Тонущие мечты

      1

Давно Цвырь так не радовался утру, и нет, это не потому что сегодня ярмарка. Просто когда всю ночь мучаешься бессонницей без возможности активности, сложно быть в хорошем настроении. Цвырь с удовольствием бы погрузился в сон, но его тело, несмотря на сильную усталость, упорно отказывалось засыпать. Так что всю ночь напролёт он пялился в одну точку. Мальчик потянулся, ощущая, как суставы скрипят, словно ржавые шестерёнки. Солнце уже вползло в окно, разливаясь по комнате тёплым янтарным светом. Цвырь нехотя поднялся с кровати, чувствуя себя выжатым лимоном. Мысли путались, в голове стоял гул, словно в улье. Он подошёл к окну и выглянул на улицу. Белогорье просыпалась. Дымки поднимались из труб, петухи горланили во всю глотку, где-то вдалеке послышался лай собаки. Обычное утро, нечего тут добавить. Он умылся холодной водой из кувшина, пытаясь хоть немного прогнать остатки сна. Вода приятно обожгла кожу, немного взбодрив его. Разумеется, полноценно насладиться сегодняшним днем после бессонной ночи ему не удастся, но он надеялся, что эта вода поможет ему немного сконцентрироваться. Спустившись вниз, Цвырь обнаружил на столе тарелку с горячими оладьями и кружку парного молока. За столом сидел отец, очевидно, ждавший его. Надеясь, что за завтраком ему просто расскажут, что нужно купить и вручат список, мальчик угрюмо уселся напротив родителя. —Доброе утро—с обычной сухостью сказал Белогор. Цвырь промолчал, принимаясь за еду. Оладья быстро отправлялись в рот, а молоко приятно грело горло. Он машинально жевал, стараясь не смотреть на отца. Похоже, что старец позаботился о том, что бы сын ушёл не голодым. Белогор откашлялся, нарушая тишину. Он внимательно наблюдал за сыном, словно пытаясь что-то прочесть в его лице. Цвырь чувствовал этот взгляд и старался казаться как можно более равнодушным. Что ж, похоже сегодня нужно было ответить. Потому что, если отец обращает внимание—есть повод. Просто так они не часто разговаривали. Цвырю не хотелось никаких разговоров, никаких расспросов. А особенно про то, какие дети и люди жестокие, а мир в целом и бла-бла-бла. —Как спалось? — наконец спросил Белогор, нарушая молчание. Цвырь пожал плечами, не поднимая глаз от тарелки. — Нор-рмально. Белогор вздохнул. Он ожидал подобного ответа, но все равно надеялся на большее. Внутри было какое-то странное предчувствие. Наверное, нужно было ещё вчера поговорить об этом, когда оно только-только зародилось, но были дела поважнее. —У тебя всё в порядке? Цвырь почувствовал, как внутри все похолодело. Он знал этот тон, эту нарочитую заботу. Сейчас начнется допрос с пристрастием, к которому он был совершенно не готов. Цвырь медленно поднял голову, встречаясь с тяжёлым взглядом отца. В глазах Белогора читалась смесь беспокойства и усталости. Мальчик ощутил укол вины. Он знал, что доставляет отцу немало хлопот своим угрюмым характером и нежеланием идти на контакт. Но что он мог поделать? Мир казался ему враждебным местом, полным лжи и лицемерия, и делиться своими чувствами с кем-либо, включая отца, было для него равносильно самому жестокому самоубийству. —Да, всё в порядке, — тихо ответил Цвырь, стараясь, чтобы голос звучал убедительно. — Прос-сто немного устал. —Хорошо, — сказал Белогор, стараясь говорить мягче. — Но если что-то случится, помни, я всегда рядом. Можешь поговорить со мной о чём угодно. Цвырь кивнул, отводя взгляд. Он не верил этим словам. Возможно, когда-то давно, в раннем детстве, он и мог бы поверить в отцовскую заботу, но сейчас… Сейчас прекрасно понятно, что родитель стыдится своего создания. Живёт с ним и воспитывает исключительно из-за чувства долга и, наверное, вины. Это чувствовалось во всём. —Пап, — начал Цвырь, но голос предательски дрогнул. Он сам не ожидал от себя, что начнёт говорить— Я… Он замолчал, чувствуя, как слова застревают в горле, будто колючки. Белогор наклонился вперед, его руки легли на стол, ладони сжались в кулаки. Молчание стало натянутым, как струна перед обрывом. —Говори, — произнёс отец, и в его голосе прозвучало нечто, чего Цвырь никогда раньше не слышал. Не просто приказ, а… просьба. Тихое отчаяние. Цвырь сглотнул, собираясь