Глава 57. Невозможные условия
18 июля 2025 г., 07:00
Утро началось с мягких и требовательных объятий, из которых оказалось не так просто выпутаться, но Тилл проявил свойственную ему настойчивость, пытаясь отпихнуть спящего Ивана. На удивление, тот даже не проснулся.
Парню еще не доводилось бывать в его комнате, поэтому краткую передышку перед завтраком и уроками решено было потратить на осмотр ранее недоступной территории. Как Тилл и подозревал, Иван оказался любителем порядка и графика во всем, включая стопки учебников, еще с вечера рассортированные по порядку сегодняшних занятий. Фыркнув, бунтарь удержался от желания уронить их и тем самым разбудить мирно посапывающего хозяина комнаты.
— Я же просил не выделяться, — ворчал он, осторожно собирая учебные принадлежности в одну неупорядоченную стопку, чтобы позже сжечь или на худой конец проверенным способом утопить, если огня не найдется.
Со своими он поступил аналогичным образом еще вчера, а потом наблюдал, как более креативная Мизи складывала из тетрадных листов кораблики, которые потом пускала в пруду. Суа колебалась дольше всех, но даже она согласилась завалить учебу и во время пения делать вид, что ей сегейн на ухо наступил.
Осмотр тумбочки и полок показал, что у Ивана в комнате водились не только книги для занятий, но и обычная классика. Хмыкнув, Тилл решил пощадить труды мастеров литературы, а учебники с тетрадями беспощадно свалил у дверей, чтобы позже вынести. Все равно по-другому Ивана от них за уши не оттащишь.
Правда, парень тут же подумал, что один способ отвадить его от книг все же был, и покраснел до кончиков ушей, рассудив, что пока не готов на подобную жертву.
Позже он вернулся проверить, не забыл ли чего в вещах Ивана, и тогда его внимание привлекла книга с неброской обложкой, которую он ранее не заметил. Решив, что она вполне могла оказаться пропущенным учебником, Тилл на всякий случай открыл первую страницу. После этого он ни разу не пошевелился, пока не долистал до корки.
— Черт, когда ты только успела? — этим же слогом была создана его стигма, и Тилл просто не мог не узнать автора, пусть на корешке и значилось другое имя.
Найденная им часть должна быть одной из многих, но даже обрывочных сведений из нее было достаточно, чтобы понять главное:
— Он действительно любил их обоих, — прошептал Тилл, бросив взгляд на Ивана, а потом — устремив к потолку.
Если бы с самого начала книга попала к нему, а не к Ивану, многое могло пойти по-другому. Если бы только он заставил этого упрямца поговорить с Ким Докчей, они оба могли бы избежать неприятностей.
***
— Мальчики… а почему нам ночью пришло уведомление о смене жанра на романтику? — подозрительно поинтересовалась Мизи, возвышаясь над обеденным столом. Иван самодовольно улыбнулся, Тилл покраснел до кончиков ушей — ни один из них не ответил. Прикрывая рот рукой, у подруги за спиной в беззвучном смехе тряслась Суа. — И почему вы опять мокрые? — продолжала настаивать Мизи, едва сохраняя серьезное выражение лица. Глядя на их лица, ей тоже хотелось рассмеяться. — Я топил учебники Ивана, — честно и почти моментально ответил Тилл, стараясь замять предшествующий неудобный вопрос. — Хотел сжечь, но мне надзиратели тонко намекнули на сутки без еды в карцере. Девушка кивнула. — С тобой — понятно, а Иван? — Топил меня, — бунтарь прыснул, не сумев сдержать улыбку. — Или спасал — я так и не понял. Упомянутый регрессор по-прежнему лидировал в умении сохранять невозмутимость в любой ситуации, но Тилл мог поклясться, что даже он приподнял уголки губ, прежде чем отвернуться. [Жанр применимого сценария сместился в сторону «Комедии»] Завтрак прошел за обсуждением дальнейших планов. Хоть ребятам удалось обнаружить, как влиять на выбор жанра, к выходу из сценария они так и не приблизились. — Нам нужно что-то грандиозное, — горячо шептал Тилл, склонившись к самой тарелке. — Вы-то хоть на романтику работали? Девушки покраснели и — Тилл был в этом уверен — взялись за руки под столом. — Делали все возможное, — уклончиво ответила более сдержанная Суа, и Мизи горячо покивала. Уроки тоже сразу не задались. При проверке домашней работы