Ты пахнешь свободой

Веритас Рацио до милого наивный и потерянный. Так неловко строит из себя не пойми что, кого-то властного и уверенного — но это глупо и бесполезно, Авантюрин проводил предварительное исследование и знает, что Веритас — позорище для своей семьи. Не лезет в бизнес, интересуется только наукой… его мамаша так надеялась, что он исправится, что план с попаданием к Веритасу под прикрытием беззащитного софта родился как-то сам. И сработало же! Хотя феромоны у этой женщины отвратительно сильные и стойкие, Авантюрин ненавидит, когда его контролируют. Какой же у неё слабый сын. Он боится использовать свой запах — Авантюрину это только на руку. Он позволяет Веритасу чувствовать себя так, будто всё под контролем, будто он способен забрать хоть чью-то волю. Пусть себе тешится этой ложью. Доверчиво соглашается на массаж. Авантюрин хитро улыбается — этого не видно, потому что он с опущенной головой — и ловко, нежно, как его учили, как он умеет, залезает пальцами под невероятно дорогую и хорошо сшитую одежду Веритаса. Смотрит взглядом, выражающим полную покорность, но пальцами проводит по лопаткам так, чтобы вызвать резкий вздох у Веритаса. — Господин, — расстёгивает пуговицы, — расслабьтесь. Веритас смущённо кивает. Очаровательно. Рубашка сползает по плечам, открывая тело, и… вау. Даже неожиданно — у Веритаса очень красивая фигура. В меру подтянутая, видно, что у него есть абонемент на зал и что он ходит туда каждый день. Авантюрин прикрывает глаза и начинает массировать плечи. Какие же напряжённые. Немного заходит на шею, мнёт мышцы там и ждёт. — Господин, если Вы ляжете на живот, я смогу размять вам спину. — Хорошо, — отвечает Веритас через несколько секунд раздумий. О. Какой доверчивый. Веритас делает так, как Авантюрин просит. Да, он действительно не понимает, как относиться к рабам… Руки гладят по спине, проходятся по позвоночнику, а потом Авантюрин начинает надавливать в правильных местах. Веритас даже постанывает от некоторых прикосновений — какой чувствительный! Такой… податливый. Господи. Авантюрин практически теряется в этом ощущении собственного превосходства. Так вот как себя обычно чувствуют фералы в окружении софтов… Интересно, а этого можно себе подчинить? Пронзить мозги феромонами, сделать из хищника плюшевую зайку… Так, тут надо остановиться. Он же играет роль раба — и должен играть её хорошо. Яшма же его не за красивые глазки вытащила. Ну и за них тоже, ладно. — Мне продолжать, господин? Веритас мямлит что-то невразумительное, а потом поворачивает голову и смотрит чуть прищурив глаз. — …Да. — И очень неуверенное, — это приказ. Авантюрин кивает. Наклоняется ближе, давит между лопаток, смотрит на обмякшего и расслабившегося Веритаса и думает, что где-то в другой жизни он мог бы стать массажистом. С каждым касанием запах утихает, гаснет. В какой-то момент даже создаётся ощущение, что они с Веритасом равны. И тут. — Так вот зачем нужны… — Выдыхает Веритас, не заканчивая предложение. “Рабы” — вот, что он хотел сказать. Авантюрин резко замирает. Практически сжимает кожу на спине Веритаса ногтями. Какой лицемер. Ему нравятся рабы? Здорово. Отлично. Кто ещё будет слушаться такого слабого ферала, феромоны которого выветриваются когда он расслабляется? Это почти ярость, ого. Может… если он такой слабый, не так страшно будет его подавить? Чуть-чуть сменить тактику, поменяться ролями: Веритас — раб, Авантюрин — хозяин. Это даже должно быть несложно… Авантюрин понемногу выпускает феромоны. Совсем слабо, чтобы Веритас не сразу заметил. Ощущается хорошо. Он ловко перекрывает собой запах ферала, проникает в голову и заставляет подчиниться. Подчинись мне. Почувствуй меня, это ведь приятно, просто подчинись, и тебе станет ещё лучше. Это не феромоны твой матери, они не заставляют бояться, они тебя не подавляют, это правда твой выбор, Веритас, это правда твой… Наверное, ощущается как-то так? Авантюрину нравится думать об этом такими образами. Он слышит, как меняется дыхание Веритаса, как тот будто начинает что-то замечать, и понимает — надо действовать. Достаёт маленький ножичек и прикладывает к сонной артерии. Веритас вздрагивает. У него мурашки по спине — то ли от феромонов, то ли от холодного металла, то ли от страха… — Не дёргайся. Я не побоюсь тебя убить, — мурчит на ухо Авантюрин и впервые за вечер чувствует настоящий кайф. — Что тебе нужно? — Напряжённо спрашивает Веритас. — Тихо-тихо, у тебя только расслабились плечи, не надо так напрягаться, — Авантюрин хихикает. — Ты мне просто кое с чем поможешь. — С чего ты решил… — У твоего горла нож. Авантюрин чувствует, как Веритас пытается использовать феромоны, поэтому усиливает резкость своих. — Так вот. Мы оба знаем, какой