Алый закат и королевское сердце.

Ночь опустилась на Зачарованный Лес, окутав замок Королевы Реджины своей непроницаемой темнотой. В своих личных покоях Реджина металась, словно пойманный в ловушку зверь. Слова, сказанные Эларой всего несколько часов назад, не давали ей покоя, отравляя каждый уголок ее сознания. "Такого животного садизма я никогда не видела," – эти слова звенели в ее голове, отдаваясь эхом. Реджина с яростью отшвырнула шелковую подушку, которая отлетела в стену. Животный садизм. Она, Реджина, когда-то добрая девушка, теперь стала воплощением зла, и она приняла это. Это было ее оружие, ее власть. Но Элара… эта дерзкая, непокорная девчонка, осмелившаяся бросить ей вызов, увидела в ней что-то, что Реджина тщательно прятала даже от самой себя. Это раздражало до зубовного скрежета. Никто не смел так говорить с ней, никто не осмеливался. Она подхватила с мраморного столика тяжелую бутылку дорогого вина, того самого, которым облила Элару, и с силой метнула ее в большое зеркало на стене. Звон разбившегося стекла разнесся по покоям, отражая внутренний хаос Реджины. Осколки разлетелись, словно ее собственные мысли – фрагменты ярости, сомнений и странной, нежелательной привязанности. - К черту ее! – прошипела Реджина, потирая виски. – К черту эту девчонку! Что она о себе возомнила? Я – Злая Королева! Это мой мир, мои правила! И если она не слушается, она должна быть наказана! Это правильно! Ее слова были попыткой убедить саму себя, заглушить предательский голос внутри, который нашептывал: "Но тебе же нравится эта девчонка. Зачем ты так с ней?" Она пыталась отмахнуться от этих мыслей, как от назойливой мухи. Ей не нравилось, когда ей кто-то нравился. Это делало ее уязвимой, а Реджина не могла себе этого позволить. Особенно после всего, что случилось из-за Белоснежки. Она бесцельно ходила по своим роскошным покоям, ее каблуки стучали по полированному полу, как удары молота. Слова Элары, ее дерзкий взгляд, даже ее тело, извивающееся от унижения – все это крутилось в голове Реджины, не давая покоя. Она чувствовала себя одновременно разгневанной и какой-то странно… возбужденной. Неужели она действительно стала таким монстром, что только страдания других приносят ей удовлетворение? Или это просто способ защитить себя от нового, нежелательного чувства? Гордость не позволяла ей признать, что она могла бы быть неправа. Ее обида на прошлое, на тех, кто ее предал, была слишком глубока. Она не собиралась меняться из-за какой-то самоуверенной пррстолюдинки, которая появилась из ниоткуда и осмелилась указывать ей на ее недостатки. Нет. Элара должна понять, кто здесь хозяйка. И она поймет. В это же время внизу, в служебных помещениях замка, Элара спускалась по лестнице. Ее старое платье горничной было перепачкано вином, волосы слиплись и пахли терпким напитком. Она чувствовала себя жалкой и униженной, но внутренний огонь не позволял ей сломаться. В большой общей комнате для служанок, где горел тусклый очаг, ее ждали Эльза и Лили– две молодые девушки, с которыми Элара успела подружиться. обе вздрогнули, увидев Элару в таком виде. - Ох, милая! Что случилось? – ахнула Эльза, подбегая к Эларе. – Боги, что она с тобой сделала? Лили покачала головой, ее лицо исказилось от возмущения. - Опять эта старая ведьма! Что на этот раз? - Элара устало опустилась на скамейку. -Она… она облила меня вином. Прямо на голову, – пробормотала она, чувствуя, как унижение вновь поднимается к горлу. Эльза и Лили переглянулись. - Это просто ужасно! Какая садистка! – воскликнула Эльза, прижимая руки к груди. - Да, настоящая садистка, я бы сказала, – добавила Грета. – Испортила тебе наряд. Она просто чудовище, так поступать!" Элара подняла голову, ее глаза вспыхнули. - Она… она не чудовище, – неожиданно произнесла она, заставив подруг удивленно посмотреть на нее. – Она… сложная. И она сделала это не только потому, что зла. Эльза и Лили уставились на нее, будто она сошла с ума. - Как это – не только потому что зла? Она просто любит мучить людей, Элара! – воскликнула Лили. Элара вздохнула. - Я… я знаю, что это было ужасно. И я не одобряю того, что она делает, – она провела рукой по запачканным волосам. Подруги лишь покачали головами, не понимая. - Ну, мы видим только то, что она издевается над тобой, – сказала Эльза, сочувственно поглаживая Элару по плечу. – Тебе нужно помыться, милая. Ты вся липкая Элара кивнула. - Да. Иначе я не усну - Она пошла к общей бане, где служанкам всегда доставалась только холодная вода. Теплая была привилегией господ. Элара наполнила таз ледяной водой и начала смывать с себя липкое вино. Холод проникал до костей, но в то же время приносил некоторое облегчение, смывая