выяснилось, что девчонки свою все-таки сделали и сдали, хоть и не допустили ни одного верного ответа. Тилл поздно сообразил, что ему не стоило сгоряча избавляться от собственных записей, а Ивану он и вовсе не оставил выбора. Возможно, утром регрессор спасал все-таки тетради, а не его. — Подобное поведение недопустимо! — причитал учитель, расхаживая перед классом. Дети взирали молча и благоговейно, боясь лишний раз пошевелиться. — И где ваши учебники? «Там же, где и конспекты», — Тилл прикусил губу и отвел взгляд, не решаясь сказать это вслух. Сегейн уже занес руку для удара, и он по привычке выпрямился, непримиримо глядя в ответ и готовясь встретить опасность. — Я подрался с Тиллом, когда мы шли на урок, и выбросил их в пруд вместе со своими, — перед ним вырос Иван и слегка приподнял край все еще влажной рубахи в качестве доказательства. Преподаватель долго сверлил его удивленным взглядом: идеальный питомец Унша никогда не доставлял проблем ни сотрудникам, ни самому себе. — Тилл заставил тебя это сказать? — недоверчиво уточнило существо под три метра ростом, отбрасывающее устрашающую тень на обоих учащихся. Ни один не испытал страха. — Нет, я сам так решил, — Иван по-прежнему загораживал широкой спиной не такого высокого и крепкого Тилла. — Готов понести наказание, а мой опекун возместит ущерб, — он ненадолго обернулся к неудавшемуся бунтарю, — и за него тоже. До обеда оставшаяся троица больше не могла сосредоточиться на уроках. Даже на занятиях вокала отставать и фальшивить оказалось не так сложно, когда на душе неспокойно в отсутствие товарища. Пусть эта жертва не могла сравниться с теми, что принес Иван в прошлых регрессиях, он в очередной раз, не раздумывая, встал на защиту того, кто ему дорог. — Первый раз вижу, чтобы Ивана заперли в карцере, — неверяще проговорила Мизи. Суа взяла ее за руку, но это не помогло и не успокоило. — Думаете, он будет в порядке? — Его хотя бы не побьют, — проворчал Тилл и удрученно сгорбился под укоризненными взглядами девушек. — Да знаю я, что виноват! Потом принесу извинения, когда вернется. Хоть он пытался выглядеть спокойным и безучастным, аппетита не было, и из столовой он ушел, так и не притронувшись к еде. В голову невольно лезла мысль, что Ивану еще повезло: если бы ночью их застали вдвоем в спальне, никто бы не стал разбираться в ситуации и оба получили бы строжайшее наказание. Вероятно, тогда Тиллу больше досталось бы от Урака, чем от сотрудников Сада. Какой была бы реакция привыкшего к повиновению питомца Унши, он не хотел представлять. В обязательное игровое время Тилл сидел в компании притихших Мизи и Суа. Даже система отозвалась на сложившуюся ситуацию неутешительным оповещением: [Жанр применимого сценария сместился в сторону «Антиутопии»] — Еще чего не хватало, — проворчал Тилл, поднимаясь с места. — Вы как хотите, а я иду за ним. — Нельзя! — Мизи повисла у него на руке, бросив обеспокоенный взгляд на следящего за порядком сегейна. — Если ты навестишь Ивана и об этом узнают, все станет еще хуже. — Куда уж хуже, — и все-таки бунтарь прислушался и нехотя сел обратно на траву. Лишь ближе к вечеру, когда на искусственном небе показалось фальшивое закатное солнце и окрасило безрадостный пейзаж в красные тона, к Тиллу под деревом привычно привалился просидевший полдня в изоляции Иван. Девочки к этому моменту уже ушли в библиотеку. — Злишься? Регрессор мотнул головой в ответ. Он слегка тер пальцами уголки губ и массировал челюсть, пытаясь скрыть эти действия за обычной задумчивостью. Привыкший к его вранью Тилл сразу раскусил уловку — он обратил внимание на ровные полосы от кляпа на щеках регрессора, но не подал вида. — Ты снова сочиняешь музыку? — Иван заметил в тетради Тилла табулатуры вместо рисунков и воспользовался этим, чтобы сменить тему. — Когда-нибудь этот ад должен закончиться, — бунтарь попробовал сложить руки так, будто держал гитару, а потом вздохнул. — И все-таки с настоящим инструментом было бы удобнее. Иван немного помолчал, наблюдая, после чего настойчиво коснулся длинными пальцами запястья Тилла. — Кисть держишь неправильно. — И от кого я это слышу? — самопровозглашенный музыкальный гений задохнулся от возмущения. — Как будто ты играть умеешь! — Умею, — спокойно подтвердил Иван, не меняясь в лице. Тилл оторопело замер и недоверчиво сощурился. — Где научился? — Смотрел на тебя. Он замолчал. По интонации понял: Иван не шутил, и от серьезного тона стало еще более неловко. Щеки покраснели уже не от заката. — Это же не значит, что ты умеешь, — мягче сказал Тилл, не став продолжать спор. Вместо этого сам прижался к другому такому же человеческому питомцу и выдохнул. — Хорошо, что ты в порядке. [Жанр применимого сценария сместился в сторону «Повседневности»]
