Единственное спасение

            11:30 – Переломный момент. Часы тикали. Тэхен сидел, пригвожденный к креслу, взгляд стеклянный, пальцы беспомощно сжимали подлокотники. Весь мир сузился до одной точки на стене. До ритма собственного дыхания. До пустоты, которая разъедала его изнутри.

***

            11:45 – Нужно очнутся. Взгляд механически скользнул к часам.                         11:45. Сознание вдруг пронзила мысль: "Скоро снова смогу его увидеть." Сердце резко рванулось вперёд, сломав оцепенение. Тэхен вскочил, смахнул слёзы тыльной стороной ладони – грубо, зло, будто ненавидя себя за эту слабость. Но он двигался.

***

                  11:50 – Сборы. Он натягивал ботинки, путая шнурки, проклиная свои дрожащие пальцы. Раньше он любил эту пару – подарок Чонгука, стильные, удобные. Сейчас они казались просто куском кожи. Как и всё вокруг. Еда – без вкуса. Музыка – просто шум. Солнце – просто свет. Ничего не радовало. Ничего не имело смысла. Кроме него.

***

                  11:55 – Выход. Тэхен выбежал из дома, не оглядываясь на перепуганную прислугу. Водитель уже ждал у машины – видно было, что его тоже не покидала тревога. — В больницу. Быстрее. Голос звучал хрипло, чужим. Машина рванула с места. Тэхен прижал лоб к стеклу, глаза закрыл. "Держись. Я уже еду."

***

                        Дорога. Город мелькал за окном – серый, размытый, как будто покрытый пеплом. Раньше Тэхен любовался этими улицами. Теперь он ненавидел их. Ненавидел за то, что они были, а Чонгука не было рядом. Ненавидел за то, что жизнь продолжалась. Когда его жизнь – замерла.

***

            "Не смей. Иначе я пойду за тобой". Тэхен ворвался в больничный коридор, его шаги гулко отдавались в пустых стенах. Он не ждал лифта – взлетел по лестнице, запыхавшийся, с горлом, пересохшим от страха. Дверь в палату распахнулась с такой силой, что медсестра вздрогнула. — Господин, нельзя так— Но он уже мчался к кровати, схватил руку Чонгука, вцепился в нее, будто если отпустит – тот исчезнет навсегда.

***

            Разговор с пустотой. — Чонгук... Голос сорвался на первом же слове. Тэхен прижал его ладонь к своему лбу, вдохнул запах больничного мыла, чужих лекарств, но под ними – его, едва уловимый. — Ты... ты обещал вернуться. Он говорил, шептал, умолял, слова лились, смешивались со слезами: — Я не могу... я не могу без тебя. Ты слышишь? Тишина. Только писк аппаратов. Тэхен сжал его руку сильнее, ногти впились в свою же кожу. — Если ты... если ты умрешь... Голос превратился в рычание, низкое, опасное: — Я пойду за тобой. Не угроза. Обещание.

***

                  "Время вышло". Медсестра осторожно тронула его за плечо: — Вам пора... Тэхен резко обернулся, глаза горели, лицо мокрое от слез: — ЕЩЕ ПЯТЬ МИНУТ! Она отпрянула, но кивнула. Он снова к Чонгуку, прижался лбом к его груди, слушал слабый стук сердца. — Вернись... пожалуйста... Шепот. Молитва. Последняя надежда.

***

                              Уход. Когда его всё же увели, Тэхен не сопротивлялся. Он шел по коридору, не чувствуя ног, не видя ничего перед собой. Но в кармане его кулак сжимал то самое – еле уловимое движение пальцев Чонгука, когда он сказал, что пойдет за ним. Словно предупреждение. Словно "Нет".