22
13 июня 2025 г., 20:50
ДЖУНО
Солнце опускается за горизонт Нью-Йорка, когда мой водитель подъезжает к дому. После целого дня напряженных встреч с конкурирующими Семьями мне не терпится расслабиться дома с Кейтлин. С тех пор как мы помирились несколько недель назад, я чувствую себя легче и счастливее, чем когда-либо за последние годы. Что-то в ее игривой улыбке и озорном смехе заставляет меня ощущать себя по-настоящему живой. Я выхожу из машины в тихий вечер. Слишком тихий. Даже снаружи я чувствую, что особняку не хватает привычного тепла и суеты. И где, во имя всего святого, охрана? Мой телохранитель, очевидно, тоже это чувствует и толкает меня обратно к машине. — «Нет», — резко говорю я. — «Найди охрану и осмотрись. Я…» — Мне нужно найти Кейтлин. Холодный болезненный страх уже терзает мое сердце. Я взбегаю по каменным ступеням и обнаруживаю, что дверь не заперта. Внутри, в холле, темно и пусто, отсутствует знакомая успокаивающая атмосфера. Нерон тоже не приветствует меня. — «Кейтлин?» — Я поднимаюсь по лестнице, прислушиваясь к любому намеку на звук. Ни тихих шагов, ни приглушенной рок-музыки, доносящейся из ее комнаты. Ни звука телевизора из гостиной. Я знаю, что она уже должна быть дома. Быстро прохожу по первому этажу, чувства обостряются. На кухне посуда аккуратно сложена в раковине. Персонала нигде не видно, хотя их рабочий день продлится еще несколько часов. У меня внутри все скручивается от волнения. Что-то здесь не так. Я поднимаюсь по лестнице невесомыми шагами, молясь, что Кейтлин просто погрузилась в свое творчество, а наушники заглушают внешней мир. Но как только я открываю дверь спальни, то вижу, что комната стоит нетронутая, кровать аккуратно заправлена, все в точности так, как мы оставили утром. От ее вибрирующей, непредсказуемой энергии не осталось и следа. Выходя из спальни, я стараюсь унять дрожь в руках, мысленно перебирая возможные объяснения, даже когда слышу, как мой телохранитель топает по дому, окликая охрану. — «Здесь никого нет, босс», — выкрикивает он. Я достаю телефон, проклиная себя за то, что была настолько глупой, что подумала об этом только сейчас, и набираю номер Кейтлин. Откуда-то из дома доносится звонок ее телефона. Я сбегаю вниз по лестнице, возвращаюсь в гостиную, и волосы у меня на затылке встают дыбом, когда я замечаю ее телефон на кофейном столике. И тут же я вижу ногу, торчащую из-за дивана. Я бросаюсь туда, и от этого зрелища у меня стынет кровь. Пауло лежит, растянувшись под окном, глаза закрыты, лицо бледное. Спустя несколько секунд в доме раздаются шаги, и я слышу, как мой телохранитель сбегает по лестнице с криком: — «Где, блядь, вас, ублюдков, носило?» — «Сюда!» — зову я, голос звучит визгливо в моих ушах. Охранники вваливаются в комнату, и на их лицах отражается мое собственное смятение. Они мигом сгрудились вокруг Пауло, проверяют жизненные показатели, ощупывают рану на его затылке. Я присоединяюсь, желая как-то помочь, но один из них кладет мне на плечо мягкую, но в то же время твердую руку, направляя меня обратно. — «Предоставьте нам немного места, г-жа Бьянки». — Я хочу сопротивляться, взять ситуацию под контроль, но отчаяние в их глазах останавливает меня. Эти люди знают Пауло не только как подчиненного. Для них он брат по оружию. Поэтому я молча стою в стороне, наблюдая за тем, как они отчаянно пытаются стабилизировать его состояние и остановить багровый поток, окрашивающий нетронутый ковер. Один из охранников, что повыше ростом, встает и смотрит мне в глаза, явно готовясь отвечать на вопросы. — «Ну что? Что здесь стряслось?» — требую я. — «Где моя жена?» Он замялся. — «Полагаю, она ушла с мистером Ванцетти? Он был здесь примерно пятнадцать минут назад. Мы думали, что вы в курсе, мэм. Мистер Ванцетти сообщил, что вы попросили его забрать мисс О’Салливан, и послал нас за угол — срочно, — сказав, что приближается группа ирландцев…» — Он провел рукой по лицу. — «У нас