не только грязь, но и часть эмоциональной тяжести. Она терла волосы, пытаясь избавиться от запаха вина, чувствуя, как каждый вздох обжигает легкие. "Черт бы побрал эту женщину," – прошептала Элара себе под нос, но уже без былой злости, скорее с горькой усмешкой. Закончив, она дрожащая, но чистая, натянула простую ночную рубашку и забралась на свою жесткую койку. Тело ныло, голова кружилась, но мысли все еще метались. Еще один день прошел под властью Реджины, еще один день унижений и странных открытий. Она не знала, сколько еще таких дней ей предстоит пережить. Когда все это закончится? Когда Королева решит отпустить ее, или хотя бы снять с нее клеймо служанки? Она закрыла глаза, пытаясь отогнать образ властной Реджины, ее пронзительного взгляда и жестокой улыбки. Но образ не уходил. Он оставался там, в глубине ее сознания, одновременно пугая и завораживая. Завтра будет новый день, и новый день служения Злой Королеве. И Элара, к своему собственному удивлению, чувствовала, что, несмотря на всю боль и унижения, она ждет его. Новый день принес с собой лишь холод и отчуждение. Замок просыпался под первыми лучами солнца, но для Элары этот рассвет не принес ни облегчения, ни перемен. Реджина, казалось, полностью игнорировала ее присутствие. За завтраком Королева сидела величественно, не поднимая на Элару взгляда, не произнося ни слова. Она относилась к ней как к обычной служанке, которую могла заменить любой другой. Элара стояла у стены, рядом с другой горничной, готовая подать вино или убрать со стола, если Королева вдруг соизволит обратить на нее внимание. Но Реджина молчала. Ее взгляд скользил по еде, по придворным, по стенам, но никогда не задерживался на Эларе. Ледяное безразличие. Внутри Элары поднимался горький ком – неужели она задела Королеву настолько сильно, что та даже видеть ее не хочет? Неужели ее дерзость так дорого ей обошлась, и теперь Реджина просто выбросит ее из своей жизни? Она чувствовала себя одновременно обиженной и… какой-то опустошенной. Позже, когда утренние обязанности были выполнены, Элара направилась в служебные покои. Запах сырости и старого дерева наполнял этот уголок замка, резко контрастируя с роскошью верхних этажей. Проходя мимо одной из кладовых, откуда доносились приглушенные голоса, Элара замедлила шаг. Ее вампирский слух, о котором никто, включая Реджину, не догадывался, уловил обрывки фраз, которые не предназначались для чужих ушей. Все считали ее обычной простолюдинкой, простой девушкой, которой Королева почему-то уделяет больше внимания, чем другим. Её слух способность которую в этом мире она потеряла резко от чего то вернулась что было очень странно но она решила что подумает об этом позже. — …и я говорю вам, ее дни сочтены, — низкий, хриплый голос принадлежал одному из стражей. Элара узнала его – крепкий мужчина с короткой стрижкой и шрамом над бровью, который часто дежурил у ворот. Он был одним из тех, кого называли "волками" – особо жестоких и преданных Королеве воинов. — Тише, болван! — прошипел второй голос. — Если кто-то услышит… — Кто услышит? Эта Королева слишком увлечена своими игрушками. И эта девчонка… она ее даже не привлекает к делу, лишь для… развлечений. — Это не наше дело. Главное – Королева умрет. И тогда... — Мы должны быть осторожны. Заговор крепнет. Завтра на охоте… — голос стал еще тише, почти неслышным. Элара замерла. Сердце, вдруг ощутимо сжалось. Заговор. Убить Королеву. Осознание обрушилось на нее, как ледяной душ. Они хотят убить Реджину. Голоса стражников вновь стали громче, но тут же оборвались, когда один из них, кажется, обернулся и увидел едва заметную тень Элары. — Тише, тут эта девчонка! — прозвучал шепот, который Элара все равно отчетливо слышала. — Убирайся отсюда, служанка! Стражники замолчали. Элара медленно отошла, делая вид, что ничего не слышала, но ее мозг работал на полную мощность. Лицо "волка" со шрамом запечатлелось в ее памяти. Она не знала его имени, но знала, что он один из них. Ей нужно было рассказать Реджине. Но не просто так. Это была ее возможность. Возможность вырваться из статуса униженной служанки. Она не хотела свободы, нет. Парадоксально, но чем больше Реджина издевалась над ней, тем сильнее Элара хотела быть рядом. Она хотела вернуться в свои покои, быть ближе к Королеве, стать для нее чем-то большим, чем просто игрушкой для пыток. Это было ее шанс изменить их отношения. Пусть не освободиться, но быть замеченной, стать важной, хотя для неё такие чувства были скорее в новинку и она не особо их понимала. Весь день Элара выполняла свои обязанности, как обычно. Мыла полы в коридорах замка, полировала старинные доспехи, но каждая ее мысль была занята предстоящим