деятельностью промышляет твоя мамаша. Сука, кстати, та ещё. — Я не понимаю, о чём идёт речь. — Да понимаешь ты всё, — Авантюрин цокает языком. — Ты мне поможешь. Это не вопрос — Авантюрин не оставляет выбора. Веритас не отвечает. А потом резко разворачивается и прижимает запястье руки, в которой Авантюрин держит ножик, к кровати. Ну и второе запястье тоже. Чёрт. Расслабился. Слишком упился чувством контроля и забыл, что это так-то ферал. Веритас выпускает феромоны с той же силой, что и Авантюрин. Это борьба, практически армрестлинг: оба добавляют к своим запахам силы. Но Веритас такой неопытный, а Авантюрин умеет бить по яйцам коленкой. Ай. Больно, наверное. Веритас скрючивается, а Авантюрин вскакивает с кровати и закрывает дверь на щеколду. Это ведь не будет казаться чем-то странным, да? Ферал просто решил уединиться со своим софтом. Очень сексуальным и красивым софтом. Очень девственный ферал. Да, это звучит реалистичнее чем то, что происходит на самом деле. — Ты мне поможешь, а твоя мамочка не узнает, что ты даже раба контролировать не смог, — Авантюрин звенит своими золотыми хохоряшками. Бесит. Но ему правда идёт, швея действительно знает своё дело. Веритас скрипит зубами. Авантюрин возвращается к кровати и бросает на него насмешливый взгляд. Как же ему приятно видеть, как ферал страдает. — Буду честен, я ненавижу таких, как ты. Вы все — одинаковые сволочи, неспособные видеть дальше своего носа, — щелбан в названную часть тела Веритаса. — Верите в свою всесильность. Шавки, потерявшие страх. Авантюрин выпускает больше феромонов, но не лишает Веритаса рассудка: пусть слушает. Авантюрин давно мечтал так сделать, примерно с самого попадания в рабство. — Но сейчас я вижу перед собой не важную шишку, а жалкого слабака, — Авантюрин хмыкает. — Очаровательно, Веритас. Очаровательно. — Замолчи, — всё-таки прорывается сквозь контроль и боль Веритас, чем ещё больше веселит Авантюрина. — Умный, а манерам не научили? — Покушение на мою жизнь тебе с рук не сойдёт, я… — Нажалуешься маме? А почему не заставишь меня убить себя, как она предлагала? — Авантюрин широко распахивает глаза. Веритас не отвечает. Наверное, не знает, что ответить. Авантюрин издаёт смешок. — Но я тебя не планирую убивать, ты полезен. — …Что ты собираешься сделать? — Добыть информацию. По рукам? И тут Веритас снова пытается напасть, снова валит на кровать, но на этот раз сам забирает ножик и приставляет к шее Авантюрина. Тот смиренно выдыхает и поворачивает голову так, чтобы нож прижимался прямо на клеймо. — Ты — мой раб. И я не… — Веритас запинается от волнения. — Не потерплю такой вольности. — Ай. Как грубо, — саркастично говорит Авантюрин. — Я — твой хозяин. Ты просто софт. У тебя нет своих прав. — А лев? Намеренно несерьёзно, чтобы выбесить Веритаса. Он делает тяжёлый вдох. — Я верну тебя к моей матери, и она тебя накажет так, как посчитает нужным. — А почему не накажешь ты, господин? — Авантюрин едко улыбается. У Веритаса вздрагивает рука, которая держит нож. — Боишься меня? — Авантюрин продолжает провоцировать. Он отпускает нож. — Боишься софта? Хлопок. Ха-ха. Авантюрин этого и добивался. Это пощёчина — Веритас злится. Веритас злится, пытается давить феромонами, у него даже получается: Авантюрин, кажется, перестарался с провокациями. Так неприятно, когда лезут в голову. Неприятно чувствовать страх перед Веритасом, чувствовать, что он сильнее. В целом чувствовать себя слабым. Он не может пошевелиться, не может ответить, но и волю не теряет: много опыта. — Не боюсь. А ты меня — да, — настолько яростно, что почти спокойно, говорит Веритас. Интересно. — Моих сил достаточно, чтобы держать тебя под контролем, — ещё и тупо повторяет слова своей матери, чтобы почувствовать себя увереннее. Забавно. Потом чуть ослабляет феромоны, видимо чтобы услышать какой-то ответ от Авантюрина. Снова на те же грабли. — Ну так держи. Веритас морщится. Хочет серьёзного диалога с Авантюрином? Много хочет. — Я придумаю для тебя наказание. Серьёзное. — Очень жду. Практически отчаянный “какменязадолбалоэтовсё” взгляд от Веритаса становится командой “вперёд” для Авантюрина. Он бьёт феромонами так резко, как никогда не бил, его чуть не тошнит от того, что он начинает чувствовать свой же запах. Веритас застывает на месте. — Давай лучше я тебя накажу, — Авантюрин выползает из под Веритаса, не позволяя тому менять позу. Он забирает не всю волю, Веритас ещё, по крайней мере, спокойно способен думать. Идея приходит в голову как-то сразу — он берёт покрывало и скручивает у себя в руках. — Ты совсем уже неугомонный. Нужно тебя связать, — Авантюрин резко переходит на шёпот, — а будешь себя хорошо вести — развяжу. Да, Веритасу очень идёт это недоумение на лице.