плохого, чтобы иногда продуть. Думаешь, я в исчезающие карты никогда не продувал? Еще как! А в шахматы Рон играет гораздо лучше меня, так что проигрывал ему регулярно. Но никогда не топал на него ногами из-за этого. — Но ведь это же нечестно! — засопел Джеймс. — Это Альбус меня выдал! — И что? — Гарри нахмурился. — Он ведь не со зла. Он еще маленький, а ты большой. Ты готов обидеть сестру из-за простой игры? К тому же, ей ведь тоже нравится выигрывать, как и тебе. Просто признай, что в этот раз с картами тебе не повезло. — Ну да... — буркнул Джеймс и скрестил руки на груди. — Не повезло. Лили права, у меня с самого начала только всякая мелочь была. Но я мог выиграть! — Но не выиграл, — твердо произнес Гарри. — И это не повод так себя вести. Выиграешь в следующий раз. Или через один. А еще лучше — понять, что ты сделал не так, и больше не повторять ошибок. Если видишь, что твои карты могут быть замечены и раскрыты, сделай так, чтобы малыш вроде Альбуса их не увидел. — Ладно, — Джеймс немного сдулся и даже улыбнулся сестре. — Твоя взяла. Но я тебя все равно в следующий раз сделаю! А ты, — повернулся он к Альбусу, — сначала слюни вытри, а потом уже вываливай все, что видишь. Джинни вздохнула и поставила Альбуса на ноги. Оправила на нем одежки и предложила: — Альбус, Джеймс хочет тебе что-то сказать. — Джем, — послушно повторил Альбус и — по привычке — бросился вперед в попытке обнять брата. — Джем! — Сам ты джем, — буркнул Джеймс, но схватил Альбуса за плечо, чтобы тот не упал. — Вы только посмотрите, он еще и обниматься лезет. А сам-то! Под столом может гулять, и зубов всего четыре. — Не всего четыре, а уже четыре, — поправила его Джинни. — Это довольно болезненный процесс, Джеймс. Ты тоже плакал, когда у тебя резались зубы. — И ничего я не плакал, — снова надулся Джеймс, но посмотрел на отца и смягчился. — Ну, может, чуть-чуть. — И Лили тоже плакала, — поддержал Гарри. — У меня тогда было очень горячее время... Оу, — он покосился на жену и осекся. — Когда-нибудь потом расскажу. Я вам даже больше скажу! Когда у меня резались зубы, я тоже плакал. — Ты? — недоверчиво посмотрел на него Джеймс. — Ты же аврор! — Я же им не родился, — возразил Гарри. — Так что когда мне был год, я тоже ревел, потому что зубы больно режутся, потому что старший брат поколотил... — А когда ты нас познакомишь со своим братиком? — бесхитростно спросила Лили. — Я очень хочу увидеть настоящего магла! Гарри глухо выдохнул. Дадли можно было называть по-разному, но «братиком» он не был никогда. Был заносчивым вонючкой, был жирным увальнем, был уличным мордоворотом, потом стал более нормальным парнем, но вот «братиком»... — Не сейчас, — произнес Гарри вслух. — Дадли и его жена — действительно маглы. Они опасаются волшебства, потому что не понимают его. Я познакомлю вас тогда, когда вы сможете не поджигать занавески стихийной магией. — Но я же ничего не поджигала, — обиделась Лили. — Это пока, — Джинни вздохнула. — Когда я была маленькой, впервые проявила магию, когда мой старший брат меня слишком сильно ругал. Я не знаю, как, но на него упала вазочка с засохшими цветами. Прямо на голову. А вода в вазе успела протухнуть... — Это, наверное, был Перси? — предположил Гарри, посмеиваясь. — Как ты догадался? — язвительно ахнула Джинни и строго проговорила, обращаясь к детям: — Пора спать. Завтра отыграешься, Джеймс. Когда дети, наконец, улеглись, Джинни немного неловко проговорила перед дверью общей спальни: — Гарри... Если ты не против, я заберу свои вещи. Это был конец. Джинни, даже разобидившись, никогда не утаскивала в отдельную комнату ничего, кроме того, что могло ей пригодиться в ближайшие часы. Максимум — дни. Белье, одежда на следующий день, зелье, книжка... Все остальное, включая весьма обширный гардероб, хранилось в спальне. — Ты поможешь? — она подняла