Три способа выжить на Сцене

Приведя себя и друг друга в человеческий вид, к вечеру ребята все-таки выбрались из спальни. Основной причиной стал голод Ивана, не евшего нормально с прошлого утра, и Тилл раздраженно пообещал запихать в него все съестное, что найдет в столовой. — Спонсора на тебя нет, — по привычке ворчал он, беззаботно закинув руки за голову. — Как ты вообще жил без присмотра Ким Докчи? — Было тихо, — Иван умолчал, что, несмотря на воссоединение с Тиллом, отсутствие читателя по-прежнему его беспокоило. Набрав еды, они присоединились к Компании на улице. Местные обитатели по обыкновению устроились под крылом химерического дракона, сопевшего так громко, что было слышно от входа. — Держи, — едва завидев Ли Джихе, Тилл грубо сунул ей в руки кофту и смущенно пробормотал слова благодарности. — И где вы двое пропадали? — кокетливо улыбнувшись, девушка внимательно осмотрела обоих, и под ее изучающим взглядом Тилл едва удержался от соблазна вернуться в промышленный комплекс. Ему вдруг захотелось провалиться сквозь землю. — Не твое дело, — жестко отрезал он, натягивая выше воротник. Иван сохранял привычную беспристрастность и делал вид, что происходящее его не касается, но Ли Джихе все равно язвительно заметила: — У тебя такой укус на шее, что никаким воротником не скроешь, а губы Ивана выглядят так, будто их чуть не съели, — она торжествующе скрестила руки на груди и вздернула подбородок. — Вижу, подарок пригодился? Вспыхнув до кончиков ушей, Тилл схватился за шею и принялся шарить рукой, пока Иван не остановил его коротким пояснением: — Там ничего нет. Под негодующим взглядом бунтаря Ли Джихе расхохоталась в голос. — Да, и у Ивана тоже! Но ты так мило суетишься, что удержаться от шутки невозможно, — сквозь смех объяснила она. — Готова спорить, что запасы «Эссенции Леса Эллен» у вас поубавились. Оскорбленный до глубины души Тилл ничего не ответил и отвернулся в молчании набивать рот ужином — повезло, что им сохранили остатки вчерашних крылышек, приготовленных Ю Джунхеком. Оживленная беседа воплощений из Компании не прекратилась с приходом парней, и большинство присутствующих по-прежнему обсуждали предстоящий основной сценарий. Расстеленный на траве плед сегодня был больше размером и расцветкой напоминал красные ковровые дорожки, на которых кто-то щедро раскидал шелковые разноцветные подушки. Вокруг высились мраморные статуи и несуразные фонтаны, которых прошлым вечером во дворе не было. — И кто автор оригинального дизайнерского решения? — съязвил Тилл, не оценивший чрезмерную роскошь. Иван молча указал на сидящего рядом Луку. После разговора с Хеной он перестал избегать всех и вся и удобно привалился к одной из статуй. Тилл фыркнул. — Нашел новое применение своей «Трансформации сцены»? Мог не утруждать себя, вышло паршиво, — по недовольству в голосе бунтаря Иван догадался, что тот не простил Луке их прошлое противостояние в родном мире. Признаться, он и сам не был готов принять воплощение Метатрона после того, как по его вине едва не потерял Тилла во время Великой войны Святых и Демонов. Однако, Лука лишь безучастно смерил обоих взглядом, придя к выводу, что содержимое тарелки ему важнее. — Ты знаешь лучшее применение для моего навыка? — небрежно поинтересовался он и отпил из чашки. Тилл моментально ощетинился и сжал руки в кулаки. — Как насчет реванша? В этот раз я не уступлю. Лука насмешливо покачал головой. — Не стоит. Ты никчемный соперник, не хотелось бы тратить навык впустую. Подслушивающая разговор Ли Джихе фыркнула и с недовольной гримасой обвела взглядом место их пикника, ставя под сомнение целесообразность вычурной трансформации двора. Но Тилл уже завелся достаточно, чтобы вскочить с места — в его руках тут же материализовалась демоническая гитара. — Хочешь проверить? — от прикосновения к струнам посыпались искры вероятности. — Едва ли, — Лука указал куда-то кивком головы. — Я согласен создать Сцену только для одного человека. Все повернули головы в указанном направлении — там сидела Хена. Девушка ошеломленно замерла, не донеся вилку до рта. Осознав услышанное, она нахмурилась и после недолгих раздумий отодвинула от себя тарелку, решительно принимая вызов. Наблюдавший за ней Лука слегка улыбнулся, и что-то Ивана насторожило в этой простой эмоции. По опыту прошлых мировых линий он был слишком хорошо знаком именно с таким выражением лица, лишенным всякой искренности. — Не соглашайся, — регрессор предостерегающе посмотрел на Хену. Обычно он не вмешивался, если дело не касалось Тилла, но, проведя с Компанией достаточно времени, больше не смог молчать. — Тебе не понравится исход. — Ты думаешь, я не понимаю, что он задумал? — девушка встала и гордо откинула за спину длинные волосы. — Идет, давай споем!

