Конкурентка

      Выходные пролетели незаметно. Маршалл и Эверест как ни в чём ни бывало проводили время вместе, играли, смотрели фильмы. Единственным изменением стало то, что Маршалл часть времени проводил с Сольвейг. В целом, это не мешало друзьям отлично провести выходные, и Эверест вскоре отправилась домой. Вместе с ней поехала и Скай. Это не было чем-то необычным, девочки часто встречались где-нибудь чтобы поболтать или погулять. Однако в этот раз у них были гораздо более грандиозные планы, чем обычно.              Они сидели в гостиной в хижине Джейка, обсуждая дальнейший план действий. Скай рассказывала о своих идеях, а Эверест терпеливо сидела и слушала. Так как хаски могла видеться с Маршаллом всего раз в неделю, а иногда и реже, у Сольвейг было огромное преимущество в количестве проводимого вместе времени. Это значило, что действовать нужно было более решительно. У Скай было целых три идеи, как можно было выиграть это состязание.       Вариант первый — угроза. Нужно дать понять волчице, что она может даже не мечтать о Маршалле. Психологическая война должна демотивировать Сольвейг продолжать отвлекать далматинца на себя. Данный вариант Эверест сразу же не понравился, она никогда никому не угрожала, особенно диким животным. Его она решила оставить на самый крайний случай, если всё остальное не сработает.       Вариант второй — показать Маршаллу, что у них много общих интересов и взглядов. Как сказала Скай, это залог крепких отношений. Здесь логика была очевидна.       Вариант третий — пригласить его сходить куда нибудь чисто вдвоём. На прогулку, в ресторан или может быть кино. Данная идея показалась хаски самой логичной и надёжной.       Скай настаивала, что все три плана следует воплотить в жизнь в один день для гарантированной победы, но Эверест была более скептична на этот счёт, особенно с идеей угрожать волчице. Угрозы были не в стиле Эверест, она была слишком доброй и мягкой для этого. К тому же, главной загвоздкой было то, что Сольвейг ещё плохо понимала их язык, так что из угроз она скорее всего ни слова не поймёт.       Таким образом остались два рабочих варианта, и их было решено провернуть в один день — сначала показать схожесть интересов, а потом пригласить Маршалла куда-нибудь. Было бы всё так просто.

