Отголоски света

Это был второй раз, когда они выходили из Выручай-комнаты бок о бок, скрытые от посторонних глаз волшебной мантией. И в этот раз Драко почти сразу уловил нужный ритм шагов, чтобы идти справа от Поттера вровень с ним и не давать серебристой ткани сползать. Однако теперь вынужденная близость не раздражала его, как тогда, неделю назад, а, скорее, приводила в смятение. Каждое касание воспринималось немного иначе, и Малфой злился на себя за то, что вообще замечает их. Парни ступили на площадку между третьим и четвёртым этажами, когда Драко вдруг почувствовал слабость в ногах – шаги стали неровными, и он чуть не споткнулся. Гарри тут же заметил это и, не раздумывая, подхватил Драко под руку и перекинул её себе через шею, чтобы поддержать. – Осторожнее, Малфой. Если свалишься без сил, то мне придётся тебя тащить на себе, как благородному гриффиндорцу, – пошутил Гарри. – Звучит отвратительно, но я потерплю, – проворчал Драко. – Главное – не вздумай меня уронить, я тебе этого не прощу… как истинный слизеринец. Они продолжили спускаться, теперь немного медленнее, чем ранее. Темноволосый парень украдкой поглядывал на Малфоя с лёгкой тревогой. Что это с ним такое? Просто усталость или же дело в той ране?.. – Осталось всего два лестничных пролёта, – подбодрил своего спутника Гарри. Драко чувствовал его тёплые плечи под своей левой рукой. Это было дико – абсолютно дико! – после шести лет взаимной вражды с Поттером идти с ним так близко и чувствовать его уверенную поддержку. И вместе с тем их неожиданное перемирие дарило Драко странное спокойствие и желание сохранить его подольше… Наконец, они спустились на второй этаж и достигли больничного крыла. К счастью, в коридорах никого не было, и Малфой, оглядевшись, выпрямился и откинул мантию-невидимку, пытаясь совладать со слабостью в ногах. – Всё, Поттер, отлипни, – сказал он, убирая руку с плеча Гарри и демонстративно отряхивая на ней рукав. – Дальше я сам. – Нет, я зайду с тобой, – возразил гриффиндорец. – Хочу убедиться, что с тобой всё в порядке. Драко метнул на него сердитый взгляд. – Уходи! Нельзя, чтобы хоть кто-то увидел нас вместе. Он быстро развязал кособокий бантик на своём плече, размотал галстук и не глядя протянул его Гарри. Тот повертел его в руках, внутренне колеблясь. – Но это ведь мадам Помфри, она уж точно не Пожиратель. – Мало ли кому она может рассказать! – отрезал Малфой. Гарри коротко посмотрел на него, затем кивнул. – Ладно, – он махнул ему рукой и ушёл по коридору, оставив слизеринца перед двустворчатыми дверями. Драко нарочно не смотрел в его сторону, и лишь напоследок бросил быстрый взгляд, успев только увидеть, как Поттер заворачивает за угол. Малфой поправил сумку на левом плече, сделал глубокий вдох и, изо всех сил стараясь держаться ровно на дрожащих ногах, вошёл в больничное крыло. В воздухе стоял запах лекарств и едва уловимый аромат каких-то трав. Все десять кроватей сейчас пустовали, ширмы между ними были собраны. Мадам Помфри не замедлила появиться из своего кабинета на звук открывшейся двери. – Мистер Малфой! – целительница всплеснула руками при виде его кровоточащего плеча. – Что это у вас? Откуда? – На верхних этажах потолок посыпался, и меня зацепил осколок. – Кошмар! Надо сказать директору! – Конечно, мадам, – коротко отозвался Драко. Мадам Помфри усадила его на ближайшую кровать, закатала ему рукав и стала осматривать рану, бормоча себе что-то под нос. Взяв палочку, она очистила место пореза от следов крови и вдруг нахмурилась. – В рану как будто попало какое-то заклинание, которое мешает крови нормально сворачиваться. Тёмное заклинание… В каких это коридорах вы бродите, мистер Малфой? Надо позвать профессора Снейпа. – Что? Зачем? – возмутился Драко и привстал было с кровати, но целительница без особого труда усадила его, ослабевшего, обратно. – Как это зачем? Он больше меня сведущ в подобного рода чарах, всё же именно он преподаёт Защиту от Тёмных Искусств! И к тому же, он ваш декан. Она наколдовала Патронуса-барсука и отправила его в коридор. Однако не прошло и полминуты, как он вернулся, на секунду вспыхнул мягким сиянием и исчез. – Опять он наложил Ограничительные Чары на свой кабинет, – возмущённо сказала мадам Помфри. – Придётся самой за ним сходить. Она аккуратно