разговором с Реджиной. Как начать? Как преподнести информацию так, чтобы Королева ее выслушала, а не просто отмахнулась? К вечеру, когда замок погрузился в полумрак, а слуги постепенно расходились по своим комнатам, Элара решилась. Она поднялась по величественной лестнице, ее шаги были едва слышны. Добравшись до покоев Королевы, она остановилась у резной дубовой двери. Глубоко вздохнув, она осторожно постучала. Изнутри послышался слегка удивленный, но привычно властный голос Реджины: — Войдите. Элара тихо открыла дверь и ступила в комнату. Реджина сидела перед большим зеркалом, ее волосы были распущены и спадали на спину, еще не расчесанные, но все еще блестящие. На ней была шелковая сорочка в красно-черных тонах, которая облегала ее фигуру, подчеркивая каждый изгиб. На лице все еще оставался безупречный макияж, создавая разительный контраст с ее домашним, расслабленным видом. Она не ожидала никого. Реджина подняла взгляд на вошедшую Элару, и ее брови чуть изогнулись. — Элара? Ты пришла. Иди помогай мне. Элара молча подошла к Королеве. Как начать этот разговор? Сказать ей с порога: "Ваше Величество, вас хотят убить!" – было бы глупо и могло вызвать лишь гнев. Она должна была быть осторожной. Реджина протянула ей серебряную расческу с инкрустацией. — Расчесывай. Элара послушно взяла расческу. Ее пальцы мягко скользнули по волосам Реджины, пытаясь распутать колтуны, оставшиеся после долгого дня. Она работала молча, сосредоточенно, но ее мысли лихорадочно искали правильные слова. Реджина наблюдала за ней через зеркало, ее взгляд был странным, пронзительным. Она, казалось, видела, что Элара что-то скрывает, что-то важное. — Ай, больно, — капризно протянула Реджина, хотя на самом деле прикосновения Элары были нежными. — Ты будто пытаешься вырвать мне все волосы. Элара стала еще нежнее, ее руки скользили по волосам Реджины, ощущая их мягкость и шелковистость. " О, эти волосы… такие нежные," пронеслось в ее мыслях. — "Даже лучше, чем были у меня в моем замке когда-то…" Реджина повернула голову, чтобы лучше видеть ее отражение в зеркале, ее глаза были прикованы к Эларе. — Ты странно молчаливая сегодня, — произнесла она, и в ее голосе прозвучала нотка легкой, почти забавляющейся иронии. — Что случилось? Я тебя обидела вчера, твои нежные чувства? Элара подняла взгляд на отражение Королевы, в ее глазах мелькнула искорка едкого сарказма. — Нет, Ваше Величество. Это я, скорее, ваши… Реджина резко развернулась на стуле, ее глаза вспыхнули. В ее позе было столько агрессии, но вместе с тем и легкая, почти незаметная усмешка. Она смотрела на Элару не как на дерзкую служанку, а как на… что-то новое, интересное. — Мои что? — в ее голосе звенела сталь, но в ней не было привычной, удушающей ярости. Скорее, это был вызов, приглашение к игре. Элара глубоко вздохнула. Это был момент. — Я… я хотела вам помочь, Ваше Величество. Но не знаю, стоит ли вам об этом говорить. Реджина вскинула бровь, ее взгляд стал еще более пристальным. Она вновь повернулась к зеркалу, но продолжала наблюдать за Эларой через отражение. — Говори, девчонка. Не испытывай мое терпение. Элара почувствовала, как по ее спине пробежали мурашки. Она знала, что сейчас решится ее судьба. — Ну, — начала она, ее голос был чуть тише, но в нем уже не было рабской покорности. — Если вы хорошо попросите, может быть, я расскажу вам очень важную информацию. Для вас. Реджина резко обернулась, ее глаза сузились. Власть, которая всегда присутствовала в ее голосе, сейчас стала ощутимой, как физическая сила — Нет, девочка, — произнесла она медленно, каждое слово было отчеканено. — Ты не поняла меня. Я здесь главная. Я здесь Королева. Ты обязана мне сказать то, что знаешь, и чем хочешь поделиться. Немедленно. Элара встретила ее взгляд без страха, несмотря на пульсирующую энергию гнева, исходящую от Реджины. Вампирша сделала глубокий вдох, собираясь с мыслями. — Я знаю, что здесь главная вы, Ваше Величество, — ровно произнесла Элара. — И именно поэтому я пришла к вам. Но за столь важную информацию я бы хотела получить кое-что взамен. Небольшую услугу, которая для вас ничего не стоит, но для меня… значит многое. Лицо Реджины исказилось. Это была не просто агрессия, это было чистое, яростное неверие. Ее служанка, ее пленница, смеет ей, Королеве, указывать условия? С каких пор? С каким правом? — Что ты себе позволяешь, девчонка? — голос Реджины был опасно тих, предвещая бурю. — Ты понимаешь, что я могу забрать твое сердечко, которое все еще у меня, и просто прикажу ему рассказать мне все? Ты будешь говорить все без запинки, беспрекословно. Элара не дрогнула. — Конечно, я это понимаю, — спокойно ответила она, хотя внутри все сжималось