Давай прислушаемся

- Лорды скексисы убили твоего мужа? – в ужасе переспросила Алани. - Да, - спокойный кивок. – Он слишком много узнал – и оказался чересчур наивен, чтобы скрыть узнанное. - Какой ужас… - Ты тоже мертва – так записано в хрониках, а значит это правда. Правда, имеющая право на существование, - жестко произнесла стоунвудка. – И ты умрёшь, если вернёшься в Замок Кристалла. Держись лорда Еретика, если хочешь жить дальше, дитя. - Ты так спокойно обо всём этом рассуждаешь, - поёжилась Алани. – Что с тобой случилось? - Аратимы, - Сенгис взяла со стола кусок лепёшки и откусила его. – После того, как аратимы убили стражей Алани и Шейла, я, его вдова, напросилась в замковую стражу. Я очень любила мужа, который забыл обо мне… Я хотела отомстить мерзким аратимам за его гибель, - она отпила морс из чашки. – Однажды они подкараулили меня и оторвали мне руки. А лорды скексисы спасли мне жизнь. - Это… правда? – медленно переспросила вапранка. – Или же это правда, имеющая право на существование?.. - Сама-то как думаешь? – хмыкнула стоунвудка. - Лорды что-то сделали с тобой, - уверенно проговорила Алани. – Что-то нехорошее. Как с лордом Еретиком! Поэтому ты холодная, как лёд на вершинах Когтистых гор! - Чтобы меч стал крепче и служил дольше, его раз за разом опускают в горнило, а после – в холодную воду… - Но ты – не меч! Ты живая! - Что-то во мне безвозвратно умерло, когда я узнала истинный порядок вещей, - задумчиво проговорила Сенгис. – Что-то эфемерное, что-то лёгкое и хрупкое, оно было утрачено. И я ни о чём не скорблю. - Сновидься со мной! – попросила Алани, протягивая руку вперёд. – Быть может то, что ты утратила, скрывается где-то в глубинах твоей раненой души… Позволь я попробую помочь! - Наивное, отзывчивое дитя! – снисходительно улыбнулась Сенгис. – Я поклялась Императору скекСо не сновидеться ни с кем из гельфлингов. И хотя записано, что ты мертва, а следовательно, не существуешь, и клятву я не нарушу… едва ли после всех операций я сохранила способность сновидеться хоть с кем-то.    Как завороженная, Алани наблюдала, как гостья снимает сначала одну, затем другую перчатку. Под ними оказались другие перчатки – металлические. Или же… - Твои руки! – вскрикнула вапранка. – Они… - Я долго к ним привыкала, - призналась Сенгис. – Руки надёжные и куда сильнее прежних… но как мне было страшно в первый раз после разлуки обнять подругу! Я боялась случайно навредить ей, - она помолчала. – И до сих пор боюсь. - Но сновидеться с ней ты не пробовала? - Клятва, Алани. Ко мне до сих пор иногда в кошмарах приходит наш Император – и я чувствую, как его рука смыкается у меня на горле… Я рассказала остальным стражам, что вместе с руками потеряла саму способность сновидеться. Потеряла навсегда. - Но разве тебе самой не интересно, так это или нет? – Алани снова протянула руку ладонью вперёд. – Просто попробуй! - Ладно, - хмыкнула Сенгис. – А то ведь ты не отвяжешься.    Металлическая рука протянулась навстречу. Ладони соприкоснулись.

*                   *              *

