ЭГИНОР

Утром следующего дня Эгинора снова пригласили к Отшельнику. — Твоя сестра свободна, — встретил его Старик. — О, спасибо! — воскликнул принц. — Если бы мы могли хоть как-то отблагодарить вас! — Постарайтесь быть осторожнее. Неужели я послал бы ученика остановить твоего отца, если бы его поездка к Турдану не несла смертельной опасности. Царь мечтает захватить и поработить Канлур.   — Я обязательно передам это отцу. Но кто же наложил на сестру заклятие? Наверняка это было сделано по приказу Турдана. Жрецы или?.. — Колдовала женщина. Жрецы обычно могущественнее. Но она искусна в колдовстве, и ее чары обладают немалой силой. — Отец говорил, что с Турданом приезжала некая княжна Архисса, кузина царя. — Думаю, что она и есть ведьма.   — Да, прощаясь, она подарила сестре браслет. — И увезла прядь волос. Иначе заклятие не было бы настолько сильным. Передай королю Эрвану, чтобы он берёг дочь. — Простите, господин Отшельник… В день моего Совершеннолетия отец сказал, что мне суждено спасти наше Королевство. Не могли бы вы открыть, что я должен для этого сделать? — Дитя мое… — ласково произнес Старик. — Я не могу дать тебе однозначного ответа на твой вопрос. Наши жизнь и судьба переменчивы и творятся они многими людьми. Предначертанное не всегда исполняется. Ты можешь спасти Канлур — и это главное. А как — тебе предстоит понять самому. Я же всегда помогу тебе, если это будет в моих силах. Эгинор поблагодарил, низко поклонился и уже собирался уйти, когда вспомнил о просьбе своего крылатого друга.   — Простите, — обернулся юноша, — с вами хотел поговорить Искр, Дракон. — Я выйду к нему, — улыбнулся Отшельник. Увидев Старика, Искр немедленно бросился ему навстречу и склонил голову. — Господин Отшельник, скажите, существуют ли в этом мире другие Драконы? — В изумрудных глазах Искра светилась надежда.   — Существуют. Их осталось мало, но они ещё есть. И, подобно нашему племени, не слишком любят общаться с чужаками. “Нашему племени? — удивился Эгинор. — Но разве он не человек?!” — Почему? — спросил Искр.   — Люди столетиями истребляли Драконов. Поэтому все ныне живущие драконы обитают в горах далеко на востоке. — Но ведь их же можно отыскать? — не отставал Искр. — Если у тебя есть крылья, то можно, — с улыбкой ответил Старик. — Вы же подскажете мне, как их найти? — Когда ты станешь взрослым Драконом. Пока тебе и не одолеть столь долгий путь. — Премного благодарен, — низко поклонился Искр, — при первой же возможности я отправлюсь на поиски. Отшельник погладил Искра по голове, а потом его взгляд остановился на Лауэране. — Пойдем-ка со мной, — сказал он юноше. — Да, господин, — поклонился Лауэран. Мудрец приветливо кивнул принцу и скрылся в пещере. Лауэран вошел следом. — Значит, ты хочешь улететь от меня? — негромко спросил Эгинор. За два с лишним года он ужасно привязался к Искру и теперь, осознав, что тот может покинуть его, заметно опечалился. — Я ещё не взрослый Дракон, — напомнил Искр. — И ты навсегда останешься моим другом. Я буду навещать тебя, — подумав, добавил он. — Спасибо, — грустно улыбнулся Эгинор. — Пойми, у тебя есть мать, отец, сестра. Спустя несколько лет ты женишься… Если захочешь, конечно. А я? Я с рождения живу среди людей, пусть и… очень хороших, — поспешил добавить Искр, — и ещё не видел ни одного Дракона. Я хочу найти своих родных. А если их нет, то хотя бы дальних родичей, и, естественно, когда-нибудь я захочу жениться. — Понимаю. Конечно, ты волен искать родню, когда это станет тебе по силам. Я не имею никакого права тебя останавливать… Просто… я