взгляд. — Не хотела делать это при детях. — Конечно, помогу, — твердо ответил Гарри. Он послушно выполнял просьбы жены: наложить заклинание Невидимого Расширения на платяной шкаф, придержать, подхватить... Вдвоем супруги работали волшебными палочками так, словно не раз тренировались в рейдах. И все-таки это был конец. Стрелки на часах показывали час ночи, когда Джинни критическим взглядом осмотрела опустевшие полки и вздохнула: — Вроде бы все. Спасибо, Гарри. Поттер так и не решился задать ей вопрос, не собирается ли она вскоре покинуть площадь Гриммо навсегда. Несомненно, это был более сложный вопрос... Да и идти Джинни некуда. В Нору она не поедет даже под страхом ночевать под мостом. Представив себе реакцию Рона и Гермионы, Гарри даже поежился. А потом было воскресенье. Обычное, как будто ничем не омраченное воскресенье, с прогулкой по Хогсмиду, покупкой сахарных перьев и конфеток «Берти Боттс»... Когда Джинни вдруг попросила: — Гарри, мне бы хотелось зайти в магазин мистера Хилла. Старейший магазин готового платья пользовался отличной репутацией. Особенно тем, что супруга владельца так ловко владела волшебной палочкой, что могла за пятнадцать минут подогнать любую одежду по фигуре будущего владельца. — Хочется чего-то нового? — улыбнулся Гарри, пока дети носились по площади. — Да, наверное... — Джинни задумчиво сдула со лба прядь волос. — Я хочу пару платьев. Мне надоело выбирать между теми, в которые я с трудом лезу, и теми, которые мне разонравились. Я так давно ничего себе не покупала... Гарри терпеливо ждал, пока Джинни переберет полмагазина, пока ее со всех сторон измерят, пока... И внезапно посреди этой канители он увидел Джинни в будущем платье. Платье еще топорщилось булавками в нескольких местах, но Джинни даже в этот момент выглядела... Женщина, которая умеет быть и уверенной, и красивой. Женщина, которая знает, чего она хочет. А вот сам Гарри не знал. Он стоял и смотрел... Не ревновал и даже не сожалел. Но если признать откровенно, то чертовски завидовал. И вот сегодня Джинни отправилась на тренировку, дети у Андромеды, а сам Гарри, как всегда, на работе. И нет впереди ни единого проблеска. Кроме, пожалуй, Ника. По-хорошему, если когда-нибудь и возвращаться в крошечную квартиру на Белгрейв-роуд, то с чем-то... заметным. Весомым. Чтобы было, о чем рассказать и чем гордиться. Но Гарри трусливо оставлял себе возможность прийти туда просто так — и сам презирал себя за это. В четверть третьего в кабинет ворвалась знакомая лань. — Я готов, — произнесла лань слегка хрипловато. — Если вы готовы тоже, то камин открыт. Поттер решительно упихал бумаги в сейф. В конце концов, не настолько срочно, подождет. Переоделся в магловскую куртку и джинсы. Машинально переложил несколько пенсов из кармана в кошелек — сдача после такси к Нику... Дом в Паучьем тупике встретил его знакомым запахом чего-то мерзкого. Гарри принюхался и фыркнул. Это не прошло незамеченным, и Снейп, поднимаясь из кресла, недовольно бросил: — Я ожидал, что вы можете прийти. Мне пришлось держать дверь в лабораторию открытой, а запах гноя бубонтюбера, конечно, приятным не назовешь. — Как вы вообще выживаете в такой атмосфере? — буркнул Поттер. — Извините. Мы можем отправляться. У меня записаны адреса, но я ни разу не был нигде поблизости от них. Возможно, нам придется воспользоваться метро. — Возможно, — усмехнулся Снейп. — Но не сразу. Я могу аппарировать в Сохо. Не совсем точно, в полицейском управлении я тоже не был, но неподалеку от Тоттенхем-роуд есть кофейня, куда я могу аппарировать. Нам придется пройти не больше пятисот ярдов. — Вы уже точно знаете, где находится управление? — ляпнул Гарри. Мистер Снейп посмотрел на него вопросительно: — А вы нет? Вчера я вновь посетил библиотеку, возвращал подшивки. Заодно заглянул в магловский справочник по Лондону. Если за