   Прошло два дня – и Сенгис снова села в медицинское кресло. На этот раз – добровольно, и с неким ожиданием. СкекТек застегнул все скобы и наполнил чем-то шприц. - Будет местная анестезия, гельфлинг, - пояснил он. – Нам же не нужна общая? Ты не посмеешь отвлекать лорда? - Нет, что вы, - попыталась помотать головой стоунвудка. - Вот и славно, - Учёный вколол содержимое шприца в несколько мест на обрубке руки и выждал положенное время. – СкекВар отсёк слишком криво, придётся ровнять. Да и всё равно мне удобнее работать со свежим срезом… - он потянулся за пилой.    Сенгис напряглась. Однако она не шелохнулась и не издала ни звука, когда на пол шмякнулся ещё один кусок её плоти.    СкекТек обработал срез каким-то веществом – и кровь перестала сочиться. - Теперь будем сращивать неживое с живым, делая живым его тоже, - бормотал Учёный, приставив к обрубку протез. Малыми руками он удерживал его, а основными сшивал вену с веной, сухожилие с сухожилием. – Нужно иметь немалые познания в медицине и инженерии, чтобы сотворить такое, гельфлинг! Нужно быть не меньше, чем гением! - Я поражена вашим талантом и навыками, лорд скекТек, - тихо отозвалась Сенгис. Она интуитивно почувствовала, что молчание может оскорбить лорда Учёного – а кто захочет злить того, в чьей власти находится? - Наконец-то что-то похожее на похвалу, - хмыкнул скексис, судя по всему довольный услышанным. - Если не будет дерзко с моей стороны попросить освободить шею… - Зачем? - Так я смогу лучше наблюдать за вашей работой. Мне и вправду интересно. - Смотри во все глаза, льстивый гельфлинг! – насмешливо клекотнул Учёный, мимолетным движением расстёгивая и откидывая шейную скобу.    Сенгис, наконец, смогла повернуть голову. Она не лгала, сказав что ей интересно смотреть. И хотя было жутко осознавать, что всё это скексис творит сейчас с ней, с её рукой – Сенгис чувствовала, что своё она уже отбоялась…    Почти. Образ Императора будет преследовать её в кошмарах ещё очень долгое время.    Следующие несколько часов скекТек сращивал плоть и металл. Он почти не отвлекался – только вколол себе один раз питательный раствор. Он творил, вкладывая всего себя в работу – и Сенгис поневоле начинала чувствовать уважение к своему мучителю. Когда Учёный заводил разговор, она поддерживала этот разговор. Когда он умолкал – она умолкала тоже. Когда действие обезболивающего вещества стало сходить на нет, стоунвудка ничего не сказала, но по гримасам на её лице скекТек всё понял сам и, отругав подопытную за молчание, обновил местную анестезию. - Ну, вот и всё! – закончив, Учёный отступил, любуясь своей работой. – Пошевели новой рукой, гельфлинг. - Пока что не получается, мой лорд… - Что ж, будешь сидеть в кресле, пока не сможешь ей пошевелить, - махнул малой рукой скекТек. – Не думаю, что это надолго.    Однако прошло больше часа, прежде чем стоунвудка ощутила слабое покалывание в кончиках пальцев и смогла ими пошевелить. Она негромко позвала Учёного, что работал рядом за столом, и тот освободил её. - Значит, так, - произнёс скекТек, пока они стояли друг напротив друга – уверенный в себе гений и потерявшая что-то важное гельфлингша. – Операция закончена, но отпускать тебя к остальным стражам в казармы рано. Обе руки должны окончательно срастись с телом. Есть небольшой риск отторжения, лучше его избежать, - он задумался. – Поэтому, пока что останешься здесь. - Как прикажете, мой лорд, - вздохнула Сенгис, ёжась в одной тонкой нижней рубахе с оборванными по плечи рукавами. - Но не надейся, что тебе будет позволено всё это время шататься по Залу Жизни и путаться у гения под ногами! - Посадите в клетку? – невесело усмехнулась подопытная. - Если не удастся расчистить смежные покои от мусора – полезешь в клетку, - распушил воротник скекТек. – Интересно, насколько там сейчас захламлено?    