Тихие.

***

Координаты вывели их к старому зданию — бывшему радиорелейному центру, некогда принадлежавшему военным. Низкий бетонный корпус, скрытый среди леса, со следами поспешной маскировки: навесы, обрывки брезента, обгоревшие стволы костров. Уил остановился первым. — Здесь. Биатрис вглядывалась в неподвижную, серую массу зданий. Что-то в воздухе было не так. Он стоял — плотный, застоявшийся, как в комнате, где слишком долго не открывали окно. Тяжёлый запах металла и... чего-то еще. Застывшего. Смертельного. Они приблизились. Дверь была распахнута. — Осторожно, — прошептал Уил. Они вошли. Внутри — разрушение. Оплавленные экраны, выбитые панели, перекошенные койки. Но главное — кровь. Всюду. Следы борьбы, клочья ткани, изломанные тела мебели. И... царапины на стенах. Словно кто-то отчаянно пытался выбраться, пока ногти не сорвались с пальцев. Биатрис закрыла рот, стараясь не издать ни звука. Уил наклонился, провёл пальцами по полу. — Свежие. Меньше двух суток. Они продвигались дальше, пока следы не слились в одну дорожку — к укреплённому, но сломанному проходу. За ним — дверь. Приоткрытая. Тени. Тишина. Когда они вошли, пространство будто сжалось. Помещение было небольшим. И полным тел. Изувеченные, разорванные, будто зверь рвал их изнутри. Ни одной пули. Ни одного выстрела. Только холодный, безмолвный ужас. Некоторые тела были повешены крюками вниз головой. Из других — вытекали темнеющие пятна. Логово. Кормёжка. Тишина вокруг больше не казалась безмятежной. Это была затаившаяся смерть. — Уходим. Немедленно, — голос Уила был тихим, но стальным. Но слишком поздно. Сквозняк донёс с собой едва слышный, но чёткий хрип — как дыхание через сломанные лёгкие. Затем — второй. Слева. И третий. Сзади. Они не были одни. --- Они бросились назад. Биатрис споткнулась, и Уил подхватил её, рванул вперёд. За их спинами — гортанные звуки, царапанье когтей по бетону, вой. Убежать не удалось. Пришлось спрятаться. Они втиснулись в узкий технологический канал — почти вертикальный, с едва живым аварийным светом. Существа прошли мимо. Ждали. Час, может два. Только потом выбрались. Всё тело у Биатрис трясло, но она держалась. Уил был напряжён до предела, глаза налиты кровью. Они не говорили — не было смысла. Только бег. --- Погоня началась сразу. Первым их заметил тот, которого Уил назвал «шипящим» . Его уши были как у летучей мыши. Затем остальные. Уил рванул вперёд, держа Биатрис за руку. Лес. Кусты. Травы. Ветки царапали лица. Сердце билось в ушах. Бежали долго. Без остановок. На адреналине. Молча. Словно знали — слово может стать последним. Только к рассвету, когда с неба начал литься слабый, мутный свет, шаги за их спинами стихли. Они остановились, прислушались. Тишина. На этот раз — настоящая. --- Биатрис села на землю. Плечи вздрагивали от выдохов. Уил осматривал периметр, готовый ко всему. Потом, как обессилевший зверь, опустился рядом. Они выжили. Но маяк был ловушкой. Значит ли это, что надежды нет? — Они знали, — прошептала Биатрис. — Они использовали сигнал, чтобы заманить... — Я знаю, — Уил смотрел перед собой. — И кто-то всё равно пойдёт. Они замолчали. И всё же — в этой тишине осталась искра. Они сбежали. Вместе. Живые. И значит, будут идти дальше.