Nobility for the noble one

             Они обыскали весь склад в надежде найти ожерелье, но тщетно. Учитывая, что Ребекка была совершенно не в теме моды, все решили, что пора надеть на неё что-то, вместо окравовленного платья в стиле флэппер.       Разница между 1920-ми и 2010-ми годами оглушила Ребекку, когда она начала примерять наряды, словно вырванные из глянцевого журнала.       Клаус и Аделия с забавным интересом наблюдали за этим спонтанным дефиле, подшучивая над каждым её появлением из примерочной, словно оценивая экспонаты в музее. Стефан, как обычно, излучал ауру вселенской тоски, словно его заставили насильно присутствовать на показе мод, но гибриду и его рыжеволосой "протеже" было глубоко всё равно. Аделия, свесив ноги с края стула и покачивая в такт какой-то незамысловатой мелодии, неторопливо потягивала искристое шампанское из огромного бокала, предвкушая следующее появление Ребекки. —В этом платье просто обязано быть что-то ещё! – раздался крик Ребекки, полный возмущения и ужаса от того, что ей предложили надеть. —Неужели тут совсем нет ничего более… пристойного?! —Неа, прости, Бекарс, это всё, – беспечно отозвалась слегка захмелевшая Аделия. —Может, тебе просто стоит расслабиться и получать удовольствие от процесса? В конце концов, когда ещё у тебя будет возможность примерить на себя все тренды десятилетия за один день?.       Услышав новое, слегка ироничное прозвище, Ребекка невольно расплылась в улыбке. Внутри неё словно зажёгся огонёк симпатии к этой рыжеволосой девчонке.       Наконец, с видом обречённости, Ребекка вышла из примерочной в обтягивающем маленьком чёрном платье, которое казалось вызывающе коротким и откровенным. Она нахмурилась, недовольная отражением в зеркале. —Значит, женщины в ХХІ веке одеваются как проститутки? Знаете, в мои времена на меня бы косо смотрели, если бы я осмелилась надеть брюки! – она с презрением указала на Аделию, в непринуждённом и стильном образе.       На ней были удобные коричневые брюки и простая белая рубашка, что выглядело одновременно стильно и элегантно, но в корне противоречило представлениям Ребекки о моде и приличиях. —Эй, полегче с моей одеждой, ладно? Я не виновата, что ты проснулась в платье прямо из прошлого века, – парировала ведьма, не собираясь отступать. —Ты носишь брюки, значит, сегодня женщины могут носить только брюки… ну, за исключением, пожалуй, Лии, – саркастично протянул Клаус, не упуская возможности подколоть сестру. Он едва заметно усмехнулся, прекрасно зная, что Аделия скорее предпочтёт быть обнажённой, чем надеть что-то вульгарное и безвкусное.       Ребекка закатила глаза и тут же переключилась на следующий пункт своего недовольства. —И что это за музыка? Звучит как какофония на железнодорожной станции! Это пытка для моих ушей! —Это танцевальная музыка, – монотонно ответил Стефан, словно погружённый в медитацию. —Люди танцуют под это? – Ребекка удивлённо вскинула бровь. —Это что, какой-то новый вид мазохизма?       Аделия ухмыльнулась, позволяя алкоголю развязать ей язык и добавить огонька в эту комичную ситуацию. —Да, это весело. Идеально подходит для того, чтобы зажигать на танцполе и 'случайно' подкатывать к симпатичным парням.– она подмигнула блондинке, и Клаус едва не подавился глотком шампанского. —Что? Мне что, семь лет? Я тоже умею веселиться! Или, по крайней мере, делать вид. —Мы закончили? – торопливо вмешался Клаус, чувствуя, что ситуация выходит из-под контроля, и желая поскорее вернуться к делу. Он был на грани, ведь его главная цель оставалась невыполненной. А Клаус всегда получает, что хочет, чего бы это ни стоило.       Улыбка Ребекки мгновенно угасла, когда она обернулась к брату. —Почему ты постоянно такой ворчливый и невыносимый? – с обидой в голосе спросила она. —Неужели тебе так сложно хоть раз расслабиться? —Мне нужно было от тебя всего лишь одно – чтобы Лия узнала, почему умирают мои гибриды. Одно, Ребекка! Твоё проклятое ожерелье, – процедил он сквозь зубы, одаривая сестру самой презрительной улыбкой, на которую только был способен. —А ты его… потеряла. – в его голосе звучали одновременно гнев и разочарование.       