Он распахнул дверь, ведущую в другую часть зала, и Сенгис невольно ахнула. Там были подлинги, два-три десятка неудачно прооперированных подлингов. Некоторые из них уже не шевелились, другие же ещё подавали признаки жизни. Некоторые были с протезами, но большинство без. - Что ж, это можно быстро расчистить! – Учёный подхватил сразу несколько подлингов и понёс их в сторону огненной шахты. – Бери, сколько сможешь, гельфлинг, но осторожнее – береги руки! - Они же… ещё живы… - глаза её расширились. - И что? – скекТек закатил глаза. – Оперировать я эти недоделки уже не стану – проще взять новых! Вот, поленился сразу выкинуть – теперь приходится за это отдуваться!    Швырнув в огненную шахту тех, кого принёс, скексис зашагал за новыми. - Помогай, гельфлинг, - недобро покосился он на подопытную. – Помни о своих клятвах! - Покорность и доверие, мой лорд, - упавшим голосом молвила она. – Сейчас…    Сенгис присела, пытаясь отыскать в этой куче хоть одного умершего подлинга, но все они были хоть немного живы, все с надеждой глядели на неё, улыбались и пытались что-то сказать. - Не смотрите на меня так! – она подхватила в каждую руку по слабо шевелящемуся подлингу. Протащив сквозь зал, уронила их по очереди в огненную шахту. И чуть не шагнула туда сама, терзаемая внезапно охватившим её чувством вины. - Гельфлинг! – заорал скекТек, и Сенгис замерла. – Мы ещё не закончили. Работай! - Да, мой лорд, - кивнула она, отвернувшись от бездны, полной вечно голодного пламени. – Я уже иду…    Ей пришлось сделать ещё три ходки. С каждым разом становилось всё проще. Сенгис представляла, что тащит не подлингов, а мешки с корнеплодами меркипа, и ей становилось чуть легче.    Если бы они ещё так не смотрели…    Когда подлинги закончились, Учёный окинул скептическим взглядом помещение. - Чище не стало. Надо позвать слуг. - Что-то мне нехорошо… - побледнела Сенгис. – Лорд скекТек… позвольте мне пойти и полежать в клетке? Мне трудно сейчас здесь быть… - Какие мы нежные! – раздражённо щёлкнул клювом скексис. – Ладно, пойдём!    Вместе они вернулись в Зал Жизни, и скекТек подтолкнул подопытную к самой большой из пустующих клеток. - Ложись и спи, - приказал он, протягивая ей стакан с какой-то жидкостью. - Что это?.. - Сильное седативное, оно же – снотворное, - пояснил Учёный. – Пей! - Кажется, это именно то, что мне нужно сейчас, - стоунвудка в несколько глотков осушила стакан. – Спасибо…    СкекТек, склонив по-птичьи голову, оглядывал гельфлингшу. - Скорее всего, мне придётся прописать тебе полный курс седативного, - пробормотал он. – Терпеть не могу, когда те, кого я усовершенствовал, пытаются убить себя! - Я бы не стала, - она мотнула головой, борясь со сном. – У меня есть мать и дети… обязанности перед кланом и перед лордами… - Ты нестабильна, гельфлинг. Тебя надо доработать.    Учёный толкнул её внутрь, и Сенгис упала на сено. Дверь клетки закрылась. - Вот бы заснуть… и проснуться трайнов двенадцать тому назад, - вздохнула стоунвудка, засыпая. – Предотвратить саму возможность того, что всё это случилось…    Она спала и видела сон. Словно услышав её пожелание, Пространство Снов отправило гельфлингшу на двенадцать трайнов назад. В солнечный весенний день, где юный Шейл, с которым они были неразлучны с детства, предложил ей руку и сердце. - Возьми меня в мужья, Сенгис, - неуверенно произнёс он, глядя на неё и улыбаясь своей открытой, приветливой улыбкой, которая когда-то зачаровывала юную Сенгис, но теперь только раздражала. – Ты для меня – всё…    Вместо того чтоб с радостным визгом кинуться ему на шею, как тогда, стоунвудка скептически поджала губы. - Ага, как же, - фыркнула она. – Ты только первые два трайна будешь так думать и говорить – и это будут самые счастливые