не было причин не верить, босс». Все силы покидают мое тело. — «Это невозможно», — слышу я свой голос словно издалека. — «Вероятно, это ошибка». Но нутром чую, что 'ошибка' — неподходящее слово. Предательство. Обман. Подлость. Это какие-то чудовища, вторгшиеся в мой дом, архитекторы этого кошмара наяву. Дрожащими руками я опять достаю телефон и дважды чуть не роняю его, прежде чем мне удается набрать контакт Анджело. Он не берет трубку ни на первом гудке. Ни на втором. После десятого безответного гудка я едва могу соображать. Где-то вдалеке взвыли сирены, и в фокусе появляются парамедики. Они налетают, как стервятники, укладывают Пауло на носилки, выкрикивая показатели и жизненно важные индикаторы. Один из них пытается проверить, нет ли у меня шока, но я отталкиваю его. Опустившись в ближайшее кресло, я смотрю на свои руки, все еще липкие от крови Пауло. Это все моя вина. Я поклялась защищать Кейтлин, поклялась что с ней ничего не случится, покамест я дышу. Где-то в этой неразберихе я слышу вопль Пауло, который возвращает меня в реальность. Парамедики выкатывают его из комнаты, а он слабо сопротивляется, ища меня глазами. Я бросаюсь к нему и наклоняюсь ближе, и он с удивительной силой стискивает мою руку. Его дыхание затруднено, слова едва слышны. — «Ванцетти…» Его рука обмякает прежде, чем я успеваю ответить, а глаза закрываются. Моя грудь сжимается так сильно, что я с трудом могу сделать вдох. Значит, это правда. Это Анджело. И теперь Кейтлин у него. Я вспоминаю тот благотворительный вечер, когда в напиток Кейтлин подмешали наркотик. Вновь мысленно созерцаю, как все разворачивается в моем воображении: бар, как мы с ней смотрим друг на друга, не обращая внимания на все остальное. И все это время Анджело маячил поблизости, следил, выжидая подходящего момента… Он стоял прямо перед ее бокалом. Я мысленно вижу запись с камеры видеонаблюдения: как он тогда оглянулся через плечо. Я думала, он проверяет, не привлекаем ли мы с Кейтлин слишком много внимания. А он лишь хотел убедиться, что за ним никто не присматривает. Был момент, когда мы с Кейтлин подвинулись, похоже, загородив камеру. Скорее всего, в этот момент он и сделал это. И мы… Мы никогда не позволяли себе даже думать об этом. К моему горлу подступает желчь. Анджело Ванцетти выставил меня дурой. Будучи моим ближайшим советником, наставником, едва ли не отцом, я вручила ему ключи от своего королевства, обнажив свои слабости. Он безупречно сыграл свою роль, обманывая меня на каждом шагу. Анджело знал, как сильно я на него полагаюсь. Моя вера в него ослепила меня, и из-за этого Кейтлин оказалась незащищенной и уязвимой. Я заставляю себя сделать один глубокий успокаивающий вдох, затем другой. Кейтлин нуждается во мне. Всю свою сознательную жизнь я провела, подавляя неудобные эмоции. Видит Бог, сейчас мне понадобится этот талант. Медленно встав, я повернулась к охранникам. — «Оповестите всех капо и экипажи. Вступает в силу полный аварийный протокол». — Мой голос отдается эхом, усиливаемым высокими потолками. — «Прочешите этот город дюйм за дюймом. Задействуйте всех наших информаторов, обыщите все склады, депо и лазы, пока не найдете ее. Анджело Ванцетти предал нашу Семью и похитил мою жену. И он жестоко поплатится за это». Охранники сразу же засуетились, подгоняемые моим ледяным тоном. В считанные мгновения дом наполняется активностью, и весь наш арсенал готов к войне. — «Я иду за тобой, любовь моя», — шепчу я своему отражению, когда остаюсь наедине с собой. — «Клянусь своей жизнью». Где-то там Кейтлин ждет. И я ее не подведу. На город опускается темнота, впрочем, она не пугает меня. Я — то, чего боятся люди. Я стану мстителем, который выследит Анджело Ванцетти и отплатит ему тем же. Никакая сила на этой земле не остановит меня, чтобы вернуть то, что принадлежит мне. Ради Кейтлин я сожгу этот город дотла и на его пепелище отстрою ей новую империю. Итак, да начнется охота.