два года ничего не изменилось... А это вряд ли, такие организации редко переезжают... То нет ничего проще, чем отыскать полицию. Поттер не стал заострять внимание на том, что сам не сделал примерно ни хрена ради расследования. Слишком был занят личными проблемами. — Я готов, — произнес он коротко. Снейп протянул ему руку — и уже через несколько секунд оба материализовались в глухом заброшенном дворе, где стояли проржавевшие магловские автомобили и воняло мочой и чем-то горелым. — Не беспокойтесь, — поймав взгляд Поттера, усмехнулся Снейп. — Буквально в двух шагах отсюда вполне приличные кварталы. Гарри ответил ему с сомнением: — Как вас вообще сюда занесло? Северус приподнял бровь и уточнил: — Это риторический вопрос или любопытство? — Пожалуй, и то, и другое, — задумчиво отозвался Поттер. Снейп отвернулся. — Когда-то в этой кофейне я встречался с мистером Троем. Ввиду того, что он вел несколько... уединенный образ жизни, он не спешил афишировать знакомство с бывшим Пожирателем Смерти. И к себе домой не приглашал. Гарри вовремя прикусил язык, чтобы не спросить, куда Снейп после этих встреч водил любовника. Или куда любовник его водил... Несомненно, это не тот вопрос, который можно задать коллеге по работе. Даже Снейпу. Тем более Снейпу. Снейп уверенно прошел лабиринтом грязных дворов и вдруг — совершенно неожиданно — вывел на уютную и достаточно чистую улицу. — Управление должно быть вон там, — он вытянул узкую ладонь в направлении двухэтажного дома. — Судя по карте, это то, что нам нужно. Вокруг сквер. — Кажется, магловские авроры не больно-то профессиональны? — хмыкнул Гарри. — У них под боком такие дворы, в которые после наступления темноты не стоит и соваться, а они сидят и не чешутся. — Да? — Снейп, уже шагнувший по направлению к домику, обернулся через плечо. — Сколько вы в должности, мистер Поттер? Гарри машинально прикинул и ответил: — Больше года. — И что, за это время в Лютном переулке стало безопаснее? Поттер даже бровь приподнял от такой постановки вопроса. Но ответа Снейп, кажется, не ждал — быстрым шагом шел по улице, внимательно оглядывая окружение. Гарри встряхнул головой и постарался сосредоточиться на работе. Он ожидал, что оказаться внутри здания, на котором висела табличка с зубодробильно длинным названием полицейского управления, будет сложно, однако никому не было до них дела. В холле за зарешеченным окном сидела молодая женщина, которая профессионально улыбнулась и спросила: — Добрый день. К кому вы прибыли? Снейп сориентировался первым: — Мы бы хотели побеседовать с главой управления. Это возможно? — Вы, наверное, журналисты? — сделала логичное, но неверное предположение девушка. — Кабинет старшего лейтенанта Брисби на втором этаже, в торце. Но у него может не найтись времени на беседы. Этот момент лучше прояснить у его секретаря. Около «вертушки» на входе загорелась зеленая лампочка, что, как знал Поттер, означало, что путь свободен. Что, и все?.. Но Снейп поблагодарил девушку и первым прошел за «вертушку». По лестнице, знавшей времена получше, оба поднялись на второй этаж и, конечно, по закону подлости сначала пошли не в ту сторону. В торце обнаружились туалеты и комната с табличкой «только для персонала». Оттуда пахло табаком. — Облом, — протянул Гарри. — Идемте в другую сторону. На другом конце коридора явно были начальственные кабинеты. Двери деревянные, таблички блестят. — «Старший лейтенант Джеральд Брисби», — прочел вслух Гарри и решительно постучал в дверь. Не дождавшись ответа, он зашел и посмотрел на средних лет мужчину, который вопросительно поднял голову. — Простите, сэр, нам бы увидеть старшего лейтенанта, — уверенно проговорил Поттер. Мужчина посмотрел на часы, висевшие на стене, и кивнул: — Это возможно, но для начала представьтесь, пожалуйста, и назовите цель посещения. Снейп перехватил