Алая искра судьбы

Два года спустя Ветер мягко шелестел занавесями, принося с собой запах весенних цветов и звуки детского смеха. В просторной комнате, наполненной светом, Се Лянь сидел за письменным столом. На его лице — спокойствие, но в глазах пряталась тоска. Рядом, у шёлкового ковра, Чэньсан — весело играл с деревянным мечом, что Хуа Чэн подарил ему перед отъездом. Рядом с ним — мальчик постарше, сын одного из слуг дворца, добрый и заботливый, всегда охотно играл с Чэньсаном, словно со своим младшим братом. — Осторожнее, не размахивай слишком сильно, — мягко сказал Се Лянь, оборачиваясь к детям. Чэньсан только хихикнул, завороженный битвой с невидимым врагом. Он был уже совсем большим — почти три года. И очень похож на своего отца: упрямый, ловкий, с глазами, в которых горел тот самый огонь, что всегда был в Хуа Чэне. Се Лянь снова взглянул на бумагу перед собой. Беременность продвигалась уже к шестому месяцу — живот заметно округлился, движения становились медленнее. Но он не жаловался. Каждый вечер он чувствовал, как второй ребёнок шевелится, и это придавало ему сил. Особенно, когда в доме не хватало главного — альфы, мужа, любимого. Он взял кисть и начал писать: " любимый Хуа Чэн… Сегодня Чэньсан сражался с армией деревянных солдат и, как всегда, победил. Он стал таким сильным и ловким, ты бы гордился им. Он всё чаще спрашивает, когда вернётся отец. Я говорю ему: «Скоро. Когда цветы полностью распустятся — он обязательно придёт». А я… я скучаю. Иногда ночью, когда малыш внутри начинает двигаться, я прикасаюсь к животу и представляю, что ты тоже держишь меня за руку. Пожалуйста, возвращайся скорее. Мы очень тебя ждём… Твой Се Лянь" Се Лянь отложил кисть, медленно коснулся живота. Малыш внутри словно почувствовал это — он легко толкнул изнутри. — Папа скоро приедет, — прошептал он, обращаясь и к младенцу, и к сыну, играющему неподалёку. — Обязательно приедет.