***

Когда на комплекс опустились сумерки, плед и статуи сменила огромная сцена с яркими софитами и современным звуковым оборудованием. Даже Айлин вышла во двор посмотреть на это чудо техники, созданное навыком трансформации. — У тебя есть какие-то ограничения на применение? — деловито поинтересовалась Хан Суен, задержав Луку перед подъемом на площадку. Тот задумчиво приложил палец к губам, и женщина заметила чуть посиневшую кожу на кончиках. — Зависит от размеров и накладываемых ограничений, — серьезно пояснил он. — Условный плед за ужином я даже не замечу. Целое здание с ограничениями на навыки оставит меня без сил практически сразу. А такая Сцена, — он указал на свое недавнее творение, — вероятно, станет последним применением моих способностей. Автор непонимающе нахмурилась, мысленно прикинув разницу в размерах и найдя противоречия в словах парня, но Лука уже ушел готовиться к выступлению, оставив ее без ответа на незаданный вопрос. — Хена, удачи! — Мизи крепко обняла девушку, и на короткое мгновение обе слегка засветились от наложенных спонсором усилений. — Ты должна победить! — Да, должна, — поджав губы, та коротко обернулась к Луке и ненадолго уставилась на свои ботинки, прежде чем широко и горько улыбнуться Мизи. — Никудышное из меня воплощение для такого замечательного Созвездия. Иван и Тилл, стоя под открытым небом, наблюдали подъем двух певцов на Сцену. Кто-то из зрителей остался на ногах, кто-то сел прямо на траву — ребята к ним присоединились, — а Шин Юсон, Ли Гильен и Ли Джихе забрались на дракона, чтобы смотреть представление с высоты его роста. — Почему ты сказал Хене не соглашаться? — вспомнив обсуждение за ужином, спросил Тилл. С ответом регрессора опередил подошедший к микрофону Лука. — Меня хорошо слышно? — Король трансформаций первым делом проверил акустику у созданной навыком иллюзии и удовлетворенно кивнул, когда зрители послушно повернулись на звук его голоса. — Отлично. Прежде, чем мы начнем, хочу предупредить, что эта Сцена работает по правилам моего родного мира. Зрители начали перешептываться между собой. — И что это значит? — спросила Чон Хивон, устроив голову на плече Ли Хенсона. Мизи вскрикнула и зажала рот рукой, а Иван бессильно кивнул, подтверждая худшие опасения своих земляков. — Лука ведь не может… — Тилл не договорил. Он едва протестующе не вскочил с места, но сидящий рядом парень поймал его за руку и утянул обратно. Иван заглянул ему в глаза, безмолвно прося успокоиться, и бунтарь постепенно согласился с ним, найдя покорное смирение в чужой уверенности. Попытка активировать «Прогнозирующий Плагиат» провалилась, и ответом стало системное сообщение: [Использование навыков запрещено владельцем сцены] — Ублюдок, он все предусмотрел, — прошипел Тилл. С другого конца импровизированного зрительного зала за ним проницательно следила Хан Суен, подарившая своему воплощению возможность заглядывать в будущее. Рядом с ней стоял не менее мрачный Ю Джунхек, которого она слегка пихнула локтем, чтобы обратить внимание главного героя на сцену. Их присутствие внушало уверенность, что Компания постарается не допустить печальный исход, но еще неизвестно, удастся ли им преодолеть ограничения Луки. Теперь стало очевидно, что ловушка для Хены захлопнулась в тот момент, когда она согласилась состязаться с Лукой. Однако, даже узнав об этом, девушка не выглядела встревоженной. Сухо поприветствовав собравшихся, она только подошла к сопернику уточнить, какую песню им следует исполнить, после чего вернулась к другому микрофону. Вскоре на Сцене под сопровождение активной мелодии переплелись голоса двух участников. Несмотря на оказываемое давление и неминуемость скорой гибели одного из них, оба улыбались, и уже по вступлению становилось ясно, что они не намерены отступать перед опасностью, как и все дети, воспитанные в Саду Анакт. Артистичные движения Хены встретились с жестким контролем Луки, не теряющим самообладание даже в напряженной ситуации. — Как думаете, кто из них победит? — не отпуская руку Суа, Мизи ближе придвинулась к парням. Те переглянулись и лишь мгновение помедлили, прежде чем дать единодушный ответ: — Хена. — Посмотрите внимательнее на Луку, — коротко посоветовал Иван. В пережитых регрессиях ему ни разу не доводилось видеть противостояние этой пары, но исход казался очевидным. Дело было не только в том, что Хена во всем превосходила соперника уже сейчас — ее гибкость, мимика и умение заразить настроением всех, кто на нее смотрел, не говоря уже о вокальных навыках, были выше всяких похвал. И все же, в