инициативу: — «Криминальные новости», мы бы хотели побеседовать о нераскрытом ограблении. — А, писаки... — пробурчал секретарь весьма невежливо и, потыкав в кнопки на аппарате перед собой, коротко произнес: — Джерри, к тебе журналюги. Пустить? Аппарат в ответ что-то проквакал, и секретарь повернулся в гостям: — Проходите, но у старшего лейтенанта мало времени. Подготовьте свои вопросы, пожалуйста. Старший лейтенант Джеральд Брисби оказался здоровенным темнокожим мужиком, абсолютно лысым. На его лысине весело играли блики от потолочной лампы. Судя по седой щетине и глубоким морщинам, он был немолод, однако весьма крепок. Его кабинет был уныло-безликим, кроме одного: рядом со столом у стены стоял здоровенный аквариум. На столе лежала яркая книжка о разведении аквариумных рыб. В аквариуме что-то плавало... но что-то уж слишком мелкое для такой огромной емкости. Гарри рассеянно подумал, что, видимо, это для начинающих. — День добрый, — коротко бросил мистер Брисби, поднимаясь навстречу. Когда он встал, Гарри только изумленно запрокинул голову. Снейп был выше шести футов, но на него уже приходилось смотреть снизу вверх. Мистер Брисби был почти на голову выше Снейпа. — Добрый день, — ляпнул Гарри. — Вы позволите задать несколько вопосов? Старший лейтенант уселся и махнул рукой на «гостевые» кресла: — Присаживайтесь. Но не ждите, что я смогу уделить вам много времени, у меня полно дел. Гарри устроился в кресле и услышал голос Снейпа: — В начале июля в вашем районе произошло ограбление, которое, насколько нам известно, до сих пор не раскрыто. Не могли бы вы поделиться подробностями дела? — В начале июля... — полицейским побарабанил черными пальцами по столу. — Вы бы, извините, еще за десять лет назад что раскопали. Было такое, помню. У нас ведь тут полно всяких таких живет, — он сделал затейливое движение ладонью. — Музыканты, певцы и прочие такие. Вот одного из них и ограбили. Взяли не то чтобы много, дело не было на особом контроле. Но я думаю, что его кто-то из своих ограбил, потому что кому, скажите мне на милость, придет в голову красть какую-то гитару? Владелец по ней убивался, как по матери родной, хотя сам же признавал, что особых денег она не стоила. — В газетах этой информации не было, — осторожно заметил Гарри. — В списке похищенного... — Я что, дурак, что ли? — перевел на него взгляд полицейский. — Тогда мы еще надеялись раскрыть это дело. Разве ж можно публиковать всякие интересные детали? Но гитара нигде не всплыла, а пострадавший, может, даже и понял, кто его обчистил, но сам тоже не признается. Вот так дела обстоят. А вам-то что за дело? Не такое страшное преступление, чтобы газетчики слетелись. Гарри промолчал, а вот у Снейпа слова сразу нашлись: — Наше издание заинтересовалось преступлениями в Сохо. Мы внимательно изучили хронику... — ...и приперлись портить мне кровь, — пробурчал мистер Брисби и продолжил громче. — У нас хорошая раскрываемость. Можете написать, что за последние два месяца у нас было всего два убийства — и оба раскрыты по горячим следам. Гарри уже понимал, что ограбление — типичное «не то». Маньяк-зельевар явно не потащил бы какую-то гитару, хотя даже мог ее уменьшить. Просто... Да кому она на хрен сдалась? Но тут на столе у старшего лейтенанта заквакал такой же прибор. Мистер Брисби и ответить не успел, как в кабинет ворвался еще один темнокожий мужик — помладше и пониже ростом. — Извините, сэр, — ляпнул он. — Это срочно! Убийство! — Убийство? — мистер Брисби покосился на гостей. — Простите, господа журналисты, но у меня больше нет времени. Гарри толкнул Снейпа локтем и прошептал: — Мой ближний, ваш — дальний. Снейп коротко кивнул и выхватил палочку. — Конфундус! Прозвучало в один голос. Оба полицейских с невероятно глупыми лицами уселись: один на свое начальственное кресло, другой почему-то на подоконник. — А