трайны в моей жизни! Но что потом? Ты уйдёшь служить в гвардию лорда Завоевателя, оставив меня с младлингом одну. Нашей дочери будет только два унума, Шейл! Ты скажешь: «Ну, у нас большая родня, вы справитесь…» - и видеть тебя я буду раз в трайн, если не реже! - Что?.. – на лице юноши отразилось глубокое недоумение. – Милая, у меня и в мыслях не было… - Не было, да появилось, - её глаза сверкнули. – Два трайна счастья – и десять трайнов разлуки. Жизнь порознь, которую выбрал ты, Шейл! Ты будешь делать карьеру в гвардии лорда Завоевателя и жить в своё удовольствие, а я – терпеть твои бесконечные отлучки, потому что к этому времени успею полюбить тебя всем сердцем, идиот! – она стиснула руки в кулаки. – Я рожу от тебя второго ребёнка, но поднимать детей мне придётся одной – с помощью матери, твоей матери и сестёр. И чем сильнее я буду тянуться к тебе, тем реже ты будешь появляться дома! - Сенгис, не пугай меня! Почему ты так уверена в том, что… - Потому что всё это уже было, всё, о чём я говорю, уже случилось и произошло! Гвардия заменила тебе семью, но ты так и не нашёл мужества признаться в этом. Ты разбил мне сердце, а после и вовсе оставил вдовой, погибнув из-за собственной глупости. И знаешь что? – понизив голос, она шагнула вперёд, к нему. – Я рада, что ты мёртв, Шейл! Я очень этому рада! – она захохотала, и мир вокруг начал искажаться, менять очертания. – Это пытаясь отомстить за тебя, я по уши увязла, перепачкавшись своей и чужой кровью! Это из-за тебя я до конца жизни буду жить с рукой Императора на горле и на коротком поводке! Ненавижу тебя! Ненавижу!..    Юный Шейл протянул к ней руки и приоткрыл рот, пытаясь что-то произнести. Но тут видение рассеялось. Сон прервался. Сенгис рывком села. Глаза её были совершенно сухими, хотя отчаянно хотелось плакать. - Ненавижу себя… - потерянно выдохнула она, обхватывая руками колени – и вздрагивая от холода металла, прикоснувшегося к коже. – О Тра, кем я стала? И кем стану дальше?..    Сенгис не увидела вокруг себя решёток – и более внимательно огляделась вокруг. Да, сейчас она была не в клетке. А… вероятно, это был тот небольшой зал, смежный с основным помещением лаборатории. Слуги отмыли его, теперь это была просторная комната, пустая и без окон. Только слабый запах напоминал о том, что здесь было вчера.    Осмотрев себя, стоунвудка поняла, что пока она крепко спала, её раздели, отмыли и переодели в новые одежды. Вероятно, это сделали всё те же подлинги, по приказу лорда Учёного. - Мы не заслуживаем таких слуг, - вздохнула она, осторожно проведя рукой по голове. Волосы ей тоже вымыли, высушили и заплели в две косы вокруг головы – немного иначе, чем заплетала она или Аэриана ей, но аккуратно и красиво.   Сенгис поднялась с постели – это были просто сложенные в кучу отрезы ткани. Она размялась, проделав комплекс упражнений. И после, обнаружив в изголовье свиток, обучающий чтению, села и попыталась вникнуть в него.    Получалось плохо. Мешали собственные мысли. - Десять трайнов, Шейл, - подняв голову от свитка, тихо произнесла она. – Десять трайнов пронеслись быстро, как порыв ветра. Я тосковала по тебе – и потому не давала себе ни минуты покоя! Хотя… наверное стоило меж делами научиться читать, - она усмехнулась. – Лемлахт и Арнёрк росли, плохо помня, как выглядит их отец. Думаю, они и дальше переживут твоё отсутствие, - она сжала металлические руки в кулаки. – И я вернусь домой и обниму их!    Она уронила свиток на колени и уставилась на закрытую дверь. - Почему мне кажется, что те десять трайнов пронеслись быстрее, чем последние пол-трайна, что я служу в замковой страже?    