от напряжения. — Но если я сейчас здесь, перед вами, это уже значит, что я хочу вам все рассказать. Я просто прошу о небольшой услуге, которую вы вполне можете выполнить. Реджина вскипела. В следующую секунду ее рука метнулась вперед, крепко сжимая запястье Элары. Ногти Королевы впились в нежную кожу, и вампирша почувствовала острый укол боли. Взгляд Реджины был пронзительным, злым, но в нем проскользнуло и что-то иное — любопытство, вызов, который Элара приняла. Они молча смотрели друг на друга. В глазах Элары читалась стальная решимость, в глазах Реджины — гнев, который медленно трансформировался в нечто более сложное. Эта девчонка была не просто дерзкой, она была опасной. Через мгновение Реджина резко отпустила запястье Элары. Она отвернулась к зеркалу, ее плечи слегка опустились. — Что ты хочешь? — спросила она, ее голос был глух, но в нем уже не было прежней ярости. Элара немного потерла запястье, на котором уже начали проступать красные следы. — Я хочу, чтобы вы вернули меня в те покои, что дали мне в самом начале. Я больше не хочу быть служанкой. И… верните мне мое сердце. Повисло молчание. Потом Реджина издала короткий, едкий смешок. — Никакая информация не может стоить так много, девчонка. Ты просто… смешна. Что же ты такого мне предложишь, чтобы я согласилась на такие условия? Ты, похоже, переоценила себя. Внутри Элары поднялась волна раздражения. Ничего не стоит? Эта информация могла спасти жизнь Реджины! — Против вас готовится заговор, Ваше Величество, — твердо произнесла Элара, игнорируя колкость Реджины. — Две служанки и, по крайней мере, два стражника. Вероятно, их больше, они говорили о многих, кто против вас. Реджина резко развернулась, ее глаза сузились. — Ты шутишь? — в ее голосе сквозило недоверие. — Служанки? Стражники? Девочка, ты лжешь, чтобы получить свою комнату. Я ничего тебе не верну. — Нет, — Элара покачала головой. — Это ваше дело — верить мне или нет. Но откуда, например, я могла бы знать, что завтра вы отправляетесь на охоту со стражниками? Лицо Реджины мгновенно изменилось. Ее глаза расширились, а на губах застыла гримаса удивления, которую она тут же попыталась скрыть. — Девчонка, ты позволяешь себе слишком много, — прошипела Реджина, но в ее словах уже не было прежней уверенности. Она была сбита с толку. Элара не могла узнать об охоте ни от кого, кроме "волков" – самых приближенных стражников Королевы, которые знали о ее планах. Эти стражники почти не общались с обычной прислугой, и уж тем более не стали бы обсуждать с ней столь конфиденциальную информацию. — Откуда мне знать, что ты не врешь? — Реджина вновь попыталась взять контроль над ситуацией, хотя ее голос звучал уже не так убедительно. — Я вам уже сказала, Ваше Величество, — Элара выпрямилась. — Это ваше дело – верить мне или нет. Я вас предупредила. И я хочу, чтобы вы выполнили мои требования. Реджина агрессивно вскочила, ее глаза сверкали. Она была раздосадована, но в то же время заинтригована. — Ну уж нет! Пока я не узнаю, что эта информация правдива, я тебе ничего не дам! — произнесла она наигранно злобно, но в ее голосе чувствовался уже совсем другой оттенок. — Кто эти служанки? Кого ты видела из стражников? — Одного я точно запомнила, — ответила Элара. — Он с шрамом на брови. Один из "волков". Реджина презрительно фыркнула. — У многих моих "волков" есть шрамы. Откуда мне знать, что ты не выдумываешь? Я не знаю их всех в лицо, чтобы запоминать такие мелочи. — На самом деле она знала этих "волков" поименно и в лицо, и прекрасно понимала, кого имеет в виду Элара, но никогда бы в этом не призналась. — Вы их знаете, Ваше Величество, — прошептала Элара, чувствуя, как Реджина пытается ее обмануть. Королева на мгновение замерла, ее взгляд стал еще более опасным. — Ты что, совсем потеряла рассудок? — Реджина сделала шаг к Эларе, ее голос был тих, но полон угрозы. — Мне не нужны твои указания. Она сделала паузу, ее глаза скользнули по лицу Элары, словно изучая ее. Наконец, Реджина кивнула, в ее глазах мелькнул хитрый огонек. — Хорошо. Я проверю твою информацию. Если она правдива, то завтра ты вернешься в свои покои. И завтра же ты поедешь со мной на охоту. А если… — она усмехнулась, — если ты солгала, то я просто убью тебя, моя маленькая служанка. Реджина взмахнула рукой, указывая на дверь. — Ступай. Иди на свою койку, — ее голос был холоден, рассчитан на то, чтобы ранить, напомнить Эларе о ее нынешнем положении. — Ты все еще просто слуга. Элара тяжело вздохнула. Это не было полной победой, но и не поражением. Реджина поверила ей достаточно, чтобы проверить. Это был прогресс. Хоть и с таким жестоким обещанием. С гордо поднятой головой, Элара развернулась и вышла