Аделия фыркнула, покачав головой. —Она не могла его потерять, идиот. Она застряла в коробке, в которую ты её насильно засунул на… на девяносто лет! Может, пора сменить пластинку, Ник? Ты же не семилетний ребёнок, устраивающий истерики из-за потерянной игрушки! —Ты начинаешь очень сильно мне нравиться, – неожиданно улыбнулась Ребекка, искренне тронутая тем, что кто-то впервые заступился за неё перед Клаусом. —В тебе есть искра! Ты словно маленький фейерверк! – на что Аделия лишь закатила глаза, уже не удивляясь этой экстравагантной манере первородных выражать свои чувства.       Взгляд Ребекки тут же метнулся к Стефану, словно ища одобрения. —Ну, а ты что скажешь? Как я тебе? —Мне… нравится, – пробормотал Стефан, выглядя смущённым и растерянным. Ребекка нахмурилась, явно недовольная его вялой реакцией. —Что? Я же сказал, мне нравится! Что ещё ты от меня хочешь? —Я всегда чувствую, когда ты лжёшь, Стефан, – фыркнула Ребекка, словно читая его как открытую книгу. —У тебя такой вид, будто ты пытаешься решить сложнейшую математическую задачу, а не оцениваешь мой образ.       Аделия решительно поднялась со стула. —Пойдём, Ребекка, я помогу тебе найти что-нибудь, что тебе действительно понравится. В конце концов, шопинг-терапия – лучшее лекарство от плохого настроения и ворчливых братьев.

***

      Девушки часами бродили по магазинам, и Ребекка наконец-то почувствовала себя более-менее комфортно в современном мире, примеряя на себя разнообразные наряды и стили. Закончив этот внезапный, но необходимый шопинг-марафон, и потратив внушительную сумму денег на карте Клауса, троица направилась в бар Глории.       Они устроились за барной стойкой, и вскоре Аделия и Ребекка с аппетитом уплетали спагетти, обмениваясь впечатлениями и шутками, а Клаус молча потягивал свой бурбон, словно наблюдая за дикими зверями в зоопарке. —Давайте сядем в более укромное место, и я попробую произнести заклинание, чтобы найти ожерелье, – предложила Аделия, едва девушки закончили обед.       Клаус ухмыльнулся, предвкушая результаты и надеясь, что это положит конец этому затянувшемуся дню.       Все трое устроились за дальним столиком, когда к ним присоединился Стефан. —Ты нас бросил, – с укором произнесла Ребекка. —Простите. От этого марафона по магазинам у меня голова раскалывается, – вздохнул Стефан, словно выходя из гипнотического транса. —И не говори, – пробормотал Клаус, закатывая глаза. —Кажется, я начинаю понимать выражение "смерть от скуки". —Что она делает? – тихо спросил Стефан, глядя на Аделию, которая что-то тихо бормотала себе под нос, закрыв глаза и сосредоточившись. —Она терпит неудачу, – драматично вздохнул Клаус, не скрывая своего раздражения. —Трудно что-то найти, когда совершенно не за что зацепиться. А теперь, Ник, молчи и дай мне сосредоточиться, ладно? Иначе я тебе вилкой глаз выколю, а затем скормлю его Стефану, чтобы он хоть немного повеселился, – огрызнулась Аделия, не открывая глаз.       Стефан усмехнулся, представляя Клауса с вилкой в глазу. —Это касается и тебя, пожиратель кроликов, – добавила Аделия, чем вызвала у Клауса приступ смеха. —Используй меня. Я носила его тысячу лет, – с настойчивой надеждой в голосе предложила Ребекка рыжеволосой ведьме. Её глаза искрились нетерпением.       Аделия вскинула брови, иронично оглядывая мужчин: —Видите? Хоть кто-то здесь действительно хочет помочь, в отличие от вас двоих – съязвила она, не скрывая раздражения в голосе.       Затем, смягчившись, Аделия посмотрела на блондинку. "Дай мне руку, Бекарс," – сказала она мягко, протягивая свою ладонь.       Ребекка доверчиво вложила свою руку в ладонь Аделии. В её взгляде читалась одновременно надежда и уязвимость. —Она… пытается найти ожерелье, верно? – скорее констатировал, чем спросил Стефан, наблюдая за происходящим с любопытством и легким беспокойством.       