Она прислушалась. За дверью, в Зале Жизни спорили двое. И если один голос принадлежал лорду Учёному, то другой… - Да спит она сейчас! Спит! - раздражённо орал скекТек. – И до вечера, наверное, будет спать, с той дозы лекарства! - Я не сплю, мои лорды, - подойдя к двери, воскликнула Сенгис. – Я полностью в вашем распоряжении! - Слышишь? Она не спит! – радостно отозвался голос Архивариуса.    Дверь распахнулась и скекОк, заглянув внутрь и вдохнув затхлый воздух, поморщился. - Здесь пахнет смертью и разложением! – упрекнул он скекТека, обернувшись к нему. – Не самое подходящее место для той, кто выздоравливает! - Вчера здесь убрались, место вполне подходящее, – взъерошил воротник Учёный. - И куда я её дену, если не сюда, ты подумал? В клетку? - Зачем в клетку? Пусть погостит у меня в Великой Библиотеке, - предложил скекОк. – Там спокойно и нет никого, кроме меня и приходящих слуг. - Уверен? – воззрился на него скекТек с заметным удивлением. – Не припомню, чтоб ты был так радушен и звал кого-то пожить у себя в библиотеке! - Кого-то из нас – разумеется, не позову, - пояснил Архивариус. – А гельфлинг много места не займёт. Опять же, учиться читать мы начали, надо продолжить – да, девочка? - Да, лорд скекОк… - Может, и писать заодно научимся, - он поглядел на гельфлингшу с толикой симпатии. – А то мне как-то скучно в последнее время… - А, ну это многое объясняет! - Так ты одобряешь? - Да. Валите отсюда быстрее, идиоты, - проворчал Учёный. – Гельфлинг, - окликнул он подопытную, и Сенгис тут же повернулась к нему. – Возьми, - он протянул ей пузырёк с таблетками. – По одной перед сном. Растворить в стакане воды, выпить. Не пропускать ни одного дня – это важно! - Да, лорд скекТек. - Также каждый день в первой половине дня жду тебя на осмотр. - Как прикажете, лорд скекТек. - Если стражи-гельфлинги будут тебя расспрашивать, отвечай коротко, в долгие разговоры не вступай. И меньше контактируй с ними, пока я не разрешу иное. - Я всё исполню, лорд скекТек, - в третий раз кивнула Сенгис. – Спасибо вам за вашу заботу и за ваше искусство. - Звучит искренне, - осклабился Учёный. – Ты быстро адаптируешься. Может, и станешь однажды Аль-Модрой, кто знает. - Пойдём, - Архивариус тронул её за плечо. И они покинули Зал Жизни.    Они шли по коридорам, пронизывающим Замок Кристалла. Архивариус замедлял шаг, чтобы гельфлингша не отставала. Сенгис старалась идти в его темпе, но не чувствовала сейчас в себе достаточно сил. Несколько раз она ловила на себе любопытствующие взгляды других стражей, но никто не посмел окликнуть её в присутствии лорда. Длинные рукава новой одежды скрывали протезы. Стоунвудка думала о перчатках. - Ты всегда так молчалива, девочка? – участливо поинтересовался скекОк.    Сенгис мысленно усмехнулась. Тридцать пять трайнов, вдова, двое младлингов, десяти и восьми трайнов (как они там сейчас?..) – и «девочка»? Потом она попыталась прикинуть, сколько сотен трайнов сейчас может быть лорду Архивариусу… - Простите, если оскорбила вас молчанием, мой лорд, - разомкнув губы, произнесла она. – За последние недели со мной произошло слишком много всего… - Понимаю. Тебе пришлось нелегко, - кивнул скекОк. – Но самое сложное осталось позади. Я уверен, что с остальным ты справишься, - он оскалился в ободряющей улыбке. - Спасибо вам, мой лорд… - вздохнула Сенгис. Ей вдруг подумалось, что возможно лорд Архивариус, проводящий столько времени со свитками, более участливый, чем