очень к тебе привязался... и мне будет тебя ужасно не хватать. — Последние слова Эгинор сказал очень тихо, но Искр услышал его. — Но ты же со временем женишься, — напомнил Искр. — И тебе не будет одиноко. Хотя я понимаю, что ни одна девица не сможет заменить настоящего Дракона. — Я не женюсь, пока Хойдар представляет для нас угрозу. Сумею остановить Турдана — тогда и буду думать о женитьбе. — Но разве это не твоя судьба? Победить северян? — удивился Искр. — Судьбу ещё нужно исполнить, и, по словам Отшельника, никто за меня это не сделает. — Вот что… Мы, Драконы, живем долго, и мне некуда торопиться, — немного подумав сказал Искр. — Я ведь тоже к тебе очень привязан. Раз ты не женишься, пока не победишь хойдарцев, то и я не стану искать Драконов, пока этот бессовестный Турдан не будет разбит. Но обещай, что, когда угроза исчезнет, ты отпустишь меня. — Спасибо, Искр, конечно отпущу. — Принц обнял его сверкающую на солнце шею. В пещере Отшельник велел Лауэрану подойти поближе и стал внимательно вглядываться в юношу. Обычно приветливый взгляд Мудреца был скорее сочувственным, если не сказать печальным. Лауэран терпеливо ждал. — Ты умный и добрый мальчик… — наконец заговорил Старик. — Я дам тебе всего один, но жизненно важный совет. Прежде чем решиться на что-то непоправимое, тщательно всё обдумай и не торопись. — Простите… Но… бывают случаи, когда нужно действовать немедленно. — Запомни мои слова. Лауэран поклонился, и тут, к его удивлению, Старик встал, обнял его и погладил по голове. “Как жаль, бедное дитя, что я не в праве сказать тебе больше…” Скоро Эгинор и Лауэран собрались и, простившись с Отшельником и его Учеником, отправились в обратный путь. Искр пребывал в отличном настроении, чего нельзя было сказать о принце. Теперь юноша знал, что вовсе не обязательно станет победителем. Более того, понять, как ему одолеть Турдана, он обязан сам. “Что ж… Буду думать и постараюсь сделать всё, что смогу. Похоже, только в Легендах мудрецы прямо говорят герою, что нужно предпринять… добыть волшебное оружие, которое не знает поражений… или уничтожить что-то, что приведет к гибели врага. А в настоящей жизни человек должен думать и действовать самостоятельно”. Молча, каждый думая о своем, они спустились по извилистой тропинке вниз, к месту, где их ждали гвардейцы, и маленький отряд продолжил свой путь в сторону Восточного тракта.   “Интересно, почему тут никто не живет? Ведь летом здесь было так зелено, значит, земли, наверняка, плодородные, — оглядывая окрестности, размышлял Эгинор. — Словно нарочно, чтобы обычных людей и обитателей Предгорий разделяло почти два дня пути. Кто же они, эти загадочные люди? Когда я летал на Искре, я заметил в долине крыши домов. Значит, это не просто место уединения Отшельника и его Ученика, а целое селение.” Он обернулся и взглянул на Предгорья, где остался этот таинственный народ. “Отшельник… ему столько открыто… Почему он не сказал мне? Или он и в самом деле не знает? Ведь, по его словам, в нашем мире Судьба складывается из действий множества людей. Их воли, стремления и чаяния часто противоположны и сталкиваются друг с другом. И каким бы мудрецом и обладателем тайного знания он ни был, оказалось, существуют сравнимые с ним по силам жрецы и колдуны…” Схожие мысли были и у Лауэрана. “По-видимому, то, что он сказал мне, очень важно, раз он сам позвал меня к себе. Но почему он не открыл мне чуть больше?” Они уже собирались остановиться и передохнуть, как навстречу им из оврага выполз Искр. — Что-то ты совсем грустный, — заявил