с духом. Взгляд отца заставлял его сердце биться чаще. Возможно, настал тот самый момент, когда нужно отбросить все страхи и сомнения и просто выложить все, как есть. Но слова не шли, словно приклеенные к горлу. —Я.. Ты.. Ты говорил вчера, что дашь мне с-список нужных трав.. Думаю, нужно будет с-скоро выходить, так что.. Цвырь осекся, почувствовав, как щеки заливаются краской. Он готов был провалиться сквозь землю, лишь бы не видеть разочарования в глазах отца. Он не смог. Не смог пересилить себя и довериться родителю. Все эти годы недоверия и отчуждения сделали свое дело. Белогор откинулся на спинку стула, прикрыв глаза рукой. Он ожидал другого, чего-то большего, чем просто просьбу о списке трав. В принципе, этого и следовало ожидать. Это Цвырь, он никогда не оправдывает надежд. Даже таких маленьких. —Да, конечно, — устало произнес маг, открывая глаза. — Сейчас напишу. Белогор поднялся из-за стола и подошел к полке с книгами, выуживая оттуда пергамент и перо. Он быстро набросал список необходимых трав, стараясь не бросать лишених взглядов на сына. Цвырь облегченно выдохнул, наблюдая за спиной отца. Он чувствовал себя трусом, но одновременно и победителем. Ему удалось избежать нежелательного разговора, уйти от правды, спрятаться за маской безразличия. Ему уже всё равно ничего не поможет. Закончив писать, Белогор протянул список Цвырю. Тот взял пергамент, пробежался глазами по перечню трав и сунул его в карман. Поднявшись из-за стола, Цвырь направился к двери. — Постарайся вернуться до вечера, — бросил ему в спину Белогор. — И будь осторожен. —Д-да.. Если что то я буду с.. —С Марией, помню, помню.—Перебил маг—Но как и договаривались. Сначала со списком разберëшься, а потом будь волен как птица.. А, и сдача вся твоя. Цвырь кивнул, не оборачиваясь, и вышел из дома. Свежий утренний воздух приятно холодил лицо, но внутри по-прежнему было зябко. Список трав неприятно комкал карман. «Сначала со списком разберёшься, а потом будь волен как птица…» - эхом отдавалось в голове. Волен как птица… Смешно. Птица в клетке, разве что. Мальчик покачал головой и быстро направился к центру. К Марье. Ему нужно было сосредоточиться на списке, на травах, на ярмарке. Что угодно, лишь бы не копаться в собственных чувствах и не вспоминать тяжёлый взгляд отца. На удивление рыжеволосую девчонку можно было заметить уже через пару минут. Она сама бежала в его сторону. Наверное, не смогла дождаться. — Цвырь! — крикнула Марья, подбегая к нему. Её лицо сияло, а в глазах плясали озорные искорки. Она схватила его за руку, увлекая за собой в сторону ярмарочной площади.—У нас с тобой сегодня заноза будет! —Ч-что? Хвостатый толком понять не успел, как она вообще оказалась тут, так теперь ему ещё и начинают что-то расказывать. А может и жаловаться. —Батька Софью попросил с собой взять, вот что!—Как-то недовольно вскрикнула подруга и остановилась—Слушай.. Извини за то, что нам придётся вместе походить, я понимаю, что у вас дела не ахти.. Но и ты меня пойми, она моя сестра и.. —Ничего с-страшного.. Семья на первом месте, как-никак—Цвырь нахмурился, стараясь скрыть раздражение. Софья. Её присутствие всегда действовало ему на нервы. Эта… Эта самодовольная девчонка всегда умудрялась влезть, куда не просят, и все испортить. Ревность? Возможно. Просто она всегда старалась казаться лучше, чем есть на самом деле. И в отличие от сестры не брезгует крысëнышем или горбуном его звать. Они вроде от одних родителей, так какой сена такие разные!? Марья заметила его недовольство и виновато опустила глаза. – Да ладно тебе, не кипятись. Софья конечно та ещё заноза, но тоже хорошая! Рано или поздно вы обязательно поладите. Вот вам будет повод поговорить, авось и увидит в тебе что-то! Цвырь фыркнул, отворачиваясь. «Что-то» звучит так, будто он - вещь, которую нужно рассмотреть перед покупкой. Или, что еще хуже, будто он редкая болезнь, которую нужно диагностировать. Ему не нужно, чтобы в нём кто-то что-то видел. Ему нужно, чтобы его оставили в покое. Он не просил рождаться таким, какой он есть, и уж точно не собирался тратить силы на то, чтобы кому-то нравиться. Больше не собирался. Это просто бессмысленно.