из покоев Королевы, оставляя Реджину одну с ее разрушенным зеркалом и навязчивыми мыслями о заговоре. Новый день начался без лишних церемоний, но с заметным изменением в отношении к Эларе. Ей больше не нужно было таскать грязное белье или мыть полы. Вместо этого, к ней пришли другие служанки, неся кожаный охотничий костюм. Он был практичным, но элегантным, облегающим, подчеркивающим каждый изгиб ее фигуры. Элара, с некоторой внутренней усмешкой, надела его. "Ну что ж, охота, — подумала она, поправляя воротник. — Придется притворяться, что это для меня в новинку, хотя я видела достаточно охотничьих походов в своей прошлой жизни". Вскоре за ней пришли два стражника. Один из них был тот самый "волк" со шрамом над бровью, о котором она говорила Реджине. — Королева ждет, — отрывисто произнес он, его взгляд был холоден и непроницаем. — Она не любит ждать. Элара молча кивнула и последовала за ними. Она понимала, что Реджина специально послала именно этого стражника, чтобы проверить ее слова. Это был первый шаг. Они спустились во двор, где уже ждала роскошная карета. Рядом с ней, величественная и немного раздраженная, стояла Реджина. Королева тоже была одета для охоты. Ее наряд, хоть и практичный, был произведением искусства: облегающий корсет, кожаные брюки, высокие сапоги и темный плащ, развевающийся на легком утреннем ветру. Она выглядела одновременно сильной, опасной и… невероятно привлекательной. Элара поймала себя на этой мысли и тут же подавила ее. "Черт, Элара, — мысленно укорила она себя. — Это твой надзиратель, а ты пленница. Она не должна тебе нравиться". — Наконец-то, — голос Реджины был колким, полным наигранной агрессии. — Я уж думала, ты забыла, как одеваться, или разучилась двигаться быстрее улитки. Что, так долго раздумывала, что же надеть, моя маленькая служанка? Элара молчала, лишь слегка опустив голову. Она научилась сдерживаться. — Садись, — приказала Реджина, уже забираясь в карету. Внутри кареты было достаточно просторно, чтобы стражники не слышали их разговор, сидящие на лошадях. Они ехали сквозь утренний туман, который медленно рассеивался, открывая виды Зачарованного Леса. — Значит, заговор? — Реджина нарушила молчание, ее тон был насмешливым. — И ты думаешь, что твоя история стоит той платы, которую ты запросила? — Я знаю, что она стоит того, Ваше Величество, — ответила Элара, не поднимая на нее взгляда. — И вы скоро сами в этом убедитесь. — О, неужели? — Реджина усмехнулась. — Что ж, посмотрим. Я не привыкла верить пустым словам. Разговор затих, пока карета въезжала в чащу леса. С каждой минутой деревья становились выше и гуще, погружая их в полумрак. Карета остановилась на небольшой поляне. Королева вышла первой, ловко спрыгнув на землю. Она взяла с сиденья лук и колчан со стрелами, ее движения были грациозны и уверенны. Эларе она ничего не предложила, очевидно, опасаясь, что та может использовать оружие против нее. — Иди рядом, — просто сказала Реджина. Элара послушно шагнула вперед, но ее взгляд сразу же скользнул к стражникам. Пятеро "волков" стояли чуть поодаль, их лица были непроницаемы. Она быстро вычислила того, кто говорил о заговоре. Он стоял чуть ближе, чем остальные, его взгляд был сосредоточен на Королеве. Элара заметила, как они обмениваются едва заметными взглядами. — Мы углубимся в лес, — объявила Реджина, направляясь в самую гущу зарослей. — Мне нужна крупная дичь. Элара почувствовала, как внутри все напрягается. Зачем Реджина рискует? Неужели она специально ведет себя так, словно играет со своей судьбой? Стражники, вооруженные до зубов, следовали за ними на некотором расстоянии. Элара не переставала оглядываться, чувствуя исходящую от них угрозу. Реджина, заметив ее беспокойство, насмешливо улыбнулась. — Не бойся, моя дорогая. Я более чем уверена, что ты мне соврала. Мои "волки" не посмеют предать меня. Элара остановилась, ее глаза вспыхнули. — Вы с ума сошли, Ваше Величество? — прошептала она, пытаясь говорить тихо, чтобы стражники не услышали. — зачем так рискуете? Я вам не врала! Знаете, мне совершенно не хочется погибнуть в этом лесу рядом с вами! Реджина громко, но коротко рассмеялась. — Смешно, — процедила она. — Ты действительно думаешь, что какая-то лесная тварь или пара предателей сможет меня одолеть? Они продолжали двигаться вглубь леса. Стражники держались сзади, их шаги были тихими, но Элара чувствовала их присутствие, их напряжение. Они были слишком близко, и это было опасно. Элара вновь взглянула на Реджину, которая шла, демонстрируя полную уверенность. Королева была напряжена, Элара это чувствовала, но Реджина не доверяла никому, а значит, не доверяла и ей. И все же, где-то глубоко внутри, Элара