Алая искра судьбы

𓂃 𓈒❤︎

Ночь опустилась на дворец, лунный свет ласково скользил по балдахину над ложем, отражаясь в узорах золотой вышивки. В покоях было тихо — слышен только шелест занавесей и мерное дыхание Се Ляня, который лежал в постели, обнимая подушку. Его пальцы рассеянно поглаживали свой округлившийся живот, а губы тронула мягкая улыбка. Дверь из умывальной комнаты тихо отворилась. Хуа Чэн вошёл, волосы ещё влажные, в простом, почти прозрачном халате, мягко облегающем его сильную фигуру. Тёплый пар ещё лёгкой дымкой окутывал его плечи, когда он, не издавая ни звука, подошёл к ложу. — Мой свет, — с тёплой улыбкой прошептал альфа, склонившись, чтобы поцеловать омегу. — Ты не спишь? — Ждал тебя... — ответил он едва слышно. — Мне всегда уютно, когда ты рядом. Хуа Чэн приподнял одеяло и скользнул под него, положив голову на грудь омеги. Его рука бережно скользнула по округлившемуся животику, поглаживая нежно, с трепетом. Он прикрыл глаза, наслаждаясь моментом. — Я чувствую, как ты стал ещё прекраснее, — прошептал Хуа Чэн, зарываясь лицом в длинные волосы омеги. — Ты — чудо, которое я не устану благодарить небеса за каждый день. Се Лянь обнял его, перебирая пальцами густые волосы супруга, улыбаясь. — Знаешь... сегодня приезжал Му Цин. — Хм? — Хуа Чэн приподнял бровь, не открывая глаз. — И что хотел? — Беспокоился, как всегда. Говорил, что мне не повезло с браком, — Се Лянь усмехнулся. — Сказал, по нашим землям ходят мрачные слухи о тебе. Мол, ты стал опаснее, сдерживаешь меня, держишь во дворце как в клетке… Хуа Чэн приоткрыл один глаз, а затем усмехнулся, прижавшись губами к плечу супруга: — Надеюсь, хоть один слух был правдив? Например, о том, что я безумно люблю своего омегу. — Увы, об этом слухов нет, — смеясь, ответил Се Лянь. — Придётся мне начать их самому распространять. «Император без ума от своей половинки и каждую ночь засыпает у него на груди». Хуа Чэн тихо рассмеялся, губами коснувшись кожи на ключице. — И правильно. Пусть боятся. Пока шепчутся там — ты тут, со мной. И мы с тобой знаем правду. Он вновь прижался к животу, слушая, будто пытался уловить дыхание будущего малыша. — Он тоже знает, — прошептал Хуа Чэн. — Что его ждут с любовью. Се Лянь коснулся губами макушки супруга, глаза его увлажнились от счастья: — Он это чувствует, я уверен. С каждым твоим прикосновением, с каждым словом. Ты — дом, в котором нам обоим спокойно.