противоположность ей, внимание привлекал именно Лука. На первый взгляд, он ничем не уступал, отвечал той же живостью и активностью, к которым был приучен с детства и которыми не мог похвастаться вне Сцены. Бесспорно, он был заслуженным Королем Alien Stage, но еле заметная улыбка на губах выдавала его намерения с головой. — Знаете, на кого это похоже? — Тилл обращался к Мизи и Суа, но смотрел исключительно на Ивана. Регрессор виновато приподнял уголки губ и тут же схлопотал за это подзатыльник. — Никогда больше так не делай! Он прислонился к Тиллу и положил голову ему на плечо — в этот раз даже возмущений не последовало, и никто не напомнил не липнуть на людях. Напротив, такое послушание как будто усмирило его бунтаря. Несмотря на подсказку, Мизи по-прежнему выглядела озадаченной. Более опытному Тиллу, наученному горьким опытом общения с Иваном, пришлось объяснить ей прямо: — У него выражение лица человека, который решил принести себя в жертву, — пусть и запоздало, он отпихнул от себя регрессора. — Уверен, Лука только ради этого все затеял. Хочет освободить от себя Хену. Девочки побледнели, и это было заметно даже в цветных бликах иллюзорного освещения. Противостояние на Сцене продолжалось, и за разглядыванием Луки никто не обратил внимания, что теперь Хена своим голосом только аккомпанировала ему, но больше не пела сама. Ее соперник первым заметил неладное но, на мгновение нахмурившись, быстро вжился в прежнюю роль и адаптировал поведение под новые условия. Он приблизился к девушке, чуть наклонился, будто хотел казаться ниже, заискивающе заглянул ей в глаза. Из зрительного зала сложно было разглядеть, что именно он сделал или показал ей, однако в следующий момент Хена отшатнулась от него, как от огня, и занесла руку для удара. Два бывших участника Сцены затаили дыхание: Тилл и Иван не понаслышке знали, какое наказание предусмотрено правилами за насилие над соперником. И все же Хене удалось усмирить эмоции и упрямо продолжить, опустив руки по швам. Допев следующий куплет, она хитро улыбнулась и замолчала вовсе — лишь ненадолго коснулась щеки Луки ладонью, чтобы еще больше сбить с толку. — Разве она не пытается проиграть? — неуверенно подала голос молчавшая до этого Суа. Несложно было догадаться, почему именно она первой это заметила. Замысел Хены был слишком хорошо знаком ей и Ивану, ведь они тоже знали, каково это — жертвовать собой ради другого. — Но тогда почему она не ударила? — не понял Тилл. — Давно могла закончить выступление. Регрессор покачал головой и не стал объяснять, что, продолжая сопротивление, Хена преследовала более сложную цель, чем простой проигрыш для спасения Луки. На Сцене она вершила настоящую месть, и только лидеру Повстанцев был известен изощренный смысл происходящего. Следовать за своим смыслом жизни непросто, но еще хуже быть им для кого-то и понимать, что от тебя зависит другой человек. Уйти навсегда и оставить соперника с осознанием чудовищной правды и чувством утраты — вот чего добивалась свободолюбивая мятежница. Состязание подходило к кульминации, и на баннере вот-вот должны были появиться результаты. От осветительной техники во все стороны летели голубые искры, экран за воплощениями мерцал, звук периодически пропадал. Догадавшись о действиях Хены, Лука все же утратил контроль над трансформацией и не смог завершить начатое. Сцена рассыпалась, и оба выступающих упали в траву. Воплощения отшатнулись, когда иллюзия взорвалась небольшим вероятностным штормом и тут же схлопнулась, наполнив воздух синей пылью с редкими разрядами молний. Потревоженный вспышками дракон угрожающе зарычал, но его быстро успокоила Шин Юсон. — Сбежал! А сколько громких слов было, — отряхиваясь от травы, раздраженно крикнула Хена. Казалось, она была больше расстроена, что ее план провалился, чем радовалась спасению. При ее приближении Мизи вмиг бросилась своему воплощению на шею с увещеваниями никогда так не поступать. Недовольство чудом выжившей участницы быстро прошло, и она тоже слегка приобняла спонсора, принимая ее заботу. — Мне кажется, или он похож на тебя? — подергав Ивана за черный рукав, Тилл грубо ткнул пальцем в сторону притихшего Луки. — Тоже напрашивается на неприятности и все портит. Усмехнувшись, регрессор наклонился к уху собеседника. — Кое-что у меня хорошо получается, — вкрадчиво проговорил он, опалив кожу горячим дыханием. Залившись краской, Тилл сразу оттолкнул парня от себя и не стал продолжать разговор. Мелодичный смех Ивана все равно заставил посмотреть на него и через смущение тепло улыбнуться.