чувствовала, что Реджина хотела бы ей верить, хотела бы, чтобы ее подозрения оказались правдой. Как можно замышлять заговор против той, кто одним движением руки мог бы уничтожить их всех? Реджина вдруг замерла, подняв руку. Ее взгляд был прикован к верхушкам деревьев. — Там, — прошептала она, натягивая тетиву лука. В ее глазах загорелся азарт охотника. — Крупная птица. Элара не сводила глаз с Реджины, но при этом старалась держать в поле зрения и стражников. Они стояли неподвижно, их фигуры сливались с тенями деревьев. Реджина плавно натянула тетиву, прицеливаясь. В этот момент Элара заметила, как один из стражников, тот самый со шрамом, медленно, почти незаметно, потянулся к поясу. — Ваше Величество! — Элара тихо, почти неразличимо, прошептала, ее голос был наполнен отчаянием. — Что вы делаете? Как вы можете стоять к ним спиной? Вы не понимаете, что рискуете?! Но было слишком поздно. В тот же миг, как Реджина выпустила стрелу, промахнувшись мимо птицы, из-за ее спины раздался резкий, звонкий звук — страж со шрамом выхватил меч из ножен. Элара замерла, ее глаза расширились от ужаса. Все произошло так быстро, что она едва успела осознать происходящее. "Девочка была права!" — пронеслось в мыслях Реджины. Королева действовала инстинктивно. Отбросив лук и стрелы, она подняла руки, и мощный вихрь темной магии окутал одного из приближающихся стражников, отбросив его в сторону. С пронзительным криком мужчина врезался в толстое дерево. Раздался глухой хруст — Элара сжала кулаки, понимая, что он сломал себе что-то, скорее всего, позвоночник или конечности. Двое других стражников, с обнаженными мечами, бросились на Реджину с криками: — Смерть злой королеве! Смерть тирану! Еще двое натянули тетивы своих луков, целясь в Реджину. Элара отшатнулась назад, прижимаясь к стволу ближайшего дерева. Прямо у ее ног лежал лук Реджины и колчан со стрелами. Королева была невероятно быстра. Она уворачивалась от ударов мечей, ее плащ развевался вокруг нее, словно черное крыло. В следующее мгновение, когда лучники выпустили стрелы, Реджина взмахнула рукой, и стрелы, словно наткнувшись на невидимую стену, замерли в воздухе, а затем с лязгом упали к ее ногам. А стражи замерли остановленные магией. Она перехватила магическую энергию, направив ее на одного из нападавших с мечом, и тот, словно тряпичная кукла, отлетел в другое дерево, где безвольно сполз на землю. Затем, с невероятной скоростью, Реджина выхватила меч из рук второго стражника. Оружие словно само собой выскользнуло из его пальцев и оказалось в ее руке. Стражник, бежавший по инерции, налетел прямо на острый клинок, который Реджина мгновенно выставила перед собой. Меч пронзил его насквозь. Мужчина захрипел и рухнул замертво. "Один есть" пронеслось в мыслях Элары, но тут же ее прошиб холод. Первый стражник, тот самый со шрамом, которого Реджина отбросила в дерево, все еще сидел, привалившись к стволу. Он корчился от боли, нога, судя по всему, была сломана. Однако никто не обращал на него внимания. Его рука медленно, почти незаметно потянулась к поясу, где блеснул кинжал. Реджина не теряла времени. Она подошла к мертвому стражнику, вытащив свой меч из его тела. Без лишних слов она подошла ко второму которого отбросила магией к дереву, она полоснула его по горлу. Кровь хлынула на землю, и мужчина беззвучно обмяк. — Второй. — пробормотала Реджина, ее глаза сверкали холодной решимостью. Затем она направилась к тем, кто стрелял из луков. Они стояли, оцепенев от ужаса, их лица были бледны. Реджина, без всякого промедления, подошла к ним вплотную. Одним движением она вырвала сердца обоих стражников. Сердца, все еще бьющиеся, сжались в ее кулаках, а затем рассыпались прахом. Тела мужчин безжизненно рухнули на землю. Элара наблюдала за этим, ее вампирские инстинкты заставляли ее кровь застыть в жилах. Она вырвала им сердца? Неужели Реджина и ее сердце могла бы так же сжать? Это было ужасающее и впечатляющее зрелище одновременно. Реджина оглядела тела, тяжело дыша, но на ее лице не было ни капли сожаления, лишь торжество. Она оглянулась, ее взгляд скользнул по Эларе, но не задержался. — Реджина! — послышался хриплый голос. Это был стражник со шрамом, которого она отбросила в дерево. Он сидел, скорчившись от боли, его лицо было искажено. Королева, услышав свое имя, произнесенное без должного уважения, вспыхнула яростью. Но тут же в ее глазах мелькнула хитрая усмешка. Она подошла к нему, склонившись, упершись руками в колени, словно желая рассмотреть его поближе. На ее лице играла наигранная, но жутковато-прекрасная гримаса. — О, Ронан, — произнесла Реджина, и в ее голосе сквозила ядовитая сладость. — Я оставила тебя на десерт. Будет так приятно