он Эгинору. — Вот что. Давай я отвезу тебя назад в Столицу. Завтра уже будешь дома и обрадуешь родителей. — Раз сестре стало легче, думаю, они уже рады. — Согласен. Но если ты окажешься дома, они перестанут волноваться за тебя. Соблазн был велик. — Коня можешь оставить на них. — Искр кивнул в сторону воинов. — Нет, это неловко. Бросить людей, которые проделали такой долгий путь ради меня, и улететь. И уж совсем некрасиво по отношению к Лауэрану, который вызвался составить мне компанию. — Ла-а-дно, — согласился Искр и разлегся под бархатными лучами ноябрьского солнышка. В этот раз Эгинора и его спутников встретил отец, причем ещё на подъезде к Столице. — Откуда вы так точно узнали, когда я вернусь? — удивился юноша. — Воины на смотровых башнях заметили Искра, — улыбнулся Эрван, и они крепко обнялись. — Как Элуана? — спросил принц. — Восемь дней назад ей стало намного лучше. — Восемь дней назад Отшельник снял заклятие. — Значит, увы, мы были правы. Ее заколдовали. Турдану нельзя доверять. — Именно так, отец. Отшельник предупредил меня об этом. Душа Турдана — темная и, получается, лживая. — Мне больно сознавать это. Всё же он сын Эфрэрис и мой родной племянник. Как бы я хотел, чтобы он и в самом деле стремился сблизиться с нами… Но увы. Больше я ему приехать не позволю. Показались ворота Канлуриана, они въехали в Город и довольно скоро уже были во Дворце. Но, к огорчению Эгинора, Элуана была задумчивой и грустной. — Ведь принцесса исцелилась? — тихо спросил он и взглянул на отца. — Похоже, она и в самом деле влюбилась в него. Заклятие ушло, она снова стала прежней. Но, к сожалению, Турдану удалось очаровать ее и без ворожбы. — Нужно рассказать ей, что он за человек. Что он вовсе не желает мира с нами, а наоборот, хочет завоевать королевство и поработить канлурцев. А его кузина — если она вообще кузина — ведьма и пыталась околдовать ее. — Значит, колдовала эта Архисса? — Отшельник сказал, что заклятие было наложено женщиной. Элуана должна узнать, что Архисса — обманщица, а Турдан… — Мальчик мой. Любовь порой страшнее чар. Она застилает людям глаза и лишает их разума. Да, мы можем всё рассказать Элуане, но влюбленная девушка найдет тысячу оправданий человеку, которого любит. — И тем не менее, расскажите ей, отец. А сделает она выводы или нет… — Ты прав, сынок, — согласился Эрван. Король ушел к себе, но вскоре ему сообщили, что племянник его жены, князь Лауэран просит принять его. Эрван с симпатией относился к юноше, хотя и считал его излишне мягким. Лауэран вошел и низко поклонился. Эрван указал на кресло, и, когда юноша сел, вопросительно взглянул на него. — У меня к вам просьба, государь… — решился Лауэран. — И какая же? — Король ободряюще улыбнулся. — Не найдется ли у вас для меня какого-нибудь дела в Столице?.. — Напомни, пожалуйста, сколько тебе лет?.. — На днях мне исполнилось семнадцать. — Значит, ты встретил свой День рождения в пути, сопровождая Эгинора?.. Со стороны князя Фингара было большой любезностью отпустить тебя. Передай ему мою благодарность. При упоминании деда Лауэран стиснул руки. — Для меня честь и радость служить принцу. — Не сомневаюсь, мой мальчик. Что же касается какого-нибудь занятия… Думаю, нам не следует нарушать традиции, и потому давай дождёмся твоего Совершеннолетия. Если князь Фингар и твой отец не станут возражать, я обязательно для тебя что-нибудь найду. Аргита говорила мне, что ты усердно учился и, разумеется, со временем сможешь занять достойное место в Совете Двенадцати. Ты ведь знаешь, что лучший Главный Советник