you know what it is simply lovely

Пот щекотливыми струйками стекает по шее и ниже, за воротник, впитываясь в ткань. Палящее солнце слепит, нагревая асфальт и всё вокруг. В моменте хочется спрятаться под зонтик или навес, зайти в боксы или куда-нибудь ещё, где прохладнее, но музыка начинает играть и из головы вылетает любая мысль. Мелодия стандартная, выученная наизусть, но от этого не менее греющая сердце, потому что… — Ли Минхо выигрывает Гран-при! …звучит как то, что хочет услышать каждый гонщик в своей карьере. Жаркий воздух опаляет лицо, посылая мурашки по коже, и Минхо коротко вздрагивает, закусывая губу. Солнечная Барселона слишком приветливая, слишком жаркая для непривыкшего к такой погоде гонщика Рэд Булл. В памяти расплываются моменты его поздравления и восхождения на подиум, кусками всплывают различные интервью после и совершенно точно теряется мысль о том, что он безумно устал. Последние несколько месяцев оказались ужасно насыщенными на мероприятия, на заезды и на прочие серьёзные дела, которые ему приходится делать из-за жадного до контента 21 века. Съёмки тиктоков, развлекательных рубрик на ютубе, рекламы, каких-то глупых шоу, всё это мешается в голове и давит на мозг, выедая его ложечкой. Минхо потирает переносицу и тянет козырёк кепки прямо на глаза, закрывая обзор. Он сидит в личной комнате, весь потный и липкий от шампанского, которым его облили на вручении наград. Милая традиция, вот только ему бы собраться с силами и сходить в душ, чтобы после уехать в отель, но остаточное напряжение в мышцах сегодня ощущается тяжелее, чем обычно. Может потому, что сегодняшняя гонка была слишком уж тяжёлой и жаркой, а может быть потому, что Минхо слишком много думал уже на самом подиуме. В голове, как на репите, прокручивается сегодняшний заезд. Он видел его и со своего места в машине, и с многочисленных камер уже после, сидя в общей водительской комнате и смотря повторы самых зрелищных моментов. К одному из них относится и его почти случившееся столкновение с одной из машин Макларен, которая напирала на него сзади. Конечно, репортёры и фанаты как обычно раздуют из ситуации конфликт вселенских масштабов, заголовки статей будут пестрить различными провокационными фразами по типу «Макларен попытался свести счёты с Рэд Буллом» или «Эта гонка чуть не стала последней для Ли Минхо», хотя это совсем не так. Шумный вдох. Душ – дорога – отель – личный номер. Комната встречает его тишиной, приятно растекающейся по венам. Напряжение в мышцах отдаётся тупой болью в теле, напоминая о трудной гонке, о невероятном сражении за первое место, о выигранном Гран-при. Постель под ним, когда он падает на неё спиной, ощущается мягче всего, что он только чувствовал за последние часы. Позвонки хрустят, неприятно тянут, и Минхо сдавленно выдыхает, почти хрипя. Телефон, оставленный на тумбочке, вибрирует уведомлением. И ещё одним. И ещё, и ещё, и ещё. Где-то на десятом разе (или около того, потому что Минхо даже и не пытался считать с самого начала) он перекатывается на бок с недовольным стоном, подцепляя провод от зарядки и притягивая телефон к себе. На экране красуются несколько фото от мамы, на которых его троица котов тычется мордами в телевизор с трансляцией гонки, парочка сообщений от тренера и его личного инженера, ещё немного – от официального аккаунта его команды, и одно – от напарника. Гонщик игнорирует все, кроме последнего и фото котов, на которые отправляет сердечко. Его напарник – новичок в мире гоночного спорта, быстро взобравшийся по лестнице к «королеве автоспорта», Формуле-1, – Ян Чонин. И Минхо, честно говоря, совершенно не представляет, что тот может ему написать в почти первом часу ночи, если верить электронным часам на прикроватной тумбочке. «Хён, спишь?» Звук клавиатуры непривычно громкий в тишине номера, и рука находит пульт от кондиционера, чтобы сделать температуру в помещении прохладнее, а тишину разбавить хоть каким-то звуком. Шум от кондиционера убаюкивает, вгоняет в сонливость, отчего реальность плывёт и трещит по швам. «Нет. Что-то случилось?» Ответ приходит почти сразу, словно Чонин ждал сообщения и не выпускал из рук смартфон. «Хотел спросить о Хёнджине-сонбэниме» Минхо закатывает глаза с шумным вздохом и подползает поближе к краю кровати, медленно моргая глазами. Ему не хочется ни отвечать на какие-то вопросы, ни слушать очередные сплетни о ком-либо, ни читать совершенно не новые статьи жёлтой прессы. Он печатает «завтра, спи» и убирает телефон подальше, тут же заворачиваясь в одеяло. Сон приходит быстро, накрывает с головой, словно тяжёлое зимнее одеяло, и Минхо сладко причмокивает, переворачиваясь на другой бок. Правда, утро встречает его несколько резко и быстро, даже нет времени насладиться остатками сна, потому что ничего ему не снится и никаких кошмаров не появляется. Зато появляется ещё с десяток уведомлений на телефоне и оставленное неотвеченным и непрочитанным «какой же ты вредный, хён» со вчера. С Чонином, в принципе, легко разговориться. Он лёгкий на подъём (причём в довольно буквальном для Минхо смысле слова), не слишком разговорчивый и больше походит на хитрого лиса, который только сверкает своими глазами и загадочно сворачивается в клубок, пуша мех. С ним приятно разговаривать, приятно работать в