***

             Следующие выходные. Эверест снова приезжает на базу патруля. Выходные проходят так же, как и в прошлый раз — друзья проводят время вместе, веселятся, развлекаются, но Маршалл время от времени отлучается проверить, как там Сольвейг себя чувствует.       Сама волчица ко всеобщему удивлению начала показываться вне своей будки. Первым это заметил Крепыш, которого Сольвейг своим внезапным появлением напугала. Никто не видел, как она ходит или передвигается, она просто появлялась и лежала в разных частях вольера. Было непонятно, как она это делала с загипсованной лапой без посторонней помощи. Прыжками? Ползком? Может быть, со звуком глыбы скользила по земле в той же статичной позе, что и лежала, словно персонаж в игре со сломанными анимациями? Это так и осталось загадкой, но безусловно вызвало большой интерес у щенков. Похоже, Сольвейг уже привыкла к остальным и не пыталась спрятаться или отогнать их, даже Гончика.       Интересно было то, как Сольвейг смотрела на Эверест. Она прищуривалась, даже привставала, чтобы лучше разглядеть её. У неё был изучающий и немного запутанный взгляд. На других она так не смотрела. Хаски не понимала, что в ней было особенного, что привлекло внимание волчицы. Безусловно, других щенков Сольвейг так же изучала, но Эверест явно была ей интересна больше, чем другие.       С другой стороны, это открывало новые возможности. Например, Райдер сделал пару снимков Сольвейг и Маршалла вместе. Сделать фото с другими не получилось, так как волчице было некомфортно, когда кто-то кроме далматинца находился в её вольере, и она пыталась от них отдалиться. Но когда щенки и лесной зверь находились по разные стороны забора, то они даже умудрялись общаться. Щенки задавали вопросы, а волчица кивала или мотала головой.       В общем большую часть дня именно остальные щенки провели с Сольвейг. Эта открытость позволила Маршаллу меньше бегать к пациентке, чтобы проверить её состояние, ведь вне будки она была в чьём-либо поле зрения.       Всё это было очень на руку Эверест, и она решила попробовать идею Скай — общие интересы. К сожалению, всё пошло далеко не так, как хаски хотела, даже вспоминать не хочется.       Как выяснилось в ходе непринуждённых разговоров, у них были действительно схожие интересы и взгляды, но практически ничего одинакового. Эверест нравились сноуборды, а Маршаллу скейтборды. Маршаллу нравилась франшиза про суперщенка Апполо, а Эверест предпочитала фильмы с более приземлённым сюжетом. И так практически со всем.       Тот день довольно сильно ударил по хаски, ведь она считала далматинца своей идеальной парой с идентичными интересами. Безусловно, их интересы пересекались, и им вполне могли нравится одинаковые вещи, даже если они в целом предпочитали что-то другое. Но до этого Эверест считала, что у них гораздо больше общего.       Весь следующий день Скай потратила на то, чтобы убедить подругу, что всё в порядке, что такая ситуация — это нормально. Она твердила, что иметь не одинаковые, но схожие интересы это даже лучше. Это дает возможность делиться новыми знаниями, открывать друг для друга разные грани одного общего увлечения, расширять кругозор и узнавать новое в уже, казалось бы, полностью изученной любимой теме. Уж где где, а в этом Скай была абсолютно права. Уже к вечеру Эверест была в полном порядке, и даже больше воодушевлена, чем до этого.       Однако выходные подходили к концу, и скоро нужно было возвращаться к Джейку. Пришлось отложить предложение сходить куда-нибудь вдвоём. Из-за повышенной активности волчицы, далматинец решил заняться реабилитацией Сольвейг и помочь ей заново твёрдо встать на все четыре лапы. Нужно было действовать, так что на следующей неделе было необходимо позвать Маршалла куда-нибудь.