убивать тебя, но в то же время так грустно. Я думала, ты мне предан. Я не ожидала такого от тебя. Ронан, которого Реджина даже не удосужилась обыскать, медленно вынул кинжал из-за пояса. Реджина, увлеченная своей игрой, не заметила этого. — Да, мне тоже жаль, — прохрипел Ронан, в его глазах блеснул безумный огонек. — Ваше Величество. Вы были… великолепны в постели. Такая горячая. Но вы ужасны как Королева. Его слова ударили Реджину, словно пощечина. В тот же миг кинжал вылетел из его руки и с силой вонзился ей в бедро. Реджина охнула, ее глаза расширились от шока и боли. Она рухнула на колени, из раны хлынула кровь. Ронан, несмотря на сломанную ногу, попытался подняться, его лицо исказилось от злобы. — Теперь ты умрешь! — прорычал он, занося кинжал для смертельного удара. Реджина была в ужасе, ее глаза были прикованы к кинжалу. Она забыла о своей магии, о своей силе, парализованная болью и неожиданностью предательства. Она готовилась к смерти. Внезапно раздался свист, и стрела со свистом пронзила воздух. Она попала Ронану прямо в сердце. Мужчина застыл, его глаза закатились, и он рухнул замертво. Реджина подняла взгляд. Элара стояла у дерева, держа в руках ее лук, тетива которого все еще вибрировала. Она спасла Королеву. Никто не знал, что эта "простолюдинка" умеет так метко стрелять. Элара сбросила лук и стрелы, они с лязгом упали на влажную землю. Не теряя ни секунды, она бросилась к Реджине. Королева сидела, опираясь на руки, из ее бедра хлестала темная кровь. Боль была очевидна, но Реджина лишь шипела, стиснув зубы, ее глаза были широко распахнуты, в них читался шок. Она смотрела на Элару с опасением, ожидая нового удара. В ее взгляде сквозило убеждение, что Элара не спасла ее, а просто ждала своего часа, чтобы отомстить за унижения и пытки, за вино на голове, за все, что ей пришлось пережить. Когда Элара наклонилась и взяла кинжал Ронана, глаза Реджины округлились. — Ты… ты убьешь меня? — прошептала она, не пытаясь применить магию. Кровь продолжала обильно течь, лишая ее сил и ясности мысли. Элара промолчала. Вместо этого она поднесла кинжал к рукаву своего охотничьего костюма. Широкие рукава, развевающиеся от запястья до локтя, были идеальны. Она ловко разрезала ткань от запястья до середины предплечья, затем разорвала ее пополам, создавая две полосы. Не говоря ни слова, она опустилась на колени перед Реджиной. — Поднимите ногу, Ваше Величество, — приказала Элара, ее взгляд был грозным и решительным. Реджина удивленно взглянула на нее, но подчинилась, подняв раненую ногу. Элара быстро и туго перевязала бедро, стараясь остановить кровотечение. Белая ткань мгновенно пропиталась красным. — Я что, сама не могу залечить свою рану? — прошипела Реджина, но ее голос был слаб. Магия словно иссякла, шок и кровопотеря притупили ее способности. — Вообще-то, я вам жизнь спасла, — прямо ответила Элара, затягивая узел. Реджина усмехнулась, и в ее голосе сквозил сарказм, перемешанный с ядом. — И что ты от меня хочешь? Чтобы я провозгласила тебя принцессой? Моей спасительницей? Королевой? — Простого спасибо будет достаточно, — не менее грозно ответила Элара. Она сама поднялась на ноги и протянула руку Реджине, чтобы помочь ей встать. Королева лишь посмотрела на протянутую руку, затем, спустя несколько секунд колебания, с усилием поднялась сама, не приняв помощи Элары. Но стоило ей встать, как ее нога подкосилась, и она чуть не упала. Элара успела подхватить ее за локоть, предотвратив падение. Реджина тут же выдернула свою руку из ее хватки, ее лицо было искажено. — Со мной все в порядке! — резко произнесла она с ядом в голосе. — Не думаю, — спокойно ответила Элара, указывая на ее бедро. — Вы теряете много крови. И ваша повязка… она вся красная. Реджина бросила взгляд на свою ногу, затем на тела убитых стражников. Ее взгляд задержался на Ронане. В нем было столько презрения и отвращения, что Элара поняла: они были не просто сообщниками, они были любовниками. Она ничего не сказала, это не ее дело. Реджина, заметив ее взгляд, усмехнулась, словно читая ее мысли, и в ее глазах мелькнула пошлая насмешка. — Ты, должно быть, представляешь себе самые грязные мысли? — Я даже об этом не думала, Ваше Величество, — холодно ответила Элара. — Мне до этого нет дела. Обе замолчали, осматривая поляну, усеянную телами. — Как возвращаться будем? — нарушила молчание Элара. — Магией, — ответила Реджина. Она подняла руку, и пространство вокруг них закружилось в вихре темного дыма. В следующее мгновение они оказались в покоях Королевы. Реджина тут же рухнула на кровать, шипя от боли. Рана ныла, отдаваясь тупой пульсацией по всему бедру. — Помочь чем-то? — спросила Элара. — А ты что, умеешь