его родичи, и с ним можно поделиться чем-то сокровенным. – Вы знаете… в том, что со мной случилось, я начала обвинять покойного мужа, - призналась она. – Хотя раньше так любила его… - Обвинять мёртвых бессмысленно – они далеко, они не услышат. И им всё равно, - наставительно изрёк скекОк. – У каждого из нас есть другой – тот, кого мы обычно пытаемся обвинять во всех наших бедах, - глаза его за стёклами очков остро сверкнули. – Но обвинять – удел слабых, мы же должны быть выше этого. - А удел сильных, мой лорд? Прощать? - Разумеется, наказывать, - он поправил очки и улыбнулся, снисходительно поглядывая на неё. – Прощают пусть те, другие, коль это в их природе…    Сенгис вздохнула. Лорд Архивариус был таким же, как его сородичи.    Великая Библиотека потрясала своими размерами. Ряды стеллажей возносились до потолка и терялись в полумраке зала. На каждом из них были аккуратно сложены тысячи свитков, книг и табличек. - Сюда, гельфлинг, - Архивариус прошёл вдоль одного из стеллажей и остановился. – Думаю, здесь ты никого не потеснишь.    Переложив свитки на другую полку, он кивнул на освободившееся место. - Спасибо, лорд скекОк, - медленно кивнула Сенгис.    Слуги-подлинги принесли матрас, подушку и несколько покрывал. Стоунвудка, сжав губы, напряжённо уставилась на жизнерадостных маленьких человечков. Перед её глазами вновь представала огненная шахта – и чьи-то последние вскрики… - Ты задремала, девочка? – участливо окликнул её скексис, кладя когтистую руку на плечо. - Нет, что вы! – Сенгис помотала головой, приходя в себя. – Простите, мой лорд, я задумалась. - Ничего, я понимаю. Лекарства, общее потрясение… Смотри – одно из покрывал мы можем сделать занавеской, - скекОк ловко подоткнул покрывало под свитки верхней полки, действуя всеми четырьмя руками. – Это будет твоё убежище. Место, где раненый гельфлинг сможет укрыться от всего мира – побыть одной, собраться с мыслями… - Вы очень добры ко мне, мой лорд, - дрогнувшим голосом произнесла Сенгис. - Я просто достаточно хорошо знаю нашего общего друга Учёного, - улыбнулся скекОк, поправляя свитки на соседней полке. – Общение с ним бывает утомительным. Хотя своими руками он действительно творит чудеса. - Да… - она вздохнула, глядя на свои руки. Все суставы и сочленения были подогнаны идеально. Они не скрипели при движении, не боялись воды, были сильнее и реагировали на мысли и команды мозга быстрее, чем прежние, родные руки. – Лорд скекТек творит чудеса… - Будем сегодня продолжать учиться читать? – склонил по-птичьи голову Архивариус, с интересом разглядывая гостью. – Или же ты устала и хочешь отдохнуть? - Я достаточно отдохнула, мой лорд, - вскинулась стоунвудка. – Пожалуйста, учите меня дальше! - Похвальное рвение, - улыбнулся тот. – Пойдём за стол.    День пролетел незаметно. Сенгис уже уверенно складывала буквы в слоги, когда скекОк, заметив, что она всё больше клюёт носом, приказал ей поесть и идти спать.    В первые дни стоунвудка много спала и часто просыпалась от собственных криков. Архивариус относился к этому с пониманием. Сам он тоже спал на полке – на самой верхней полке стеллажа в противоположной части огромного помещения. Мало что могло нарушить его покой.    