в истории Канлура происходил как раз из рода Эмральдинских князей. — Князь Норвард, — улыбнулся Лауэран. — Что ж… Если это всё, что ты хотел, можешь идти отдыхать… Спасибо, что отправился с Эгинором, и передай от меня поклон и пожелания здравия князю Фингару. Лауэран молчал. — Что-нибудь ещё, мой мальчик? Лауэран?.. “Три года, ещё целых три года!..” — Благодарю, государь, — встал и поклонился юноша. “Рассказать государю, как невыносимо тяжело мне оставаться в Эмральдине?” — выйдя от Короля, мучился Лауэран, но ему было неловко признаться в том, что Дед поднимает на него руку, что его неоднократно жестоко пороли, словно он был не князем, а батраком.   Однажды в отчаянии Лауэран даже попросил Старика лишить его титула, наследства и выгнать из дома. Однако в ответ лишь получил очередную пощечину, сопровождаемую заявлением, что именно ему предстоит когда-нибудь стать во главе Эмральдина, и что он, князь Фингар, сделает всё, чтобы внук стал достойным этого.   Однако не только опасения, что Король сочтет его малодушным, остановили Лауэрана. Несколько лет назад он поделился с Аргитой, что Фингар почти не дает ему встречаться с родителями матери. Королева тотчас написала отцу с просьбой позволить мальчику чаще видеться с генералом и его женой. Однако ее письмо отправилось в камин, а Лауэрана предупредили, что если он ещё хоть раз пожалуется кому-нибудь из королевской семьи, о встречах со вторым дедом и бабушкой придется забыть навсегда. Лауэран задержался в Столице на два дня, а потом был всё же вынужден вернуться в Эмральдин. По дороге он размышлял о том, насколько веселее было путешествовать вместе с Эгинором и, особенно, Искром. “Да, не отказался бы я сейчас прижаться к тёплому драконьему боку”, — подумал он, плотнее кутаясь в плащ. Погода снова испортилась, но, увидев вдали знакомый силуэт родного Замка, юноша не испытал облегчения. Едва он поднялся к себе и снял намокшую одежду, ему сообщили, что князь Фингар ждет его. Лауэран вздохнул и отправился к Деду. Впрочем, старик встретил его ласково: поднялся навстречу и обнял, а потом поцеловал в лоб и провел рукой по вьющимся волосам. — Что в Столице? — спросил Фингар, когда Лауэран с его позволения сел. — Государь Эрван, Королева и принц Эгинор кланяются вам. — Как самочувствие Элуаны? — После визита Эгинора к Отшельнику ей стало намного лучше. Но, похоже, она не на шутку влюблена в Турдана. — Её можно понять. Хойдарский царь молод, красив… К тому же её старшая сестра когда нибудь станет королевой Колфеи. Девочка не хочет отставать и потому видит себя супругой правящего монарха, а не канлурского князя. Я слышал, в неё влюблен внук и наследник нашего уважаемого Главного Советника, молодой князь Конмаэль… — Я не знаю Конмаэля близко, но мне он кажется очень достойным молодым человеком, — осторожно заметил Лауэран. — Они даже не принадлежат одному из Двенадцати высших родов королевства, — отмахнулся Фингар. “Похоже, старик хотел бы, чтобы на троне всех окрестных государств сидели его потомки…” — подумал Лауэран, и хотя в гостиной Деда было тепло, невольно поёжился. — Что ж, иди и отдохни, дитя моё. Погода на улице скверная, и ты, кажется, замерз. Лауэран поднялся и поклонился. — Скажи, чтобы тебе немедленно приготовили горячую купальню.   — Благодарю, милорд, — улыбнулся внук, снова поклонился и ушёл. Спустя четверть часа он уже сидел в небольшом бассейне и с наслаждением вдыхал душистый аромат мяты, бергамота и полыни.   “Если бы дед Фингар всегда был в благостном расположении духа… Если бы…” (C) 2025 murzwin