теперь расскажите нам, — вкрадчиво проговорил Снейп, — что это за убийство. — А вы кто? — послушно повернулся к нему полицейский. Видимо, чувство долга в нем было настолько сильно, что даже после Конфундуса кое-как работало. — Просто расскажите, — мягко произнес Снейп. — А, ну... — тот послушно уставился в аквариум. — Полное дерьмо, честно говоря. И главное, непонятно, как?.. Но на полу такой разгром, точно он брейк отплясывал. Точно убийство, чтоб мне провалиться. — Что-то пропало? — уточнил Снейп. — Да вроде как нет, — почесал в затылке полицейский. — По крайней мере, всякие витрины целы. У него ж там сигнализация, сразу бы взвыла. А труп не нашли, пока горничная не пришла. Деньги, банковские карты — все на месте. — И кого же вы подозреваете? — вклинился Гарри. — Да хрен его знает, — буркнул тот. — Точно будут проблемы. Слетятся всякие, как мухи на дерьмо. Если не ради денег, то, может, ради мести или из-за баб. И то, и другое — еще поди докажи. Гарри даже вздрогнул, когда вдруг услышал рядом с собой: — Империо! Нам необходимо побывать на месте преступления. Мистер Брисби, хотя и очумел от Конфундуса, заартачился: — Это дело полиции. — Нам тоже нужно, — требовательно произнес Гарри. — Империо! Мы — внештатные сотрудники. — Хорошо, — мирно произнес мистер Брисби. — Мистер... эээ... как вас? Проводите наших внештатных сотрудников на место преступления. Выходя следом за новым «знакомым», Гарри не удержался и прошептал: — Мистер Снейп, вы с ума сошли? Империус — это не Конфундус! — Да что вы говорите, а я и не знал, — съязвил Снейп. — Но мне очень не нравится это. Очень. Похоже, мы опоздали, так что нам жизненно важно оказаться на месте преступления раньше всех. На завывающей (и немного виляющей) машине добрались до нужного дома. Гарри видел, что квартал — из богатых. С трудом верилось, что совсем неподалеку — грязные закоулки. Очень неприятно было ехать с оглушенным водителем, но что делать, управлять магловским автомобилем никто из них со Снейпом не умел. Гарри еще и в ремне безопасности умудрился запутаться. — Если сумею не вылететь из Аврората после этого расследования, точно водить научусь, — пробормотал Гарри. Снейп, конечно, услышал... И заинтересовался: — Зачем? — Да уже не первый раз думаю, — выдохнул Гарри. — Когда мы преследовали Ноттенхильского Убийцу, он сбежал на магловской машине. Пришлось лететь за ним на метлах, а потом накладывать Обливиэйт на половину Уэльса. — Потом вы мне расскажете эту историю? — в голосе Северуса прозвучало любопытство. — Обязательно, — буркнул Гарри и вышел на улицу, хлопнув дверью. Полицейский провел их через шикарный холл с огромными вазами и на лифте препроводил на десятый этаж. А потом и привел в квартиру. Квартира оказалась огромной, она занимала два этажа. Гарри машинально и профессионально оценил: если здесь имело место убийство, то убийца пришел, точно зная, куда и зачем он идет. Это не ограбление. Или, если ограбление, то ради одной-единственной вещи... По спине пробежали знакомые мурашки. Главный Аврор взял след. Полицейский провел его в кабинет погибшего и указал: — Вот. Снейп вышел вперед и присел над телом. — Круциатус, — сделал он безапелляционный вывод. — И, вероятно, Авада Кедавра. — Вы думаете то же, что и я? — Поттер подошел ближе. — А что думаете вы? — насмешливо уточнил Снейп. Гарри предполчел не обратить на это внимания. — Я думаю, что в магловском мире наш убийца чувствовал себя свободнее. Не предполагал, что это дело свяжут с убийствами в магическом мире, поэтому воспользовался заклинаниями, которые маглы, конечно, опознать не могут. — Именно, — кивнул Снейп. — И наверняка наш серийник не знал точно, где находится нужная ему вещь. Или знал, но не мог до нее добраться без знания магловской техники. Ему пришлось пытать владельца, чтобы тот выдал местоположение или