наложила тугую повязку на руку Драко, помогла ему сесть в кровати и подложила под спину подушку. – Я скоро вернусь с профессором Снейпом. Если почувствуете ухудшение – на тумбочке рядом с вашей кроватью стоит порция укрепляющего зелья, – с этими словами целительница поспешила к выходу. Драко остался один. Минуту он сидел неподвижно, прокручивая в голове недавно произошедшие события в Выручай-комнате, пока вдруг не ощутил внезапное ухудшение самочувствия. Он попытался дотянуться до флакона на тумбочке, пальцы почти коснулись стекла, но тут мир перед глазами резко поплыл. Тело накренилось, парень начал падать с кровати… и в следующий миг чьи-то крепкие руки подхватили его, не дав рухнуть на пол. Сквозь пелену перед глазами смутно проступило чьё-то лицо. Очки. Взъерошенные волосы. – Поттер?.. – выдохнул Драко. – Ты что здесь делаешь? Гарри аккуратно усадил его обратно на постель, придерживая за плечи. – Пришёл предъявить тебе претензию за испорченное имущество, – он помахал своим галстуком, который был не красным в золотую полоску, а алым от пропитавшей его крови. Голос гриффиндорца стал серьёзным: – Оказывается, ты сильно истёк кровью по дороге сюда. Я надел мантию, вернулся и вошёл сразу за тобой. Светловолосый парень нахмурился. – А смысл? – Не знаю, – Гарри запустил руку во взъерошенные волосы. – Но я… я не мог просто уйти зная что ты в таком состоянии. – Не нужна мне твоя жалость, придурок, – процедил Малфой сквозь зубы, морщась от боли в плече. Гарри слегка прищурился. – А ты не думал, что помимо жалости человек может испытывать ещё и искреннее беспокойство за друга? – Я тебе не друг! – Драко раздражённо скривился. Он был слаб, но это не помешало ему разозлиться. – Да знаю. Это я так, в общем, чтобы ты уловил смысл, – Гарри взял с тумбочки склянку с укрепляющим зельем, откупорил её и протянул слизеринцу. – Вот, выпей. Тот с трудом принял флакон левой рукой и одним глотком выпил содержимое. – Надолго этого не хватит, – проворчал он уже чуть более твёрдым голосом. – Я и сам чувствую, что рана не обычная. От неё по всему телу будто одновременно расползаются и жар, и холод… Гарри забрал пустую склянку и поставил обратно на тумбочку. Его взгляд задержался на правом плече Драко: повязка мало-помалу окрашивалась кровью. – Скорее всего, ты здесь будешь несколько дней скучать, пока мадам не поставит тебя на ноги. – Скучать – вряд ли. У меня с собой второй том пособия по заклинаниям, буду продолжать искать подходящие чары. – А как будешь выписывать их? – поинтересовался гриффиндорец. – Ты умеешь писать левой рукой? – Умею, – буркнул Малфой. – Только не так быстро как правой. Левой меня… учили… – он осёкся и в ужасе уставился на собеседника: – Поттер! Помоги мне… Тот недоумённо вскинул брови. Драко Малфой просит его о помощи? Вот так просто, напрямую? – Что случилось? – Мне нужно переодеться в больничную пижаму, пока Помфри здесь нет! Нельзя чтобы она увидела… ты знаешь что. А сам я не смогу... Гарри с изумлением посмотрел в испуганные серые глаза. Помогать Малфою переодеваться – ему и в самом диком сне не могло бы привидеться такое. Но тот был прав: вряд ли целительницу обрадует вид Чёрной Метки у её пациента. – Где пижама? – Проверь в тумбочке. Насколько я знаю, один комплект всегда должен лежать там... И точно – в верхней полке Гарри нашёл аккуратно сложенную пижаму небесно-голубого цвета. – Нужно спешить, – Драко пытался левой рукой расстегнуть на себе пуговицы рубашки, но негнущиеся пальцы не слушались и ежесекундно соскальзывали. – Чёрт… – Давай я, – Гарри сел на кровать рядом с Драко и принялся торопливо расстёгивать на нём одежду. Малфой сидел неподвижно, прислушиваясь к звукам за дверями. – Готово. Теперь снимай, – сказал гриффиндорец, разводя полы рубашки. Перед ним открылось жилистое, напряжённое тело. Гарри обратил внимание на то, как прерывисто вздымалась худая бледная грудь. Он молча пялился на неё пару секунд, пока не услышал тихий голос: – Поттер… Он поднял взгляд. Драко смотрел на него лихорадочно блестевшими глазами, дыхание его было тяжёлым. Гарри вдруг обратил внимание, какие у Малфоя острые черты лица. Его сложно было назвать красивым по общепринятым меркам – резковатые скулы, тёмные круги под усталыми глазами и серые, тусклые радужки, – но всё