***
— Блитцø, почему ты не уследил за книгой?! Мои дочь и внучка пострадали из-за твоей безответственности! — Столас кричал на Блитца. Октавия проникла в его рабочий офис, а книга лежала прямо на столе. — Прошу, прости! Я ринулся за тобой, как только понял, что Октавия сбежала. К счастью, Лýна быстро выследила её. Октавии хотелось крикнуть. Позвать кого-то, чтобы её услышали. Даже этого беса, которого она ненавидела… но реальность снова ускользнула от будущей мамы.***
— Август, ты правда сильно любишь мою дочь? — Больше целой Вселенной, Ваше Величество. Я живу ей, — Август взял любимую за руку. Октавия не шевельнулась. Но её тело было тёплым, а сердце билось. Как и цвела маленькая жизнь в ней, — знаю, Вы меня презираете из-за моего происхождения, но я безмерно благодарен, что Вы позволите мне видеться с Октавией и нашей дочерью. — Август, дело не только в традициях. Октавия – моя единственная и любимая дочь. Я хочу уберечь её от всего зла. Именно поэтому я так недолюбливаю грешников. Вы бывшие люди, а люди жестоки. — Вы правы, Ваше Величество. Мои мать с отцом – подтверждение тому. Но Октавия подарила мне счастье, о котором я так мечтал при жизни. Она стала моим смыслом, — Август нежно поцеловал любимую в лоб. — Если бы тебя обучили королевской жизни, ты смог бы стать королём? — Как пожелаете, Ваше Величество. Ради Октавии я сделаю всё. — Что ж… полагаю, Гоэтию ждут большие перемены, — улыбнулся Столас. — Спасибо. Я навеки благодарен Вам. На сей раз в темноте Октавия увидела маленькую совушку. Саму себя в детстве. Только у этой малышки были светло-каштановые пёрышки… как у Августа.***
Октавия проснулась и поняла, что находится в больнице. Рядом спал Август, склонившись на её постель. — Как моя малышка? — прошептала она. — Любимая! — проснулся Август и обнял свою совушку, — как ты себя чувствуешь? — Соображаю. Правда, тело болит. Моя малышка выжила?! — Да, милая, наша дочь жива и невредима в твоём животике. Тот урод не ударил тебя в матку, поэтому малышка никак не пострадала. — Какое счастье! Возлюбленные страстно поцеловались. — Доченька! — зашёл к дочери Столас, услышав её радостный щебет. — Мой маленький птенчик, — ринулась вслед за мужем Стелла. — Мама, папа, — слабо улыбнулась Октавия. После скандала они так и не разговаривали. Родители и дочь обнялись. Столас взял дочь за руку и встал перед ней на колени. — Крошечка, прости нас с мамой! Клянусь, мы исправим свои ошибки и подарим тебе счастье. Я люблю тебя, мой совёночек. — Вия, ты всегда была нашим лучиком света с папой. Ты – плод нашей любви, — улыбнулась Стелла. — Мы все тебя любим, милая. И так гордимся, что ты приведёшь новую жизнь в эту Вселенную. Возлюбленные взялись за руки и прижались лбами друг к другу. Стелла и Столас мечтательно улыбнулись, глядя на подростков. Они представили, как могли бы провести своё первое свидание в юности так же счастливо. — И я вас люблю! — всхлипнула Октавия и прикрыла лицо волосами. Октавию окружала её семья — родители и будущий муж. Гормоны беременности вызвали в ней эмоции. — Ну, ты чего, моя совушка? — Столас обнял дочь и вытер её слёзки, — ты такая у нас храбрая девочка. В свои семнадцать отправилась в другой мир, будучи в положении. — Папа, я не могла по-другому. — Мы понимаем тебя, милая. Когда ты готовишься стать матерью, тебе хочется защитить своего ребёнка любой ценой, — улыбнулась Стелла, вспоминая свою беременность. — Мне удалось спасти свою дочь? — Да, милая, удалось. — Правда, я не забыл своего прошлого. Но теперь экзорцисты не отличат меня и нашего ребёнка от обычных демонов. Спасибо тебе, милая! — Август поцеловал любимую.