отключил охранные механизмы. — А раз он убил, значит, получил желаемое, — закончил Гарри и с досадой выдохнул. — Черт! — Не расстраивайтесь, мы знали, что так будет, — пожал плечами Снейп. — Напротив, нам повезло, что мы оказались здесь... так вовремя. Гарри вдруг ощутил, что охотничий азарт не погас. — А вам не кажется, что это как-то... странно? — проговорил он, и от волнения даже глотал окончания слов. — То, что мы оказались здесь так вовремя? — Не могу не согласиться, — кивнул Снейп. — Это не просто странно. Это... — Нам нужно это обсудить, — бросил Гарри. — Но сначала попробуем выяснить, пропало ли что-то. Помогите мне. Империус скоро закончит свое действие, а нам еще нужно осмотреть здесь все. Посмотрите на верхнем этаже. Не хотелось бы накладывать заново. Снейп послушался так, словно всю жизнь проработал аврором. — Ждите нас здесь, — потребовал он у одурманенного полицейского — и торопливо поднялся по белой лесенке на этаж. Гарри бросился осматривать витрины. Похоже, убитый — немолодой дядька — был коллекционером. В его витринах было полно всяких штук, которые явно стоили немало. Драгоценности, старинные мелочи вроде карманных зеркал или курительных трубок, древние документы, оправленные в кожу и сафьян... Гарри совершил открытие первым. В одной из витрин чего-то не хватало. Каждый предмет в прочих был подписан, имел табличку, но здесь не было ничего — только пустое место. Витрина была крошечной. Рядом с пустым местом располагались золотые сережки с зелеными камнями, а табличка гласила: «Серьги с изумрудами ежедневного ношения ее величества королевы Анны». Гарри собирался было позвать Снейпа, как вдруг сообразил, что делать этого не стоит. А вдруг здесь стоит звукозаписывающая техника? Достаточно того, что здесь был кто-то, кто называл всякие «Круциатусы» и «Авады Кедавры» своими именами. Поттер взбежал на второй этаж и, услышав шаги, позвал: — Я нашел. Подойдите, пожалуйста. Снейп сбежал следом за ним на первый этаж квартиры и внимательно осмотрел витрину. Потом достал палочку и использовал невербальный Люмос. — Отпечатков пальцев нет, — вынес он вердикт. — Их было бы видно в косом свете. Это может косвенно доказывать, что убийца знаком с магловским миром. Вы правы, Поттер, это место вполне достойно колье с такой богатой историей — рядом с серьгами королевского дома. — Меня интересует еще пара вещей — и мы можем уходить, — поспешно брякнул Гарри. — Если что-то будет интересовать вас, задавайте вопросы, нет времени на объяснения. Он вернулся в кабинет, где полицейский тупо смотрел на труп, и спросил: — В этом доме нет охраны? — Нет, — послушно ответил тот. — Есть консьержка, но она не видела посторонних. Призналась, что с утра часто дремлет. — Значит, убийство произошло утром, — подхватил Снейп. — Или есть причины предполагать, что кто-то отвлек консьержа намеренно? — Я думаю, что убили поздним утром, — бесцветно откликнулся полицейский. — Здесь живут богатые люди, они редко рано встают. Либо встают очень рано — и уходят. — Есть ли здесь записывающая техника? — спросил Гарри. — Нет, — так же безлико отозвался полицейский. — Есть муляж камеры над дверью и сигнализация, которая посылает сигнал на пульт охраны. Сегодня сигналов не было. Гарри поймал взгляд Снейпа и проговорил: — Это все, что мы хотели узнать. Проводите нас до порога, пожалуйста. Полицейский послушно отправился к выходу. Выйдя из квартиры, Гарри устало произнес: — Фините Инкантатум. Обливиэйт. И, не дожидаясь, пока полицейский поймет, что он не помнит, как оказался в квартире убитого, направился к лифту. Снейп следовал за ним неслышно, но в лифте проговорил: — Если вы хотите обсудить, то мы можем отправиться в ту кофейню, о которой я говорил. Возможно, после этого нам будут понятны наши следующие шаги. Гарри коротко кивнул. Предложение его полностью устраивало.