равно было что-то в его внешности, что сейчас притягивало взгляд Гарри. – Поттер… рубашка, – напомнил Драко, глядя в распахнутые зелёные глаза. – Да, сейчас, – темноволосый парень быстро опустил голову, надеясь, что тот ничего не заметил. Больше не глядя на Малфоя, он быстро спустил с его плеч рубашку, полностью обнажив торс. Слизеринец тихо зашипел от боли, когда Гарри случайно задел наложенную мадам Помфри повязку. – Ох, прости! – Забей, – Драко поморщился. – Живее, Поттер, она может вернуться в любую минуту… Гарри обошёл кровать и принялся стягивать рукава поочерёдно. Не удержавшись, он фыркнул: – А представь её реакцию, если она зайдёт прямо сейчас и увидит, как я тебя раздеваю. О нас с тобой такие слухи пойдут... К его удивлению, уши Малфоя покраснели. – Придурок. Избавь меня от своих больных фантазий. Высвободив левую руку Драко из рубашки, Гарри увидел на его предплечье Метку. И хотя он уже знал о ней, его всё равно покоробило. Чёрный рисунок противоестественно ярко контрастировал с бледной кожей Малфоя. Драко проследил его взгляд и невольно дёрнул рукой, словно хотел спрятать то, что было на ней изображено. – Давай уже пижаму, что ты возишься? – прошипел он и отвернулся, злясь на самого себя за непроизвольное движение. – Погоди ты, – проворчал Гарри, возясь с непослушной одеждой, – дай пуговицы расстегнуть. Оказывается, справиться с ними куда легче, когда рубашка на ком-то… – Мерлин, опять эти драккловы пуговицы, – раздражённо выдохнул Малфой, без сил опускаясь спиной на подушку. Было похоже, что действие укрепляющего зелья закончилось. – Я не буду расстёгивать все – только верхние, – сказал Гарри. – И ты наденешь её через голову, так будет быстрее. – Да я уже и пальцем пошевелить не могу, а ты хочешь, чтобы я руки поднимал? – голос Драко звучал всё слабее и тише. – Вот чёрт… Ладно, все так все. Торопясь, он, наконец, покончил с последней пуговицей. Следующий этап – надеть пижаму на Малфоя. Гарри осторожно поднял его раненую правую руку, продел её в рукав и задумался, глядя на слизеринца. Тот полулежал спиной на подушке, тяжело дыша, с закрытыми глазами, со лбом покрытым испариной, и сам подняться, очевидно, был уже не в состоянии. Тогда Гарри снова сел рядом, аккуратно посадил Драко и подтянул к себе, принимая его вес. Голова Малфоя мягко упала ему на плечо, и Гарри почувствовал свежий, прохладный аромат шампуня. Светлые волосы заслонили обзор, так что гриффиндорец почти вслепую нащупал пижаму за спиной Драко, свисавшую с его правой руки, и накинул её ему на левое плечо. – Поттер, – негромкий голос прозвучал у самого его уха, и по спине Гарри тысячными толпами рванули мурашки, – если ты хотел пообниматься, то мог так прямо и сказать… – Чего это ты такой добрый? Совсем хреново, видимо? – поинтересовался Гарри, стараясь справиться с внезапным смятением от так близко прозвучавшего голоса Драко. Надо быстрее с этим заканчивать… Он продел левую руку слизеринца в рукав, а правый закатал до самого верха. Затем осторожно передвинул Малфоя ближе к подушке, стоявшей в изголовье кровати. Тот приоткрыл глаза, и Гарри поймал затуманенный серебристый взгляд. Что-то странно кольнуло в кончиках пальцев… Гарри заставил себя опустить взгляд и принялся застёгивать пижаму. Да что это с ним сегодня? – Пить, – шепнул Драко, не сводя болезненно блестевших глаз с Поттера. Тот кивнул и, одержав, наконец, победу над злосчастными пуговицами, встал с кровати. В нескольких шагах от прикроватной тумбочки стоял низкий столик с кувшином с водой. Гарри налил воды в стакан и протянул слизеринцу, но тут же сообразил, что тот не сможет его взять. Пора бы уже было целительнице вернуться и заняться лечением слабеющего пациента. – Мне что, ещё и поить тебя надо? – Гарри мягко усмехнулся, поднёс стакан к губам Драко и помог ему отпить. – Да ты вконец обнаглел. – Не возникай, шрамоголовый, – пробормотал светловолосый парень. – Никто тебя за язык не тянул, ты сам решил остаться… Гриффиндорец невольно улыбнулся: даже в таком состоянии Малфой оставался Малфоем. В этот момент в коридоре послышались шаги и голоса. Гарри резко поставил стакан на тумбочку. – Мне надо спрятаться, но я буду рядом. Малфой, слышишь? Я никуда не ухожу. Он отступил к противоположному ряду кроватей и скрылся под мантией.