Клаус, обычно многословный, молча кивнул, не отрывая взгляда от Аделии. В его глазах плескалась смесь тревоги и беспокойства за её безопасность.       Через мгновение Аделия отпустила руку Ребекки, её лицо выражало задумчивость. Она перевела взгляд на Клауса. —Я увидела его… но на нём стоит мощный защитный барьер, словно неприступная стена, – проговорила она, чувствуя усталость от затраченных усилий.       Ребекка нетерпеливо топнула ногой: —И где же оно? – выпалила она, не в силах сдержать разочарование.       Аделия вздохнула, потерев переносицу: —Это так не работает, Бекарс. Я не могу на расстоянии обойти или снять эту защиту. Я видела лишь отрывки… Какую-то девушку и её друзей, словно кадры старой кинопленки, – вздохнула Аделия, чувствуя, как надежда угасает. —Да, мёртвую девушку и её мёртвых друзей, если я не получу своё ожерелье обратно! – с сарказмом фыркнула Ребекка, её голос дрожал от гнева и отчаяния. —Что ж, тогда мне придётся копнуть глубже и выяснить всё в деталях, – решительно заявила сифон, её голубые глаза загорелись решимостью. —Вперёд, малышка – подбодрил Клаус, в его голосе звучала нежность, предназначенная только для неё. —Мне нужно больше времени, Ник, и… пространство. Позволь мне сосредоточиться, – попросила Аделия, чувствуя, как силы покидают её. —Ладно, только не трать на это целую вечность – проворчал гибрид, хотя в голосе его слышались скорее забота и беспокойство, чем нетерпение.       В разговор внезапно вмешался Стефан: —Эй, знаете что? Давайте вернёмся сюда позже. Я, признаться, проголодался. Позволю вам выбрать, кем мы сегодня поужинаем, – с хищной ухмылкой предложил Стефан, сверкнув глазами.       Ребекка одобрительно улыбнулась, сжала плечо Аделии в знак поддержки и тоже поднялась из-за стола. В её глазах читалось удивление от возникшей близости.       Как странно и удивительно – настолько сблизиться с кем-то всего за один день. Возможно, это начало чего-то совершенно нового и неожиданного. Нечто прекрасное ожидало их всех.       Аделия вздохнула и, сосредоточившись, вновь попыталась пробиться сквозь защитный барьер. В этот момент краем глаза она заметила владелицу бара, женщину в возрасте. Вероятно, ведьму. Вспомнив рассказы Ника, и сложив два и два, Аделия узнала в женщине Глорию, которая, казалось, совсем не изменилась за прошедшие десятилетия. Её взгляд был холодным, и наблюдал за каждым её движением.       С дружелюбной улыбкой Аделия подошла к барной стойке. Не моргнув глазом и сохраняя невозмутимое выражение лица, она произнесла: —Мне, пожалуй, то же снадобье, которое помогает вам оставаться такой… молодой.       Глория прищурилась, оценивающе глядя на рыжеволосую гостью. —Редко встретишь ведьму в этом городе, да ещё и такую юную. Аделия не стала отрицать свою природу. Вместо этого она сказала: —Внешность обманчива, Глория. На самом деле я здесь, чтобы попросить вас о помощи, как ведьма ведьму. Никто не поймет меня, кроме вас. —Если ты собралась просить меня спрятать тебя от первородных, то я ничем не могу помочь. У меня и так много проблем, – быстро отказалась ведьма, словно отмахиваясь от назойливой мухи. —С этим, думаю, я как-нибудь справлюсь и сама. Нет, мне нужна помощь кое в чём другом. Судя по тому, как вы выглядите после стольких лет, в травах вы разбираетесь просто превосходно. Поэтому я хотела спросить, не могли бы вы помочь мне снять мощный защитный барьер? Силы заклинаний оказались недостаточны, нужно совместить с чем то" – наклонив голову, Аделия невинно посмотрела на Глорию. —Дитя, защитный барьер на твоих воспоминаниях стоит очень давно, и его наложили очень сильные колдуны… Но мы можем попробовать, – с сомнением предложила Глория. —Что? Но я...– Аделия нахмурилась, мгновенно позабыв об ожерелье. Что скрывается за этим предложением? То есть, в прошлом произошли какие то события, из за чего пришлось стирать ей память? Ну, что? Какие тайны хранит прошлое, которое так бы ей не хотелось ворошить? И какую цену придётся заплатить за то, чтобы их раскрыть?