***

             Ещё неделя прошла незаметно, и вновь Эверест прибыла на базу к Райдеру. Как обычно её встретила Скай, девочки обменялись приветствиями и направились ко входу. По пути Эверест краем глаза заметила что-то необычное — волчицу на четырёх лапах. Она притормозила, и решила проверить, не показалось ли ей.       Когда девочки подошли к вольеру, удивлению Эверест не было предела. В вольере находился Маршалл, и он выполнял какие-то упражнения. Напротив него стояла Сольвейг на всех четырех лапах и повторяла все движения далматинца. Лапа волчицы уже больше не была закована в гипс, вместо этого на всей её лапе красовалось какое-то поддерживающее устройство. Выглядело оно одновременно и просто и замысловато: лапа была продета через ряд железных колец, соединённых стальными прутьями. Снаружи устройства виднелись поддерживающие балки, которые, очевидно, снижали нагрузку на лапу. К стопе была привязана мягкая подкладка, выполнявшая роль подошвы, а сама конструкция была закреплена на несколько тросов на плече.       — Вижу, процесс реабилитации идёт полным ходом. — с некоторой долей печали произнесла Эверест.       — Ой, привет Эверест! — на её слова откликнулся далматинец. — Да, я уже неделю помогаю Сольвейг подняться на ноги. Мы скоро закончим!       На последнем слове он не удержался на ногах и упал лицом в землю. Волчица удивлённо посмотрела на него, немного подумала, и тоже уткнулась носом в землю. Ей сказали повторять все его движения, она и повторяет все его движения. Хаски лишь слегка хихикнула. Эти двое были забавной парочкой.              Уже через несколько минут Маршалл и Эверест сидели в гостиной перед телевизором, который показывал какую-то киношку. Он был включен главным образом, чтобы заполнить тишину в башне — Скай заранее увела всех остальных щенков играть на улицу, чтобы Эверест никто не мешал осуществлять её план. Удобно расположившись на кресло-мешках, друзья рассказывали о том, как прошла неделя для каждого.              — У нас в лесу всё спокойно, как всегда. — говорила Эверест. — Даже как-то скучно. Я тут подумала, может быть вместе сходим куда-нибудь, когда появится возможность? В кино, погулять, а может быть ты к нам приедешь, а не я к вам. Что скажешь? Было классно тогда, вдвоём.       Она старалась как можно мягче намекнуть, что хотела бы проводить с ним больше времени наедине. Так она пыталась реализовать третий вариант победы в «состязании» за далматинца.       — Оу, я с радостью! Но не в ближайшие дни, у нас сейчас важный период. Сольвейг начала ходить! Сама! — очень оживлённо рассказывал Маршалл. — Я решил, что пора начать реабилитацию, мы уже неделю этим активно занимаемся. Ещё на этой неделе мы смотрели фильм! Вместе с Сольвейг! Правда, она сказала, что мало что поняла из фильма, но ей было интересно. Точнее, она не сказала, а показала. Мы выяснили, что всё-таки она немая. Либо волки просто не могут говорить на нашем языке, я честно говоря не знаю. Но это не мешало ей с нами веселиться! Ох, я же не сказал, Сольвейг даже начала играть с другими щенками! Играть в более спокойные игры разумеется, реабилитация ещё идёт, но она пыталась участвовать в прятках.       Эверест слушала его вполуха. Всё, что было связано с Сольвейг, вызывало у неё некоторую грусть. Маршалл с такой радостью и энтузиазмом рассказывал о ней, что хаски чувствовала себя ненужной. Зачем нужна она, когда есть эта волчица?       — Сольвейг также спрашивала про тебя.       Это внезапное заявление вывело Эверест из размышлений. Она вопросительно взглянула на далматинца:       — Что? Что значит спрашивала?       