***
Ночью в спальне, заканчивая домашнее задание таким почерком, что и сам не мог разобрать ни слова, Тилл раздумывал, знал ли Иван, что на самом деле значила та книга, которую он нашел утром. Оставалось загадкой, как его спонсор смогла продолжить приключения «Компании Ким Докча» без ее основателя и как потом распространила эту историю, но, поверив в регрессии, Тилл уже ничему не удивлялся. Возможно, в этой мировой линии время еще просто не пришло. Внезапно ему захотелось пойти и прямо спросить обо всем Ивана, не откладывать разговор на завтра, когда их снова могут разделить наказанием. Он толкнул входную дверь и уперся ладонями в вертикальную гладкую поверхность — дверь не поддалась. Сомневаясь, Тилл попробовал снова и даже несколько раз ударил ее, но результат был прежним. Только сейчас он осознал, что ночные визиты не остались незамеченными — просто сегейны не захотели предавать их огласке, боясь реакции владельцев двух питомцев. От мысли о возможной слежке за ними стало совсем паршиво. Вернувшись в постель, Тилл лег лицом к стене, отделяющей их с Иваном. Была ли его дверь тоже закрыта? И собирался ли он снова нарушить чужие границы этой ночью? Одолеваемый сомнениями Тилл слегка постучал. С другой стороны незамедлительно прозвучало два таких же коротких удара, невольно вызвавших улыбку. Все-таки, несмотря на запреты, никто из них не хотел оставаться один. Сунув руку в карман, парень достал мел, который тайком стащил во время урока и про который совсем забыл из-за дневных потрясений. Повезло, что находка не раскрошилась, когда он случайно на нее лег. Тилл рывком отодвинул кровать от стены, не заботясь о производимом шуме — ножки громко заскрежетали по полу. — Ты не ошибка! — крикнул он во все горло, чтобы Иван точно услышал. — Он правда хотел создать именно тебя! И я уверен, что он бы тебя не бросил! В коридоре послышались торопливые шаги ночных надзирателей, но это было неважно. Схватив мел, Тилл принялся выводить на стене равнины и леса, бегущую реку, небо, облака и яркое солнце, в лучах которого навстречу свободе шли четверо ребят, крепко держа друг друга за руки. Каждая новая белая линия сияла в темноте голубыми искрами вероятности, и даже при выключенном свете в спальне стало светло как днем. [Жанр применимого сценария сместился в сторону «Романтики»] [Жанр применимого сценария сместился в сторону «Драмы»] [Жанр применимого сценария сместился в сторону «Повседневности»] [Невозможно определить жанр применимого сценария] Двери уже открывали снаружи, но Тилл, ободренный полученными сообщениями, продолжил кричать: — Ты — уязвимость, которую нельзя контролировать системой! Так сломай эту чертову стену, чтобы мне не приходилось орать на такого идиота, как ты! Поверхность под его ладонями покрылась трещинами, из которых сочился темный демонический эфир. Смешавшись с искрами, он дал новый цвет только что созданному рисунку. Улыбаясь, Тилл отошел подальше, чтобы увидеть, как в следующее мгновение единственное разделяющее их препятствие разлетелось на куски. За стеной, тоже приложив ладонь, стоял Иван, больше не в белых ученических одеждах, напоминающих тюремные, а в привычном черном пальто. Тилл потянулся к нему и шагнул навстречу, ощутив за спиной тяжесть купленной на аукционе гитары. На его руках снова белели закатанные по локоть рукава экипировки SSS класса. Предвкушая скорое воссоединение, он не скрывал улыбку. [Невозможно продолжать применимый сценарий] [Вы будете перенесены на Главный остров вместе с Вашими товарищами]