2

Ярмарочная площадь встретила их гулом голосов, пестротой товаров и запахом свежей выпечки. Марья потащила друга за собой, ловко лавируя между телегами и прилавками. Софья уже ждала их у входа, опершись на столб и оглядывая прохожих. Увидев их, а точнее Цвыря, она презрительно скривилась, но тут же натянула на лицо приветливую улыбку. —Ну наконец-то! — воскликнула Софья, с радостью бросаясь навстречу. — Я уж думала, что ты меня бросила! Цвырь ограничился кивком, стараясь избегать её взгляда. Марья же, напротив, обняла младшую сестру и принялась что-то оживлённо рассказывать, стараясь разрядить обстановку. Цвырь не слушал, разглядывая товары на прилавках. Нужно было сосредоточиться на списке, а не на этих девичьих разговорах. Цвырь промолчал, доставая из кармана мятый пергамент. Он начал сверять список, попутно вспоминая дорогу к нужному прилавку. Не было никакого желания слушать эту нахалку. За раздумиями он даже и не заметил, как смог быстро придти к нужному дядьке. —О, а вот и наш сорванец пожаловал.—Как только завидев Цвыря, начал говорить Пëтр Васильев—Ну давай, говори, что нужно отцу твоему, помню просьбу его, прослежу за тобой. Экзамен, так сказать, очередной сдавать будешь. Марья, до сих пор держащая младших за руки, осматривалась по сторонам. Как бы обдумывая, сколько им тут торчать нужно будет. — Пошли лучше посмотрим на выступления скоморохов! Ты послушаешь и посмотришь, а я спрошу как на гуслях лучше играть– предложила Софья. Похоже, пытаясь переплюнуть талант сестры, она в очередной раз решила сменить хобби– Говорят, сегодня будет особенно интересно. Ты обязана на это посмотреть! Цвырь кинул на Софью испепеляющий взгляд, но промолчал, сосредоточившись на травах. Пётр Васильев, как обычно, не упускал возможности подколоть его, но мальчик старался не обращать внимания. Он быстро назвал нужные ингредиенты, тщательно проверяя каждый мешочек, который доставал торговец. Знал, что старик нарочно попытается подсунуть что-нибудь не то. —Вот малой, всë, что из списка было—выложил. А остальное тебе придëтся у других искать. Закончив с проверкой, Цвырь недовольно кивнул. Все ингредиенты были в порядке. Кроме одного, конечно же, быстро указав на это, ему положили нужное. Как обычно безобидные шуточки, естественно, если б мальчик не заметил подвоха, его б окликнули и отдали бы то, за что заплатил. Цвырь расплатился с Васильевым, стараясь как можно быстрее уйти от назойливого взгляда торговца. —Ну что, все купил? – спросила Марья, когда Цвырь подошел к ним. Софья смотрела на него с легкой насмешкой, словно ожидая, что он сейчас сделает какую-то наисмешнеюшую вещь. —Почти. Осталось еще несколько вещей– буркнул Цвырь, стараясь не смотреть на Софью. – Пойдемте, быстрее закончим и разойдемся. —Но ты же сказала, что мы сейчас пойдём смотреть выступление!—захныкала Софья. Она младше Цвыря всего на пару месяцев, а ведёт себя, как будто бы на пару лет. Или она просто истеричка. – Софья, мы же договорились, сначала поможем Цвырю, а потом уже развлекаться будем... И вообще-то я не так сказала! —Ну вот, опять ты выбираешь его, а не меня! — вскинулась Софья, бросая на Цвыря злобный взгляд. — Всегда он! Нельзя было сразу сказать, что тебе еще что-то нужно? Или ты специально тянешь время, чтобы я не смогла посмотреть представление? Цвырь стиснул зубы. Он знал, что начнется этот балаган. Софья всегда находила способ превратить любую ситуацию в драму, где он, разумеется, играл роль злодея. До смерти надоели эти вечные обвинения, которых он не заслуживал. Казалось, что младшая просто хочет того же внимания, что дают её сестре.. Но не таким же мерзким способом! Цвырь хотел огрызнуться, высказать все, что накопилось, но вовремя прикусил язык. Спорить с Софьей было бесполезно, это все равно что пытаться перекричать разъярённую собаку. —Д-да.. Да отстань ты от него, вечно цепляешься по мелочам! Между прочим, я с ним давно ещё договорилась, если б не батька—дома бы сидела или с ними пошла!