Улыбка Маршалла стала ещё шире, и он с радостью ответил;       — Она сказала, что знает тебя! И ещё интересовалась, когда ты снова приедешь.       Слова далматинца искренне удивили Эверест. «Почему она спрашивала, когда я приеду? Откуда она могла знать меня? Может быть мы встречались раньше?» В её голове было так много вопросов, но ни на один из них она не могла ответить. Не сама.       Маршалл в этот момент уже знал, где и как достать ответы на вопросы своей подруги. Хаски была единственным щенком в городке, которая практически не взаимодействовала с его пациенткой за всё время. В отличие от неё, другие щенки за полтора месяца уже успели познакомиться с Сольвейг поближе, поиграть во что-нибудь и даже поболтать. Кивнув головой в сторону выхода, он предложил идти за ним.              Щенки на улице играли в перетягивание каната. Сольвейг тоже участвовала. Даже несмотря на то, что одна лапа в неё была менее функциональна, волчица оказалась на удивление сильным соперником, однако перерыв ей нужен был гораздо чаще, чем другим. Маршалл говорил, что такие активности знатно помогали процессу реабилитации.       Сейчас волчица находилась в теньке под деревом, восстанавливая силы после игры. Она лежала, положив голову на лапы и с лёгкой улыбкой наблюдала за остальными щенками. Это напоминало ей, как она с другими волчатами играли вместе в лесу. Сейчас роль некой семьи ей выполнял Щенячий Патруль, особенно Маршалл.       Краем глаза она заметила две приближающиеся фигуры откуда-то сбоку и обратила взгляд на них. Её хвост хвост радостно вильнул, а лицо озарила улыбка. Она поднялась и слегка хромая направилась им навстречу.       — Ну что же, Сольвейг, знакомься — это Эверест! — с гордостью сказал Маршалл.       Волчица сначала осмотрела хаски визуально, а затем понюхала её, и после этого она оживилась. Эверест не понимала, что Сольвейг показывает, но далматинец с радостью вызвался выступить в роли переводчика.              Как выяснилось, девочки встречались уже встречались пару раз. Гостья из леса несколько раз видела хаски с её человеком, то есть Джейком. У них действительно была задача проверять численность групп некоторых животных в лесу, вероятно, одной из таких групп была стая Сольвейг. Волчица так и не смогла объяснить, в какой именно части леса она живёт, так что ребятам оставалось только гадать.       Следующие полтора дня прошли необычно, и в целом вновь перевернули взгляд Эверест на Сольвейг. Девочки играли, общались, веселились вместе. Большую часть времени компанию им составлял Маршалл, ведь у хаски возникали проблемы с отгадыванием пантомимы время от времени. Оказалось, у Сольвейг довольно схожие интересы с Эверест. Ей нравилось то, что у людей называется сноубординг, прятки, и просто прогулки по лесу.       Под конец дня хаски видела волчицу не как соперницу или врага, а как новую подругу. Когда они оставались наедине, между ними не было никакого напряжения, наоборот, атмосфера была дружеская, и они продолжали болтать о разных вещах как ни в чём не бывало.       Когда пришло время хаски возвращаться домой, Райдер предложил сделать совместное фото с гостьей из леса на память. Щенки расположились плотно, чуть ли не в обнимку, чтобы влезть в кадр. К удивлению Эверест, Сольвейг села не рядом с Маршаллом, а рядом с ней, и даже положила голову ей на плечо. В тот момент и без того не ледяное сердце хаски окончательно растаяло, и всякая неприязнь к волчице полностью пропала.