Дни тянулись, похожие один на другой. Сенгис просыпалась, шла в подсобное помещение умыться, делала зарядку и ела завтрак, принесённый слугами. Затем лорд скекОк занимался с ней чтением и письмом, два-три часа. Стоунвудка оказалась способной ученицей и быстро усваивала новое на радость Архивариуса. После занятий она шла через пол-Замка в Зал Жизни – на осмотр к лорду скекТеку. Тот отрывался от работы, в своей нелюбезной манере приветствовал подопытную и тщательно осматривал её. Проверял протезы, осматривал их сочленения и места соединения с живой плотью. Осматривал саму гельфлингшу, проверяя её психическое состояние. - Никуда не годится, - возмущался он. – Ты по-прежнему нестабильна. Если перестанешь принимать лекарство – можешь натворить глупостей. Но вечно я тебя держать на нём не смогу! - Простите, что причиняю вам столько беспокойства, мой лорд… - она тщательно подбирала слова для ответа. - Мой просчёт, да, - хмурился Учёный. – Надо было самому выкидывать мусор. Самому!    Сенгис молча стояла, глядя на скексиса, и в глазах её мерцали огоньки – как будто отражение пламени огненной шахты. - Уходи! – восклицал скекТек, отмахиваясь малой рукой. – Гений будет думать!    И стоунвудка так же молча шла обратно.    Гельфлинги из стражи уже на второй-третий день начали окликать её и подходить здороваться. Сенгис поначалу вздрагивала, но быстро научилась держать себя в руках и вести себя естественно. Почти… - Сенгис, - спрашивали её друзья и знакомые. – Почему сейчас ты живёшь отдельно? - Приказ лорда Учёного, - она изображала на лице дежурную улыбку. – Всё в порядке, в скором времени он окончательно долечит меня… - И ты вернёшься в замковую стражу? - Да, наверное… - Тебя лечит сам лорд? Какая честь! - А правда, что лорд скекТек изготовил протезы лично для тебя? - Правда. - Покажи!    Сенгис нехотя снимала перчатки и приподнимала рукава. Стражи во все глаза пялились на её новые руки, а те, кто посмелее – касались их. - Вот это да! - Какие чудесные руки! Куда лучше прежних! - Повезло тебе! - Эх, вот бы и мне лорд Учёный что-то заменил! Руку, или ногу… - Или твой длинный язык, Эрнджи!    Стражи дружно смеялись. - Да отвяжитесь вы от неё! – сердилась Аэриана. – Пойдём, Сен. Я провожу тебя до Библиотеки – хорошо? - Пойдём…    Стоунвудка поспешно натягивала перчатки обратно и позволяла спрайтонке себя увести. На ходу её трясло от смеха, больше похожего на рыдания. - Я боюсь за тебя, Сен, - обеспокоенно говорила подруга. – Ты не выглядишь выздоравливающей. - Лорд скекТек тоже говорит, что я нестабильна, - вздох. – И что его лекарства не могут вылечить меня – только удержать от чего-то более мрачного… - Держись за меня, Сен, - Аэриана обнимала её за плечи. – То, что с тобой произошло – ужасно, но жизнь на этом не заканчивается. Всё будет хорошо, поверь! - Да, конечно, - тускло отвечала Сенгис, разглядывая каменные плиты пола на ходу. – Лучше и не придумаешь…    На пороге Великой Библиотеки Аэриана долго держала её руки в своих, пытаясь хоть немного согреть. Но чуть позже, осознав, что протезы – не руки и не станут теплее, спрайтонка держала подругу в объятиях, на которые стоунвудка до сих пор страшилась отвечать. После чего Аэриана уходила, прощаясь до завтра - а Сенгис шла к столу, заниматься чтением и письменностью дальше. - Тебя снова что-то взволновало, девочка? – спросил её в один из дней Архивариус, разливая по чашкам травяной отвар. - Стражи Замка завидуют моим рукам. А кое-кто мечтает о таких же, - вздох. – Знали бы они, насколько это больно и безнадёжно… - У всего есть лицевая и оборотная сторона. Все об этом знают, но многие ли задумываются? – хмыкнул скекОк, отпивая из своей чашки. – Обретение силы неизбежно связано с потерями. И если ты умна – а ты выглядишь толковой – то со временем научишься не смешивать личные обиды и политику. - Так вы… всё знаете?.. – она