—В своей привычной взрывной манере ответила Марья. Вот тут уже Цвырь окончательно разочаровался в сегодняшнем дне. Сëстры не редко дрались, но из-за силы Марьи чаще всего наказывали её. А угла на целый день хвостатый подруге не желал никогда. По этому, становясь свидетелем, пытался разнять их. При этом мальчику и самому всегда прилетало. Да и Софью он, конечно, не любил, но оторванной головы или сломанных костей не желал.. Если только иногда. Цвырь отвернулся, не желая видеть разгорающийся конфликт. Немного помедлив, он направился к следующему прилавку, надеясь, что сестры его потом найдут. К счастью, Марья, хоть и с недовольным видом, пошла следом, таща в руках за собой Софью, которая сразу стала вырываться. Полезная же у неё способность. У следующего торговца Цвырю нужно было купить несколько редких специй. Этот прилавок всегда привлекал внимание яркими красками и дурманящими ароматами. Марья с интересом рассматривала диковинные баночки и мешочки, а Софья продолжала дуться, демонстративно отвернувшись в сторону. Цвырь быстро продиктовал список, стараясь не задерживаться. Он чувствовал на себе прожигающий взгляд Софьи и знал, что любое неосторожное слово может спровоцировать новую вспышку гнева. Ребята обошли ещё парочку прилавков и последней покупкой была простая вощеная нить у пожилой женщины, чьи руки, казалось, помнили узелки и плетения, изученные за последние полвека. Она сидела за своим скромным прилавком, словно стражница времени, наблюдая за суетой вокруг с мудрой и спокойной улыбкой. Собрав все покупки в холщовую сумку, Цвырь почувствовал облегчение. Он оглянулся на сестер, которые, казалось, забыли о недавней ссоре и теперь увлеченно рассматривали вышитые платки. Марья что-то оживленно рассказывала Софье, а та, в свою очередь, внимательно слушала, изредка кивая в знак согласия. На мгновение Цвырю показалось, что между ними нет никакой вражды, что они просто друзья, наслаждающиеся ярмарочным днем. —Ну что, все? — спросила Марья, заметив, что Цвырь смотрит на них. Софья бросила на него быстрый взгляд, но тут же отвернулась, словно стесняясь своего недавнего поведения. — Да, все, — ответил Цвырь, стараясь не выдать свою усталость. Его социальная батарейка была уже на нуле Марья улыбнулась и взяла Цвыря под руку. Софья шла рядом, стараясь держаться на расстоянии, но в её глазах уже не было злости, только легкое смущение. Они двинулись по направлению к выходу с ярмарочной площади, лавируя между телегами и толпами людей. Цвырь чувствовал себя до ужаса омерзительно и беспокойно. В этой развлекательной части ярмарки было слишком много людей. Но успокаивало присутствие Марьи, они никогда не даст его в обиду. Дойдя до эпицентра этих безумств и какофоний, ребята разошлись. Цвырь побежал домой, отнести покупки отцу, девочки пошли смотреть на ленточки и бусы. При этом Марья заставила пообщать друга, что он тут же вернётся, как освободиться. Предчувствовала что если попросит—хвостатый не вернётся.