команде, приятно соревноваться, пусть этот мелкий чертёнок и не справляется пока с давлением уже попривыкших гонщиков в сетке. Но он не отстаёт, неизменно выбивается в первую десятку и довольно щурится, когда смотрит почти с первого места на стоящего на подиуме Минхо. Тот, лично, считает Яна довольно интересным и в равной степени загадочным, способным малым. Всё-таки не каждый так быстро попадает в Формулу-1 за такой короткий срок гоночной карьеры, а потом ещё и умудряется настолько заинтересовать вышестоящих, что те переводят его в одну из лидирующих команд. Вопрос о «Хёнджине-сонбэниме» перерастает в настоящий внезапный допрос едва ли не с пристрастием, потому что столько слов за раз Ли слышит от младшего гонщика впервые. У того глаза загораются невесёлым огоньком, а язык оказывается без костей и вот уже Минхо отвечает на глупые вопросы, вырванные точно из не менее глупых и старых интервью. С чего вдруг такой интерес и почему бы не спросить всё это у самого Хёнджина Минхо решает не спрашивать. Мало ли какие там мысли в этой лисьей голове, а ему потом ещё работать с ней и её владельцем. По ходу разговора Чонин скидывает какие-то ссылки на новые статьи, на вырезки из недавних интервью, на что-то ещё, от чего сам Ли уже порядком подустал. Он читает несколько первых, закрывая их на моменте откровенной фальши и разжигания конфликтов, поиска каких-то скрытых смыслов в каждом «неправильном» вздохе и брошенном «не туда» взгляде. Зато, когда диалог заходит про слишком уж агрессивных на последней гонке пилотах Макларен и схода с трассы Хёнджина, Минхо охотнее начинает отвечать. Потому, что у команды Макларен планы выглядят очень уж сомнительными, а с такой резкой сменой стратегии и попытками буквально выдавить соперников за пределы трассы и вовсе кажется, что что-то грядёт. Что-то очень и очень проблемное, раз середина сезона уже выглядит так. — А что насчёт болида Хёнджина-сонбэнима? — спрашивает Ян уже вживую, потому что они успевают встретиться в тренировочном зале за время их долгого диалога. — А что насчёт него? Неисправность тормозной системы и потеря мощности. — Минхо беспечно пожимает плечами, встряхивая волосами. Пот летит в разные стороны и Чонин отворачивается, наигранно-брезгливо морщась. — В интернете то и дело пишут, что Феррари теряет хватку. Интересно, что в их понимании «терять хватку»? Несколько небольших поломок на одной гонке? Третье и пятые места на протяжении нескольких гоночных уикендов? Минхо пожимает плечами, делая несколько глотков воды из своей бутылки. Он лениво прокручивает в голове мысли об ужине, о поездке домой через пару дней, о хорошей погоде на следующей неделе. В его планы точно не входит анализ всех этих сомнительных статеек, раздувающих из мухи слона и пытающихся высосать из пальца повод для очередного скандала. Он вспоминает, как много было разговоров о его собственной команде в начале этого сезона: о криках инженеров по радио, о тактике пит-стопов, об авариях. — Скандалы и споры всегда были частью автоспорта, — внезапно говорит Минхо, зачёсывая влажные волосы назад. — Журналисты любят драму. Они пишут о каждом шаге, словно это конец света. На самом деле, всё гораздо проще: одна команда доминирует, пока другие ищут способы её обогнать. Это естественно. Капли пота стекают по шее вниз, пропитывая майку, и для Минхо это становится сигналом к тому, что пора заканчивать размышления. Ему нужно отвлечься от этих мыслей и сосредоточиться на предстоящей гонке. Всё же слишком много чести думать о каждой из посредственных публикаций и развивать их мысли в своей голове. — А я думаю, что Феррари не хватает свежей крови. — Чонин отрывается от своего телефона, наверняка только закончив читать очередную глупость. — Например, тебя? — Минхо усмехается, оглядывая парня с ног до головы. У них не такая большая разница в возрасте, да и в росте тоже, но этот лисёнок кажется ему ближе, чем это показывают СМИ. Уж чего-чего, а ума и смышлёности ему хватает. — А может и меня. — В глазах загорается мелкий огонёк, который тут же тушится из-за подошедшего тренера. — Тебе ещё расти и расти, звезда гонок, — дразнится Ли и щёлкает его по носу, прежде чем махнуть рукой. — Я надеюсь, вопросов больше не осталось. Все остальные задавай непосредственно Хвану. Удачи, свежая кровь. Чонин что-то ещё бубнит напоследок, но Минхо не вслушивается, быстро исчезая из тренировочного зала. В голове приятно пусто после тренировки, только парочка мыслей катается по черепной коробке: проверить остальные сообщения и заскочить за вкусняшками для котов. В диалогах не появляется ничего нового, когда телефон оказывается снова включен, поэтому он печатает ответы на сообщения уже по пути в магазин, жмурясь от резкого ветра в лицо. Расписание гонок и прогнозы погоды на эти дни, которые скидывает ему менеджер, вселяют в него небольшую уверенность, но вот расписание тренировок, всяких различных интервью и, в целом, всё его личное расписание, выглядит не слишком удобно. Минхо набирает что-то вроде «я бы хотел оставить первые дни недели свободными по возможности», прежде чем скрывается в одном из ближайших зоомагазинов, сразу обращая своё внимание на интересные игрушки на полках. Его котам наверняка понравятся новые вещички, которые можно будет погрызть.