***

             На следующей неделе у Джейка по расписанию была плановая проверка численности некоторых стай животных в лесу, так что предстояло много работы. Закончить со всем этим делом планировалась утром в субботу.       И вот, вновь проходит семь дней, и вновь наступают выходные. Джейк и Эверест с самого утра отправились к местной стае волков, которые за столь долгий период уже привыкли к визитам этих двух. Но хаски в тот день была тише обычного. На вопросы она отвечала, что размышляет, чем будет заниматься, когда она приедет к патрулю на базу. В целом, это было недалеко от правды.       На самом деле она думала о дальнейшей судьбе Сольвейг. Волчица уже совсем скоро полностью поправится и её придётся вернуть на волю. А вместе с ней, наверняка отправится и Маршалл. Хаски не была уверена, что её расстраивает больше, скорое прощание с новой подругой, с которой даже не успела толком познакомиться, или что Маршалл вероятно уйдёт вместе с ней. Неизвестно почему ей в голову пришла эта мысль с самого утра и до сих пор не покинула её.       Сейчас Эверест просто сидела, окруженная волками, которые с любопытством обнюхивали её. Они всегда так делали со всем и вся, что интересовало их. Она даже не обращала внимание на них и продолжала спокойно сидеть, погружённая в свои мысли. Только голос Джейка смог привлечь её внимание:       — …хоже нашлась потеряшка. Ну что же, замечательно, вот мы и закончили. Можем идти. Эверест? Земля вызывает Эверест!       Он несколько раз щелкнул пальцами. Щенок взглянул на него.       — Я говорю мы закончили. — Джейк усмехнулся. — Пойдем, соня, сможешь отоспаться дома. Или, если хочешь, можешь прямо сейчас ехать к Райдеру.       Хаски выбрала второе. Джейк погладил её по голове и пошёл к своей машине, Эверест же запрыгнула в снегоход и на автопилоте отправилась в сторону башни Щенячьего Патруля. Ни она, ни Джейк не обратили внимание, что волки провожали взглядом её. Пристально, с подозрением. Большая волчица первой сдвинулась с места и пошла по следу снегохода. За ней двинулась вся стая.              Прибыв на базу Эверест была удивлена — её впервые встречала не Скай. Первой прибежавшей на звук машины оказалась Сольвейг. Она буквально подпрыгивала от радости. За ней подтянулись Маршалл и Скай. Эверест крепко обняла всех троих. Волчица выглядела озадаченной — она не знала значения подобного действия. Это заметил далматинец и начал объяснять ей, что объятие значит, что тебя ценят и любят, здороваются, прощаются, благодарят.       Пока он это делал, хаски заметила, что на пациентке нет никаких реабилитационных приспособлений. Её лапа не поддерживалась ни навороченными механизмами, ни простыми палками, вообще ничем. Она выглядела полностью здоровой. Немой вопрос в глазах подруги заметила Скай.       — Маршалл сказал, что реабилитация закончена, Сольвейг полностью здорова. — пояснила спаниелька. — Райдер сообщит Джейку, что она поправилась и её можно возвращать домой, в лес. Скорее всего он приедет завтра утром, чтобы забрать её. Мы решили, что было бы неплохо провести последний день с ней как можно лучше, так что у нас есть планы на весь день! Ты с нами?       Эверест была ошарашена такими новостями. Она конечно раздумывала о том, что будет когда Сольвейг выздоровеет, но не рассчитывала, что это случится так скоро. Но она улыбнулась и утвердительно кивнула. Всё-таки она приехала не чтобы грустить, а чтобы хорошо провести время. Тот день выдался насыщенным.              Щенки почти в полном составе играли, ели, смотрели телевизор, но самым интересным оказалась вылазка в городок. Сольвейг впервые за почти два месяца вышла за пределы базы. Люди смотрели на неё с интересом, а она с ещё большим интересом изучала всё вокруг. Надолго они задержались на игровой площадке. Горки, качели, карусели, песочницы, домики и игровые лабиринты привлекли внимание волчицы, и друзья с радостью провели там несколько часов. Маршалл был счастлив видеть, как Эверест и Сольвейг вместе играют и в целом хорошо ладят. С другими у волчицы тоже были в целом хорошие отношения, но именно их с Эверест дружба была для него какой-то особенной.       Ночь наступила незаметно, когда щенки находились на базе, смотря мультфильм. Разошлись спать все уже глубокой ночью, когда все нормальные люди видят уже десятый сон.       Однако Эверест в этот раз не спалось, неё на душе была какая-то тревога. Прошло уже полчаса, она всё ещё не могла уснуть. Она не могла понять, что её тревожит. Решив прогуляться, она покинула свою будку и неспешно пошла наматывать круги вокруг базы. Свежий воздух, отдаваемый непривычным для неё запахом морской воды, щекотал нос. Лёгких ветер приносил приятную ночную прохладу, а вдали виднелись огоньки городка. Красивая картина, умиротворяющая. Пройдя мимо вольера Сольвейг, Эверест заметила, что дверь была открыта. Маршалл уже давно оставлял дверь открытой. Сама волчица спала, высунув голову из будки.       Хаски грустно улыбнулась. Утром приедет Джейк, чтобы отвезти Сольвейг обратно в лес, где она вернётся к своей стае. Эверест улеглась возле выхода. Сонливость начала брать своё. Громко вздохнув, она прикрыла глаза. Через пару секунд, что-то тёплое прислонилось к её боку. Взглянув налево, она заметила Сольвейг, лежавшую рядом с ней и с волнением гладящую на неё.       — Всё нормально, я в порядке. — соврала Эверест. — Просто чутка грустно, что ты завтра уезжаешь и что… Ты уедешь с Маршаллом.       Волчица наклонила голову в бок. Хаски чутка усмехнулась и сказала:       — Ничего страшного, всё в жизни меняется, всё будет в порядке. Ты классная, жалко я увидела это так поздно. Вы будете отличной парой. Я рада за вас, правда. Главное, ты береги его… Сама берегись. Он иногда может такое учудить… Надеюсь, мы ещё сможем увидеться.       Эверест ненавидела прощаться. Для неё это было крайне болезненно и тяжело, так что она старалась не затягивать с этим. Благо, усталость взяла своё. Щенок подложил лапы под голову в качестве подушки и прикрыла глаза, а волчонок повторила все действия за ней. Вскоре они впали в глубокий сон.

***

             Над сонным городком стелился слабый утренний туман, принесённый ветром из Фогги Боттом. Стая волков только только подошла к первым домам. Бетонные сооружения выглядели огромными, но безвредными. Всю ночь они шли по еле уловимому следу, перемешанному с другими, неизвестными запахами. Машины, парфюмы, другие собаки. Всё это было для них в новинку. Но их интересовал лишь один след. Этот след тянулся к огромной странной скале, которую люди называли башней. Осторожно, выверенно и неспешно они продолжили движение, всё становясь всё ближе и ближе к своей цели.