3

Отец встретил его у порога, хмуря брови. — Что так долго? Я думал, ты там навсегда заблудился среди этих торговцев. Уж сам хотел идти за тобой. Давай, показывай, что купил. Цвырь молча выложил покупки на стол, одну за другой. Отец внимательно осматривал каждый ингредиент, сверяясь с собственным списком. В его глазах читалось удовлетворение, но ни единого слова похвалы Цвырь так и не дождался. Убедившись, что все на месте, отец отпустил Цвыря, буркнув что-то о бесполезной трате времени. Мальчик поспешил уйти в свою комнату, подальше от угрюмого отца и его вечного недовольства. Ему нужно было немного отдохнуть и собраться с мыслями. А то окончательно тронется головой. Выйдя из дома, Цвырь глубоко вздохнул, наслаждаясь свежим воздухом. Он направился обратно к ярмарочной площади, стараясь не думать о предстоящей встрече с Софьей. Ему было неприятно от ее постоянных нападок, но ради Марьи он был готов потерпеть. Вернувшись на ярмарку, Цвырь сразу же направился к тому месту, где договорились встретиться. То бишь у входа на ярмарку, как утром. Марья ждала его, как и обещала. Она сидела на поваленном бревне, болтая ногами и оживленно разговаривая с Софьей. Увидев Цвыря, она тут же вскочила и подбежала к нему. — Я уж думала, ты не вернешься! — воскликнула она, обнимая Цвыря за плечи. — Софья тут такое интересноую безделушку нашла, ты просто обязан это увидеть! Цвырь, не успев ничего ответить, был увлечен Марьей к Софье. Та стояла возле прилавка с украшениями, в руках держала новенькую и изящную заколку в виде серебряной стрекозы. — Смотри, какая красота! — воскликнула Марья, указывая на заколку. — Разве не прелесть? Цвырь, стараясь скрыть свое равнодушие, кивнул. Заколка действительно была красивой, но он не мог так же восхищаться ею, как девочки. Софья, заметив его незаинтересованный взгляд, нахмурилась. — Тебе никогда ничего не нравится,— проворчала она, пряча заколку в карман.—Ну зануда.. Последнее она практически еле слышно прошептала, очевидно, что эти слова не были предназначены ни для Цвыря, ни для кого-то другого. Мысли в слух, так сказать. Мальчик почувствовал, как к горлу подступает раздражение. Ему хотелось огрызнуться, сказать что-нибудь колкое в ответ, но он сдержался, бросив взгляд на Марью. Мальчик вздохнул и отвернулся, делая вид, что рассматривает соседний прилавок с глиняной посудой. — Л-ладно, девочки, что дальше? — спросил он, стараясь, чтобы голос звучал как можно более нейтрально. — Может, пойдем пос-смотрим на выступление кукольн-ного театра? Я пока шёл с-с вами к специям—заметил их. Марья тут же оживилась, запрыгав от восторга. — О, да! Я обожаю кукольный театр! Софья, пойдем? Софья пожала плечами, но в ее глазах мелькнул интерес. — Ну, можно и сходить. Просто, если горбатый видел его у тех прилавков—нам идти далеко. Горбатый.. Это, наверное, самое обидное прозвище. Цвырь почувствовал, как внутри него опятьи совершенно неожиданно что-то обрывается. Даже сейчас, даже после всего, она не упускает возможности уколоть его. Он сглотнул, стараясь не выдать, как сильно его задели эти слова. При этом стараясь удержать руки на груди, что бы они не начали чесать резко занявший гогорб. Даже тело его предаёт. — Ну, ес-сли так далеко, можем и не идти, — пробормотал он, отворачиваясь. Марья тут же нахмурилась. — Ну что ты такое говоришь! Я же хочу посмотреть! Неужели вам так сложно пройтись немного? — Да нет, прос-сто… — начал хвостатый, но не успел договорить. — Да ладно тебе, пойдем уже! — перебила его Софья, неожиданно схватив за руку. — Чего ты вечно ноешь? Как младенец, ей богу! Цвырь вздрогнул от прикосновения. Ему было неприятно, когда чужие прикасалась к нему, даже случайно. Это было для него чем-то омерзительным, буд-то бы окунули его руку в тину. Цвырь дернул конечность, освобождаясь от ее хватки, будто от прикосновения слизняка. Ему захотелось вытереть ладонь о штаны, избавиться от этого ощущения мерзости, но он сдержался, не желая привлекать к себе лишнее внимание. — Не трогай меня, — процедил он сквозь зубы, стараясь сохранить подобие спокойствия. Софья закатила глаза, ее губы скривились. — Ну что ты как девчонка, честное слово. Боишься, что я тебя заражу своей красотой? Цвырь стиснул кулаки, чувствуя, как в груди закипает злость. Ему хотелось высказать ей все, что он о ней думает, но он понимал, что это только ухудшит ситуацию. Марья наверняка расстроится, а он не хотел портить ей день. — П-пошли, — сказал он, стараясь говорить как можно более спокойно. Они направились к кукольному театру, пробираясь сквозь толпу. Цвырь шел впереди, стараясь держаться подальше от Софьи. Марья шла рядом с ним, о чем-то оживленно рассказывая, но он почти не слушал ее. Все его мысли были заняты наглостью Софьи и тем, как сильно он хотел, чтобы этот день закончился. Кукольный театр оказался расположен на самой окраине ярмарочной площади, возле старой покосившейся мельницы. Представление уже началось, и вокруг сцены собралась небольшая толпа зрителей. Марья тут же протиснулась вперед, увлекая за собой друга и сестру.