исцелять? — огрызнулась Реджина. — Нет. Но может быть, позвать лекаря? — Я сама, — жестко ответила Королева. Она попыталась применить магию, чтобы исцелить рану, но ничего не произошло. Магия не отвечала, словно иссякла, оставив ее беззащитной. С новым всплеском гнева Реджина взмахнула рукой. Повязка и остатки брюк исчезли, оставив ее в одном корсете и нижнем белье. Элара тут же отвернулась. Реджина вновь попыталась воздействовать на рану магией, но тщетно. Она не заживала. — Нет! — воскликнула Реджина в отчаянии. — Принеси мне вон ту шкатулку на столе, бегом! — приказала она, указывая на небольшой, необычно выглядящий ларец, стоящий в стороне от косметики. Элара подошла к столу. Шкатулка оказалась неожиданно тяжелой, и Элара чуть не уронила ее. — Такая бесполезная, — прошипела Реджина, заметив ее неуклюжесть. Элара молча поставила шкатулку на кровать рядом с Королевой. Реджина открыла ее. Внутри лежали разноцветные флаконы с зельями. Она схватила одно из них, открыла и вылила содержимое на рану. Мгновенно плоть начала затягиваться, кожа восстанавливаться. Через несколько секунд от раны не осталось и следа. Реджина закрыла шкатулку и тяжело вздохнула. Затем вновь взмахнула рукой, и охотничий костюм сменился на элегантное черное платье, скрывая ее наготу. — Ступай, — резко произнесла она. — Иди к слугам. Элара кивнула. Хоть она и не получила полного признания, но она выжила. Она поспешно вышла из покоев Королевы, направляясь в сторону комнат для прислуги, но теперь с легким, почти незаметным шагом. Чуть позже, вечером того же дня, Элару вновь призвали в покои Королевы. Войдя, Элара обнаружила Королеву, расхаживающую по комнате, словно хищница в клетке. Черное платье элегантно облегало ее фигуру, но гнев и тревога ощущались в каждом ее движении. — Значит, никто больше не участвовал в этом заговоре? — Реджина резко обернулась, ее глаза пронзительно смотрели на Элару. — Ты ничего не знаешь? — Нам следовало пытать этого Ронана. — Ты же сама его убила, — спокойно, но с оттенком усмешки ответила Реджина . -Иначе он убил бы тебя. Реджина замерла, ее взгляд стал еще острее. — О, мы уже на "ты"? — ее голос был полон яда. — То, что ты спасла мне жизнь, не дает тебе права на такое фамильярное обращение. Не забывай, кто здесь Королева. Элара тяжело вздохнула и закатила глаза, но промолчала, сдерживая рвавшуюся наружу колкость. Она понимала, что сейчас не время для споров. Реджина продолжила расхаживать, глубоко задумавшись, а затем остановилась, повернувшись спиной к Эларе. — Ночью ты вернешься в свои прежние покои, — произнесла она холодно. Элара почувствовала облегчение, ее губы тронула легкая улыбка. — Хорошо, Ваше Величество. Спасибо, что сдержали свое обещание. — Я всегда держу свои обещания, — жестко ответила Реджина. Она подошла к столу, где лежал ларец, и открыла его. Внутри, на бархатной подложке, покоилось сердце Элары, с небольшой черноточинки внутри. Реджина взяла его и подошла к Эларе. — Это за то, что спасла мне жизнь, когда он хотел меня убить, — произнесла Королева. Ее глаза были холодны, но в них мелькнуло что-то похожее на признательность. Резким движением она вставила сердце обратно в грудь Элары. Острая, пронзительная боль пронзила вампиршу, выбив дух. Элара ахнула, схватившись за плечи Реджины, чтобы устоять на ногах. Ее тело пронзило электрическим разрядом, но тут же наступило невероятное облегчение – сердце вернулось. Реджина простояла так пару секунд, чувствуя хватку Элары, а затем резко отдернулась, заставляя вампиршу отпустить ее. Королева отошла в сторону. — Спасибо, Ваше Величество, — прошептала Элара, все еще задыхаясь от боли и шока, но в ее голосе звучала искренняя благодарность. — Я вам очень благодарна. — Иди, — холодно приказала Реджина. — Ступай в свою комнату. И не беспокой меня. Мне нужно подумать. Элара не стала медлить. С каждым шагом она чувствовала, как ее сердце бьется в груди, отдаваясь живым, сильным ритмом. Это было невероятное ощущение полноты, возвращения себя самой. Радость распирала ее изнутри, она почти бегом направилась к своей новой-старой комнате. Предвкушение возвращения к привычной, хоть и плененной, но более комфортной жизни, было сильнее всего остального. Красивые, чистые одежды, своя постель – это было все, о чем она могла мечтать. Она снова чувствовала себя жи вой. Тем временем, в своих покоях, Реджина подошла к зеркалу. Ее отражение выглядело усталым, но в глазах уже не было той ярости, что утром. Она тяжело вздохнула, а затем на ее губах появилась легкая, едва заметная улыбка. Девочка спасла ее. И пусть она не хотела признавать это вслух, где-то глубоко внутри Реджина чувствовала истинную благодарность.