подняла на него глаза. – Что это были за аратимы… - Девочка, я же не вчера из яйца вылупился, - укоризненно посмотрел на неё в ответ Архивариус сквозь толстые стёкла очков. – То, что я почти всё время провожу, копаясь в свитках, не лишает меня наблюдательности. Скорее наоборот, - он негромко рассмеялся. – Аратимы, конечно! Они кишат в катакомбах, только и думая о том, как напасть на Замок и сожрать всех его обитателей. - Ужасные твари, мой лорд, - машинально ответила стоунвудка. - Трайнов триста назад так и было. Но наши воители, наши доблестные три маршала, а с ними Охотник и Надсмотрщик здорово повеселились, устроив тотальную зачистку под Замком. С тех пор аратимы остерегаются и близко подходить. Увидеть кого-то из них можно только в клетках Учёного. - Да, мой лорд, - кивнула Сенгис. – Я видела там одного такого… - И ты, наверное, внимательно рассмотрела его лапы и хелицеры, девочка? – склонил голову набок Архивариус. – Такими лапами не слишком-то удобно отрывать руки маленьким гельфлингам. Такими лапами проще разорвать неосторожного гельфлинга на несколько частей, не так ли? У аратимов нет прекрасных острых клинков, которые с одного удара отсекают лапы зверей – или руки маленьких гельфлингов, - он отпил напиток из чашки, продолжая улыбаться. – Зато у скексисов именно такие клинки. - Я сама виновата, - стоунвудка опустила голову. – В том, что со мной случилась, виновата только я – и никто больше. Я хотела узнать правду – что ж, теперь я знаю её. И, как сказал лорд скекТек, за всякое знание надо платить… - Умная девочка, - одобрительно кивнул скекОк. – И ты понимаешь, что мудрый садовник умеет изогнуть ствол дерева так, чтобы оно росло в нужную сторону? - Да, мой лорд, - кивнула она. – Изогнуть, чтобы росло дальше, хотя в воле садовника было срубить это дерево, что попыталось расти не туда. Садовник мудр и великодушен, - она сомкнула губы, чтобы удержать внутри другие, неуместные здесь и сейчас слова. Её немного трясло. - Дерево переболеет, и будет приносить прекрасные плоды, - когтистая рука погладила её по голове. – Пей свой напиток, пока он не остыл. На чём мы остановились вчера? Давай-ка почитаем этот свиток – дневник незаурядной модры прежних времён. Глядишь, что-то из её советов однажды пригодится и тебе.    Так продолжалось день за днём, неделя за неделей. Сенгис плыла по течению, смирившись со случившимся. Её спокойствие было фальшивым, вызванным лекарствами, но оно плотным коконом обволакивало гельфлингшу, оберегая её от ненужных размышлений, неосторожных слов и поступков.    Однажды, когда она, задумавшись, брела из Зала Жизни обратно в Библиотеку – на этот раз одна – дорогу ей перегородила высокая массивная фигура. Сенгис медленно подняла голову. - Долго собираемся отлынивать от службы, страж? – недовольно пробасил Генерал. - Лорд скекВар, - стоунвудка почтительно поклонилась ему, затолкав подальше мелькнувшее молнией воспоминание, о том, что именно этот лорд лишил её правой руки, а полузабытого мужа – жизни. – Простите, если оскорбила вас. Я исполняю предписания лорда скекТека. Он ничего не говорил о моём выздоровлении… - Потому что ты до сих пор не здорова, по его словам, - буркнул скекВар. – Но руки нормально срослись, и он разрешил тебя тренировать. - Я рада это слышать, лорд скекВар… - Учти, ежедневные осмотры он не отменил. - Принято, - кивок. – Я полностью в вашем распоряжении, командир. - Следуй за мной, - велел Генерал. – Пойдём в казармы, гельфлинг. Поищем твоё старое снаряжение или подберём тебе новое. Пора оживать!