4

Цвырю с самого начала не понравилось представление. Куклы были грубыми и некрасивыми, голоса актеров — неестественными и громкими, а сюжет — скучным и бессмысленным. В какой-то момент кукла, изображавшая злого колдуна, вдруг повернулась в его сторону и зловеще захихикала. Цвырю показалось, что она смотрит прямо на него, пронзая взглядом душу. Стало не по себе, он почувствовал, как по спине пробежал холодок. Мальчик проморгался, надеясь, что это ему просто показалось, но тут Софья вдруг толкнула его в бок и прошептала на ухо: — Смотри, смотри, это тебя! Цвырь почувствовал, как кровь прилила к лицу. Пришлось стиснуть зубы, стараясь не выдать своего гнева, обиды и предательских слез. Ему хотелось встать и уйти, но при этом не хотелось расстраивать Марью. Последняя, казалось, была в восторге. Она смеялась над каждой шуткой, хлопала в ладоши и восторженно ахала. Софья же, как обычно, сидела с каменным лицом, лишь изредка бросая на Цвыря презрительные взгляды. Чем он опять ей не угодил никто не знал. Дышал, наверное, как-то не так. Малец старался не обращать на них внимания. Он смотрел на кукол, пытаясь найти в этом хоть какой-то смысл, но у него ничего не получалось. Ему казалось, что он тратит свое время впустую. Наконец, представление закончилось. Марья захлопала в ладоши и радостно завизжала. Софья просто пожала плечами и зевнула. — Ну что, понравилось? — спросила Марья, поворачиваясь к Цвырю. Цвырь пожал плечами. — Не очень. Марья нахмурилась. — Ну как же? Было же так смешно! — Ну.., — пробормотал Цвырь, отворачиваясь. — Мне было с-скучно. Софья фыркнула. — А чего ты ожидал? Это же кукольный театр, а не цирк. Цвырь стиснул зубы. Он не хотел спорить с Софьей, что тут, как бы, заявлялось о юморическом предоставлении и должно было быть смещено, но в очередной раз сглотнул. — Ладно, не нравится — не надо, — сказала Марья, стараясь не показывать своего разочарования. — Тогда что будем делать дальше? Софья вдруг оживилась. Ей всегда нравилось, когда дают выбор в её руки. И не важно, что спросили не только её, но и Цвыря— А давайте в прятки поиграем! Здесь, на ярмарке, столько укромных мест, будет весело! Марья тут же подхватила идею. — О, да! Это отличная идея!— Девчонка, как только повернулась к Цвырю и увидела его кислую мину, тут же начала свою тераду в поддержку игры. Потому что обычно, если у друга такое лицо—это предвещало отказ. — Цырь! Ну не будь букой! — Марья легонько шлепнула его по руке. — Мы же твои друзья, разве тебе не нравится проводить с нами время? Хвостатый тут же поник. Друзья? Тут ровно 50/50 из друзей. И вообще, ему действительно не хотелось играть в прятки, не хотелось находиться рядом с Софьей, не хотелось вообще ничего. Это чертовое кукольное представление и нападки Софьи окончательно добили его сегодняшний день. Но деваться некуда, ради Марьи, хотя бы в последние дни, нужно терпеть. Ему не хотелось остаться мудаком в глазах подруги. Мальчишка устало вздохнул—С-с вами, с вами...куда я денусь? Только можно я не вода? —И я нет!—Тут же выпалила Марья, не давая сестре и шанса первой возразить или поддерживать идею Цвыря—Тогда ты, Софья! —Да блин! Нечестно!—Недовольно буркнула младшая, но при этом тут же отвернулась и закрыла глаза ладошками—У вас 5 минут! Один.. Продолжение дня в следующей части